Краткий не такой, каким он кажется.

***

      Краткий, успокоившись, повернулся обратно к своему любимчику, слегка неловко улыбаясь. – Так..ээ..на чем мы там..остановились? – С недолгими паузами, сказал Й. Фиолетовый недовольно посмотрел на Малинового, пододвигаясь ближе, и хватая того за руку. Краткий удивился и уже с большим недоумением, и смущением, начал смотреть в глаза Ё. Добрая буква глубоко выдохнула. – Краткий... Я точно не знаю, по какой причине ты так жестоко к ним относишься..Может быть у тебя есть на это причина, но мне кажется, что тебе нужно быть с ними помягче. Ты можешь мне все рассказать.. Ведь я переживаю за тебя.. Краткий опешил от такого заявления, но грубить не стал. Не смотря на свой характер и свои взгляды, Малиновый изменился в лице и тихо зашептал. – Я не знаю что со мной происходит, Ё. Просто..мне кажется, если я перестану быть таким, какой я по отношению к ним, то они перестанут меня уважать..ну или вообще покинут моё шоу, чего я совершенно не хочу. Й прижался к Ё, крепко обнимая его. Фиолетовый, в свою же очередь, ничего не сказал и аккуратно обвил Краткого руками. – Знаешь.. в этом нет никакого смысла. У тебя есть приз на миллион тысяч, и именно поэтому они будут тебя слушать, если им будет выгодно то, что ты предлагаешь. Но если тебе так привычней, то ты..можешь не меняться..Ты мне будешь нравится таким, какой ты есть, и каким ты являешься. Ё ослабил свою хватку объятий и, медленно приблизившись к лицу Краткого, поцеловал того в губы, прижимаясь к нему. Малиновую букву охватило приятное чувство с ног до головы, и тот, будучи в полном блаженстве, сладко ответил на этот неожиданный поцелуй, закрыв глаза.

***

      В это время, Кнайф, Замазыч и Чашечка тихо наблюдали за всем этим из-за кустов. Замазыч сильно удивлялся. Кнайф испытывал резкое отвращение и часто отворачивался. А Чашечка просто молча наблюдала, и умилялась каждому действию, которое они делали. – Боже мой, как на такой отврат вообще можно смотреть? Вы оба такие, черт возьми, странные. – Заявил Кнайф, с лёгкой злобой смотря на Замазыча и Чашечку. – Кнайфик, может...если тебе не приятно.. не будешь смотреть? Они ведь такие милые, когда они вместе. – Тихо прошептала Чашечка, чтобы Краткий и Ё её не услышали. Замазыч согласился с Чашечкой и притаился в кустах. Кнайф лишь тихо прорычал в ответ. У него не было других интересных занятий, поэтому ему только и оставалось тусоваться с белой замазкой и чашкой. Ножик затих и присел рядом с Замазычем и Чашечкой, продолжая наблюдать за Кратким и Ё.

***

      Краткий отстранился от Ё, оставляя тонкую слюнку, до сих пор соединяющую их рты. Ё заметно покраснел и неловко отвел взгляд в сторону. А Краткий, в свою очередь, усмехнулся, смотря на смущенную, Фиолетовую букву. – Я смотрю, тебе впервые удаётся ощутить такие ласки, не так ли? – С легкой ухмылкой сказал Краткий, ехидно улыбаясь. – Д-да..Я никогда до этого...ничего такого не ощущал...Это очень п-..приятно..– сказал шёпотом Ё, продолжая сильно краснеть. Тут же Ё заметил странное движение кустарников, прямо напротив Краткого и присмотрелся. Фиолетовый все таки заметил их троих, и, с дико смущённым лицом, сказал об этом Краткому. Й будто подменили. Тот резко поднялся, вырываясь из хватки Ё, подходя к кусту и хватая всех троих. Обжекты напугались и начали дико извиняться перед Кратким и Ё. Начали оправдываться, что они пришли сюда совершенно случайно. Но Краткий их не слушал и грубо отбросил их далеко в сторону, отчего Чашечка разбилась, а деревянное основание Кнайфа раскололось пополам. Один Замазыч смог еле как подняться на ноги и убежать к остальным. Ё не очень понравилось то, что сделал Краткий, но осознавая наглый шпионаж со стороны обжектов, Ё успокоил себя. Он встал на ноги, и подошёл к Краткому, поглаживае его по плечу и мило улыбаясь.