Не я виноват в этой войне...

Война… Как же я её ненавижу. Сейчас, вместо того что бы сидеть дома, я лежу в грязном окопе изувеченного города. А все из-за Америки, который, возомня себя героем, решил пойти войной на Россию, и кто как не любимый братец сможет ему в этом помочь? Был бы мой характер чуточку тверже, я бы смог его остановить или хотя бы не участвовал самом в этом безумие, а так… Наконец отдышавшись, торопливо осматриваю еле живую винтовку на наличие патронов и выглядываю из окопа. На горизонте никого нет, и мне спокойно можно проверить оставшееся войско. Русская армия почти полностью уничтожила отряд, в то время как сама лишилась всего нескольких десятков человек. Где-то в стороне взорвался снаряд, засыпав нас землей и глиной, убив самых несчастливых. Тяжело вздыхаю. Если выживу, точно скажу Америке всё, что я о нем думаю! На горизонте появляется русская армия, величественная и сильная. Впереди, конечно же, идет сам Россия, поддерживая отряд как морально, так и физически. Кто бы мог подумать, что этот вечно улыбающийся славянин будет настолько жестоким и кровожадным на этой войне. Я немало наслышан о его методах войны – они всегда хитры и опасны, а в его рукаве всегда запрятан козырный туз. Нам точно сейчас не выиграть, поэтому надо лишь выжить. Отогнав мрачные мысли прочь, даю моему отряду команду стрелять. На секунду все в этом мире затихло, будто делая последний, глубокий вдох перед погружением в пучину из крови, грязи и смерти. Свист пуль, грохот взрывающихся гранат и стоны погибающих людей, все сейчас похоже на незабываемую музыку, автор которой – Война. Я смог отползти к стене разрушенного здания, радуясь, что все же успел, сидя в окопе, поменять очки на линзы, иначе сейчас был бы похож больше на крота, чем на человека. Сделав глубокий вдох, незаметно выглядываю и прицеливаюсь. Дуло винтовки направлено на высокую фигуру с длинным, белым шарфом. «Ну, вот и все, Брагинский…» додумать мне не дала взрывная волна, отбросившая меня на каменную стену. Из-за сильного удара в глазах потемнело, и я отключился. Очнулся я от легких ударов по щекам. Открыв глаза, я понял, что лучше бы я закрыл их навечно. Предо мной стоишь ты и внимательно всматриваешься в мое лицо сверху вниз. Вот черт! Если ты подумаешь что я Америка, меня тут же убьют! Но из-за страха не могу вымолвить и слова… Ты положил руку мне на волосы и несильно сжал ладонь, заставляя смотреть в глаза. По телу прошел неприятный, пронизывающий холодок. Пытаюсь отвлечься и отвожу взгляд туда, где недавно была моя армия. Вместо нее, мимо канадских и американских трупов, ходят русские солдаты, осматривая тела. Неужели я единственный выживший? -Ты ведь не Америка, верно? - твой голос как холодная сталь резанул ухо. Не понимая ни слова по-русски, лишь поднимаю на тебя вопросительный взгляд. -Ты кто? – без особого интереса спрашиваешь ты. -Канада. – по привычке отвечаю я, как можно тише, боясь разозлить тебя. К тебе подходит один из солдат, и встав по стойке смирно, начинает что-то докладывать, косо поглядывая на меня. Я фыркаю, и вновь отвожу глаза. Если бы не рука этого гребаного русского, я уже давным-давно перестрелял бы всех, благо, оружие находится в каких-то двух метрах от меня. Наконец, закончив доклад, солдат показал на меня, что-то спрашивая у Великой страны. Ты, бросив на меня заинтересованный взгляд, кивнул. -Продвигайтесь на запад, американская армия должна быть там. Солдат кивнул и, развернувшись, окрикнул отряд, собирая его в строй. -Вы можете убрать свою руку? Я никуда не сбегу, честно. – тихо спрашиваю тебя, глядя в холодные, аметистовые глаза. -С этого момента ты становишься официальным пленным Российской Федерации, Канада. – произносишь ты, не разжимая руку. Черт! Радует одно, армия Альфреда шла за мной, и, надеюсь, они успели отступить… Пытаюсь высвободить свои волосы, и резко дергаюсь, но твоя хватка стала намного сильнее, угрожая снять скальп. В душе появляется осадок безысходности и страха. Дергаюсь в последний раз, но лишь больше ощущаю себя жалкой мышью в лапах большого, северного кота. Чем больше существо запугано, тем меньше в нем чувства самосохранения, и тем больше его тянет на необдуманные поступки. Изловчившись, резко пинаю тебя в колено. Из-за неожиданности, ты ослабеваешь хватку и я успеваю вырваться, делая резкий рывок в сторону лежащего оружия. К сожалению, ты слишком быстр, и я отключаюсь, когда рукоять твоего автомата с силой бьет меня в затылок. Очнулся я в темноте, воздух пах сыростью. Когда зрение немного пришло в норму, можно было рассмотреть старый, каменный подвал. Он совсем маленький, рассчитанный явно не на огромную группу людей. Прямо напротив меня находится деревянная дверь, с небольшой решеткой чуть выше середины. Пытаюсь пошевелить онемевшими руками, но лишь с огорчением осознаю - они прикованы над головой тяжелыми цепями, сам я сижу на голом полу в порванной военной форме. Мерзкое чувство страха вновь охватывает меня с головой, заставляя нервничать. Спустя несколько минут за стеной слышатся ровные шаги, а когда дверь скрипнула, я смог разглядеть высокую фигуру. Это был ты, кто же еще. Высокий, сильный, ты явно гордишься, что хоть на войне можешь показать всем свою истинную сущность. Недаром все страны, которые попадали в разные стычки с тобой, боятся одного лишь упоминания о России. Ты подходишь ко мне, от твоих тяжелых шагов, по моему телу пробежала дрожь. Медленно присев на одно колено, ты всматривался в мое напуганное лицо. -И зачем же ты пошел на меня войной, Матвей? – В твоем голосе есть что-то успокаивающее и доброе, словно ты мне рассказываешь о чем то сокровенном. -Простите, я не понимаю вас… -Шел на поводу у своего глупого братишки, помешанного на бессмысленной фантастике? -Я не понимаю… -Неужели ты не понимал чем все это для вас двоих закончится?! – ты неожиданно бьешь меня в солнечное сплетение. Дыхание на секунду прекратилось, заставляя меня согнуться, насколько этого позволяли скованные руки, но твоя ладонь, внезапно сжатая на моих волосах заставила меня вновь выпрямиться. -Неужели ты не понимал?... – на удивление горячий, полный боли, злости и обиды голос обжег мне ухо. Что я должен был понять? Что вся эта бредовая идея не закончиться успехом?! Да я это понимал еще с того момента, когда Альфред невзначай признался о будущем нападении! Я все прекрасно осознавал и понимал! Понимал, но… не смог. Я не смог остановить брата… Как же больно от этого на душе. Все страны обвинят в войне брата, но я, по настоящему, буду винить лишь себя. Я, имея полную возможность, не смог остановить его, дав немое согласие на наступление… -Как ты думаешь, Америка сможет продержаться еще от силы часика два, учитывая, что его армия на сегодняшний момент раза в четыре меньше моей? – произносишь ты с усмешкой. У тебя нет смысла лгать. -Альфред силен… ты не знаешь его настоящей силы! -Неужели? Будь он действительно силен, мы бы не разгромили его оборону настолько просто и быстро. -Он не проиграет такому как ты! – мой голос уже давно сорвался на крик. Война, обида, страх, беспокойство за брата и безысходность полностью уничтожили во мне того тихого Мэтью. -Знаешь, Матвей, ты еще можешь спасти своего глупого братца… - голос становиться приглушенным, а усмешка на твоем лице переходит в похотливый оскал. Холодная, чужая рука скользнула под мою форму, аккуратно, не без нежности, проведя по плоскому торсу. Неужели…