«Ты мне нравишься, Танджиро»

Он плачет, он снова плачет, прижимаясь к бедру его друга. А разве друга? Каждый раз, когда из глаз Зеницу текут горькие слёзы из-за какого-то глупого происшествия. Каждый раз его Танджиро, от которого так и веет позитивом, успокаивает Зеницу. Честно говоря, Камадо-старший до сих пор не понял. Не понял чувств выжженного блондина. Он не видит, с какой нежностью в глазах смотрит на него Агацума. Он же в них не смотрит. Он не смотрит на него, лишь иногда своим встревоженным взглядом, который пробирает до костей. Или же нежным, которым пытается успокоить. И это всегда работает. Хочется оказаться в его объятиях, но мы всего лишь друзья, да? Да. Когда по щекам текут слёзы, он смотрит на своего Танджиро. Смотрит в надежде, что он увидит в нём кого-то кроме лучшего друга. По ночам он рыдает, рыдает до тех пор, пока не уснёт. Рыдает в надежде, что красноглазый посмотрит на него взглядом, говорящим, что он влюблён. Влюблён в Агацуму Зеницу. Как же ему надоело. Надоело до дрожи в руках. Какой же он слабак. Как же он хочет подойти к слишком невинному Танджиро. Подойти и поцеловать, передать все свои чувства через губы. Поцеловать, чтобы он почувствовал всю ту боль из-за этих его непослушных волос, из-за его глаз цвета пролитой крови. Как же Зеницу хотел это сделать, но не мог. Он слишком боится. Боится быть отвергнутым. Поэтому он строит из себя дурачка, которого хлебом не корми, дай позвать Незуко замуж. И вот он опять задыхается в слезах, в попытках найти нежный взгляд своего Танджиро. Но не находит. Зачем он ему? Наверняка его нытьё уже достало старшего Камадо. Он падает, ведь рядом нет друга на которого можно опереться. Перед глазами всплывает лицо его любимого, оно смотрит на блондина с необычайной нежностью и любовью. Лицо красноволосого тянется к нему. От удивления рот Зеницу открывается, и там поселяется язык лучшего друга. Их языки сплетаются в нежном танце. Выжженный блондин выхватывает инициативу и толкает того на спину, ложась сверху. Агацума Зеницу хотел этого всё время после осознания своих чувств, но разве это правда? Он машет руками перед собой и падает. Камадо-старший исчезает, а лицо нытика снова окутывается слезами. Опять эти миражи появляются перед ним. Опять доводят его до истерик, доводят тем, что это неправда. Осторожный стук в дверь привлекает внимание Зеницу. Так стучит только его Танджиро. На ватных ногах он подходит к двери и дрожащими руками открывает дверь, а после вытирает рукавами лицо. Немного выглядывая, Зеницу с уставшим видом и немного подрагивающим голосом выдаёт: — Танджиро? Зачем ты сюда пришёл? — У тебя всё в порядке, Зеницу? Я слышал, как что-то упало и… — договорить ему не дал блондин, который успешно перебил своего друга. — У меня всё прекрасно! Всё просто замечательно! Разве не видно? — после этих слов он закрыл дверь и опустился вниз. Из глаз снова пошли слёзы. Он пропустил свой шанс. Как всегда. Да, он мог выдать жалкое «Ты мне нравишься, Танджиро, разве ты этого не видишь?». Но был ли в этом смысл? Наверное, нет. Его голова раскалывалась. Он хотел перестать думать о вишнёвых глазах друга, о его красных волосах, которые наверняка очень мягкие, как и его нежный голос. Он хотел перестать думать, но не мог. Он нуждался в воздухе, ему хотелось вздохнуть полной грудью и забыть о страхе хотя бы на минуту. Он хотел всё это бросить, начать всё заново и никогда об этом не жалеть. Он хотел уехать туда, где нет Танджиро с его нежность ко всему, что может дышать. Ему надоело. Ему надоело смотреть с ненавистью к каждому, с кем его любимый говорил так же ласково, как с ним. Ему надоело то, как этот кабан постоянно крутится вокруг старшего Камадо. Ему просто всё надоело. Он запутался сам в себе. Он же влюблён в брата, а не в сестру. Тогда почему в своей комнате в его мыслях лишь Камадо-старший, а на людях он крутиться около младшей и говорит про неё как про жену. Разве это правильно? Даже когда он вроде бы собрался с мыслями, нашёл силы, чтобы признаться, слова не идут, он просто стоит, и его глаза начинают слезиться. И вот, каждая капля друг за другом капает на землю. Его Танджиро берёт его за руки и улыбается самой тёплой улыбкой, говоря, что всё будет хорошо. И он верит. Он верит, что всё будет хорошо. Он верит, что когда-нибудь он скажет своему Танджиро четыре заветных слова «Ты мне нравишься, Танджиро».