I. Возвращение

Боль возвращается. От нервных окончаний в каждую клетку тела, наполняя, переливаясь через край, жестоко и бесспорно подтверждая его существование. И вместе с болью приходит он. Голод.

***

Тьма. Она повсюду. Иди или стой на месте... Мия идёт. Зачем? — Виктор! Её голос звучит глухо. — Вик, где ты? Она напряжённо вслушивается, но ответа нет. Она идёт. И единственное, что подтверждает это – шорох шагов. — Вик! Откуда-то доносится неясный шёпот. Мия останавливается. Звуки становятся всё ближе, походя на тревожный гул. Постепенно он распадается на голоса и фразы: — Уходи! — Ты иная! — Тебе здесь не место! — Чужая! — Прочь! Голоса окружают её, словно гигантский кокон. Мия в замешательстве оглядывается по сторонам. — Уходи! — Я никуда не уйду, — твёрдо отвечает она, — без него. Я пришла за Виктором. — Виктор! — За Виктором... — Не уйдёт... — Виктор наш! — Он с нами! — Здесь... — Ты чужая! — Где он? Я не уйду, — громче повторяет она. — Не уйдёт... — Привёл её! — Примешь нас? — Как приняла его? — Мы суть одно... — Останься с нами! — Снами! — Стань нами! Мия кружит на месте, пытаясь поймать зловеще шелестящие голоса. — Жертва... — Наша... — Принесена... — Привёл! — Агнец... Она с ужасом наблюдает, как её руки исчезают в густой тьме, растворяясь чёрным дымом. — Наша... — Останься! — С Виктором! — С нами! — Снами... Её нет. Её тело уже не её. Она тьма. — Нет! Нет! Я не хочу! Не хочу! — Не хочу! — Мия пробуждается от собственного крика. Что происходит? Что, чёрт возьми, происходит? Она с силой давит на виски. Надо прийти в себя. Истерикой не поможешь. Ноэль не звонит. Значит, он не мёртв. Значит, она не имеет права... Да. Мия идёт в душ, а когда возвращается, видит призывно мигающий экран телефона. Пропущенный. От Макса. Набирает. — Привет, Мия. У меня плохие новости. — Дядя Джон? — Нет... Нет. С Джоном всё нормально... будет. У Обье обескровили двух коров этой ночью. Похоже, наш приятель был не один. — Подожди, Макс, Артур на другой линии, я перезвоню. — Жду. — Артур? — Да, Мия. У меня плохие новости. — Вы сговорились? — В смысле? — Макс начал разговор с той же фразы. — Что у Фоллов? — Свежие трупы животных. — Значит, тварь была не одна, — Артур тяжело вздыхает в трубку, — плохо, очень плохо. — Что у тебя? — Пока тело довезли до лаборатории, состояние его приблизилось к плачевному. Но кое-что выяснить удалось. — И что? — Пока похоже на то, что это своего рода гибрид вампира и оборотня. — Такое возможно? — Нет. Это противоестественно. Настолько, что гены этого существа должны были уничтожать друг друга… что и случилось бы, если бы не искусственное сдерживание. — Что ты имеешь в виду? — Этой твари вводили какие-то препараты. Обнаружены множественные следы инъекций. Но даже это, видимо, до конца не спасло. Помнишь, что говорил Фолл о том, как выглядел пойманный при жизни? Он гнил заживо. И после смерти процесс разложения пошёл значительно быстрее, чем обычно. И ещё... — Есть что-то ещё? — А как же! Не одной же тебе нас удивлять. Аши кое-что прислали. Я отправил тебе на электронную почту. Посмотри. И Мия... — Да? — Сегодня мы ещё занимаемся новообращёнными. А дальше готовы помочь волкам отловить этих тварей. Хотя в большей степени я жажду познакомиться с их создателями. — Создателями? — Уверен. Во-первых, такое не могло возникнуть само по природе. Во-вторых, посмотри присланные мной файлы. — Хорошо. Я позвоню. — Конечно. Мия открывает почту, листает присланные файлы. В тексте почти нет новой информации... Неудачные эксперименты... И рисунки, изображавшие то, что она видела на заднем дворе оборотней. Что происходит? — Макс, это я. — Да понял уже. — То, что вы поймали, гибрид. Искусственно созданный. И создатели гораздо опаснее своих творений. — Скорее уж тварей... Что за создатели? Что происходит вообще, Мия? — Задаюсь тем же вопросом. Похоже, у нас опять крупные проблемы. — Объясни хоть что-то внятно. Можешь? — Что-то – могу. В Средневековье... <...> — И что эти больные реликты у нас забыли? — Пока не знаю. Артур, кстати, предлагает помощь в поиске гибридов. — Мы в состоянии справиться. — Макс, Джон серьёзно ранен. У вас минус один. Ты с травмой... — Это пустяк. Не хочу быть обязанным полудохлым. — Даже если на кону безопасность вашей стаи? — Не надо. — Что, Макс? Умерь гордость. Тем более они предлагают помощь, преследуя свои интересы. — Обещаю подумать. — Хорошо подумай, Макс. — Как скажешь, Мия. Положив трубку, она ещё раз, уже внимательно просматривает файлы, стараясь не упустить ни единой детали.

***

Кто он? Где он? Ответов нет. Есть лишь нестерпимая, мучительная, животная жажда. — Пить, — едва шевелятся израненные, сухие губы. Для Ноэля это неясное движение звучит оглушающе. Он бросается за стаканом с водой, приподнимает лежащему голову, пытаясь напоить. Почти вся вода льётся мимо. — Не... то... — сипит он, снова проваливаясь в забытьё... Та малая толика света, что была у него, безжалостно отнята... И он с яростью бросается во Тьму, чтобы стать сильнее, злее, безжалостнее... Она скрывает его до поры, она дарит смертоносную скорость и силу. Люди больше не люди. А жалкие смертные, сосуды, призванные насытить его мёртвую, страдающую плоть. И он опустошает их. Сосуд за сосудом. И нет им числа...

***

Мия отвозит в редакцию статью. Она могла бы отправить почтой, но нужно убить время и заодно боссу на глаза показаться. На обратной дороге заезжает к Трише, чтобы послушать о том, что жизнь – дерьмо, все парни – козлы и как она боится оказаться на месте тех обескровленных несчастных: — Как думаешь, тех, кто это делает, найдут? — Конечно, Триш, их уже ищут.

***

— Мистер Чейз, я могу быть свободна? — рыженькая девушка осторожно заглядывает в кабинет. Дастин отвлекается от бумаг, поднимает глаза, и на миг его ослепляют огненные сполохи закатных лучей, играющих с медными волосами. — Конечно, Синтия, ваш рабочий день давно закончен. И я удивлён тому, что вы всё ещё здесь. — Вы на месте, и я подумала, что моя помощь ещё может пригодиться. — Вы чересчур ответственно подходите к своим обязанностям. Для девушек вашего возраста это странно, не находите? — Я дорожу своим местом. — Настолько хорошие условия труда? — Дастин включает обычное ехидство. — Неплохие. Для девушек моего возраста. И потом, у меня есть личные мотивы. Последняя фраза звучит слишком откровенно из уст этой тихой, собранной девушки, спокойно и безупречно выполняющей свою работу. И Дастин чувствует укол непонятной, необъяснимой... ревности? (Ого, похоже, братец и здесь преуспел!) Однако секретарша, будто осознав, что сказала лишнее, поспешно прощается: — Всего хорошего, мистер Чейз! — До завтра, Синтия. Как только девушка скрывается за дверью, Чейз встаёт из-за стола. «Личные мотивы»... К чёрту! Эта смертная не стоит и доли его переживаний. В какой момент это перестало быть правдой? Когда эта огненно-рыжая девушка с глубокими глазами и таким холодным и замкнутым внутренним миром заняла его мысли? «Личные мотивы»... Он провожает взглядом маленькую точёную фигурку, направляющуюся к стоянке компании. И понимает: что-то идёт не так. Девушка вдруг сворачивает к тёмному переулку, походка её меняется, становясь неуверенной и шаткой. Следом за ней в этот же переулок ныряет какой-то парень. Времени на размышления не остаётся. Ещё миг – и он бы не успел. Клыки одного из вампиров уже приближаются к её беззащитной тонкой шее. — А ну прочь, ублюдки! — рычит Чейз, отбрасывая к стене схватившего девушку вампира. Синтия, моментально приходя в себя, пытается оценить обстановку. — Уходите, я их задержу! — кричит он. — Но... — Убирайся же!.. Девушка, бросив на него странный взгляд, наконец, убегает. И Дастин остаётся с теми, кого лишил желанной добычи. — Решил поиграть в героя, красавчик? — оскаливается один. Второй, придя в себя, двигается к Дастину. — Совсем совесть потеряли. Обращают всякую шваль! — презрительно кривится Чейз. — Сейчас мы тебе костюмчик-то подправим, — в руке новообращённого мелькает лезвие ножа. — И личико заодно. — Не думаю, — невозмутимо отвечает Чейз, уклоняясь от стремительного удара. Второй вампир бросается на него со спины и хватает за горло. Дастин, освобождаясь от захвата, перебрасывает его вперёд, сворачивая одним движением шею, закрываясь его телом, как щитом, от острого лезвия. Но пара ударов всё же достигает цели, и рукав светлого костюма обагряется кровью. Второй легко сдаваться не намерен. Чейз встречается с ним взглядом. Его Дары не развиты, но замедлить новообращённого удаётся. Дастин хватает его руку с ножом и проводит по его же горлу. Хрипя и булькая кровью, вампир оседает на асфальт. Чейз набирает номер Артура: — Алло, это Дастин, брат Виктора. — Слушаю, Дастин. — У меня тут парочка новеньких, уже в неживом виде. — Где ты? Сейчас пришлю за ними. Чейз, возвращаясь домой, намеревается пройти незамеченным. Но по странной иронии, у самого порога лицом к лицу встречается с Ноэлем. — Отец? Ты куда-то собрался? — Да. Нужна кровь. — Виктор? Он пришёл в себя? — Начинается жажда. А что произошло с тобой? — Так, мало ли идиотов... — Дастин, вспыльчивость – не лучший союзник. — Я не затевал драку. Иду по стопам Виктора, отец, — криво усмехается Чейз. — Оставайся с ним. Я принесу. Старый вампир глядит вслед закрывшейся двери и обречённо произносит в пространство: — Только этого не хватало.