Ненавистный апрель.

Заселение прошло достаточно спокойно. По крайней мере в номере Торда, ибо большинство остальных учеников доставали учителей расспросами насчет кладбища, располагавшегося прямо за забором их отеля. Те сами были не в восторге от того, что их никто не предупредил насчет «маленькой неурядицы», как выразилась милая на вид девушка на ресепшене, но поделать с этим ничего не могли, так что просто сказали всем с этим смириться. Через полчаса, когда многие уже разложили вещи по полкам и успели сходить в душ, некоторые переползли в коридор, усевшись на мягкие диванчики. Соседом нашей троицы на эти ближайшие дни оказался парнишка по имени Ян. Он выглядел так, будто вылез из какого-то дерьмого сериала на Netflix и играл там роль друга-качка. Вот только мускулов у него было поменьше, чем у Торда. В каждом номере на этом этаже было четыре белые односпальные кровати, располагавшиеся по углам двух небольших комнат, одна просторная ванная, к сожалению, без ковриков и достаточно широкий коридор. Торд решительно выбрал себе комнату с Яном, потому что успел устать от компании Эдда и Мэтта за эти два дня в поезде. Мэтт сразу принялся раскладывать свои вещи по полкам в их общем массивном шкафу; Эдд засунул весь свой чемодан под кровать, после чего развалился на ней, залипая в телефон; Ян вывалил все содержимое своих сумок на пол и принялся небрежно их складывать, а Торд в этом время прикатил свой бордовый чемодан к кровати, достал из него новые футболку и шорты и ушел в душ, прихватив свои чистые белые полотенца. Класс приехал достаточно рано, поэтому на завтрак они все еще могли успеть. На часах семь утра, а столовая открывается с девяти: в запасе целых два часа, которые все решили потратить на то, чтобы разобрать свои вещи и сходить в душ впервые за два дня. Ванная комната была примерно три на три метра, что достаточно много для не такого уж и дорогого отеля, но вот полок было мало: всего одна. Справа от входа в углу находился массивный белый комод с золотистыми ручками, а прямо над ним висела полка, рядом раковина, над ней — зеркало. У противоположной стены стояла белоснежная ванна с розовато-голубой шторкой, а слева унитаз, мусорное ведро и корзина, похоже, для грязных полотенец. На стене с дверью располагались крючки для них же. Парень быстро повесил их на законное место, снял с себя одежду, кинув ее на крышку унитаза, и поспешил залезть в ванную, прихватив с собой отельные бутылочки с шампунем и гелем для душа. Попытки смыть с себя весь пот и грязь заняли около десяти с лишним минут, и когда он закончил, быстро осознал, что те, кто занимался интерьером ванны, придурки, ибо крючки с полотенцами располагались на противоположной от ванны стене, и Торду, который был весь мокрый и голый, пришлось топать через всю комнату босиком, оставляя за собой противные следы, за которые на него потом наедет Ян. Одевшись, Торд кинул грязную одежду в угол комнаты, для себя решив, что займется ею потом, и довольный вышел из ванной. Оставшиеся полтора часа он потратил на соцсети, развалившись на своей кровати во весь рост.

***

Вскоре по коридору прошли уставшие учителя, которые громко постучали по двери каждой комнаты, оповещая всех о том, что пора идти на завтрак. Какими бы взрослыми ученики не были, но на завтраки, обеды и ужины они ходят все вместе с учителями. Орава подростков столпилась у дверей столовой, ожидая, когда откроют двери. Время было без пяти девять, так что им пришлось еще немного постоять снаружи, после чего их благополучно запустили внутрь. Одна из стен столовой представляла собой выход к бассейну на улице, так что воздух был достаточно свежим. Торд, Эдд и Мэтт поспешно кинули свои сумки на квадратный деревянный столик в углу и направились накладывать себе еду. Шведский стол в отеле Торду не понравился, собственно как и тогда, но он решил не высказывать свое недовольство открыто, из-за чего просто хмуро возил вилкой по тарелке с какими-то непонятными сладостями, парой самодельных бутербродов и обветрившемся омлетом. Бекон, что тихо и мирно лежал на краю тарелки, был съеден через пару секунд после того, как Эдд и Мэтт наконец вернулись, а вот остальная еда все еще была не тронута. — Лучше б мы поехали куда-то к морю. — Пробурчал Харгривз, еще не до конца проснувшийся от получасового сна в номере. — А так нас ждут одни экскурсии по городу. — У нас сегодня свободный день, кстати. — Бодро сказал Голд, тут же засовывая в рот сосиску. — Мы пойдем куда-то вместе или каждый сам по себе? — Я бы хотел прогуляться по улицам, там куча всяких магазинчиков рядом. — Мэтт аккуратно отпил кофе из своей кружки, слизывая оставшуюся на губах белую пенку от сливок. — А вы куда? — Я пойду с тобой. — Эдд нервно поджал губы и глянул на Ларса, сжимая в руках свою чашку чая. — Тут прям рядом магазин канцелярии, я хочу посмотреть, что там. А ты, Торд? — Идите без меня. Я скорее всего просто отсижусь в отеле сегодня. — Ларссон почти закончил есть. Он устало откинулся на спинку плетенного сиденья, включая почти разряженный телефон. В «прошлый раз» парни никуда не ходили по приезде в отель, поэтому их внезапный порыв прогуляться немного озадачил его. Увы, уровень «Наплевать на дела друзей» был выше, чем шкала «Любопытство», из-за чего он тактично забил. — Пропустишь все веселье. — Пробурчал Эдд, но потом, будто спохватившись, добавил: — Ну да ладно, не хочешь — не надо. Мэтт, когда пойдем? Можем сразу после завтрака. — Я не против, но надо заскочить в номер за солнцезащитным кремом, а то тут солнце шпарит, как бешеное. — Харгривз недовольно поморщился: парень явно не любитель жары. — И очки я не взял. Эдд понимающе закивал, тут же поднимая руку, чтобы перекрыть бьющиеся сквозь окна яркие лучи штатского солнца. Прошло около пяти минут тишины, прежде чем большая часть еды на тарелках была съедена. Ларссон глянул на время — прошло сорок минут — и незаметно сунул в карман одну из булок на тарелке. — Я пошел. — Торд резко поднялся со своего сиденья, чудом не опрокинув посуду, что недовольно зазвенела, и двинулся прочь из помещения. — Только не потеряйтесь нигде.

***

Номер встретил его приятной прохладой и мятым постельным бельем на его кровати. Торд, еле передвигая ноги, дошел до балкона. Он прислонился вспотевшим лбом к холодному стеклу, немного раздраженный тем, что их окна выходят на бассейн. Решив немного расслабиться и привести мысли в порядок, Торд отворяет балконную дверь шире и выходит наружу, тут же получая огромную волну криков детей, весело плещущихся в бассейне. Прикатив плетеное кресло, а вместе с ним и столик ближе к краю, он устало уселся на него, тут же доставая из кармана пачку сигарет, купленную за день до их отъезда в соседний штат. Курить на балконе, откуда его могут заметить учителя, опасно, но Торд сделал то же самое и в «прошлый раз», не получив даже замечания, поэтому он позволил себе расслабиться. Благо, на столе стояла маленькая пепельница. — Торд! — Послышалось откуда-то снизу. Ларссон успешно проигнорировал зов, делая затяжку, но его имя выкрикнули еще раз. По прошествии семи повторов Торд усомнился в правильности произношения своего собственного имени и все-таки оторвал свою задницу от кресла, оставив недокуренную сигарету в пепельнице. — Чего? — Прозвучало более резко, чем Ларс хотел, но его это не особо волновало. Эдд мельком глянул на Мэтта, стоящего рядом, после чего вновь обратил свой взор на Торда. — Можешь скинуть, пожалуйста, крем и очки? — Голд потеребил край своей белой футболки, еще раз скосив глаза в сторону Харгривза, но тот, казалось, совсем этого не замечал. — Они в тумбочке под телевизором должны быть. С одной стороны ему не составит никакого труда сбегать внутрь, взять то, что нужно, и вернуться на балкон, но с другой — ему лень. Настолько, что он даже не собирается делать вид, что возвращается в номер, чтобы посчитать сколько минут пройдет прежде, чем Эдд и Мэтт поймут, что они ничего не дождутся. Солнце неприятно припекало макушку, так что Торд все же задумался об возвращении в прохладную комнату. Юноша хотел как следует выспаться перед тем, как начать что-то делать с розыгрышем, поэтому не счел нужным тратить свое время, отведенное на отдых, на чьи-то хотелки. — Сами идите. — Ларс почесал затылок, обернувшись на стол с пепельницей. — Я вам не почтальон. — Торд, он же попросил. — Мэтт, казалось, говорил серьезно, но его лицо не выражало ничего, кроме скуки. Эдд обеспокоенно переводил взгляд с одного на другого.- Тебе сложно что ли? — Ты как всегда прав, Мэтт. — Торд медленно развернулся, оттолкнувшись руками от перил, и вернулся в кресло, на которое уже успела упасть такая нужная ему тень. Через три минуты внутри номера послышались шорохи и торопливые шаги. Человек, не видный за закрытыми шторами, явно спешил, но, прежде чем выйти из номера, остановился напротив балкона на секунду, а затем полностью покинул помещение, осторожно закрыв за собой дверь. Наступила тишина. Ларссон сделал последнюю затяжку, и кинув сигарету в пепельницу, вернулся в спальню, прикрыв за собой дверь. Прохлада перестала быть приятной, так что Торд поспешил включить кондиционер, поставив максимально плюсовую температуру. Через минут десять явно потеплело. Парень выключил устройство и улегся на кровать Мэтта, испытывая слишком большую лень, чтобы дойти до своей собственной. Сейчас ему нужен сон — об остальном он будет думать потом.

***

Проснулся он, увы, не от щебечущих птичек за окном, а от ввалившихся в номер Эдда и Мэтта, что весело и громко переговаривались между собой. Они ловко скинули свои ботинки и поспешили в спальню, кинув пакеты с покупками на кровати. Через пару минут пришел и Ян, но, взяв пару вещей из чемодана, тут же ушел. Мэтт пару минут копался в своем пакете, после чего Торд почувствовал, как в его затылок что-то прилетело. — А ничего, что я пытаюсь спать? — От его вскрика Эдд вздрогнул, а Харгривз лишь ухмыльнулся, вызвав у того еще большее раздражение. — Во Фресно отоспишься. — Торд небрежно взял в руки вещь, что являлась одной из причин его пробуждения, и недоуменно оглядел. — А еще это за то, что спишь на моей кровати. В его руках находилось нечто, что он с радостью выбросил бы в мусорку. Рубашка. Гавайская. Красная. Мало того, что он рубашки носил разве что на важные мероприятия в школе, так Торд еще на дух не переносил именно гавайские. Спасибо, подумал тот, что хоть цвет любимый. Откинув вещь на мятую подушку, Ларс недовольно глянул на Мэтта, что продолжал беспрерывно улыбаться. Он больше всего ненавидел, когда Харгривз над ним смеялся, потому что не имел возможности надавить на больные места, так как банально не знал их. В «прошлый раз» Ларссон в самом деле пытался больше разузнать о парне, дабы как-то использовать это, ведь дружба с Тордом была ему не особо важна, как например Эдду, но все было тщетно. Друзей он себе новых не заводил, родители часто на работе, а были ли у него отношения, никто не знает. Как бы то ни было, иногда ссориться с этим рыжим придурком бывает забавно. — Что, даже не примеришь? — Мэтт как раз достал точно такую же, но уже розовую рубашку из пакета и накинул поверх футболки. Из ванной вернулся Эдд, одетый в те же тряпки, только зеленого цвета, и принялся красоваться перед зеркалом. Он явно радовался новой покупке. — Идите к черту. — Торд сам не знал, что его бесит больше: то, что ход событий слегка изменяется, и теперь в его гардеробе есть такая безвкусица или то, что он, только отошедший от недолгого, но крепкого сна, не мог нормально сформулировать колкий ответ. — Я такое дерьмо в жизни не надену. — Сам ты дерьмо. — Будто на автомате выдал Голд, тут же испугавшийся собственных слов. Оба парня застыли, а Эдд медленно развернулся. Его лицо было бледным, челюсть напряжена, а глаза хаотично бегали по лицу Торда. Первым от шока отошел Мэтт — он ухмыльнулся, рассматривая удивленное и одновременно с этим раздраженное выражение Ларса. — Вот именно. — Ответил Мэтью, продолжая как ни в чем не бывало вытаскивать покупки из пакета: браслеты, кепка, футболка с уродской собакой посередине, солнцезащитные очки с толстой округлой розовой оправой и небольшой мяч, явно предназначенный для игр в воде. — А он зачем? — Тихо, но недовольно поинтересовался Торд, продолжая взглядом следить за Эддом, что тихо прошмыгнул за спиной Мэтта и скрылся в ванной комнате. Изменения в парне не обрадовали Торда. Он слишком много оставлял их с Мэттом наедине? Он редко угрожал Эдду? Может, он слишком мало уделял ему внимания, и тот забылся? Да, наверняка, Голд просто забылся на мгновение, потерялся в эйфории, нахлынувшей после новой покупки. — Мы идем в бассейн вечером. Рон и Гас позвали нас играть в водное поло. — Харгривз нацепил на лоб недавно купленные очки и поправил воротник рубашки. — Идешь с нами в настольный теннис играть? Там два стола, и они как раз свободны, а нам не хватает еще одного человека. — Кто третий? — Торд мысленно посчитал игроков. Подобная «детская забава» не вызывала у него никаких положительных эмоций. — Шон. Его друзья уже в воде, а он решительно не собирается купаться до обеда. — Над головой Ларссона зажглась лампочка. Шон был именно тем, с кем ему придется иметь дело последующие несколько дней, так что это была отличная возможность «мило поболтать». — Я иду. — Он медленно поднялся с матраса, что при этом не издал ни звука, и направился к ванной. Три стука в дверь, затем тихое: «Выхожу!». Из комнаты вылез Эдд. Он уже не казался таким бледным и нервным, но глаза по-прежнему старались избегать Торда. Ларс тихо цокнул, и оттолкнув Голда со своего пути, поспешил в ванну. — А как же рубашка? — Крикнул вдогонку Мэтт, после чего дверь громко захлопнулась.

***

Душно, громко и мокро — так мог описать свои впечатления Торд, если бы его спросили о бассейне. Вся плитка, начиная от входа на площадку, заканчивая стеной столовой, была залита водой, отчего хождение по ней было достаточно опасным. Ларссон ловко проскользил в своих красных шлепках до столов для тенниса, находившихся под навесом, где их уже ждал Шон. Он скучающе отсалютовал им двумя пальцами в знак приветствия и передал одну из ракеток Торду, тут же переходя на свою сторону. Эдд и Мэтт устроились за соседним столом, и уже через пару секунд парни смогли услышать звук бьющегося об стол шарика. Первым свой ход начал Шон. Юноша зажал между указательным и средним пальцем правой руки белый, но слегка потертый шарик, а другой уверенно схватился за красно-оранжевую ракетку. Первые пару очков они молчали. Счет шел ровно, из-за чего Торду стало скучнее раза в два. Он никогда не был фанатом подобных игр, потому что они быстро надоедали своей однообразностью. Шон, видно, заметил рассеянность парня, из-за чего в разы ускорился и обогнал того на целых три очка. — Вижу, ты навеселе. — Торд слегка ухмыльнулся, решив также ускорить темп игры, забив подряд два гола. — Что-то хорошее случилось? — Чего это ты тут? Я думал, будешь в номере отсиживаться весь день. — Шон умело отбил хитрую подачу Торда, который решил ударить в самый край поля. Мяч тут же перелетел на другой конец, но Ларс ловко перебросил его обратно. — Да я вдруг вспомнил, как важно проводить время с друзьями. — Торд мило улыбнулся, как делал миллион раз с Шерон, когда что-то просил у нее. Вспоминания о девушке заставили парня покрепче схватиться за ракетку. — Тебе снова что-то нужно? — Шон снова забил, но Ларс, казалось, не обратил на это никакого внимания, вновь взяв в руки мячик. Счет снова сравнялся. — Учти, плата будет большой, потому что я рассчитывал отдохнуть здесь, а не исполнять твои хотелки. — Хм, дай-ка подумать. — Торд будто специально пропустил мяч, дав Шону вырваться вперед на одно очко, после чего сразу же забил в ответ, вновь сравнявшись с ним. — Три бутылки и день дежурства тебя устроят? — Смотря, что ты попросишь. — Парень не успел отбить мячик, противно соскочивший с самого края поля. Потребовалась минута, чтобы Шон смог его поймать и вернуться обратно к столу. — Одну бессонную ночь. — Торд упрямо проигнорировал вопрос «С кем?» и вновь забил. Настроение Шона стремительно падало с каждым проигрышным броском, а предложение Торда становилось с каждым разом все заманчивее. — Хотя, знаешь, думаю, что смогу поднять цену до пяти бутылок, учитывая, сколько тебе предстоит сделать. — Мне стоит бояться? — Шон ухмыльнулся, и отвлекшись, снова пропустил мяч. — Возможно. — Просто выдал он, мило улыбнувшись и послав новую быструю и сильную подачу. — Ты согласен? — Больше подробностей. — Попросил Шон. Торд вырвался вперед и ему не хватало всего еще одного очка до окончательной победы. — Jeg trenger en ny grav.* — Пробурчал Ларссон, опомнившись, что прямо за его соперником стоит Мэтт, который наверняка слышит часть их разговора. Шон любит изучать языки и на его счету уже есть французский, испанский и немецкий, так что Торд понадеялся, что уж его родной язык тот решил начать учить, так как около полугода назад тот шутил на эту тему. В «прошлый раз» Торд просто поймал его во время перекура, и они спокойно все обсудили. — Jeg snakker ikke så godt norsk.* — Казалось, щеки Шона покраснели, но смысл сказанного Тордом он явно понял. — Høres grusomt ut.* — Alt vil bli bra. Det er bare en spøk.* — Торд постарался вложить всю силу в свою подачу, чтобы поскорее завершить эту уже успевшую ему наскучить игру и вернуться в номер, но Шон все же сумел ее отбить. Теперь Ларсу предстоит заново забить два раза подряд. — Ingenting er bra når det er koblet til deg.* — Шон на мгновение отвлекся, подбирая нужные слова, и Торд умело воспользовался этим. Осталось одно очко. — Så er du enig? * — Юноша попытался повернуть счет в свою пользу, но все его попытки были тщетны — Торд ловко отбивал все мячи. — Ja. — Устало пробормотал парень в момент, когда Ларс забил последний гол. Шон устало и раздраженно кинул ракетку на стол, игнорируя взгляды работников, возмущенные данным пренебрежением в отношении собственности отеля. Торд обошел стол, подходя к парню, что на секунду замешкался. Мэтт и Эдд все еще играли, неспеша перебрасывая мяч с одной стороны поля на другое. Атмосфера вокруг их стола была такой спокойной, что Торд успел испытать явное раздражение на этот счет. Они с Шоном вяло пожали руки и молча направились к бару, неловко обходя шезлонги, хаотично расставленные по всей площадке. Торду явно надо выпить. А после покурить.