Земляничный бриз

POV Билли 9 октября 2019 Проснувшись, я не поспешила открывать глаза. Невольный липкий страх того, что Эйвери решит, что всё произошедшее — ошибка, не давал мне полностью расслабиться. Отчего я просыпалась за ночь несколько раз. Ничего, отоспаться можно и в самолёте... А ночью я обнимала девушку, прижимающуюся к моей груди, аккуратно уложив загипсованную ладонь у лица, и медленно водила кончиками пальцев по её предплечью, под одеялом вырисовывала невидимые узоры на талии и пояснице... Осмелилась даже провести вверх по ягодицам, когда девушка во сне положила бедро на мою ногу, и я подтянула его чуть выше, на таз, приобнимая снизу, стараясь не издавать глупых счастливых звуков. Я уже не чувствала запах алкоголя, но знала, что Эйвери вчера пила. Какая вероятность, что это пьяная ошибка? Нет, это не пьяная ошибка. А даже если так, то я буду бороться. Я не дам этому так закончиться. Так долго я по ней сохла. Столько ночей я ныла Зои о том, что никогда не смогу превратить гетеросексуалку хотя бы в би, пока та меня уверяла, что Эйви самая очевидная бисексуалка в мире. А я не верила. Девочки будут в шоке, когда я им расскажу, что сегодня было. Вчера. Я хочу снова её поцеловать, боже, как я хочу снова её почувствовать... Я открыла глаза. Блондинистые вихорьки на макушке Эйвери меня позабавили — я никогда не замечала, что у неё подвиваются волосы на макушке. На лбу, у линии волос — тонкий уже затягивающийся порез непонятного происхождения; наверное останется шрам. Было совершено непонятно сколько времени: ни окон, ни часов в гримёрке не было. Вероятно, уже утро, но тогда странно, что Эйвери ещё спит. Неужели я её вчера так утомила... Я улыбнулась своей мысли. Аккуратно прикоснулась губами ко лбу девушки и вздрогнула от неожиданности: сначала решила что это Эйви проснулась, но звук доносился откуда-то слева, чуть позади. Я повернула голову и встретилась глазами с братом, который замер в дверях с широкой улыбкой на губах. — Финнеас... — прошептала, но меня так позабавило выражение его лица, что я не смогла сгенерировать какое-то объяснение. Лишь прикрыла оголённые плечи Эйвери одеялом, спрятав её от мужских глаз. Хотелось прогнать его, но он так неловко и комично замер на входе, что хотелось полюбоваться этой картиной подольше. Когда я натянула на девушку одеяло, та чуть дёрнулась во сне и сильнее прижалась ко мне. — Не разбуди её, — наконец прошептал Финнеас; он нашёл взглядом планшет, и, видимо, хотел к нему подойти, уже не был так уверен стоит ли. — Нам скоро отъезжать. Я заметила его колебания, и, воспользовавшись нерешительностью брата, прогнала его. Через какое-то время я поняла, что надо двигаться, чтобы никто не заявился сюда второй раз: высвободила руку, которую уже не чувствала, из-под головы девушки, аккуратно перешагнула через неё и тихонько спрыгнула на пол. Надеюсь не перестанет расти из-за меня. Реакция Эйвери на незакрытую дверь — было первым, что шокировало меня за этот день. Я ожидала совсем другого пробуждения. Я хотела предложить встречаться. Пока я одевалась и скидывала вещи спящей девушки в сумку, представляла, как буду целыми днями находиться у неё в квартире, готовить у неё на кухне... Для начала закупила бы посуды и кухонных принадлежностей, потому что кухня Эйвери — эталон минималистичного стиля жизни... Я не закрыла дверь, потому что в тот момент собирала волю в кулак, чтобы поцеловать тебя, идиотка. Если бы я не решилась ничего этого не было бы. А может и не надо было. В горле встал ком. Эйвери подхватила все свои вещи и ушла. Я попыталась её остановить, еле выдавив «И не поцелуешь?», но она всё равно вылетела из гримёрки. Ясно. Дверь — это был предлог. Она его искала — она его получила. Она поняла свою ошибку и сбежала. Я два года сохла по ней, каждый раз переживала мини-инфаркт, когда она меня обнимала, буквально ревела в подушку, от осознания, что она спит с каким-то мужчиной в моём туре, боже, как она могла подпускать к себе мужчину... Одно дело Эйден, но совсем другое — кто-то, кому она доверяла настолько, чтобы раздеться и отдаться, неужели они выстроили такую связь, которой у нас с ней не появилось? Чем он лучше? И вот, только мне показалось, что я чего-то стою, что она во мне кого-то видит, что я имею право на что-то большее... Я оказываюсь ошибкой в её жизни. Она живёт, работает, катается, соревнуется, общается с людьми, гуляет, трахается с каким-то мужчинами, и я оказываюсь всего-то точкой на её прямой жизни... Она была моей зависимостью на протяжении такого времени, а я... Я почувствовала, что коленки трясутся и села на диван. Прилегла на подушку, почувствовала запах жасмина и лилии и зарычав отбросила её в сторону. И почувствовав такую слабость, просто разревелась. Второе неприятное — Эйвери поменялась местами с Дэнни. Она всегда в самолётах сидела рядом со мной, всегда, а сейчас по бок от меня сидел Дэнни, растерянно пожимавший плечами. «Она сказала, что плохо себя чувствует, и хочет тишины». Тишины. Как же. Под предлогом похода в туалет я нашла Эйвери на самом переднем ряду, где обычно сидел Дэнни из-за нехватки свободного места для ног, но та прикрыла глаза маской, а в ушах были вставлены наушники. Я кивнула сама себе и вышла в тамбур — в туалет. Повернув защёлку прислонилась спиной к стенке и уставилась на себя в зеркало. Закусила губу. Я надеялась на что-то. Надеялась на настоящие отношения. Мне было противно от воспоминаний о Кью, тошно, но я искренне верила в то, что мы с Эйвери могли бы что-то построить. Это был единственный человек, излучавший такой комфорт... Я ей доверяла. И ночью Эйвери доверяла мне, мне так казалось. Но, всё оказалось ошибкой. — Доигралась? — тихо спросила я отражение. — А Дрю говорила, что я доиграюсь. И вишенкой на торте стало исчезновение Эйвери в аэропорту. Когда после получения багажа её не досчитались, у меня, казалось, остановилось сердце. Её похитили? Если она отошла в туалет, то почему никого не предупредила? Даже пусть она теперь её видеть не хочет, но можно было кого-то предупредить... Что если ей плохо? Паническая атака? Что она будет делать? И уже через минуту Дэнни сказал, что Эйв улетела в Лос-Анджелес. Круто. Так она всё-таки сбежала. 10 октября 2019 Я наконец-то возвращаюсь в кровать, укутываюсь одеялом и мечтаю остаться тут навсегда. Тупая физиотерапия. Она не помогает. «Это займёт время», «не всё сразу, Билли»... Херня! Я уже месяц, прилетая в новый город, встречаюсь с врачами, которых понаходила Эйви, протягиваю им карточку, они изучают записи, и потом мы час разрабатываем лодыжку... — Эйви... — прошептала я такое милое имя, вспомнив о девушке. Она заботилась обо мне. «Это моя работа» — «Исключительно? Только потому что работа?» От приятных воспоминаний защемило сердце. После этих слов я повернулась к ней и тогда я прокляла Финнеаса двести тысяч раз, что он находился неподалёку, потому что я уже там была готова её поцеловать. А когда она дотронулась до моих губ, я уже была мертва. Я не знаю, как я протянула концерт... Я полнейшая идиотка. Как я только додумалась до такого. Поцеловать её. Зачем? Любая влюблённость проходит, и эта бы прошла. Рано или поздно. Я вытерла намокшие глаза одеялом. Боже, я так хотела стать с ней ближе. Я правда надеялась на настоящие отношения. Я высвободила из-под одеяла руку и, не слазя с кровати, потянулась к телефону, который лежал в сумке на полу. В лодыжке отдалось глухой болью. Нахмурившись, я посмотрела сообщения. От Эйвери — ничего. С той ночи прошло ровно двое суток. «Мы и не встречаемся». — «Давай потом это обсудим». Не обсудили. Или в её понимании «потом» — это через месяц? Я зашла в чат. Она не онлайн. Чем она сейчас занимается? На тренировке, вероятно. Хотя... Вряд-ли, её рука все ещё в гипсе. Тогда она отдыхает. Я могу ей написать, и она должна ответить... Я выключила телефон и закинула его обратно в сумку, но достала ноут и уже меньше чем через минуту смотрела на три бегающие точечки в ожидании, пока Зои примет видео звонок. — Я в жопе, — выпалила я, как только увидела лицо подруги на экране. 13 октября 2019 Лос-Анджелес встретил нас тридцатиградусной жарой и огромным штрафом Финнеасу, который он не оплатил до отъезда, а сейчас там накопилась пеня в восемь раз больше, чем сам штраф. Из-за этого чел был весь день на взводе. Всё взвесив и собравшись с силами, я попросила его отвезти меня к Эйвери, так как моя ламба была на платной стоянке в другом районе, но он мягко послал меня. А потом я поделилась своими мыслями с подругой, и она сказала, что сама судьба мне говорит не ехать к Эйвери, потому что это максимально идиотское решение. — Она должна разобраться в себе, — уверяла Зои, качаясь на гамаке на моём заднем дворе, пока я сидела рядом на траве. Мне стоит перестать ковырять кожу вокруг ногтей... — Я могу помочь ей с этим! — возразила я. — Не надо, ты ничем не поможешь. Она только больше испугается, и наворотит дел. Я легла на траву и завыла. Зои засмеялась. — Не строй из себя раненого зверя. Я перекатилась на бок и жалобно на неё посмотрела. — Ты не представляешь, что у меня на душе. — Куда уж мне. — С Кевином у тебя всё так сложно не было. — Это не значит, что я не переживала. Я снова завыла и зачесала волосы назад. Хмуро разглядывала облака. Молчала, но сама ни о чём не думала, я уже устала думать. — Иди займись делом, — сказала Зои. — Напиши какую-нибудь страдальческую песню, пока у тебя ебашат эмоции. Она спрыгнула с гамака и пошла по направлению к выходу. — Ты куда? — я приподнялась на локтях. Зои только помахала, не оборачиваясь ко мне. — Ты к Кевину? — Да, — крикнула она, подняла руки вверх и сложила ладони в сердечко над головой. Я снова легла на траву. Может всё-таки съездить к ней? Нет. И надо спилить эти ногти к чёрту. 20 октября 2019 Я стала совсем подавленной, и мама это видела. А я не знала, какое оправдание для неё придумать. Меня выводило из себя то, что я нахожусь в неведении. Мне было интересно всё: что она ест, как она спит, случаются ли у неё приступы паники, купила ли она что-то новое в квартиру, как она готовится к соревнованиям, волнуется ли она, как её перелом... В итоге я не сдержалась и написала Эйдену. А Эйден мне ничего хорошего не написал. Оказалось, неделю она проспала под ксанаксом. Гипс уже сняли, но руку надо разрабатывать, потому что произошла атрофия. Ментальное состояние ни к чёрту. Тренируются сутками напролёт: днём на катке, ночью в Galleria mall. Сказал, что лучше нам пока не видеться. Я спросила почему, он ответил, что просто так лучше. Легче мне стало не намного. Почему нам сейчас лучше не видеться? Это забота обо мне или о ней? Он боится, что она мне сделает больно, или, что я её отвлеку от подготовки к соревнованиям? 3 ноября 2019 — эйвери ты говорила мы всё обсудим но что-то всё никак этого не произойдёт я ждала, но я устала прочитай эти ебаные сообщения я знаю, что ты простоянно в телефоне эйвери . блять я соскучилась, ты понимаешь? просто по-человечески соскучилась если я сделала ошибку, то так и скажи, зачем ты бегаешь от меня игнорируешь я звонила а ты выкладываешь истории с катка я рада что у тебя все хорошо а у меня нет тебе все равно? почему ты ни разу не приехала просто чтобы поговорить почему эгоистка я бы могла сказать что я драматизирую но уже почти месяц прошел и если ты там что-то в своей голове решила то будь добра поделиться этим со мной почему я должна писать эйдену чтобы узнать что ты банально жива? ты сейчас должна быть уже в гренобле, я всё подсчитала, у тебя уже есть связь прочитай эти сообщения и ответь на каждое блять я понимаю этот игнор, это значит, что та ночь была ошибкой, но ты же не будешь из-за этого увольняться да? Я прикрыла глаза. Я думала написать что-то в духе «ты не так долго мне нравилась, и вообще, все мои влюбленности проходят быстро, и вообще, ты мне не нравилась, и то, что было — было по приколу». Но я не смогла. Это такая ложь, каждое слово в том предложении насквозь пропитано ложью, я не могу ей такое написать. Какая же я жалкая. Я никогда не была такой слабой. Я не боюсь быть слабой, но только если бы я знала, что ей не плевать на меня. А сейчас мне кажется, что я вообще её не знаю. Мы никогда в жизни так долго не игнорировали существование друг друга. Она всегда мне писала первая, я ей была интересна. И как она вообще может так долго не интересоваться мной? Я пытала Финнеаса, спрашивала ли Эйв обо мне, но я вижу, когда мой брат врёт, и он мне не врал. Она ему вообще не писала. И его сообщения она игнорировала. Я писала Эйдену, он активно со мной общался, но как только разговор заходил об Эйв — сразу переводил тему. И это было очевидно для нас обоих, но ему, видимо, было плевать на эту плохую актерскую игру. Я не представляю, как человеку может быть всё равно на... кого-то такого близкого. Возможно ей очень плохо. Но я мониторю все паблики по фигурному катанию, все инстаграмм аккаунты, где можно увидеть новые фотографии с тренировок, какие-то интервью и видео фанатов. И она не выглядит, будто ей очень плохо. Причем, я даже не стала заходить и смотреть это всё с фейкового аккаунта. Если владельцы увидят, что я смотрела их истории, заскринят и опубликуют это, то пусть она это увидит. Пусть увидит, что мне не похуй. Я удалила все сообщения, которые настрочила ей за последние пятнадцать минут, и вернулась к просмотру произвольных программ парников в прямом эфире. Такие соревнования ощущаются совсем иначе, когда в них принимает участие кто-то родной. После победы Эйви и Эйдена я всё же взяла снова телефон, и написала ей: — поздравляю с победой. я горжусь тобой