Не злите магистра Смерти

Наша практика у следователя Окено протекала бодро. Очень. Адепты ходили туда-сюда. Только взглянут на место преступления, так сразу и бегут из комнаты в кустики. А кто-то до кустиков не добегал, поэтому запах в помещении заметно ухудшился. Следователь смотрел на это безобразие уже равнодушно, а вот стражи из патруля над нами откровенно смеялись. Конечно, им-то легко, фильтры в нос поставили, заклинания на себя всякие наложили, и все. А мы мучайся. — Кто-нибудь мне сегодня назовет проклятия, которые тут использовались? — меланхолично поинтересовался Окено. — Проклятие быстрого гниения, — ответила я, закончив рассматривать через браслет лужу крови. — И еще мне кажется… — Ну же, адептка Риате, — подбодрил меня Окено. — Мне кажется, что ему просто сказали пожелание. Что-то наподобие «Чтоб вас мухи съели». Я не была уверена в своем предположении. Но мы имели труп, который по всем сведениям стал таковым прошлым вечером. А выглядел он так, будто лежал тут уже дней двадцать. Весь в опарышах. Раздутое тело начало разрушаться, местами потемнело, мясо приобрело кремообразную консистенцию. Но жидкости набежало немного. Такое чувство, что ее высосали мухи, которых тут было очень много. Я бы сказала ненормально много. Будто их что-то приманило сюда и не отпускает. — Хм, — задумчиво произнес Окено. — Не будем сбрасывать этот вариант со счетов. Еще ответы? — Проклятие потери памяти, — от входа произнес Логер, тут же развернулся и убежал в кустики. Меня тоже начало мутить. Пахло действительно преотвратно. Мне поначалу помогал опыт работы у Бурдуса, мясо иногда не успевали приготовить, и оно протухало. Но запах, витающий в комнате был во много раз хуже. — Ладно, адепты, в столовой закончили, — вздохнул Окено, — идите в следующую комнату. Столовая, надо отметить, была чистой, добротно обставленной. На окнах висели свежевыглаженные занавески, на столе стояла тарелка с аппетитного вида едой. Мебель из белого дуба была украшена витиеватым резным узором. Я такую видела в одном из каталогов, что просматривал мастер Бурдус, когда решил поменять интерьер в Зубе дракона. Красивая, дорогая. Уж как мастер смотрел на этот гарнитур, как облизывался, но так и не приобрел. Следующая комната оказалась не в пример беднее, но пахло в ней лучше — горелой бумагой. Старенький платяной шкаф, стол, заваленный бумагами и придвинутая к нему кровать. К стене были прикреплены потрепанные листы с записями. Я приблизилась, чтобы посмотреть записи поближе и застыла. Символы! Теже символы, что и на артефакте эльфа. На всех листах были эти символы. И теперь я поняла, что они мне напоминали. Структуру проклятия! Точно. Я внимательно принялась рассматривать записи умершего. Он раскладывал структуру какого-то неизвестного мне проклятия на составные части. Вернее, не так. Он пытался из частей собрать проклятие. И судя по записям, ему удалось это сделать. Он думал, что удалось. Но мне упорно казалось, что собранное им проклятие нерабочее, что-то в его структуре было неправильным. — Что тут с проклятиями? — раздался рядом голос Окено. Я, стараясь ничем не показывать своей заинтересованности в записях, подошла к столу, взяла стакан с недопитой водой и внимательно посмотрела на ее структуру. Ничего. О чем тут же и сообщила старшему следователю. — Есть другие ответы? — обратился Окено к другим адептам. Адепты помотали головами. — Тогда свободны. Обрадованные адепты поспешили убраться из этого дома. А мне не терпелось отправиться в контору и рассказать Юрао о находке.  — Вы не брали ничего из лавки артефактора? — дождавшись ухода адептов, обратился старший следователь ко мне. — Все что мы взяли, того у нас больше нет, — чистую правду сказала я. Меня смерили подозрительным взглядом, но все-таки отпустили. Разрешили даже сразу отправиться в контору. — Я видела эти символы! — запыхавшаяся я ввалилась в контору. Ри от моего крика чуть не свалилась со стула. Юрао тут же выбежал из своего кабинета и в ожидании на меня уставился. — Практика с Окено. Труп мужчины, проклятие быстрого гниения, — отрывисто проговорила я, а затем, отдышавшись, добавила, — он из этих символов проклятие складывал. — Проклятие? — непонимающе переспросил Юрао. — И что он там наскладывал? Я вздохнула. — То, что у него вышло, мне незнакомо. И мне кажется, у него получилось что-то не то. Такое чувство, будто он знал набор символов, а конечную цель нет. — Думаешь, он где-то увидел браслет и самостоятельно решил разобраться в его свойствах? Я развела руками. — Значит так, — Юрао заметно оживился. — Ты говоришь проклятие быстрого гниения? Значит сегодня они займутся только телом. Вернее, его остатками. Улики останутся в доме до завтра. На ночь выставят пару патрульных, на этом все. Я с плохим предчувствием смотрела на Юрао. — Ночью проберемся, и все осмотрим, — радостно заключил он. Основание для плохо предчувствия не заставило себя ждать. — Ты же сейчас шутишь? — Напарник, ты пойми, — торопливо начал Юрао, положив руку мне на плечо. — Самый удобный случай. Потом утащат все улики, и доступа я к ним не получу. — Юр, у меня академия, — напомнила я. — Ну да, есть проблемка. К вечеру раздобудем тебе одну штучку… Главное зайди с ней в академию, оставь в комнате, а потом незаметно выйди. Затея мне не нравилась совершенно. Но почитать записи умершего было жуть как интересно. Да и Юрао в проклятиях не разбирался… — А ты-то что-нибудь узнал? — О браслете ни слуху, ни духу, — ответил он. — Даже не понятно, с чего эльф решил, что артефакт в городе. Но на теневом рынке кто-то продает дорогие украшения. Кучей. И украшения, подсказывает мне моя чуйка, краденые. Надо бы… — Мы пойдем к теневикам? — перебила я его. Юр кивнул. К этой новости я отнеслась почти меланхолично. Теневики, так теневики. После запланированного нарушения режима академии это казалось пустяком. Уверена, Дара с Рианом в гневе намного страшнее. — Запиши всех клиентов что придут. С указанием суммы, которую они готовы заплатить, и проблемой, — бросил напутствие напарник сестре, и мы покинули контору. На окраину города добрались после пятнадцатиминутной тряски в экипаже. Возница, явно не желающий задерживаться здесь дольше необходимого, умчался назад, как только я закрыла дверцу. — Теневики, между прочим, культурные существа, — обиженно смотря в след вознице, сказал Юрао. — Свой регламент имеют. Для нас, обывателей, немного странный. Но имеют же! Я покосилась на ближайшие к нам дома. Поехавшая крыша, местами темные провалы вместо окон, заколоченные двери. Появилось желание побежать за возницей. Юрао взял меня за руку и уверенно куда-то повел. — Почему мы не наведались в ювелирные лавки в центре города? — поинтересовалась я. — Уверена, что и там бы теневиков нашли. — Нам нужны не посредники и торговцы, — не сбавляя темпа ответил Юр, — нам нужен Главный. А он сегодня здесь. Мы проходили мимо старых магазинов, видимо когда-то это был довольно дорогой район. Вывески, даже наполовину разрушенные, дышали роскошью. Из витрины одного из магазинов на меня смотрели хорошо сохранившиеся куклы в цветных одеждах. Я поспешно отвернулась. От взгляда кукол становилось не по себе. — Почему эти дома просто не снесут? — любопытство не покидало одну адептку. — Потому что главный хорошо защищает свои владения. Это предположительно означало, что главный — не последний человек в городе. Наши шаги эхом отражались от стен домов, в тишине это казалось оглушительным звуком. Я снова заговорила: — Слушай, Юр, а ты знаешь, какой артефакт ищут Окено и Эллохар? Что один, что другой спрашивали, взяли ли мы еще что-то из лавки. — Есть у меня подозрения, что ищут они не артефакт, а дух, — шепотом ответил напарник. — Дух? — переспросила я. — Как Дара? — Да, возрожденный дух. Если не ошибаюсь Золотого дракона. Древняя, сильная сущность. Опасная. — Почему они думают, что он у нас? — нахмурилась я. — Артефактор много чего интересного тебе отдал. Знаешь, Дэй, я тоже склоняюсь к тому, что он сделал привязку духа к тебе. Ну или не к тебе, — задумчиво добавил Юрао, посматривая на кольцо лорда директора. Но ни одного вопроса по поводу его очередном появлении не задал. — Он отдал тебе один из артефактов рода Тьер, когда понял, кем ты приходишься Риану. И думается мне, что слова «у вас ему будет лучше» относились не к артефакту, а к духу. То есть где-то по Ардаму в поисках меня летает возрожденный дух? Могущественный и старый. Замечательно. То есть наоборот. Совсем не замечательно. А что, если он причинит вред людям во время своих поисков… Мы свернули в темную подворотню и подошли к мало приметной двери. — Все, пришли, — вздохнул Юрао и настойчиво постучал в дверь. Спустя продолжительное время дверь все-таки открыли. Сухонький, чуть ли не в двое согнутый старичок недружелюбно поинтересовался: — За какой бездной приперлись? — Мы к Главному, — невозмутимо ответил Юрао и нагло оттеснил от двери старичка. — Темных вам, уважаемый, — прокричал он, зайдя в комнату, — не выйдите ли встретить гостей? Интересный у Юрао подход к общению с главой теневого сообщества. Лишь бы живыми выйти после такого подхода. Вздохнув, я осмотрелась. Комната, в которой мы оказались, была просторной, светлой, хорошо обставленной. Пахло в ней свежо, никакой затхлости не чувствовалось, пыли на мебели не было. За помещением явно ухаживали. — Дроу, — раздался откуда-то из глубины дома глубокий голос. Со второго этажа по лестнице спускался довольно молодой мужчина. Одет он был в черную атласную рубашку и черные штаны. В комплекте с темными глазами и волосами смотрелось впечатляюще. Выглядел он статным и мрачным. — Да еще и не один, — мужчина устроился в большом мягком кресле, сложив ногу на ногу. Улыбнувшись, он добавил, — полагаю, девушку зовут Дэя Риате. Я удивленно посмотрела на мужчину. — Сирин, принеси вина, — бросил он старичку на входе. — А удивляться не стоит, о конторе ДэЮрэ уже ходят легенды. Присаживайтесь, — нам указали рукой на диван напротив расположившегося хозяина. Я бы, если честно, постояла. Поближе к выходу. — И зачем же ко мне пришел офицер Ночной стражи? — потягивая рубиновую жидкость, поинтересовался глава теневиков. — Должок забрать, — ответил Юрао, удобно устроившись на диване. Мужчина напрягся, я тоже. У Юрао в должниках глава теневиков? — Мне нужен артефакт подмены. И сведенья о девушке, которая недавно продала драгоценности Иыргу. — И на это ты потратишь любое свое желание? — насмешливо поинтересовался мужчина. — Уверен, мне еще подвернутся возможность спасти твою задницу, и снова заиметь в должники такого интересного человека, — пожал плечами напарник. Мужчина рассмеялся. — Я бы на это не рассчитывал, дроу. Сирин, шкатулка номер девять. А потом принеси папку со стола. Пока слуга ходил за шкатулкой, мы сидели в полном молчании. Видимо, не принято тут общаться более необходимого. Я рассматривала шкаф, стоящий за мужчиной. Много старых книг, фарфоровые статуэтки. Интересно, все краденое, или все-таки купленное? Старичок вернулся быстро, поставил на маленький столик перед нами металлическую, ничем не примечательную шкатулку. Главный что-то прошептал, и та открылась, явив нам содержимое: десятки одинаковых медальонов. Юрао присвистнул. — Ты просил один, но я, так и быть, дам два. Для меня, как видишь, эти артефакты не являются чем-то редким. Главный протянул два медальона. Юрао тут же отдал один мне, при близком рассмотрении это оказался медный диск с оттиском листа остролиста на цепочке. По щелчку пальцев мужчины шкатулка бесшумно закрылась. И только сейчас я поняла, что глава теневиков — маг. Человеческий маг. Неожиданно взвилось синее пламя. — Я нашел, — раздался из него голос магистра Эллохара. А он-то тут что забыл?! Времени на то, чтобы спрятаться, не оставалось совершенно. Я изо всех сил вжалась в спинку дивана, стараясь с ней слиться. Через пару секунд появился и сам магистр, держа в руках тушу какого-то животного. — Он ее сожрал! — возмущался Эллохар. — Если она тебе нужна, доставай сам. Он кинул тушу чашуйчато-мохнатой твари прямо в руки теневику. Я старалась не дышать. Надежда на то, что пронесет, не покидала. — Как достанешь, сообщи, — магистр уже призвал пламя, чтобы исчезнуть, но тут он повернулся в нашу сторону. Пламя погасло. Надежда моя умерла в муках. Взгляд магистра не предвещал ничего хорошего. — Риате, это так ты стараешься не подвергать себя опасности? — прошипел он, медленно надвигаясь на меня. А я не придумала ничего лучшего, чем «лучшая тактика — наступление». — О, лорд Эллохар! — воскликнула я. — И вы тут по делу. Какая неожиданность, — совершенно неприятная неожиданность, надо заметить. — А мы почти все закончили. Может, перенесете нас в контору, а то возница не стал нас дожидаться. — Да, — подключился Юрао, — подбросите до конторы? Только ко входу, пожалуйста, а то больно уж горячее у вас пламя… — Заткнись дроу, — кинул ему Эллохар. — С тебя, за то, что притащил сюда Дэю, я спрошу отдельно. Юрао сглотнул. — Никто меня не тащил! — возмутилась я. — У нас тут дело, между прочим. А вы нам помешали. — Помешал? — переспросил он. А затем резко успокоился, на губах его расцвела легкая улыбка. — Что ж, Риате, в следующий раз, когда будешь помирать, не стану тебя спасать. И Тьеру скажу, чтобы этого не делал. Неблагодарное это занятие. К тому же особа эта, как оказалось, смертница. — Лорд Эллохар, зачем вы так, — вступил в разговор Главный, — госпоже Риате здесь ничего не угрожало. — В вашем доме — возможно. Но в дороге… — Да бросьте, если что, Дэя бы вас позвала, или кольцом воспользовалась, как вы советовали, — вставил Юрао. На магистра стало страшно смотреть. В глазах его заплясало синее пламя, волосы тоже приобрели синеватый оттенок. Магистр, как будто и в росте увеличился, хотя, казалось бы, куда выше. — Я вам что, пес? — с убийственным спокойствием поинтересовался он. И это тот самый случай, когда спокойствие действительно убийственное. Для окружающих. — Лорд Эллохар, — тихо произнесла я, — не понимаю, почему вы злитесь. Ничего опасного не планировалось, мы просто пришли поговорить. — Прелесть моя, а известно ли тебе, что вчера в этом квартале нашли убитую девушку? Как и на прошлой неделе. И вообще к местной ведьме-повитухе постоянно за травами от нежелательной беременности ходят. И это не от большой любвеобильности, я замечу. Я, кажется, побледнела. То есть девушек здесь насилуют? И никто с этим ничего не делает? Я возмущенно уставилась на главу теневиков. — Не моя проблема, — пожал плечами тот. — Женщины были предупреждены. И своих мальчиков я держу на поводке. Но в последнее время к нам соседи пожаловали, с ними я уже ничего не могу поделать. Я перевела взгляд сначала на Юрао, потом на магистра. Девушек действительно некому защитить. Большая часть, живущих здесь людей — это беспризорники. Уверена, у них и документов-то никаких нет, то есть ни стража их не защищает, ни местные мужчины. Все считают, что это не их дело? Плакать захотелось. Так обидно стало за этих девушек. Молодые совсем, потерянные, и такое… Лорд Эллохар громко вздохнул и закатил глаза. — Риате, почему я каждый раз должен напоминать, что сочувствие — плохое качество для жителя Темной Империи? Я ничего не ответила, просто шмыгнула носом. — Я пришлю к тебе адептов. Как раз провинившихся перед праздниками много развелось. Будут следить за порядком, раз своими силами не справляешься, — произнес Эллохар, за что получил ошарашенный взгляд от теневика и благодарный от меня. Затем нас с Юрао охватило синее пламя и мы оказались в конторе. — Чтоб этого магистра Смерти, — ругнулся Юрао, смотря на прожженный паркет. — Хорошо хоть папку успел захватить. Я удивленно посмотрела на напарника. Когда только успел? Я с появлением магистра вообще не заметила, чтобы Сирин приносил папку.