Последний дракон

Вечером снова началась гроза. Пятерка, я и Соня сидели в одной из комнат дворца и по моему настойчивому желанию, рассказывали страшилки. - … и вот, когда она оказалась дома, она увидела, что вместо её родителей на кровати лежали трупы! – крикнул Обезьяна. - Аааа! – заорал я от испуга – за что? - Тебе страшно? – фыркнула Тигрица. - Кому? Мне? ПФ, неа. – это была не совсем правда. Но ведь не скажешь им, что страшно! Неделю издеваться будут - Бу! – крикнул мне в ухо Богомол - Мамочки! – вскрикнул я. Она засмеялись. - Ладно тебе, По, это же всего лишь истории – сказала Гадюка свойственным ей мягким тоном. - Я и не боюсь! – соврал я – хех, я дракон и воин дракона, ничто не может… - Зомби! – крикнула Соня. - Бежим! – проорал я, хватая её. Все снова засмеялись. Я прикрыл глаза, смотря на пандочку. - Ну ты-то за что так со мной? - Я любя. Все чего-то боятся, это нормальное явление. Не надо стесняться. - А ты чего боишься? – поинтересовался у неё Журавль, потягивая чай. - Это страшная тайна. - Скажи! – восторженно попросил Богомол – чего может бояться дракон? - Вы смеяться будете. - Грозы? – предположил Обезьяна - Нет. - Темноты? – сказала Тигрица. - Нет. - Траурного марша смерти, что неизбежно ведет нас всех к гибели? – сказала Гадюка. Все с огромными глазами посмотрели на неё. - Эм… вообще-то нет. - Теперь я боюсь тебя – сказал ей Журавль. Я схватил Соню, обнимая и тиская бока. - Ну чего ты всё-таки боишься? – спросил я в её плечо Соня вздохнула. - Пауков. Я до усрачки боюсь пауков. - Почему? – засмеялся Богомол. - Потому что они могут заползти тебе в ноздри и сплести паутину в носоглотке, и когда ты выдыхаешь огонь, то ты сжигаешь дохренилиард паучьих детей и их пепел остается в твоем теле навсегда. – пандочку тряхнуло – мамочки, как представлю – в дрожь бросает. - С чего им заползать в ноздри? – не унимался Богомол. - Не знаю, у них спроси. А ещё их восемь глаз… - её снова тряхнуло – так, давайте сменим тему? - Хорошо. когда ваша свадьба? - Богомол! – рявкнули на него Тигрица, Гадюка, Обезьяна и Журавль - С… свадьба? – опешила пандочка Я сильней её обнял, тиская. Говоря откровенно, от такого вопроса я растерялся, но чуть не выпалил «давайте сейчас». Однако, я вовремя спохватился и промолчал. - Это неприлично. – буркнул я первое, что пришло в голову. - Это почему? Я просто спросил. - Не смущай их – сказала ему Гадюка Прогремело с ужасающей силой. Журавль вздрогнул и едва не опрокинул чай. - По, можно один вопрос? – сказал мне Обезьяна. - Конечно, друг. - Зачем ты всё время её тискаешь? - Я об этом постоянно думаю – вздохнула Соня. - Потому что она милая, пушистая и вообще, сам попробуй - Не пробуй! – крикнула панда – не сметь! Я тебя ещё за случай с принцессой не простила, маньяк хренов! - Но ты правда такая лапочка. - Фэээ – демонстративно произнес Богомол. Тут двери комнаты распахнулись. К нам ворвался Зенг - Соня, там пришел один старик. Говорит, что к тебе. - А? – потерялась пандочка – ко мне? Но я ж никого не знаю в деревне. Хотя… погодь, где он? - В зале героев. Ждет тебя. Соня встала с меня и решительно направилась к залу. Я и пятёрка переглянулись. Я хотел пойти с ней, но меня одернула Тигрица. - Дай ей хоть шаг ступить без тебя. – сказала она Я молча сел обратно. Через три секунды раздался визг и оглушительное: - ДА ПОЧЕМУ БЛЯТЬ ЭТО ПРОИСХОДИТ?!!!!! - Теперь мне можно к ней? – сказал я подруге. - Теперь да. Я рванул за пандой, а пятерка – за мной. В зале героев я увидел Соню, грустно стоявшую в углу. Она билась головой о стену и причитала: - ненавижу! ненавижу свою жизнь! Ненавижу это тело! Ненавижу твоё заклинание! В паре метров от неё стоял старенький лис, опиравшийся на трость. - Я ж не специально. – сказал он Соне – откуда мне было знать, что ты станешь пандой? И кстати, ты очень милая. Я не один так думаю! Ура! пандочка повернулась к нему и фыркнула. - Не надейся, что я не буду злиться! Ты хоть знаешь, как сложно было найти на это тело одежду? А как его прокормить? И вообще драться? Как себе нормальное тело захерачить – пожалуйста, а как внучке – так хрен, будешь пандой. - Я сейчас обижусь! – крикнул я. - Я любя! - Кто это? – спросила Тигрица, встав рядом со мной. Соня отошла от стены, потирая виски и вздохнув. - По, Ребята, это мой дедушка Везерис. Деда, это Тигрица, Журавль, Обезьяна, Богомол, Гадюка и По. Он воин дракона. Лис немного поклонился нам и уставился на меня. Затем немного улыбнулся. - Для меня честь быть знакомым с тобой, воин дракона. – сказал он. - Я тоже очень рад – улыбнулся я – а вы тоже дракон? - Разумеется. - А какого вы цвета? Вы больше, чем она? А что у вас за магия? Вы пришли в гости? Хотите пельмени? Соня сказала, что я люблю её? Лис обработал весь поток слов, продолжая улыбаться. - По, умолкни – шикнул мне Обезьяна - Всё в порядке – сказал ему Везерис – любопытство неотъемлемая черта смертных. Не стоит за это ругать его. - Понятно? – довольно сказал я Обезьяне. Лис стал обходить меня вокруг, отвечая: - Я красного цвета, немного больше Сони, магия огня, пришел я к вам по делу, спасибо, от пельменей не откажусь, и нет, не сказала. Соня, почему? Пандочка вздохнула - Не успела. Короче, деда, мы с ним вроде как… ну… парочка. – стесняясь выдавила она - Это прекрасно! – воскликнул лис, обняв меня за живот – дракон и смертный смогут показать, что мир между нами возможен! По, я буду счастлив принять тебя в семью. Я взвизгнул и сильно обнял Везериса. - Вааа, вы офигенный дедушка! - Рада, что вы поладили. Дед, так зачем ты пришел? – сказала Соня, подойдя. Я отпустил лиса, и тот протяжно вздохнул, смотря на ливень. - Через три дня Валерион атакует. - Что?! – вскрикнула пандочка испуганно. - Кто? – спросили мы с пятёркой - Мой отец! Твою мать, моя магия не восстановилась полностью, По только-только научился летать, все мастера во дворце испугаются, увидев хоть одного дракона! Люцифер, за что мне это всё?! Я прижал её к себе. - Тшш, успокойся. Ты прям на взводе вся. - Откуда вы знаете, когда они нападут? – поинтересовалась Тигрица у Везериса. Старик грустно вздохнул. - Потому что Я их впущу. Я прямо опешил. - Вы?! Но… зачем?! Я думал, вы за нас! - Ты не так понял, воин дракона. Все то время после пожара я держал над долиной и всем Китаем купол, который не пропускал войска моего сына. Но через три дня у меня не останется сил и едва купол треснет, на страну обрушится огненное море. - Так вот почему было так тихо. Стой, а Ламия? А Пицель? - Они были тут? Гм, похоже, что они пришли вдвоём. Ламия могла пройти под землей вместе с Пицелем. Соня отошла от меня и опустилась перед лисом, взяв того за плечи. - Отмени моё заклинание. Верни меня в моё тело. Я полечу к ним. - Зачем, дитя? - Поговорить. Может, удастся хоть кого-то привлечь на нашу сторону. Шансов мало конечно, но надо попытаться. - Сонь, я правильно понял, ты собралась лететь к драконам? – влез я в их разговор - Да. - Я с тобой. - Ага, ща. Тебя сожрут, едва заметят нового дракона, который не сможет сбежать. - Я тебя одну не пущу! Пандочка вздохнула. - Ладно, полетишь на мне. - Только осторожнее, я тебя прошу – сказал ей Везерис – если тебя ранят, смертные лишатся шансов на победу. - Знаю. Колдуй, дедушка Лис вытянул к ней руку. Из ладони полился бледно-голубой поток энергии, который стал окутывать Соню. Она начала расти. Взяв меня за руку, она рванула прыгать с крыльца. Я зажмурился. Через минуту я ощутил, что лежу на чём-то теплом. Открыв глаза я увидел золотистую лапу. Соня держала меня в руке, второй закрывая от дождя. - Ты нормально? – спросила она, поднеся меня к себе. - А-ага… слушай… я вдруг начал чувствовать себя мелким. Она посмеялась и прижала меня к щеке, ласково поглаживая пальцем - Не боишься меня? - А должен? - Нет. чёрт, По, ты такой мягонький! Так бы и съела. - Когда такую фразу говорит дракон, то это вовсе не на мысли о милоте наталкивает – признался я. Соня снова засмеялась, тиская меня. - Да не съем я тебя, дурак! Ты просто ужасно милый, когда на тебя смотришь сверху вниз. Блин, можно ты ляжешь и я тебя потискаю? - Как скажешь – я лег на её ладонь. Дракон взвизгнула и стала пальцем тискать мой живот и щёки - Я не сильно давлю? - Нет, всё хорошо. слушай, а ты такая гладкая – сказал я, гладя её чешую – как Гадюка. - Спасибо – смущенно улыбнулась она. Затем снова взвизгнула, гладя мой живот – мамочки, ты такой пухленький и мягкий, я даже останавливаться не хочу! - Ну и не надо. – я улыбнулся, обняв её палец – тискай дальше, мне нравится. - Люблю тебя. Блин, и ведь поцеловать не могу – пробурчала Соня последнюю фразу. Я приподнялся и поцеловал её в щёку. - А так? - Блин, иди сюда, мой пельмешек – она обняла меня, прижимая к скуле и тиская за брюшко. Какой же кайф.