Что говорит Альфа

~ POV Чонгук ~ Когда я почувствовал, что меня поднимают, мои глаза распахнулись, и я увидел тень, нависшую надо мной. Я застонал от боли, которая уже распространилась по всему моему телу. - Ш-ш-ш, все в порядке, Альфа, все будет хорошо. Голос показался мне смутно знакомым, и я попытался поднять голову, чтобы увидеть лицо, но был слишком слаб, чтобы сделать даже такое усилие. Мои глаза снова закрылись, несмотря на то, что я изо всех сил старался держать их открытыми. - Правильно, Чонгук, спи, все будет хорошо. - Голос прошептал мне на ухо, и я задремал. ~POV Техен~ - Три недели. Прошло уже три недели, Техен, пора тебе прекратить это. При звуке его голоса я даже не шелохнулся, а просто сидел у окна, невидящим взглядом глядя на заснеженный двор. Он с грохотом поставил передо мной тарелку, скомандовал "ешь", и я отодвинул еду, снова обратив внимание на окно. Я услышал, как он разочарованно вздохнул. Да, это было три недели назад. Прошло три недели после инцидента, а я не слышал ни слова о своей стае или о Чонгуке. Лукас держал нас практически изолированными от всех, кого мы знали, и это меня нисколько не беспокоило. С тех пор как я увидел, как застрелили мою пару, я почти потерял интерес ко всему. Чонгук мертв. Эта мысль больше не заставляла меня плакать. Через две недели после стрельбы я почти выплакал все свои слезы. Во мне не осталось ничего, что можно было бы выпустить наружу, и поэтому я проводил дни на этом самом месте, глядя во двор и ожидая...того, о чем понятия не имел. - Послушай меня, Техен! Тебе нужно вырваться из этого!- Лукас практически кричал на меня. Он держал мое лицо в своих руках, так что у меня не было выбора, кроме как смотреть на него скучающим взглядом.-Пусть его смерть не будет напрасной, он умер, чтобы спасти тебя, самое меньшее, что ты можешь сделать, это попытаться жить!- Сказал он резко, и я вздрогнул от этого и выдернул свое лицо из его рук. - Просто оставь меня в покое. -Захныкал я, отодвигая тарелку подальше от себя и кладя голову на стол. Я слушал, как он придвинул стул ко мне и со вздохом сел. - Я скучаю по нему. - Прошептал я, не особо заботясь о том, слышит он или нет. Это было просто то, что я чувствовал. Он провел рукой по моим волосам. - Я знаю. - Сказал он через некоторое время, и мой рот задрожал, когда я почувствовал, что мои глаза наполнились слезами. Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, прежде чем поднять голову и посмотреть на него. Он убрал руку с моих волос, но продолжал смотреть на меня с беспокойством. -То, что ты чувствуешь, понятно, но ты должен попытаться бороться с этим, через некоторое время тебе станет лучше, я обещаю. - Сказал он с легкой улыбкой. - Ты когда-нибудь терял любимого человека?- Тихо спросил я. - Да, и я не хотел бы потерять и тебя тоже. - Сказал он, убирая с моего лица выбившуюся прядь волос. Я снова выглянул в окно. - Он не вернется, Техен. И тут снова начались слезы, беспорядочные рыдания, которые заставили Лукаса сделать все, что в его силах, чтобы заставить меня остановиться. Я был благодарен ему за помощ. Рыдания длились добрых десять минут, прежде чем перешли в сопение и вытирание слез, все это время Лукас был рядом со мной, молча давая мне утешение. - Ладно, иди переоденься, мы уходим, - сказал Лукас, вставая. Я посмотрел на него, вытирая остатки слез с лица. -Я не хочу никуда идти. - Проворчал я. -Нет, ты хочешь...тебе нужно, а теперь иди одевайся. - Сказал он, поднимая меня с места и ведя в мою комнату. ×××××××××× Город был прекрасен со всеми мерцающими огнями и прохладными украшениями, я всегда любил Рождество, но в этом году я не наслаждался им, и я определенно не ценил декор. Я был вдали от семьи, которую не видел с тех пор, как уехал в Канаду. Я несколько раз разговаривал с мамой, и она рассказала мне о нападении на лагерь, но в остальном она понятия не имела, где я нахожусь. Все что мне было позволено сказать ей, это то, что я в безопасности. Мне пришлось умолять Лукаса даже позволить мне поговорить с ней, потому что он боялся последствий. Я тоже не был уверен, где мы находимся, я просто знал, что мы уже не в Канаде; мы были на одной из его конспиративных квартир, которую мы покинем меньше чем через неделю. Он разобрался с моим паспортом и сказал, что везет меня в Лондон. Он называл это моим новым домом. Конечно, я не хотел ехать, но он ясно дал понять, что это не мое решение. Он сказал, что чем дальше мы будем от моей стаи, тем в большей безопасности я буду. Я не был в этом так уверен. Я решил, что если Виктор будет стараться изо всех сил, то найдет нас, и все. Да, с той ночи я стал немного пессимистичен. -Я не хочу быть здесь, может, мы просто вернемся домой?- Заскулил я. Лукас просто посмотрел на меня, взглядом, который говорил, что я прошу невозможного, поэтому вместо этого я вздохнул и продолжил идти по красиво украшенной улице. Был сочельник, а я все еще не в духе Рождества, разве это не грустно? День продолжался примерно так же: я ни к чему не проявлял особого интереса, а Лукас изо всех сил старался заставить меня улыбнуться. Дело не в том, что я был не благодарен за его помощь и присутствие, и я не пытался быть эгоистичным, просто когда у тебя не было желания что-то делать, кому-то было нелегко поднять тебе настроение, и у меня была веская причина для этого. Казалось, что отсутствие моей пары забрало часть меня, о существовании которой я даже не подозревал. Я читал об этом чувстве в книгах, и раньше я думал, что это просто куча дерьма, но потом это заставило меня понять, что это было реально, но Голливуд не отдавал ему должное, чувство было хуже. Когда мы вошли в магазин и я нашел идеальный подарок для Чонгука, это действительно поразило меня. Забавно, что я искал его неделями раньше, и только когда он был мертв, я наконец нашел его, да? Я поднял его и улыбнулся про себя. Я никогда не был хорош в выборе украшений, но Чонгукк бы это понравилось. -Ты хочешь это?- Спросил Лукас, заглядывая мне через плечо. Я покачал головой и положил ее на место, а затем пошел дальше, оставив его тащиться за мной. Нет смысла покупать что-то для кого-то, кто даже не был жив, чтобы оценить это. Весь день мы ходили из магазина в магазин, смотрели на рождественские огни и разговаривали. Ладно, может быть, это было немного преувеличением; Лукас провел день, таская меня из магазина в магазин, пытаясь заставить меня хотя бы взглянуть на свет и побудить меня поговорить с ним, это было продуктивно до некоторой степени; это означало, что я наконец вышел из дома и перестал хандрить в течение нескольких часов, но это ничего не изменит, когда мы вернемся в дом, и не в первый раз я молился, чтобы это чувство исчезло. Было слишком больно думать о Чонгуке, о любви, которую мы разделили, о времени, которое у нас было. С тех пор как он умер, я мог обдумывать каждый свой плохой поступок, каждую ошибку, которую совершил, и я знал что если бы у меня был еще один шанс с ним, я бы сделал многое по-другому, я бы никогда не ослушался его, я бы не заставлял мелочам беспокоить меня, это были бы идеальные отношения; я бы научился защищать себя, чтобы ему не приходилось так сильно следить за мной. Я просто...ну, не было никакого смысла в том, чтобы иметь сейчас, не так ли? Мне очень хотелось поговорить с Лайлой, я так скучал по ней, но Лукас, конечно же отказался. Итак, я отсиживался в каком-то незнакомом месте, и единственным человеком, с которым я мог поговорить, был Лукас. Иногда я действительно задавался вопросом, что было бы, если бы я не встретил его, был бы исход намного хуже, чем сейчас? Но я подавил эту мысль. Чонгук доверял ему достаточно, чтобы оставить меня с ним, и это должно было что-то значить. С этой мыслью я изо всех сил старался заставить его думать, что мне становится лучше. Интересно, сколько времени пройдет, прежде чем он просто устанет от моего дерьма и оставит меня заботиться о себе. Он не упоминал о своей любви с той ночи в отеле, и я не был уверен, заботился ли он обо мне просто из чувства долга, или его подстёгивает любовь ко мне. -Я знаю, что уже немного поздно, но что ты думаешь о том, чтобы мы купили елку? Может быть, украшая ее, ты немного отвлечешься от мыслей?- С надеждой спросил он. -Нет. - Ответил я. Рождество принесло слишком много воспоминаний, не о Чонгуке, а о семье и друзьях, которых я никогда больше не увижу, и Рождество просто заставляло тебя чувствовать вещи. - Техен, я пытаюсь. - Сказал Лукас, и, услышав напряжение в его голосе, я посмотрел на него, чувствуя себя виноватым за то, что испортил ему настроение. Я вздохнул. - Может быть...может быть, мы могли бы... - Я пытался найти что-то такое, что не вызывало бы воспоминаний, что-то новое. - Я не знаю Лукаса, мне жаль, что я так себя веду, я просто не хочу... Я хотел, чтобы он перестал думать, что я беспомощный ребенок, но в то же время я хотела, чтобы он просто обнял меня и сказал, что все будет хорошо. Что там говорилось обо мне? - Ладно, тогда, может быть, мы сходим куда-нибудь поужинать завтра. Это будет совершенно необычное празднование Рождества, ничего, что напоминало бы тебе о чем-то, что ты предпочёл бы забыть. - Предложил он. Я кивнул, и он обнял меня за плечи, ведя сквозь толпу. ××××××××× -Почему ты вообще согласился работать на Виктора? Он сделал паузу, как будто оценивая мой вопрос и пытаясь найти лучший способ ответить на него. - Я у него в долгу. Он спас мне жизнь.- Сказал он. Я склонил голову набок, ожидая продолжения.- Помнишь шрам?-Спросил он, и я кивнул. -Ну, однажды ночью я наткнулся на стаю бродячих Волков, короче говоря, они напали и бросили меня умирать, Виктор нашел меня, вылечил, и с тех пор я помогаю ему всем, чем могу. - Ответил он. - Ты имеешь в виду, помогать ему убивать. - Сказал я, плотно сжав губы. - Нет, кроме тебя, он никогда раньше не просил меня об этом. Я знаю, что принимать это было неправильно. Нет, это было совершенно неправильно, возможно, это был худший выбор, который я когда-либо мог сделать, и я буду сожалеть об этом вечно. Я знаю, что ты винишь меня в смерти Чонгук, и я знаю- - Я не виню. - ...что ты никогда...что?- Спросил он, когда наконец понял, что я сказал. -Я сказал, что не виню тебя. Это случилось бы, даже если бы ты не помог. Это случилось бы даже если бы я никогда не встретил тебя и даже если бы я послушался его и не поехал в ту поездку потому что Виктор был...настроен решительно; если он хочет кого-то убить, это произойдет.- Сказал я с уверенностью. - Не в этот раз. Он никогда не доберется до тебя. У меня есть связи в Лондоне, союзники, которые будут готовы помочь всем, чем смогут. Я уже предупредил их о ситуации, так что как только я доставлю тебя в безопасное место, мы разберемся с Виктором, это не вопрос, это обещание. - Заявил он. - Знаешь, чему я научился, Лукас?- Я поднял голову, чтобы посмотреть ему в глаза. - Пока тебя убьют, обещания не имеют абсолютно никакого смысла. ×××××××× Не было ни подарков, ни елки, ни пения рождественских гимнов, ни просмотра рождественских фильмов. Не было ни счастливых праздничных пожеланий, ни поцелуев омелы. Ни горячего шоколада, ни фруктового торта, никаких украшений. Мы просто пошли поужинать, посмотрели фильм, на который я почти не обращал внимания, а потом вернулись домой и закутались перед телевизором, смотря новости и мои мысли были даже не об этом. Как и в любой другой день, мои мысли были заняты Чонгуком: в первый раз когда мы разговаривали, в ту ночь, когда он сказал мне, что я не могу иметь отношения, в первый раз когда мы занимались сексом, в первый день у озера, в тот день, когда мы сожгли торт, в первый раз, когда он сказал мне, что любит меня. Это все о Чонгуке. Я знал, что как бы я ни старался, мне никогда не избавиться от этого чувства, и эта мысль угнетала меня. Это было то, с чем мне придется жить всю оставшуюся жизнь, и я надеялся, что никто никогда не влюбится в меня, потому что не было абсолютно ничего, что я мог бы им предложить. -Ты в порядке?- Спросил Лукас, не сводя глаз с моего лица. - Да. -Я знаю, что ты не хочешь уезжать, но я обещаю, что однажды мы вернемся, Техен. - Сказал он. Утром мы уезжали в Лондон, так что это была моя последняя ночь в стране. После этого я буду чувствовать себя еще дальше от своей семьи и друзей. Моя последняя ночь, чтобы быть рядом с ними, даже если это не было действительно лично. -Все в порядке. - Я ответил, стараясь как-то прояснить ситуацию. -Не бойся рассказать мне, как ты... - Начал он, но внезапно замолчал, его тело напряглось. Я бросил на него быстрый взгляд. - Ш-ш-ш... - сказал он, приложив палец к губам и медленно и тихо поднимаясь со стула. -В чем дело?- Прошептал я, но он поднял руку, призывая меня к тишине, и прошел в гостиную. Я встал так же тихо, с тяжелым сердцем. Что он слышал? Неужели они нашли нас? К тому времени, как я добрался до двери, я увидел, что он вытащил пистолет и повернул ручку входной двери. Я сглотнул от страха. Только не снова, пожалуйста! Он распахнул дверь, и я напрягся, ожидая нападения. Он воскликнул, и ружье с грохотом упало на землю у его ног. Он не сделал ни малейшего движения, чтобы поднять его, но он застыл в дверном проеме, уставившись на того, кто или что там было. Я неуверенно шагнул вперед. Выстрелов не было, что означало, что нам не грозит непосредственная опасность. Когда я подошел к нему, то мог поклясться, что мое сердце остановилось в груди. Должно быть, мне что-то мерещится. Он стоял в дверном проеме, шарф вокруг его шеи развевался на ветру. Его левая рука была в гипсе. Его глаза встретились с моими, сверкая своей интенсивностью, а затем медленная улыбка появилась на его красивом лице. - Чонгук... - Прошептал я, мое сердце бешено колотилось в груди.