Потому что ты не чувствуешь того, что чувствую я.

Представить лишь достаточно, Как сложно видеть взгляд, Пылающий желанием, что руки аж дрожат. В глазах танцуют дьяволы, Но действовать нельзя. Однако знаю точно я, Что это лишь пока.

ГЛАВА 10: НЕВОЗМОЖНОЕ - ВОЗМОЖНО.       Вечер, заставивший сердце выпрыгивать из груди запомнился Асте надолго, взгляд капитана, буквально прожигал дыру в его губах, однако, закончилось всё тем, что тот быстро отстранился и поспешно ушёл, ничего при этом не сказав.       С того самого вечера капитан его избегал, находил какие-то дела, о которых ранее даже речи не было, глупо себя вёл, но иногда всё же выходило с ним поговорить, но исключительно по делу. Иной раз оставался когда рядом были остальные, чтобы это не выглядело ну уж совсем странно, но никогда не оставался наедине. Это начинало злить.       И самое главное, что парнишка, даже не знал, что с этим делать. Мысли, как лоза вокруг дерева вились в его голове, не оставляя места для других вещей. Бессоные дни и ночи залегли мешками под глазами, мыслить здраво получалось с трудом, но и заставить себя лечь и отдохнуть тоже не получалось, ничего не делая он снова и снова возвращался к тчетным раздумьям ни о чём.       Подобно предыдущим ночам, он лежал в кровати, упирая взгляд в тёмный потолок, рассматривая трещины серого кирпича. Ветер из окна тепло ласкал голые участки тела и ерошил и без того растрёпанные волосы. В голове пусто, а на голове грязно, единственная здравая мысль за последние дни посетила его сейчас, а именно горячая ванна. Сейчас там как раз никого не должно быть, наедине со своими пустыми размышлениями.       Тело было тяжёлым, как будто оно было сделано из камня, конечности с трудом двигались от морального и физического истощения, сколько он уже не спал? Он и сам не помнит, но ощущение, будто прошло уже много времени. Он не помнит как дошёл до ванны, и уж тем более как снял остатки вещей. В ванной кто-то был, но через дверь было не видно из-за запотевшего стекла.       Дверь протяжно скрипнула и на лицо сразу подул горячий пар, даруя некое расслабление, напряжённые плечи опустились и владелец изумрудных глаз опустился в горячую воду.       Взгляд медленно поднялся к сидящему напротив человеку, который изучал его взглядом. Это был капитан. Расслабившееся было тело, вновь напряглось и моргнув пару раз, он опустил голову и устремил взор к рукам на своих коленях.       Внутренний голос буквально кричал о том, что надо поговорить, но язык не поворачивался и он в немом жесте открывал рот, пытаясь что-то сказать. Голова немного кружилась то ли из-за температуры в помещении, то ли от ситуации и он не знал, за что из этого зацепиться.       — Я полагаю ты всё же хочешь поговорить. Что ж, это предсказуемо. - зеленоглазый поднял взгляд на мужчину, и пытался слышать его, сквозь гомон в ушах, сердце вновь скакало, как лошадь без привязи, не давая сосредоточиться на важном.       — Я должен извиниться за тот случай, можешь считать, что я был немного не в себе. Так что давай забудем об эт-...       — Нет! - всё таки смог из себя выдавить юнец, голос был очень не привычным: хриплым и низким.       — Я имею ввиду...       Аста не знал, как лучше подобрать слова для своей речи, а ошарашенные глаза капитана не придавали большей уверенности в выбранном решении.       — То есть... Я не хочу об этом забывать, понимаете? - он чуть замялся, глядя невидящим взглядом перед собой. Руки сами по себе сжимали предплечье, не давая желанного успокоения.       — Я не могу сказать точно, да и вообще не уверен в том, что говорю, особенно сейчас. Но.. Я хочу определиться с тем, что чувствую по поводу того случая, у меня и сейчас очень неоднозначные чувства, но я могу сказать точно, что не испытывал к этому неприязни, или что-то в этом роде. - язык заплетается, очень сложно подобрать именно нужные слова и не ошибиться, очень страшно ошибиться. Одно слово может разрушить всё.       По лицу мужчины сложно понять, какие эмоции он испытывает, но виден только шок. Он смотрит на пепельноволосого не отрываясь, походу даже не моргая, и без того тёмная радужка глаз становится чёрной из-за зрачков, в них видно желание, надежда услышать столь желанные слова.       — Я просто... - юноша не успевает договорить, стресс берёт над ним вверх и он в полном истощении закрывает глаза и проваливается в глубокий сон. Рядом слышится копошение, а тело чувствует прикосновения, его куда-то несут, но это неважно. Он же успел договорить, правда..?

***

      Веки очень тяжёлые, как будто на них лежит весь груз и ответственность мира, но через силу он открывает глаза. Мгновенно его слепят солнечные лучи из-за чего он жмурится. Тело словно залитое свинцом не повинуется приказам владельца, он не может даже банально поднять руку. Единственное, что он понимает - это не его комната, осознание этого факта долго доходит до мозга, но когда это всё же происходит, все функции тела мгновенно возвращаются к хозяину. Пепельноволосый подскакивает с кровати и голову пронзает ужаснейшая боль.       — Проснулся таки. - слышится знакомый голос и голова сама по себе поворачивается к источнику звука. За рабочим столом сидит Сукехиро и с нежной улыбкой смотрит на мальчишку, взъерошенного и всё ещё пребывающего в состоянии непонимания. Он как будто вчера много выпил и совсем ничего не помнит, или помнит, кто знает.       — Капитан? Почему я в вашей комнате? - первое, что приходит в голову, вырывается из его уст.       — Уже и не помнишь ничего? Неудивительно. Ты вчера пришёл в ванну в виде мертвеца, и упал в обморок, так как оставлять тебя без присмотра в таком состоянии безответственно, я отнёс тебя к себе. Как-то так. Мне вдаваться в подробности? - мужчина встаёт из-за рабочего стола и усаживается на край кровати, проводя рукой по светлым волосам.       — Не сейчас, у меня башка не варит. - прикрыв глаза он отдаётся ощущению тепла от горячей руки, медленные поглаживания вновь нагоняют сон, но Аста заставляет себя вновь открыть глаза.       — Может ещё поспишь? - нежность в глазах мужчины, заставляет сердце трепетать, Асте сложно себе признаться в том, что ему нравится видеть мужчину таким расслабленным, домашним, такая сладостная искренность в действиях вынуждает бабочек в животе порхать.       — Хочу, но мне надо работать.       — За это не беспокойся, я уже переложил работу на других, а ты заслужил отдых. - горячая ладонь темноволосого мягко ложится на щёку зеленоглазого, большой палец поглаживая нежную кожу немного задевая ресницы изумрудных глаз, отчего веки вновь опускаются.       — Я не могу... Точнее... - ладонь младшего ложится поверх чужой, чутка отодвигая её, чтобы вновь открыть глаза и посмотреть в глаза капитана, желая сейчас сказать это прямо в лицо. Без опаски быть отвергнутым       — Не хочу спать один. - алый румянец подобно цветущим розам распускается на мягких щеках, обсидиановые зрачки заполоняют почти всю радужку глаз.       Мужчина чутка ошарашенный такими словами замирает на секунду, пропуская несколько сильных ударов сердца, а после умиротворённо улыбнувшись аккуратно ложится рядом, придвигая тело парнишки к себе, приобнимая за талию.       — Я тебя понял. - он оставляет невесомый поцелуй на макушке пепельных волос. Рука на талии мерно поглаживает даруя комфорт в положении. Аста одними губами начинает шептать:       — Я люблю тебя. - аккуратно придвинувшись, он робко и совсем неумело целует его в губы, что кажется очень милым. Он медленно отодвигается, лицо заливается краской пуще прежнего и он слегка неуверенно смотрит, ожидая ответа.       — Я тебя тоже. - он переворачивает мальчишку на спину, нависая над ним нежно целует в столь желанные губы, аккуратно, без спешки, чтобы не нарушить сложившуюся атмосферу резкими движениями. КОНЕЦ.