Из моего окна

      Бэкхен лежал в кровати, уже полностью готовый ко сну. Так он по крайней мере думал, ведь спать в самом деле хотелось. Этот день был насыщен событиями, к тому же именно сегодня Бэкхен допоздна прорабатывал определенные планы с несколькими тэчерс своего дома. Пусть это была исключительно его «индивидуальная работа», а никак не командная, но всё-таки обсудить с более опытными ребятами предстоящую шалость стоило.       Поддержка всегда важна, да и в случае неудачи его будет кому прикрыть. В ближайшую из ночей ожидалось нечто грандиозное, что должно было наверняка всколыхнуть все студенческие дома. И Бэкхен был напрямую с этим грандиозным связан. Если все получится, то его имя будет с гордостью произноситься как минимум несколькими поколениями студентов из дома Дабни.       Но как бы не устал организм, мозг Бэкхена спать не планировал. И что самое интересное, перед сном он решил из всего разнообразия тем и вариантов для дум зачем-то выбрать… Чанеля. Очень «подходящее» время, для того, чтобы вспомнить свое сегодняшнее посещение университетского бассейна.       И вот Бэкхен, уткнувшись в подушку, смаковал воспоминания увиденной тренировки и свой неожиданный восторг. Как ни странно, но Эшли в кой-то веки была полностью права. Она любила преувеличивать и была в этом плане слегка импульсивной, но ее заверения, что Чанель в бассейне просто невероятный…оправдались.       Чанель и вправду казался похожим на какого-то чёртового человека- амфибию или существо, неизвестное до этого момента миру Бэкхена. И вроде как в бассейне помимо Чанеля было еще 9 человек на дорожках, но он выделялся. Чего только стоила его восхитительно широкая спина…       Бэкхен даже облизнулся от воспоминаний.       Да, падение Чанеля в бассейн в самом начале тренировки было весьма неуклюжим и неожиданным, но… Бэкхен, в отличие от остальных зрителей, скорее был напуган произошедшим. Его сердце и вправду замерло на пару секунд, пробуждая где-то внутри доселе прятавшийся детский страх.       Чанель был под водой дольше разумного. В этот момент ожидания, решение уйти с тренировки было как никогда сильным. Оно исчезло лишь спустя казавшимися долгие минуты. И только увидев смущенную улыбку на лице Чанеля, Бэкхен смог взять себя в руки, успокоиться и наконец отвлечься от собственных и весьма глупых переживаний. Было очень тупо переживать за человека, который судя по всему с пеленок плавал.       Чанель, на удивление Бэкхена, умудрялся каким-то неведомым образом наслаждаться тренировкой и судя по всему даже криками тренера. А его улыбка после очередного удачного заплыва была какой-то невероятно-притягательной. Бэкхен же почти успел позабыть, что ему не нравится бассейн. — У нас с тобой большие проблемы, дорогой Бэкхен, — улыбаясь в темноту комнаты пробормотал сам себе Бэкхен. Он пытался выровнить дыхание и успокоить взбудораженное сердце от воспоминаний о чужой улыбке.       Кто бы знал, что его так быстро затянет, и он даже расстроится, что время тренировки сборной пловцов так незаметно подошло к концу. Конечно же Бэкхен напоследок хорошенько «облапал» взглядом чужое влажное тело, и даже нелепо торчащие уши на обтянутой шапочкой голове совершенно не портили общую картину. Остальные парни? Бэкхен их не видел, посвящая все свое внимание Чанелю, что вроде как все-таки пару раз украдкой посмотрел в его сторону. По крайней мере Бэкхен надеялся, что смотрели на него. Пловец больше не улыбался, как до этого в бассейне.       Вообще, как бы Бэкхен не сопротивлялся, было очень заманчиво попытать счастья с Чанелем, вот только конкуренция из девушек весьма напрягала. Да и вероятность того, что тот был натуралом до мозга и костей была очень высока. Это достаточно беспокоило Бэкхена. Хотя раз слухи по поводу его интереса к Чанелю ходили, а ответной реакции на это никакой не было, то возможно это был неплохой такой знак. Хотя может быть это просто значило, что Чанель не гомофоб. Вот это вроде даже бы было подтвержденным, со слов Эшли, фактом.       Чанель близко общался с О Сэхуном. Бэкхен планировал этот факт про дружбу голубого, как вода бассейна, Сэхуна с натуралом под вопросом Чанелем, проверить. В любом случае, в ближайшем будущем у Флеминг намечалась сезонная вечеринка, вот там-то Бэкхен и собирался прощупать всю почву. По плану, он собирался скинуть все свои поступки на алкогольное опьянение.       Подождать пловцов после тренировки Бэкхен все же не решился, было как-то неуютно, еще и духами Эшли от него разило за версту. Кто знал как на это отреагирует Джейсон, да и не хотелось ставить в неловкое положение Чанеля. Он и так, придя на тренировку, просигналил о том, что слухи о его интересе пловцом не беспочвенны. Правда вот реакцию на это самого Чанеля знать не хотелось. Именно поэтому Бэкхен оставил надувшуюся Эшли в одиночку дожидаться своего парня.       Вместо того, чтобы пойти к себе в комнату или сходить куда-нибудь поесть, неожиданно даже для себя, Бэкхен вновь превратился в гребаного сталкера. В этот раз хотя бы мухи не лезли, зато ветки куста были колючими. Бэкхен себе ничего не доказал, хотя что он мог доказать, сидя в кустах? Да, возможно Чанель был слегка напряжен, выходя из здания бассейна, но это было не точно. Зато было понятно, что он сам сходит с ума, раз уже второй раз из-за Чанеля оказался в кустах.       Бэкхен также пришёл к выводу, что в его жизни наконец настал момент, когда стоило начать придумывать оправдательную речь для Эшли. Ведь завтра он вновь собирался отправиться в бассейн, который ненавидит всеми фибрами души. И да, ему нужно прикрытие в виде все той же Эшли. Он якобы будет ходить с ней за компанию и никак иначе. Ведь дело вовсе… — … не в его охрененном теле!       По крайней мере тут Бэкхен не врал, хотя и оно, конечно, играло свою роль в принятии его капитуляции перед бассейном. Но, Боже мой… Чанель настолько потрясающе разрезал руками водную гладь бассейна, скользя без малейшего сопротивления от бортика к бортику! Бэкхен толком не умел плавать, да и не привлекало его плавание именно до этого самого момента. Это было что-то вроде прозрения! Даже предстоящая в ближайшую ночь операция «Отпуск Максимуса» под звуки полета Валькирий перестала волновать сердечко Бэкхена, что так сильно любило авантюризм. Почему-то оно предпочло переключиться с будущего ночного приключения на Чанеля и бассейн, полностью пропахших хлоркой. — «Интересно, а волосы Чанеля тоже пахнут хлоркой?» — от промелькнувшей мысли по спине у Бэкхена пробежали приятные мурашки, а он сам замер под одеялом. — Все очень плохо! — Бэкхен вздрогнул, будто очухиваясь. — Где там моя высшая математика?       Он достаточно резво сел на постели и включил ночник, начиная поиски нужного учебника. Эта книга еще с прошлого года обучения, служила ему великолепным снотворным. Видимо сегодня ему было просто необходима помощь в избавлении от мыслей, что мешали заснуть. О, эти дифференциальные уравнения! Они вызывали у Бэкхена непроизвольный зевательный рефлекс с которым он боролся даже на лекциях, что уж там говорить про мягкую кроватку. Это прекрасное чувство появившейся из ниоткуда каши в голове, когда чернила перед глазами расплываются…       Бэкхен не помнил как его вырубило, очухиваясь уже утром от своего будильника. Он чувствовал себя невероятно бодрым и готовым к новым свершениям. Вот оно, чудесное и исцеляющее воздействие магии высшей математики! Ему даже снилось что-то очень приятное, отчего просыпаться совсем не хотелось. И кто бы сомневался, что воспоминания о Чанеле перед сном пройдут бесследно! Ведь это именно они будоражили Бэкхена с самого пробуждения бодрым стояком. Больше же некому! — Ну, да. Кто бы сомневался. Потрясающий Пак Чанель! — вздохнул Бэкхен. Чужое имя почему-то прозвучало как ругательство. Он жалобно посмотрел на «палатку» из пижамных шорт, а затем откинулся на подушку, прикрывая глаза и запуская руку под резинку, бормоча под нос, — приплыли!