Проклятие героя (Remastered)

      Был обычный день, который ничем не выделялся на фоне таких же дней, что идут размеренной чередой, не предвещая ничего нового. Как обычно в этом мире, существовал и герой, один из тех, коих любят в народе и обожают все животные вместе с мобианцами.       Герой, естественно, спасал мир от единственного врага, мечтавшего поработить всё живое на Мобиусе. Что нового может привнести в мир этот день? Ничего, ведь поражение за поражением преследуют злого гения, раз за разом его планы, надежды разрываются, как клочок бумаги в руках тех, кто настроен против него.       Они снова и снова лишний раз доказывают, что он жалок, бесполезен, что изобретения, которые Роботник считает великими созданиями, на самом деле мусор, уничтожаемый простыми ударами шипов или хвостов. На этот раз Айво, или же, как его прозвали Соник с друзьями, Эггман, в очередной раз потерпел сокрушительное поражение.       Поражение, которое раз за разом повторялось, поражение, которое невозможно было отодвинуть, хотя прошло много лет, поражение, которое медленно, но верно убивало в нем последние остатки надежды хоть когда-нибудь одержать победу, а ведь мечта была, жила, но опять не сегодня.

— ЭТО ЕЩЁ НЕ КОНЕЦ! — взвыл Роботник, но в голосе лишь отчаяние.

      Изобретение, которое должно было означать еще одну победу, изобретение блестящего гения, разломлено, а его обломки находились перед глазами. В чем он выступал против героев — неизвестно, известно только то, что последний удар от героя полностью вывел из строя машину.       А герои здесь. Смотрят на него, как на очередного злодея, который ничем не удивил, на злодея, которого поймать так легко, что даже не хочется. Лис уже выдвигался вперед, а ехидна, скрестив руки у груди, смотрел на это, вкушая очередную победу против Роботника.       И вот синий герой. Герой, нанесший финальный удар по роботу. Он еще ближе, а время на исходе. Айво сжал руки на штурвале своего эггмобиля, он не хотел проиграть полностью — попасть в лапы героям, нет, тогда всё будет кончено, тогда никакие идеи, мечты не исполнятся.       Гений поспешно завел свой эггмобиль, который также был исцарапан из-за прошедшей битвы. Прошла всего секунда, как вдруг он возвысился над всеми присутствующими, наконец-то получилось. Но расслабляться еще рано, ведь еж или лис могли спокойно подпрыгнуть к нему и ударить по изобретению.       Соник остановился, да, он ждал, когда он улетит, что странно. Ждал, будто оттягивал момент, когда можно поймать его в плен или, что хотели многие жители Мобиуса, навсегда уничтожить, стереть в порошок. Тейлз еще ближе. В отличие от ежа, лис не остановился.       Но вместо действий, ёж сжал руку на плече лиса, тем самым останавливая его. Айво, воспользовавшись замедлением, улетел прочь, словно жалкий трус, не принявший своё поражение. Но, что странно, вновь Соник остановил то, чего все ждали, вновь Роботник скрылся из-за героя.       — Соник… — вздохнул Тейлз. — Но… — он наблюдал за тем, как Роботник уже скрылся с места. — Я могу подлететь к нему и…       У Соника от последних слов резко поменялось выражение лица, словно сама мысль, преследующая многих, ему противна. Нет. Еще рано. Была ли здесь глупость, была ли здесь наивность? Возможно, но это то, как еж смотрел на вещи — попытаться исправить, не уничтожить, даже если хочется.       — Э-э-э-э, нет, приятель, — резко, возможно даже с какой-то критикой, произнёс Соник. — Он проиграл, как обычно, поэтому еще где-то месяц или два — не представляет никакой угрозы. Зачем бить лежащего пенсионера, если можно обойти стороной?       — Ох, ладно, — Тейлз посмотрел себе под ноги.       — Все хорошо?.. — спросил Соник, заметив скованность своего лучшего друга.       — Нормально, не волнуйся, — лис посмотрел на ежа и улыбнулся. — П-просто… Ну… ты знаешь…       — Понял, ну, тогда, скорее уходим, — Соник отпустил плечо Тейлза. — Наклз? — он посмотрел на своего второго друга.       Наклз хмуро смотрел в сторону оставшихся роботов. Они напоминали обычных мобианцев, но не они, даже не роботизированные. Ехидна сжал свои кулаки, а затем резко бросился в их сторону. Оружие в сторону ехидны. Всего секунда. И тут удар, который размозжил железную черепушку.       А затем выстрел, который не принес никакого результата. Ехидна повернулся вправо, а затем ударил по железному подбородку, отправляя целого робота в полет. Корпус треснул, когда железяка влетела в стену, проламывая ее, а затем и отключаясь от полученных повреждений.       — Могу сказать только одно, — Наклз посмотрел в сторону ежа. — В твоей голове всего лишь два или три качества: недальновидность, смелость и, возможно, глупость.       Про недальновидность и смелость Соник не имел ничего против, наоборот, даже усмехнулся от такого комментария своего друга, но про глупость, конечно, лишнее. У ежа тут же родилась идея, как подколоть своего верного товарища, как он обычно делал в такие моменты.       — Напомни-ка мне, Наклз, почему мы здесь? — Соник улыбнулся, а Наклз тут же отвел взгляд. — Вспомнил! Разве не Эггман обманул тебя еще один раз? — Ехидна явно покраснел от этих слов, а Соник засмеялся. — Почему ты до сих пор продолжаешь ему доверять?       — Хм, хороший вопрос, Соник, — вместо того, чтобы вспылить, Наклз ухмыльнулся, что не понравилось ежу. — Ответ такой же, как на вопрос: «почему ты до сих пор не поймаешь Эггмана?»       Соник нервно сглотнул, явно не зная, что ответить своему другу. Он услышал только усмешку Тейлза, который нашел такое сравнение довольно забавным, особенно если учитывать, что подкол ежа сыграл против него самого. Герой почесал свой затылок и пожал плечами.       — Так и думал, — Наклз перестал серьезно смотреть, а на лице теперь ухмылка. — Ладно, пошли отсюда, Тейлзу нужно принять свое лекарство.

***

      Небо. Красочное небо, которое вызывает только положительные эмоции, красота, на которую смотреть всегда весело, но не для Айво. Направляясь на свою основную базу, он почти не обращал внимание ни на вечернее небо, ни на то, что вновь совершенно один в этой сверкающей темноте.       Боль. Не та боль физическая, хотя и ей имело место быть, а боль, которая пронизывает душу. Сколько это продолжается? Сколько уже раз он проигрывал? Эггмобиль продолжал лететь, но это становилось рутиной, той рутиной, от которой хотелось избавиться.       Это продолжается уже довольно долго: каждый раз план Роботника терпит неудачу. Роботы выходят из строя после первых же ударов, и кажется, что даже лёгкое прикосновение к их слабой броне вызывает взрыв. Злой гений уже почти потерял уверенность в победе, и раз за разом его ожидания не оправдывались. Невозможно создать что-то, что позволит заманить героев в ловушку и уничтожить их.       Он бы давно уже это сделал, но всякий раз «Борцы за свободу», герои, даже правители находили выход, а то и вовсе не попадали на его уловки, уходя другим путём. Эггман уже и не знал, что делать. Что именно нужно сотворить, чтобы избавиться от доставляющих столько проблем зверей?       Все его предыдущие планы с треском проваливались. Что ж… Возможно, ему нужно просто сдаться? Оставить свои цели, перейти к менее радикальным действиям, возможно, даже подружиться со своими врагами и наконец-то освободить всех животных от своего гнёта? А дальше как пойдёт.       Но надежда, хрупкая надежда, которая все еще была в его сердце, почти вдребезги разбилась об реальность. Реальность, а хотелось, чтобы все шло по его, чтобы все его планы срабатывали… Эггмобиль приземлился на посадочную полосу, а Айво выпрыгнул из него.       — Доложить обстановку, — пробормотал Айво.       Больно. Возможно, стоило вновь обдумать очередной план. Искусственный интеллект активировался, как только ноги создателя ступили на железный пол. Команда прозвучала из уст Роботника, а значит, нужно действовать. Это его последняя база — скрытая от всех, не найденная даже Соником.       Его последний шанс, его первый и последний пункт Империи, был оснащен по последнему слову техники. Он молился, чтобы это не нашли, он надеялся, что ни разведка, ни «Борцы за свободу», ни Соник, ни Тейлз, ни Наклз, ни Шедоу — никто не нашел этот спасательный круг для него.       Система безопасности полностью функционировала и отозвалась на зов хозяина. Как только Айво зашел в командную комнату, то на экране появились инициалы, он быстро ввел пароль, который он когда-то давно вводил такими же вечерами, моментами, а дальше просто-напросто наблюдал за тем, что ему говорят, как обычно, впрочем.       — Добро пожаловать в систему, доктор Айво Роботник, — искусственный интеллект отозвался на зов создателя. — Сканируется текущее состояние баз Империи.       Сканирование шло довольно быстро, ведь последний бой, произошедший десять минут назад, шел где-то на границе с фронтом. После этого герои, которые по идее должны были преследовать злодея, просто-напросто ушли домой, ведь всё сделали: спасли животных, захватили очередной опорный пункт и доказали Эггману, что он ничего не может с ними сделать.       «Такими темпами вскоре найдут и мою основную базу… Рано или поздно конец…» — вдруг проскочили мысли гения, он, закрыв свои глаза, прикрыл их рукой.       Система уже почти закончила работу. Повреждения, потери, другие базы все еще виднелись на радаре, что хотя бы чуть-чуть радовало, он еще не все потерял, еще не конец. Видимо, его труды всё-таки приносили свои плоды, иногда удается вновь идти в бой со своих опорных пунктов, а не уходить в защиту.       — Сканирование завершено. В результате были обнаружены следующие потери: База Sw-2123; База Fg-2231; База Egs-1023. Кроме того, незначительные повреждения были зафиксированы на базах A21, G21, H34, P123 и Ofg-s2. Все остальные базы находятся в полной боевой готовности.       Учитывая, что его базы в других зонах были полностью уничтожены, это было отличным результатом. В кое-то веки он доволен тем, что осталось, так как обычно затраты на ремонт поврежденных модулей были просто непомерными. Роботник обратил на это внимание, огляделся вокруг и привычно произнёс:       — Начать процесс восстановления.       Он спокойно уселся на своё кресло, отбросил все негодование и жалость к себе и стал размышлять — нужно было придумать следующий план, тот, который сработает, несмотря ни на что! Но… существует ли такой план на самом деле? Существует хотя бы малейший шанс на победу?       По виду побитого после последней битвы злодея можно было с точностью сказать, что недавно он пережил взрыв своего изобретения. Красный пиджак был потрёпан снизу и слегка подгорел, чёрные штаны были порваны на коленях, а сине-фиолетовые очки разбились и восстановлению не подлежали.       Голову Роботника медленно заполняли размышления. Зачем он это всё продолжает? Какой смысл, если итог всегда один? Когда-то его планы удавались… Пусть и не полностью, но у него была надежда, что он победит. Правда, всегда находились обстоятельства, которые препятствовали этому. Так что ему оставалось делать?       Мысли смешивались и не давали покоя. Айво уже потерял тот дух авантюризма, которым владел все эти годы: желания пропали, а действия уже были такими накрученными, что все их давно знали и пользовались тактиками, которые уже давно известны.       — И почему я продолжаю сражаться с ним только роботами? Возможно, это бесполезно… — вдруг его посетили мысли, которые давно уже манили его разум. — Сколько раз пытался подражать своему врагу, чтобы уничтожить… Даже создал механическую копию! Но итог всегда один: поражение, неудача.       Сзади раздались механические звуки — а это означало лишь одно: появилось его величайшее творение — копия злейшего врага, который подчиняется командам и всегда на его стороне. Железный слуга, который готов разбиться в лепешку, но защитить своего создателя.       — Здравствуйте, Айво Роботник, — послышался металлический голос слуги.       Он смотрел на своего создателя и ждал, когда тот обратит на него внимание. Айво услышал голос творения, понял, что он пришёл с какими-то новостями, которые, возможно, могут помочь или же, наоборот, сделать ещё хуже. Эггман повернул свой стул в сторону Металл Соника: такого же синего ежа, только воплощённого в металле.       — Ах, Металл Соник, докладывай, — коротко и ясно он дал понять, что сейчас не в духе.       — Соник Еж, Наклз Ехидна, Майлз Прауэр встретились с Салли Акорн и другими «Борцами за Свободу». Прошу вашего приказа: необходимо отправиться на поиски королевы и устранить героя? — спросил Металл, ибо в его программе заложена только одна задача: уничтожить синего ежа.       Зачем жертвовать своим произведением искусства? Он, конечно, может на минуту задержать врагов, но не более, ибо хоть и обновлялись версии Металл Соника, но итог всегда предсказуем — или он проигрывает и, уже почти уничтоженный, возвращается на базу, или полностью уничтожен, и нужно практически с нуля восстанавливать память робота в новой оболочке.       Тем более. Став королевой, Салли стала практически неприкасаемой. Когда она еще была принцессой, то было легче захватить ее в плен, но сейчас — невозможно. Ее охрана — элита, которая щелкает роботов, как семечки, если увидит хотя бы намек на то, что враг идет к ним.       — Отклоняю. Это бесполезно, а твое восстановление обойдется мне слишком дорого, — Роботник сложил свои руки на коленях и вздохнул, будто потерял последнюю надежду. — Материалы в дефиците, а деньги просто так не печатаются.       — Что прикажете делать? — спросил Металл Соник.       Долго думать не пришлось, ведь доктору не хватало общения с относительно живыми существами. Он мог долго рассуждать, оставаясь наедине с собой, но любому иногда нужна поддержка, нужен тот, кто может понять, поддержать или хотя бы выслушать.       — Хватит, — он посмотрел в глаза Металла в надежде на то, что новые системные обеспечения сработают. — Разговаривай со мной как простой мобианец.       Новая функция должна была сработать, ведь каждое обновление вносит что-то новое в создание. Металл Соник застыл на мгновение, чтобы переключиться на поведенческую модель простого жителя планеты, а затем послышался звук, похожий на перезагрузку, после чего его поведение слегка изменилось.       Робот сложил руки крест-накрест и посмотрел на своего создателя, показывая при этом какие-то зачатки эмоций. Эггман был доволен, ибо программа работала в точности так, как он рассчитывал. Хоть что-то в его жизни идёт так, как было задумано с самого начала!       — Приказ выполнен… — последнее, что было похоже на робота, сейчас было произнесено, — о чём ты хотел поговорить?       Он сразу же перешел на «ты», будто робот возомнил себя равным создателю. Но в этом были и свои прелести, ибо Эггману сейчас нужен был живой, практически такой, как другие существа, робот.       Нужно было с чего-то начать говорить, дабы развить эту новую систему, но с чего именно? Мыслей много, но так мало ответов… Особенно, если вдруг не ввёл некоторые команды в робота, но вся надежда была на некое формирования жизни в железной душе машины. Роботник уже хотел прекратить злодеяния, и в этом, возможно, может помочь Металл Соник.       — Ну и… Что думаешь? Может, оставить все злодеяния и уйти в науку с головой? — каждый провал бил по сердцу, по душе, нужно было это остановить, ведь больше так продолжаться не может.       Возможно, нужно всё оставить. Может, это имеет хоть какой-то смысл, ведь больше не придётся смотреть, как его творения безжалостно разрушают. Наконец-то прозреть, как гений мысли, как тот, кто может улучшить жизнь всех, независимо от пола и расы. Конечно, придётся многое изменить, но это дело времени и признания.       — Возможно, это будет лучший вариант, потому что Соник не будет мешать твоим планам. Однако это загубит твои мечтания о своей собственной империи, — Металл Соник вроде бы был согласен с этим, но мечтания создателя были важнее, ибо в них был какой-то скрытый смысл, который он никогда никому не раскрывал.       Но также есть вероятность того, что его никто не примет, и ему и дальше будут мешать. Слишком многое он сделал за свою жизнь, чтобы его могли простить. Те же борцы за свободу, возможно, никогда не примут его, а, возможно, даже совершат покушение, которое и закончит жизнь злодея.       Айво по своей натуре был гением проектирования, именно это может наконец-то пригодиться, ведь никто не сравнится с ним, никто не подойдёт близко к тому, что он делал: роботы, базы в космосе и воссоздание жизни в металлической душе.       — Да, но кто лучше меня знает, каково это — строить роботов? Я — величайший учёный всех времён!       Всё же он не был обделён завышенной самооценкой, ведь иногда нужно показаться слишком самоуверенным, дабы скрыть злость и грусть.       Однако это не было правдой, ведь были и другие ученые и конструкторы, в особенности один хитрый лис, который состоит в команде Соника. Именно он может конструировать многие изобретения, которые могут помешать планам Роботника. Он тоже не обделен умом и порою мог сравниться с самим доктором.       — Майлз «Тейлз» Прауэр. По крайней мере, его изобретения не ломаются от слабых ударов… — Металл Соник давно уже сканировал информацию обо всех живущих на Мобиусе и легко мог разрушить самоуверенность доктора. — Не обижайся, Айво.       Но на что тут было злиться, если всё было так, как он и сказал? Разве можно было обижаться на факты? Обида ничего не даст. Роботник просто вздохнул, смотря себе под ноги. Выглядел он не очень, ведь даже в своём конструировании он порой отставал от своих врагов.       — Я знаю… Что ж… Все мои старания по порабощению бесполезны. Нужно оставить это дело, по крайней мере на месяц… А потом… Будь что будет.       Нужно забыть все проблемы, забыть проигрыши и неудачи, дабы в будущем опять сделать шаг вперёд.       Злой гений не мог больше справляться с проблемами. Ему нужен был отпуск, который восстановит его силы. Он хотел продолжить свою деятельность, но морально устал, не мог больше нормально мыслить, ибо злость вперемешку с отчаянием давали о себе знать. Он даже дошел до того, что говорит с роботом, который имитирует живое существо! Ему нужен был простой отдых — и все проблемы исчезнут, как ни в чём не бывало.       — Странно, я всегда замечал, что они могут добить тебя. Всегда была вероятность, что Соник нанесёт последний удар, но он всегда лишь преследовал, не стараясь навредить, — вдруг произнёс Металл Соник, пытаясь отвлечь создателя от невесёлых мыслей.       — Это так. Они просто издеваются надо мной! Все эти прозвища вроде «Эггман»… Как будто я не понимаю, что именно они имеют в виду, — Роботник уже давно знал, на что они намекали, но не мог справиться со своим недугом. — Раз за разом они могли прикончить меня, но всякий раз Соник останавливался…       Они давно могли покончить с угрозой со стороны злого гения, но никак не решались, и это определённо было странно. Нежелание пачкать руки или просто интерес, на что именно способен Роботник… Возможно, они хотят посмотреть, что же он будет делать дальше, будто это какая-то игра в кошки-мышки, в которой никто не выйдет победителем. Айво был удивлен словам своего творения, ибо он разумно указал на странность, которая преследует их уже давно, но этого Роботник в программу не закладывал. Это ли не счастье гения, когда творение самосовершенствуется на глазах?       — Можно посмотреть на ситуацию с другой стороны. Возможно, Соник надеется, что ты изменишься, но всякий раз ошибается. Ну или же ему просто приятно всякий раз надирать тебе зад, — робот указал на две причины, которые выглядели наиболее правдоподобно.       — Скорее всего, второй вариант, — Роботник давно понял, что им нравится смотреть на злое выражение лица проигравшего врага. — Самонадеянность ежа может его погубить в од…       Вдруг в голове, словно по щелчку пальца, возник план, который был до боли сложен в реализации, но в случае успеха мог обеспечить жизнеспособность империи Эггмана. Сущность живых существ всегда привлекала своими особенностями: одни действуют, при этом думая о последствиях, другие же делают, а потом только думают, и изменить этого никак нельзя. Есть герои, которые спасают независимо от ситуации, есть злодеи, готовые убить в любую секунду. Характер живого существа имеет огромное влияние на его действия. Так что же будет, если вдруг изменить сущность, саму природу живого существа?       — По твоему виду можно сказать, что созрел план, — Металл Соник заметил улыбку на лице Роботника.       — Именно так, но нет никаких гарантий, что он идеально сработает, — Айво вдруг встал со своего кресла, и его мысли были только об одном. — Но если…       Эггман медленно подошёл к своему компьютеру и начал вводить некоторые данные, способные помочь в том, что созрело в его голове. Это будоражило разум, а также и душу, ведь этот план только всплыл в мыслях, а уже такой результат.       — И что же ты хочешь сделать? — Металл Соник медленно подошел к создателю.       На экране возникли химические соединения, которые мало чем привлекали внимание робота, ибо в химии он не понимал ровным счетом ничего — ему это было не нужно. Роботник быстро вводил данные, которые только-только возникли в голове, а на экране — всё новые соединения. Некоторые формулы были известны всем, но о них не принято было говорить. Гений всё больше хотел узнать, можно ли каким-то образом изменить сущность живого существа, его характер, сделать полной противоположностью.       — Если я правильно его оценил, то этот ёж всегда упрям, самонадеян и эгоцентричен. Это может сыграть мне на руку… — знания некоторых формул для Айво было достаточно, чтобы создать то, что подойдёт для разрушения Соника изнутри, — Да!       Он создал формулу из химических веществ, которую никто, кроме него, не должен знать. Первые вещества, которые вошли в структуру, так это психотропы, влияющие на восприятие мира, способные подавлять работу мозга, вторые же — то, что могло сузить сознание до минимума:       — Если сделать так, чтобы он изменился, пересмотрел свои ориентиры, попытался понять, каково это — думать, оценивать, лишаться друзей из-за поведения, то…       — Нельзя изменить сущность живого существа, — робот не мог согласиться с мыслями своего создателя, ибо не совсем понимал, как может наука повлиять на живое существо.       Металл Соник говорил, опираясь на общеизвестные сведения. До Роботника никто даже и не думал, что возможно изменить саму суть разума. Но что, если есть возможность для великих умов? Тот же Тейлз может спокойно создать самолёт, который быстрее ракеты, так почему прогресс тормозит всего-навсего сущность простых существ? Это надо изменить, ведь благодаря такому оружию Айво может осуществить все свои мечты и, возможно, даже воскресить… Даже возвеличить свою Империю, разрушив все принципы Соника, за которые ёж так держится.       — До этого никто не пытался, но ты ведь знаешь, я — величайший учёный на всей планете! — воскликнул Айво. — Осталось только узнать побочные эффекты, найти подопытного, и план может быть осуществлен.       — Но это также может вызвать обратный эффект. Что, если он станет ещё более самонадеянным? — резонно спросил Металл.       Это могло помешать планам, но всегда найдутся подопытные, которые исправят эту оплошность. У Роботника были животные, которых он похитил довольно давно. Они могли стать идеальными тестировщиками нового препарата. Разве он может упустить возможность уничтожить врага? Помочь наконец-то самому себе, ведь зачем все эти роботы, если ключ к победе может быть в самой душе ежа.       На самом деле до него многие использовали характер для манипуляций людьми и животными. Та же Руж — летучая мышь, легко играет на эмоциях не очень умных живых существ, а всего-то имеет женское тело и хорошо подвешенный язык. Роботник ещё не до конца понимал, каково это — какими-то препаратами изменить душу ежа, но главное было известно — это возможно благодаря науке, тому, к чему он так способен с детства. Роботы всё ещё будут в планах, но правила игры резко изменятся.       — Соник ведь всегда спасал мир, животных, друзей… — на лице у Айво возник оскал, ведь не было у него ни друзей, ни родных. — Мы сделаем так, чтобы он сам уничтожил всё, что так старался сохранить… — в голове на одну секунду возник какой-то образ, но быстро исчез, как ни в чём не бывало. — Познает другую сторону своих желаний.       — Выглядит правдоподобно, я в это верю, — произнёс Металл Соник, сохраняя в памяти новую информацию. — Но что именно ты хочешь с ним сделать, Айво? Изменить сознание, другие мысли…       — Если я правильно рассчитал, вычислил, если формула достаточно губительна, то я просто-напросто разрушу его сознание, — Айво улыбнулся. — Этот яд сделает так, чтобы у ежа был полный бардак в мыслях, так, чтобы ни одно его слово не казалось логичным, а если это случится, то, хех, с разрушенным сознанием, с тем, что невозможно мыслить адекватно, у него начнутся проблемы, изменится характер, станет более диким из-за гула в самом его нутре…       — Свести с ума ежа с помощью постепенного разрушения сознания… — Металл Соник почесал свой механический подбородок. — Левое полушарие мозга и правое тогда…       — Да, полностью поломать всё… Этот яд поможет, да, точно, провала не будет! — заявил сам себе Айво. — Представь, когда у него через неделю или месяц будет поток мыслей, а в глазах мутно, а еще кто-то говорит под ухо. Это идеальное избавление от всего «геройского», что у него было.       — Это будет интересно, — произнес Металл Соник.       — С этим планом я смогу захватить весь Мобиус, а их жалкий герой не сможет что-либо противопоставить, ибо будет выглядеть как злодей! — Роботник подсознательно понимал, что на этот раз всё должно пройти по плану, но для этого нужно потратить довольно-таки много времени, которое он готов потратить ради своих целей. — Победа в этот раз за моим злым гением! Муха-ха-ха-ха-ха-ха!       Смех разнёсся по всей базе. Злодей, который ничего не мог поделать с заклятым врагом, вдруг понял это и изменил принципы своих планов. Он или сможет наконец-то достичь своих целей, или всё же опять проиграет. Но всё это зависит только от того, как именно будут вести себя герой и его компания, когда новый препарат подействует. Раздор друзей порождает неуверенность, грубость, а вместе с этим и поражение.       Доктор Айво Роботник в этот раз не отступит. Ему надоело каждый раз проигрывать, надоело быть мальчиком для битья. На этот раз именно он сделает то, что положит конец этому противостоянию. Человек с амбициями осуществит свой гениальный план во что бы то ни стало!