Ненавистный апрель.

Пока сытые и слегка пьяные ученики медленно качались под ритм расслабляющей музыки внизу, наши храбрые герои быстро взбирались по металлической винтовой лестнице, на которой Ларссон время от времени спотыкался, к балконам. Торд мгновенно приблизился к перилам, приходившимся ему где-то по пояс, и оглядел толпу внизу, ища глазами знакомую макушку. — Они почти у самой сцены. — Послышался голос Эдда рядом, который почему-то звучал излишне радостно. — Надо их увести оттуда до начала церемонии. — Торд постучал кончиками пальцев в кожаных перчатках по пластиковому подбородку, пытаясь что-либо придумать. — Набери Шону, чтоб он сначала разобрался с их местонахождением. — Уже. — Голд выключил телефон и снова перевесился через ограждение, настороженно поглядывая на мешки рядом. — Как насчет других, кто будет с ними стоять рядом? — Не боись, Шон сделает так, чтобы они все расступились. — Ларс почесал затылок, вцепившись правой рукой в перила. — Меня больше интересует, как он уговорил Джейка сделать это. Типа, он же президент студсовета, нет? Не думаю, что он должен быть рад такому, учитывая, что я не раз получал от него нагоняй. — Я тоже в замешательстве. — Торд тихо цокнул: он не любил, когда Эдд общался, как старик из какого-нибудь старого романа. — Может пригнемся хоть немного? А то на нас уже пара человек успела взглянуть, вдруг подумают, что мы террористы. — Плевать. — Не успел он сказать еще хоть слово, как музыка закончилась и многие ученики захлопали, кланяясь своим парам. Свет на сцене снова загорелся, и ученики недоуменно оглянулись: им потребовалось несколько минут, прежде чем понять, что настало время определять Короля и Королеву Зимнего бала. Обычно в школах подобный «конкурс» делают только на выпускных балах, но у их школы были и Зимние Короли и Королевы, и Весенние, и Осенние, ибо это «прибавляло ученикам мотивации и стремления», а в чем именно — неизвестно никому, ибо персонам, поймавшим удачу в этот день, давалось лишь бесплатное питание на месяц в их злосчастной столовой. Ларссон тихо цокнул: опять вышел директор. Мужчина занял около двух минут их времени, после чего скрылся за кулисами, и на сцену вышел Шон, ярко улыбаясь. — Всем доброго вечера! — Парень слегка поклонился, крепко хватаясь рукой за стойку с микрофоном, при этом другой он показушно размахивал из стороны в сторону, привлекая внимание зала к белоснежному конверту, зажатым между средним и указательным пальцем. — Прежде чем объявить счастливчиков, хотел бы попросить всех сделать шаг назад, так как передние ряды сейчас задохнутся. Толпа послушно отступила, одновременно с этим пододвигая Томаса к балконам. Шон тихо посмеялся в микрофон и выпрямил спину, громко откашливаясь. Конверт в его руке тихо зашелестел, когда юноша осторожно оторвал край и открыл его. Внутри оказалась маленькая желтая карточка, сделанная из картона. Торд затаил дыхание, ровно как и Эдд, вцепившийся в перила мертвой хваткой. — Открывай контейнер. — Тихо сказал Ларс, не отводя взгляда от сцены. — Что? — Нервно спросил Голд, поджав свои искусанные губы. — Ты слышал меня, Эдд. — Он повернулся к нему лицом, пристально глядя в испуганные карие глаза. Эдвард отпрянул, увидев завороженный серый взгляд. — Я займусь мешками. Юноша потянулся к огромному контейнеру с таким видом, будто его ведут на эшафот, но все-таки послушно открыл крышку, морщась от отвратительного запаха металла. Торд подтащил мешок поближе, начиная развязывать узел. Руки, как назло, дрожали, но Ларс не боялся. Он был воодушевлен. — И так, дамы и господа… — Шон внимательно оглядел толпу после минутной паузы, будто знал, что парням сверху нужно время. — С превеликим удовольствием объявляю, что Королем и Королевой Зимнего бала становятся… Ученики возбужденно и недовольно загалдели, когда юноша опять замолчал. Каждый хотел победить, превознестись перед другими. Шон из чистого любопытства прочитал имена на карточке — имена тех, кто должен был быть победителем — после чего тихо посмеялся и покрепче ухватился за микрофон. — Томас Риджуэлл и Клэр Дав! Аплодисменты, дамы и господа, они это заслужили! — Толпа негромко захлопала. — Уважаемые победители, подойдите к нашей фото-зоне, чтобы мы смогли сделать снимок на память! Торд взгромоздил мешок на перила, недовольно поглядывая на замешкавшегося Эдда, что все еще не поднял контейнер. Ларссон что-то недовольно пробурчал про черепах и переместил свой взор за кулисы, виднеющиеся с их балкона. Джейк стоял красный, как рак, пока Рон и Гас удерживали его от попытки выбежать на сцену и вмазать Шону. Вот как он уговорил его на это: он просто не спрашивал. Торд не удержался от улыбки, чувствуя некую гордость за Шона, и покрепче схватился за мешок. — Давай быстрее, придурок. — Ларс обернулся к Эдду, когда Том и Клэр направились к фото-зоне, располагавшейся прямо под ними. — Торд, я не могу, это слишком. — Он стоял к нему спиной, наклонившись над контейнером, но в плечах поселилось явно заметное напряжение и страх. — Эдд, — тот вздрогнул от его тона: ледяной, безразличный, тихий, но одновременно с этим перебивающий крики толпы, — друзья друг друга не бросают. Ты мне что, не друг? Руки, вцепившиеся мертвой хваткой в пластиковые края, безудержно задрожали, как и сам парень в целом. Голд судорожно вздохнул, после чего закашлялся, сглатывая подступивший к горлу ком, когда Торд грубо, крепко и резко сжал его плечо так, что кожаная перчатка на его руке затрещала по швам. — Я и обидеться могу, Эдд. — Это стало последней каплей. Юноша поджал губы и на дрожащих ногам поднес контейнер к краю, не смотря вниз. — Чуть правее. Он повиновался. Том и Клэр подошли к декорациям и обняли друг друга за талии, мило улыбаясь для совместного фото. Толпа стояла прямо за Беном, когда он принялся торопливо устанавливать свою новую камеру на штатив, который ранее убирали, чтобы расчистить место для танцев. Пара замерла, надеясь получиться на фото как можно лучше, а Бен принялся неестественно громко отсчитывать секунды. — Пять. — Торд закусил нижнюю губу, чувствуя, как сердце в груди сжимается от предвкушения. Он просто хотел снова увидеть отчаяние, злость, грусть, блять, да хоть что-то на лице этого черноглазого сопляка, и он готов был сделать что угодно для этого. — Четыре. Шон аккуратно сложил картонку себе в карман, выкинув конверт прямо на пол сцены, и удалился за кулисы, подмигнув Джейку, что продолжал попытки вырваться. — Три. — Ларссон еще больше перегнулся через перила, желая увидеть все с самого начала, но слегка не рассчитал и пара крупиц содержимого мешка высыпалось через порванный край и полетела вниз. — Два. Том слегка нахмурился, когда увидел на своем плече небольшие завитушки шерсти, упавшие откуда-то с потолка. Риджуэлл рефлекторно поднял голову вверх, совершенно забыв о предстоящем фото, и его глаза округлились, когда он увидел маску смеющегося клоуна, перегибающегося через перила настолько сильно, будто пытался выпрыгнуть прямо оттуда. Но еще больше Тома напугало то, что он увидел в руках у его напарника в маске уродливого младенца, но было уже поздно. — Один. — Бен поставил таймер в три секунды, нажал кнопку и осторожно отошел назад к толпе, не сводя взгляда с Тома и Клэр. Риджуэлл успел оттолкнуть Дав, но небольшое количество ужасной смеси все же успело попасть на ее красивое платье, когда та упала на пол в метре от него. Послышались крики толпы и громкий топот ног. Тело Тома в миг потяжелело, когда поверх странной жидкости на него сверху что-то посыпалось, и Ридж упал на колени, всеми силами пытаясь открыть глаза. Горячо, вязко, отвратительно. Знакомый запах заставил парня подавить рвотный рефлекс, что не особо помогло, учитывая, что Томас вскоре все же смог увидеть, что с ним сделали. Черные глаза распахнулись, растеряно осматривая свои окровавленные, как впрочем и все его тело, руки. С рукавов его темно-синего пиджака стекала темно-красная кровь вперемешку с небольшими кусками перемолотого мяса и волосами. Томас сидел в огромной луже из останков животных, осыпанный сверху их же шерстью. Колени задрожали, дыхание участилось, а мозг окончательно отказался думать и осознавать происходящее. Он бездумно огляделся, но не увидев никого рядом, даже Клэр, что пару секунд назад упала рядом, юноша поднял глаза наверх, встретившись с пластиковым лицом клоуна, чьи большие синие глаза, казалось, смотрели в его душу. Торд получил, что хотел: Том заплакал прямо на его глазах впервые за год, беспомощно скрутившись калачиком на полу, продолжая сидеть в луже крови, мяса и шерсти, а Ларс и Эдд поспешили убежать из зала как можно скорее, дабы их не поймали. Торд сбросил маску сверху на Тома, желая таким образом нанести завершающий удар, после чего съехал по перилам вниз. Сегодня был хороший день.

***

Ларссон принял горячий душ, прокручивая в голове выражение Тома раз за разом. Бен прислал полученную фотографию час назад, и Торд всерьез задумался над тем, чтобы распечатать ее и поставить в рамку, но решил, что он не настолько извращенец, и отложил эту идею в долгий ящик. После такого отличного представления им следует хорошенько отдохнуть, так что ближайшие несколько недель Тома будут ждать максимум подножки в коридорах и куски бумаги, брошенные ему в затылок на уроке.

***

Но ни Том, ни Эдд не появлялись в школе на протяжении следующих двух недель.