Из воды

      — Ты уже допрашивал его? — капитан взглянул на молодого стажера; тот криво ухмылялся.       — Да, сэр.       — И?       — Старик спятил, определенно, — парень покрутил пальцем у виска. — Говорит, они вышли из океана. Появились прямо из воды. Большие, крупнее человека. Ему кажется, что их было четверо, один какой-то странный, невероятно огромный и с ногами-спицами. Старик спрятался в сторожевой будке и смотрел. Выйти побоялся.       — Еще бы. Пришельцев, русалок, Несси все боятся. Пора пополнить список водяных монстров четверкой каких-то уродов. Дальше? — кисло уточнил капитан. Все было ясно. Очередной глушняк. Потерянное время. Старческие бредни. — Что было дальше?       — Они катались на водных мотоциклах, — стажер не удержался, прыснул.       — Что?..       — Да, сэр, именно так он и сказал.       — Это — плохая идея! Это — неправильно, мы не должны так поступать…       — Лео, я сейчас засуну тебе в рот клубок водорослей, чтобы ты уже, наконец, заткнулся!       — Правда, Лео, нужно было сомневаться, пока мы еще из дома не вышли. А теперь уже все, поздняк метаться!       — Майки, не умничай! А ты, Раф, еще раз скажешь что-то подобное…       — Тише, ребята. У меня тут какое-то движение на приборах, прямо по курсу, на берегу. Там явно кто-то есть.       — Я же говорил! Я знал, что это все плохо закончится…       — Краба тебе в рот, замолчишь ты или нет?!       — Кто там, Донни? Да тихо, парни, ну как правда запалимся в самом начале?       — Не могу понять. Какое-то одиночное движение. Рискну предположить, что это — охранник лодочной станции. Что будем с ним делать? Есть предложения?       — Поймать, нафаршировать галькой и утопить!       — Раф! — недовольно в три голоса.       — Ну, а че? Ладно, другая идея. Давайте просто с ним поговорим.       В ночной тишине раздался тихий смех.       — Ага, конечно. Не, Раф, для бедолаги лучше галька!       — У меня есть предложение, на мой взгляд, вполне рациональное. Предлагаю напугать его или согнать с места, пусть бежит.       — Знаешь, у меня идея получше. Не обращать на него внимания!       — Феноменальная придумка, Раф! Как же это нам всем сразу в голову не пришло! Может, еще попозируем для фото на телефон? Наверняка ему захочется устроить нам ночную фотосессию!       — Лео, какой ты нудный. Хорошо, пусть будет по-вашему.       Рафаэль первый выбрался из-под пирса. Осторожно раздвигая сильными руками крошечные лодочки, пришвартованные на крепких канатах, легко подтянулся, выбираясь на просоленные доски причала. И медленно, не таясь, встал во весь рост. Луна лизнула его с правого бока, вычерчивая ломанную линию профиля. Осветила, вливаясь в каждую трещину природной костяной брони, серебристо обрисовывая сложный узор карапакса. Световыми пятнами лепила в ночной темноте бугристые мышцы. По крупному телу мутанта текла вода. Руки сжались в кулаки. Братья, высунувшись из-под пирса, удивленно глядели на него.       — Что он делает?! — в ужасе прошептал Леонардо. — Его же заметят!       — Хорош… — пробормотал Микеланджело, улыбаясь, ожидая.       — Если я правильно понимаю его маневр, он собирается как раз привлечь внимание охраны, чтобы… — Донателло не успел договорить. Рафаэль неожиданно заорал так, что у братьев заложило уши, а нервный Леонардо даже присел в воде по самый подбородок. Ученый прикрыл глаза и вздохнул, — чтобы напугать. И, кажется, — он смотрел на голографическую схему: внутри сторожевой будки истерично, как пойманный мышонок, заметалась красная точка. Затихла где-то в дальнем углу. Мутант тяжело вздохнул — человечка стало жаль. — И, кажется, у него это получилось.       А Рафаэль уже присел на край пирса, скаля крепкие зубы в довольной улыбке, опустив ноги в океанские волны.       — Ну че, прокатило?       — Прокатило, — отозвался Донателло, — хотя я бы все-таки предпочел более гуманные методы. Например, дротик со снотворным. От твоего крика можно было запросто получить психологическую травму на всю оставшуюся жизнь.       — Тоже шуганулись? Малой, ты стоял возле Лео. Как там, не потеплела водичка?..       Микеланджело, уже выбравшийся на пирс, расхохотался. Леонардо, стоя по грудь в воде, кулаком треснул брата по мокрой голени.       — Идиот!       — Я ожидал, что от твоего вопля рыба начнет пузом вверх всплывать, — хмыкнул Майки, выпрямившись и зачем-то приставляя руку козырьком над глазами. Жадным взглядом выбирал себе транспорт. Рафаэль ждал, что, если Майки облюбует весельную лодочку, он непременно раздобудет для него где-нибудь кружевной зонтик и будет изводить насмешками. Недолго. Года полтора, не больше. А, если малой полезет в какой-нибудь гигантский катер, то будет повод с наслаждением шутить о том, что да, размеры нужно компенсировать хотя бы очень большим транспортом. Но Микеланджело, наконец, улыбнулся и пошлепал по пирсу куда-то в сторону, где стояли водные мотоциклы. Рафаэль обернулся. Не смог удержаться — Леонардо подтянулся на руках, еще не успел закинуть ногу на доски причала. Получил от хулигана пяткой в грудные пластины и с плеском свалился обратно в волны. А Раф, вскочив, побежал следом за младшим.       — Красный! Не трогай красный!       — Кто не успел — тот опоздал!       Рафаэль не собирался сдаваться. Вцепился в панцирь брату, оттаскивая его от огненно-красного мотоцикла. Но младший держался крепко, так, что, кажется, готов был оторвать технике руль, только бы не сдаться.       — Ты как девчонка… хватаешь все красненькие… машинки, — дыхание от борьбы сбилось.       — Ты зато, как мужик, пользуешь детскими присказками! Отвали, я сказал!       — Легко! — неожиданно Микеланджело разжал руки, и оба мутанта, поднимая фонтаны брызг, рухнули в океан. Вынырнули, хохоча и норовя притопить друг друга. На поднявшихся волнах танцевали мотоциклы, и Майки, отказавшись от первоначальной затеи, подплыл к другому, взобрался, огладив мокрой ладонью черный лакированный бок. — Я выбрал.       — Вот сразу бы так, — Рафаэль легко взобрался на ярко-красный водный транспорт. Обернулся в ночь и крикнул, — Донни, дай ключ!       — Минутку, — донесся спокойный голос гения.       Неожиданный нарастающий шум заставил братьев обернулся. Микеланджело, сложив руки на руле, с восхищением и завистью смотрел на ученого. Леонардо, выбравшийся, наконец, на пирс, с тревогой оглянулся на сторожевую будку. Хватило бы ума у охраны не высовываться, пока Донни испытывает новое оборудование. Не хотелось бы светиться. Рафаэль присвистнул, он, в отличие от остальных, даже не слушал, что там за «новая чумовая приблуда», как назвал ее Майки, появилась у брата. И сейчас с любопытством глядел, как Донателло поднимают из воды тонкие металлические паучьи ноги-спицы. С ученого, с шарнирных креплений его изобретения потоками лилась вода, но Донни не замечал. Нажимал сенсоры на крупном наручном дисплее, заставляя металлического помощника двигаться в заданном направлении. Вот одна нога неуверенно наступила на доски пирса… и поехала по скользкой поверхности. Остальные пять сбалансировали вес конструкции, Донателло даже не тряхнуло. Проштрафившаяся нога ступила дальше, перешагнув пирс и погрузившись в воду. Наконец, изобретение перенесло ученого на другую сторону причала, осторожно раздвинув мешавшие маленькие лодочки. Железная клешня бережно протянула Рафаэлю ключ для завода мотоцикла.       — Такой простой жест, а сколько пафоса, — ухмыльнулся хулиган. — Но — зрелищно, не могу не признать!       — Донни, Донни! А ты дашь мне на этой штуке покататься?!       — Майки, она не для катания, — улыбнулся Донателло. — Но, если ты обещаешь выполнять все инструкции по эксплуатации, я подумаю.       — Инструкции… Донни, ты говоришь с существом, которое в состоянии даже титановый шарик разобрать на атомы голыми руками. Он раскурочит твоего паука секунд за пятнадцать, — рассмеялся Рафаэль. Перекинул ключ зажигания Микеланджело; тот ловко поймал его одной рукой, улыбаясь на подколку.       — Приготовься глотать океанскую пыль за свои слова!       — Готов-готов! — насмешливо отмахнулся Рафаэль. — Погнали?       Под мутантами одновременно взревели мотоциклы, белыми хлопьями взбивая воду. Сорвались с места, уносясь куда-то далеко, в глубину, к краю, где с неба в океан стекали звезды. Леонардо проводил их долгим задумчивым взглядом. Подвинулся, когда тонкая металлическая нога ступила в воду рядом, перенося гения на его сторону пирса. Машина медленно, послушно опустила Донателло в воду, и ученый с наслаждением откинулся на волны, расслабляя уставшее за день тело. До чего хорошо! Ночь оказалась прекрасна. Только шелковый шепот спящего океана. Только качающиеся на волнах, под водой и в угольно-черном небе звезды. Только дикие крики Микеланджело…       — Скажи мне, чего он так орет? — слабо улыбаясь, поинтересовался ученый.       — От полноты чувств, — усмехнулся Леонардо. — Не знаю, что они с Рафом в этих воплях находят. Но мне иногда даже хочется попробовать.       — Попробовать? — Донателло искренне рассмеялся. — Боюсь, на тебя это не произведет должного эффекта. По крайней мере, такой эмоциональной разгрузки, как эти двое, ты точно не ощутишь. Слезай лучше в воду, Лео. Она сказочно хороша. Позволь себе хоть ненадолго побыть просто свободным существом, останови своего вечного лидера.       — А как же тот, в будке? — Леонардо опасливо покосился на берег.       — Моя крошка, — Донателло любовно похлопал ближнюю к нему металлическую клешню, — его засечет. Давай же, ну? Мы забрались так далеко, чтобы отдохнуть. Чтобы все могли спокойно отдохнуть.       Леонардо поднялся. На мгновение почувствовал, как его охватывает непреодолимое желание устроить что-нибудь. Выкинуть что-нибудь. Что-нибудь сделать. В последнее время он подчинил себя необходимости, опасности, нуждам. Он выдрессировал себя, превратив свой внутренний мир в четко отлаженную систему. Он даже вставал с постели каждое утро одинаково, ставя рядом обе босые ноги, ловя осознание, что одновременно подошвы ощутили каменный холод пола. А сейчас… Он побежал. Побежал на самый край пирса, сильно оттолкнулся, раскинув руки в стороны, взлетел. На мгновение небо качнулось ему навстречу, а потом показалось, что оно опрокинулось. И приняло его в свои звездные пенные волны, напоминая. Напоминая, что они однажды вышли в мир сильными и свободными. Вышли из воды.