Два Билета На Луну

— Готово. — мужчина вытер оставшиеся чернила на загорелой коже и обработал свежую тату. — Обито, у вас просто руки Бога. Вы сделали её намного лучше, чем я ожидала. — девушка смотрела в зеркало, которое ей дал черноволосый. На голой груди были маленькие графические цветы, большие и маленькие. Проколотые соски затвердели. Не удивительно, ведь пару часов подряд к ним прикасались мужские сильные руки. Руки красивого парня, от которого веяло сексуальностью. Даже несмотря на то, что пол лица занимал ужасный шрам. Черные, как уголь глаза. Такие же волосы. Всю правую сторону лица занимал огромный шрам, однако это не портило его красоту. Даже добавляло немного пикантности. Ещё по паре серьг на каждом ухе. Сильная шея… Взгляд девушки мог опускаться ниже и ниже, однако слова Учихи помешали этому. — Как за тату вы знаете как следить. Через десять часов снять плёнку. Обработать антибактериальным мылом. Дальше промокнуть ватным диском и дать полностью высохнуть. Нанести мазь и снова накрыть плёнкой. — говорил Обито. На лице не было ни единой эмоции. Он знал это, как молитву, даже лучше. — Дада и повторять эту процедуру три дня. — клиентка аккуратно одела вверх. Взяла с сумки кошелек и положила на стол купюры. Учиха увидел, что нужно отдать сдачу. Он снял перчатки. — Без сдачи. Это вам так, на чай. И ещё кое-что. — девушка подмигнула и удалилась. Черноволосый взял деньги и пересчитал их. Сумма была намного больше, чем он ожидал. И, под купюрами, нашел салфетку с номером. Вздох. «Примитивно». Учиха поднялся с кресла и вышел, так сказать, с личного кабинета в общий зал. В целом весь салон был в темных цветах. Стены были черные, с красными облаками. Разные неоновые лампы. — А та красотка была ничего. — Хидан стоял за стойкой и смотрел на выход, откуда минуту назад вышла девушка. — У меня вопрос. Хидан, почему ты постоянно у нас тусуешь? Иди толкай дурь в клубы, а то что ты… — То, что я сосу хуй твоему начальнику считается. Я вам что, чем-то мешаю? Вообще-то я тут помогал вам обустраивать салон и всё такое… — серебряноволосый перебил Дейдару, кой восседал в углу на месте мастера-маникюра. — Ну, Какузу нам не начальник. Он просто деньгами занимается. — почесал затылок Кисаме. Его синие волосы были как всегда взъерошены. Высокий и мускулистый, как Обито, парень чистил машинку для тату. Тем временем Учиха скомкал салфетку и подошёл к мусорке. — Тоби, ты чего? — Хидан подошёл к парню и забрал номер. — Что с тобой не так? Такая тёлочка подкатила… А он номерками разбрасывается. Я позвоню. — А Кузу? — подал голос Яхико. Рыжий складывал свои штанги, бананы и циркуляры* в маленькие коробочки. Он работал тут пирсером и, ожидаемо, у самого было кучу проколов. В ушах, в носе, на брови, на переносице, под губой, в губе. — А Кузу пошел нахуй. Лишь бы прибыль. — бойфренд казначея обиженно закатил глаза. Черноволосый же так же молча положил в кассу деньги и сказав, что выйдет прогуляться, пошел на улицу. — Там скоро дождь начнется. — блондин посмотрел в окно. Темные тучи накрывали город. — Плевать. — Учиха вышел из салона. Он медленно шел по улице. За его спиной красным горело название салона «Акацуки». Черноволосый хотел упорядочить все свои мысли и покурить. Обито прижался спиной к стене, взял одну из пачки и закурил. Курение помогало расслабиться, сосредоточился на нужных мыслях. Дым в лёгких захватывал дух и заставлял кровь быстрее бежать по венам. Длинные пальцы с тёмно-синим лаком струсили пепел. Взгляд черных глазах опустился вниз. На асфальт упало пару капель дождя. Ещё и ещё. По прогнозу погоды передавали, что сегодня будет ливень, даже с грозой. Учиха решил не испытывать судьбу, а именно «добежит ли он до салона сухим» потому что отошел так, вроде и далековато, а вроде и нет. Он зашёл в кафешку, рядом с которой курил. Забегаловка называлась «Скрытый Лист». Учиха сел за свободный столик. Помещение было среднего размера, даже присутствовала маленькая сцена. Было всё очень уютно обставлено, людей мало, что давало возможность свободно дышать. За барной стойкой был молодой человек. А по залу ходили две официантки. И вот одна подошла к столу черноволосого и протянула лист меню. — Капучино с карамельным сиропом. — только и сказал черноволосый, смотря в окно — Обито? — он повернулся. — Учиха Обито? — Тоби присмотрелся. Эти большие карие глаза. Он их никогда не забудет. — Нохара Рин? — Учиха встал. Девушка заразительно улыбнулась и, плюнув на приличие, прижалась к старому другу. — Сколько лет я тебя не видела, Тоби. Чёрт, думала я тебя больше никогда не увижу. — брюнетка вжалась щекой в сильную грудь черноволосого. — Ты знаешь, я жил в Европе. Вот только неделю назад переехал с друзьями обратно домой. — Обито взял её за щеки и снова посмотрел в глаза, которые уже были на мокром месте и пустили пару слезинок. — Эй, ты чего? Радоваться же надо. Долгожданная встреча лучших друзей. — девушка заулыбалась ещё ярче. Парень вытер большими пальцами её щеки. — Нет, всё. В кафе людей мало, можно и посидеть. КУРЕНАЙ! — она окликнула свою коллегу и показала на стол. Черноволосая официантка решила не задавать лишних вопросов и просто кивнула. Нохара уже хотела сесть. — Ой, прости, ты не против? А то я просто на эмоциях. Вдруг ты хотел сам посидеть? — Нет, конечно же нет. Присаживайся. Я рад твоей компании. — старые знакомые сели друг на против друга. — А капучино с карамельным сиропом? — Он подождёт. — Учиха хихикнул. — Последний раз мы виделись в больнице. Ты говорил, что переезжаешь в Европу на реабилитацию. Мы ещё тогда встречались. — Да, тяжёлое время было. Это было так давно. Пять лет? — Семь. — поправила его Рин. Неловкое молчание. Лучшие друзья, которые встречались, а потом расстались из-за катастрофически ужасных обстоятельствах на семь лет. Не писали при этом друг другу. Очень неловко. В первую очередь стыдно перед собой. — Тоби, ты так похорошел. Возмужал, накачался. Небось отбоя от девушек нет. — брюнетка первая решила завязать разговор. — Да я смотрю ты тоже не просто семь лет просиживала. Ты получила образование медика? За окном дождь шел всё сильнее и сильнее. Люди прятались под шапками подъездов, в кафешках, торговых центрах. Машины ехали быстрее домой. Только вот эта вся шумиха не могла помешать дружеской химии между товарищами. Они были увлечены в разговор, который продлился очень долго.