Капкан

Прекрасная погода, в эту пору года все торговцы съезжаются в столицу. Если пройти по главной улице, то обязательно что-то купишь. Николай ехал в карете уже несколько дней, ему уже надоела эта поездка, но отказаться он не мог, тогда будет хуже. Он решил просто смениться. Вдруг он услышал голос кучера. - Прррр, стоять окаянные, куда валите, мы уже на месте! Гоголь выглянул в окно и увидел прекраснейшую резиденцию, но он не знал чья она. Через минуту к нему подошёл кучер и открыл дверь. - Господин, мы прибыли, можете выходить. Гоголь неспеша вышел на солнце, вдруг один из его лучей попал прямо в глаза и он поднял руку, тогда он увидел, что это не то солнце, что он обычно видел. Оно было какое-то другое, более мягкое, такое солнце ему нравилось больше, оно было будто родное, согревало и дарило радость, Гоголь улыбнулся вспомнив счастливые моменты с Агной. После закрыл глаза, чтоб представить ее образ, но его позвал кучер. - Ваша светлость, этот человек будет вас сопровождать и покажет куда надо идти. Перед Гоголем встал мужчина не крепкого телосложения , среднего роста, со светлым лицом и доброй улыбкой, которую он наблюдал у всех жителей Москвы, наверно из-за солнца, так подумал Гоголь и ещё раз повернулся к солнцу. - Господин, давайте зайдём, там почти уже все собрались. Нам следует поторопиться! - Ах! Хорошо -, Гоголь в последний раз посмотрел на солнце и захотел обладать таким же солнцем, тем, что будет его также улыбаться,- идёмте, наверно всё уже заждались! Молодой человек повел Николая внутрь, когда они зашли, то увидели, что люди столпились в одном месте и что-то возбуждённо обсуждают, но ему было не до этого, он продолжал смотреть на яркое и нежное сердце, но вдруг ему показалось что-то такое же яркое, как солнце. Он опустил глаза и увидел брошь в виде солнца на костюме юноши. Он присмотрелся и вспомнил, что видел где-то это лицо, которое неожиданно притягивало взор и внутри становилось тепло. Он ещё раз посмотрел на лицо этого юноши и вспомнил, что это молодой и новоиспеченный поэт- Пушкин! Как он мог забыть своего кумира, хоть между ними и была небольшая разница в возрасте, но он им восхищался и ровнялся, хотел быть похожим и знал все произведения. Вдруг Пушкин посмотрел в его сторону и глаза Николая увеличились от удивления и отвернулся потому, что смутилмя и покраснел, он не понял, почему отвернулся и покраснел, но наверно от того, что его кумир посмотрел на него и улыбнулся, такое не всем дано и он улыбнулся в ответ, тогда и Пушкин с ещё большим теплом улыбнулся. Эта минута радости, которая появилась у Николая, наверно его новое достижение, но вдруг он испугался, потому что на него пристально смотрел Владимир Маяковский, Гоголь не понял почему, но все же отвернулся и решил уйти в другое место. Пушкин, увидев, что Николай уходит, поспешил за ним, но Маяковский положил ему руку на плечо, повернувшись, Александр увидел улыбающееся лицо Владимира и опустил глаза, он понимал, что ему нельзя бежать за Гоголем, но что-то тянуло и ему стало мерзко от того, что он отпустил его. Маяковский начал отпускать руку и повернулся к людям, чтоб продолжить разговор, не о увидел, что Пушкин побежал в сторону Николая. Глядя вслед и сжимая зубы от того, что Александр его ослушался. Пробежав достаточное расстояние, Пушкин окликнул Гоголя. - Стой! Подожди, я здесь -, пытался отдышаться Пушкин, но его дыхание сбилось, он стоял так секунд 30,- остановись-, окликнул Александр его. Гоголь остановился и увидел запыхавшегося Пушкина. - Что вы тут делаете?-, удивился Гоголь. - За тобой бежал. Я и не думал, что ты так быстро ходишь! Не догнать. - Простите, мы с вами знакомы?-, удивился но Николай, потому что тот перешёл на неформальное обращение. - Конечно! Мы с тобой дружили в детстве, ты уже забыл? Тогда посмотри на мою брошь, ты подарил мне ее перед отъездом, у тебя такая же! Гоголь посмотрел на свой пиджак, но ничего не вспомнил, он наверно забыл друга. - Нет. Я не помню!-, спокойным голосом заявил Николай. - Тогда, давай дружить заново -, Пушкин протянул руку, что пожать. Испуганный Гоголь удивился и покраснел, снова, он не понимал почему, но его снова охватило тепло, такое знакомое, но такое далёкое.