Залатанная игрушка

В себя Агнар пришёл совершенно разбитым. Лёжа на кровати, к которой дракон был пристёгнут ремнями за передние, задние лапы и крылья, синешёрстный и не сразу понял, что происходящее с ним реально. Скорее напоминало кошмар... Тёмное помещение с земляными стенами и развешанной тут и там паутиной только укрепляло веру в безумие происходящего, а вошедшая Герусет, которая должна была сгинуть давным-давно, добавляла бреда. И окончательным ударом стало то, что выглядела теперь Герусет совсем не по-самочьи... - Приветствую тебя, техномаг сар-волода, - Герусет издевательски поклонилась. - Как хорошо, что ты соизволил прийти ко мне в гости! - Ты же мертва! - выпалил Агнар. - Герусет была убита Инанной много лет тому назад! - Так ты меня узнал? Лестно! Впрочем, ты тоже мёртв... Только я умер и возродился, а ты теперь мёртв для всех, - Герусет щёлкнул когтями. - Даже для своей дочери. Дракон мгновенно оскалился и рванулся так, что когда ремни потянули его назад, он чуть было не сломал ножки кровати. - Что ты с ней сделала?! - Она была неплохой ученицей, - отмахнулся дракон. - Что?! Что вы там делали?! - уже не рванулся, а вырвался Агнар, как бешеный брех на цепи, трясясь и метаясь к Герусету. - Вопрос, который волнует всех, кто пропустил многое... Но если без тебя жили лишь несколько месяцев, то без меня - годы... - самец - так, как он о себе всегда и думал - подошёл ближе, показывая, что цепь не сможет пустить пленника даже ненамного вперёд, а когти так и не вонзчтая в морду тирана. - Без вранья, я снова правитель! И я вполне могу держать тебя в подземелье сколько угодно. Только энергия твоя мне уже не нужна, нет. Теперь тратить души на освещение и на заряды кипящей праны - варварство и прошлый век. Мы предадимся куда более культурным развлечениям. От его слов Агнар похолодел. Герусет и при жизни жесткостью отличалась... Отличался. Что же будет с ним теперь? - Ты обретался при дворе Инанны долгое время. И я хочу знать о ней. Всё, что ты можешь рассказать, - когти самца пробежали по морде Агнара. - И зачем тебе это? Свергнуть её? - О, вовсе нет, - притворно изумился краснопёрый и кивнул кому-то за своей спиной. Агнар наклонил голову - к Герусету вышла Радина в своём любимом халате, несущая небольшую стеклянную бутылочку. Герусет взяла её у самки и наклонилась к Агнару, испуганно сжавшему зубы. - Просто я хочу узнать её получше, - закончил наконец чёрно-белый и положил лапу на нос дракона, зажимая ноздри. Агнар зажал пасть всё равно просто ради протеста, чтобы показать, что он не будет просто так поддаваться, и палачам-пыточникам придётся заплатить ту цену, к которой они готовились. Герусет хихикнул - скорее как самка, чем как самец, приблизив морду к Агнару ближе, чтобы лучше рассмотреть злобу и неприятие в его глазах, и надутые щёки, по которым Радина, не удержавшись, стала медленно чесать красными когтями. Синий замотал головой и замычал, что только побуждало самку продолжать. - Ага, посопротивляйся, - Герусет стукнул пальцем по донышку бутылки. - Почему бы тебе не сдаться и не выпить? Неужели ты думаешь, что я отравлю тебя? Агнар промычал что-то очень похожее на рассерженное "Да" и попытался отстраниться от ладони, но тогда благодушие слетело с морды Герусет и тот прижал самца к кровати, продолжая удерживать ладонь на его носу. - Вы так смотритесь вместе... - заметила, подначив, Радина, так же ласково проведя по лапе Герусета, напряжённую и с проступающими за шкурами мышцами. Но на этот раз Аменемхат не разделил её игривости и щёлкгул зубами и когтями свободной лапы одновременно. В шее у Радины что-то лязгнуло, она схватилась за неё, раскрыв пасть, замерев на выдохе, после которого не будет вдоха, и засучила когтями. - Вместе со всеми вами... Помни, кто господин! Не в силах устоять, Радина упала на колени, перенеся лапы на ошейник. Агнар всё-таки успел выдохнуть через рот и взглянул на Герусет со злобой. - А методы не изменились, да? - выпалил он и снова зажал пасть. Чёрно-белый рассерженно убрал лапу. - Вдохнул, да? - он указал маховыми крыла на Радину, которая стояла на коленях. - А вот она вдохнуть никак не может. Может, выпьешь со мной? - Хоть придуши, мне-то что? - сощурился синепёрый. - Не меня душат. - Ну-ну... - улыбнулся самец. Радина, распластавшаяся на полу, еле могла двигаться. Всё, что она делала, напоминало страдания самого Агнара, когда он мучился в ластах - просто перекатывание и трепание лапами. Что совсем не сочеталось с белым халатом, но подходило проступавшим рёбрам и впалому животу с резким разрезом пупка. Морда, не теряя свою красоту, становилась более животной в своём оскале, глаза теряли разум. В Агнаре бушевала странная смесь мстительного удовольствия... и жалости. - Ладно! - сдался синешёрстный. - Давай сюда! Герусет только кивнул и подал Агнару бутылку. Тот взял её в пасть и вылакал содержимое... Оказавшееся обычной побудой. - Испугался, да? - рассмеялся Герусет и перевёл взгляд на мучившуюся Радину. Глаза той слезились и вылезали из орбит, она пыталась что-то проговорить, но Герусет отвернулся и, убрав бутылку, щёлкнул дракона по носу. - А теперь поумоляй меня за неё. Видишь, у Радины в горле пересохло так, что и слова вымолвить не может! - Ты не заботишься о своих слугах так же, как и раньше? - начиная фразу холодно и спокойно, под конец Агнар не выдержал и сорвался сначала на гневный, а потом и умоляющий тон. - Хватит! Может, исправишься и тебя не свергнет твой же народ! - Это приказ, а не мольба, - вновь вернулся Аменемхат к Радине, поднимая на лапы её сильно, но редко дрыгающееся тело и прижимая его ко своей груди. - Приказываю я, а умоляешь ты. У Агнара задёргалось веко. Радина не была им особо любима, учитывая, что постоянно подставляла дракона, тренируя на нём свои ловушки и сомнительные методы "лечения", но... Герусет зашёл слишком далеко! Синие перья дракона стали чернеть, в глазах зажглись злые огоньки. - Отпусти её! Быстро! Эти перемены привлекли внимание Герусета, но он отреагировал на них так, будто исполнялось то, о чём он и желать не смел. Улыбаясь даже несколько искренне, он обнял Радину ещё ласковее и положил лапу под её живот, гладя там, хвостом оплетая едва дёргавшиеся задние лапки. - Ты такой злой... Но действуешь совсем как Светлый! Агнар взревел, дёргая и пытаясь хвостом, опрометчиво не привязанным к койке, достать до самца, но тот поймал синего своим собственным и подставил кисточку синего к задним Радины. Теперь хрипы самочки сменились на смех, ладошки задних стали поджиматься, тогда как передние забили по плечам Герусет быстрыми и неопасными ударами. Но уже очень слабыми, как у сонной, ничего не понимающей добычи, у которой уже откусили горло... И Герусет так и не собирался щадить верную себе самку, а вылизывал ей глаза, закрывая веки на ещё живой, но уже отходящей в другой мир крылатой. - Хватит... - почему-то сейчас Агнар сдался, не способный вынести зрелище смерти, растянутой, и потому хорошо заметной. - Прошу... - Надо же! - Герусет наклонил голову и провёл клыками по ошейнику. Радина издала судорожный вдох, вытягиваясь в его лапах. - Недолго же ты держался! У неё не очень развитые лёгкие! С этими словами он перевернул ещё не вернувшаюся в себя самочку на живот и заставил повернуть морду к дракону. На неё Агнар увидел довольное выражение. - Гадина! - взревел синий. - Ещё какая, - Радина протянула левую лапку и положила её на мошонку Агнара. - Господин Герусет всего лишь проверял тебя, болван! - Да, её запас мне уже хорошо известен... - усмехнулся Аменемхат, отпуская Радину. Она отошла как пьяная, или как после полёта в грозу, но всё же с терпимой координацией. Даже из проявленного в лапе бокала с вишнёвым вином не пролилось слишком много: - Ты знаешь, Агнар, что чувство опьянения - это результат отмирания клеток мозга? И такое же самое отмирание начинается при кислородном голодании. Так что драконов пьянит не только спирт... Герусет с удовольствием взглянул на дракона. - А ты его раздразнила. - Но и секс? - завершила самочка, то ли не обращая внимания на слова повелителя, то ли интерпретируя их по-своему. - Потому самцы плохо думают - у них в башке все клеточки отмерли. - Ты их всех передушила... - прошептал Агнар, сознание которого плыло сейчас безо всяких опьягяющих веществ... Или действий. - Кроме меня. После Инанны я никому не дам. Хотя я был бы не прочь... отыграться, - коснула хвостом Герусет копыт Агнара, обводя кисточкой бабки. - Если не на ней, то на ком-то очень похожем. Кстати об Инанне. Пора начать наш разговор о ней... Радина, словно уловив в его словах приказ, встала у головы Агнара и мягко провела когтями по его горлышку, заставив дракона в страхе вжиматься в кровать. - Как ты считаешь, какое у неё самое уязвимое место, кобыла? - спросил Герусет, помахивая хвостом у копыт дракона. Вместо ответа Агнар очень долго возмущённо дышал, раздумывая над острым ругательством. Но каждый раз останавливался, чувствуя, что его очень сильно накажут. Не убивая... Но оттого делая возвращённую жизнь лишь более мучительной. И оттого ему придётся быть хорошей девочкой. - А может, если сделать из него настоящую кобылу, она расскажет нам больше? - опустила Радина лапу на грудку Агнара, и ниже, на живот. - Это было бы приятно, но ты ревновать будешь, - расхохотался Герусет. - Хотя ты можешь представить его кобылой! - Не получится, - с сожалением Радина пробежала коготками пониже пупка дракона и тот вымученно замычал сквозь стиснутые зубы, сдерживая смех. - Он слишком самцеват для этого. - Можно из него Инанну сделать... Синюшную, - проворковал Аменемхат, проявляя в лапе сосуд с жидкой синеватой энергией в ней. Радина настороженно посмотрела на Герусета, но далеко не так, как Агнар, снова стиснувший зубы и попытавшийся свести копыта. Видимо, он представлял, какую судьбу ему планировал Герусет. - Оставим это на тот случай, если дракончик будет плохо себя вести! - объявил Герусет и подмигнул Агнару. - Так что я жду от тебя ответа на свой вопрос, кобыла. - Откуда я знаю! - прошептал Агнар. - Она мне не показала! - Тогда будешь её заменителем! - с этими словами Герусет провёл когтем по левому копыту техномага. Чтобы Агнар пискнул, как самка, ему не надо было вливать хаотическую энергию - достаточно было тронуть чем-то острым над роговицей, где сухожилия переплетались с нервами. Копытце дёрнулось, словно подкидывая что-то, Агнар задрал голову назад, вживаясь в собственную гриву. - Спорим, что уязвимее всего - щёлка? - с нажимом провела Радина когтем по лобку над стержнем, будто бы чесала створки самки. Дракон издал ещё более приятный писк. - Я сам знаю, как не иметь того, что тебе принадлежит по праву, - Герусет тоже выражался двояко, хотя у Агнара не было сил думать об иносказаниях. - Потому попробуем ещё кое-что... Он взял другой лапой второе копыто дракона и защекотал его тоже. Агнар прыснул и задвигал задними с такой силой, что казалось, ремни сейчас лопнут. Поймав узкую часть задней между бабкой и копытом между двумя когтями, кончики которых постукивали по изгибающейся шкурке, свободной лапой Герусет водил по более плавным и изящным изгибам голени, пясти, крутой пятки и плавного пологого подьёма, кружась коготком вокруг щиколотки. Судя по искрам в разноцветных глазах, копытная нога Агнара действительно замещала ему такую же у Инанны поэтому Герусет ласкал её так же издевательски, как стал бы у неё. - Ну же, ты слабо сопротивляешься! - он ещё быстрее заводил когтями по копытам и Агнар почти что взвыл. Самец оскалился и продолжил своё дело, причём дракон продолжал подвывать всё сильнее и сильнее -по мере того, как когти Радины перемещались на его высунувшийся столбик, и слабо нажимали на него самого, и щекотали вокруг. Порою самка подводила к нему свою морду, обхватыва, челюстями, но не прокусывая, а быстро водя языком по концу так же, как до того сам Агнар делал с её клитором. Но из-за опасных челюстей техномаг мучился от куда более тяжёлой смеси наслаждения и страха. Постоянные дёргания из-за когтей Герусета только вынуждали трогаться о зубы Радины, издавать новый сиплый писк. - Отличная работа, - похвалил Радину Герусет и оставил лапы дракона, поднимаясь. - Но мы совсем забыли показать гостю наш новый дом! Здесь многое изменилось после ухода Амрафета! - Но я только начала! - капризно заулыбалась Радина, приподнимаясь, но и сжимая стержень дракона в кулаке. Агнар взвыл и высунул язык на полную, проникая в самку как можно глубже и заставив ту обмереть на полусловву. - Как тебе сладко... - Герусет заметил, как приковалась самочка к самцу, связалась с ним без всяких оков, лишь на чувствах и эмоциях. Поэтому начал её подгонять, наставив возникший в лапах меч на её выпяченную грудь. - Но если любишь обрывать - люби обрываться! С неохотой, с недовольной дрожью Радина, пытаясь смаковать то, что ещё оставалось от связи, встала с Агнара, который, забывшись, вытягивал язык навстречу покидавшей его мучительнице. Герусет хлопнула Агнара по щеке, заставив дракона прийти в себя. - Размазня, - презрительно фыркнул Герусет. - Ты участи лучше дила и не заслуживаешь. Радина! - он перевёл взгляд на самочку, которая прижала ладошку к низу живота и смотрела на самца, втянув плечи. - Принеси подарки для него. Пора погулять! - Жалко, его старую рубашонку я уже отдала... - на миг Радина прикрыла глаза, мысленно роясь в своём энергетическом инвентаре, - но приступим к новым открытиям! Только-только собравшийся, вернувший вменяемость и честь на морду Агнар снова скуксился, прижимая уши, но отчего-то вытягивая хвост. У Радины в лапах появились две перчатки с длинными нарукавниками... Но с плоской пластиной вместо пальцев. А ещё - нечто вроде намордника с молнией около ноздрей, и с приделанной к нему сбруей. - Теперь ты и вправду будешь дилом, - с этими словами она подошла к дракону и, несмотря ни на какие его рычания, быстро натянула на передние дракона копыта, а на морду - маску, неприятно обтянувшую голову. В его рту оказалась уздечка, спрятанная внутри маски - дышать всё равно получалось дышать через нос. Самка погладила проступавшие ноздри, напоминая, что шутить не стоило, всё могло оборваться в любой момент. И Агнар, понимая это, жадно затягивал кислород расширившимися ноздрями, стараясь надышаться, пока дают. - Покажу своему народу своего скакуна, - взявший в лапу узду Аменемхат потянул за неё, и Агнар повёл за ним голову, но только дрыгнул до сих пор привязанными лапами. - Ой, мы забыли его растреножить! - Радина весело посмотрела на Герусет. - Что же он нам не сказал? Она подскочила к Агнару и с весёлой улыбкой застегнула молнию на ноздрях. Дракон, взвывший, попробовал вдохнуть, но в нос ему лезла только резина. - Я тебя открою, когда копытца отвяжу! - пообещала Радина, но вместо этого только залезла на кровать и погладила кончик дракона. Тот снова промычал через резину. - Инанна, ты уже совсем скопытилась... - вернулся Герусет к заелозившим задним Агнара, снова погладив - на этот раз носом - по косточке от пятки к бабке. - Правление не удержать без пальцев! - Уф... - выдохнула белая алогривая, увидев, как даже через мучения на торчащем органе блеснула смазка, - перед прогулкой сначала нужно почистить тебя! В её лапке проявилась щёточка с немного жёсткими ворсинками, более гибкими и упругими, чем в кисточке хвоста. Агнар задёргался, кусая свой "кляп", но никто из его мучителей не обратил на это внимания. Щёточка тронула драконьи яички и принялась покручиваться по ним, заползая на столбик или поднимаясь по нему почти до самой вершины. Агнар и сам не мог понять, приятно ли ему или нет, но нехватка воздуха давала о себе знать. Одной лапой, не торопясь, белая открывала затяжки на ремнях приковавших Агнара к постели, но другой продолжала "чистку", вороша по навершию самца щёткой, щекотавшей ещё злостнее, чем когти Герусет, который покусывал задние, будто собирался насладиться их мясом, но пока просто щекотно лизал языком. Если бы Агнар мог сейчас соображать, он бы от души рассмеялся тому, что могущественный самец лижет ему копыта, но... в совокупности с нехваткой воздуха это было просто ужасно! Дракон только и мог, что впячивать животик, махая хвостиком и мычать, чувствуя, как последние крохи воздуха перерабатывают его лёгкие и теперь в груди остаётся только одна пустота! В таком состоянии его и отпустили оба дракона, соскочив с беснующегося самчика, когда все ремни, державшие лапы, были сняты с крылатого. - Скачи за воздухом, коняшка! - подпрыгивая, Радина заспешила к выходу, Герусет же шёл медленно, ожидающе оглядываясь. Агнар скатился с кровати и попробовал устоять на четырёх лапах. Как оказалось, четыре копыта - крайне неудобный способ передвижения, но дракон заставил себя двинуться вперёд, не рассчитывая на дальнейшую милость врагов. Герусет похихикивал, пока Агнар нагонял их, борясь одновременно и с неудобными конечностями, и с удушьем, и, самое главное, с дичайшим возбуждением. Снова подскальзываясь, Агнар мычал, дёргаясь, хлопая крыльями в недовольстве, сердито стуча копытами и трясь животом и выступавшими частями о пол... А потом, вымещая расстройство, подгоняемый опьянением от удушья, надавил передними "копытами" на стерженёк, тря сам себя хвостом, зводясь в уносящем сознание в небытие оргазме. Семя, так желавшее выхода, брызнуло ему на копыта и дракон содрогнулся, теряя сознание от долгожданного облегчения...