Опытные Довакины

Итак, не стоит говорить, что появление Йорма в компании Миркровулон, Одавинг и Фаркаса вызвало у меня вопросы. Не стоит говорить и о том, что я начал искать на эти вопросы ответы, что не было сильно сложным, ибо Йорм первым стал пояснять мне, какого чёрта поход за наградой превратился в забег по данжам. Если кратко, он угодил в один из первых квестов Соратников, где раскрывалось, что в их круге очень много оборотней. К сожалению, в его истории было много пробелов так как он потерял сознание. Не стоит говорить, что это вызвало у меня некоторые подозрения, поэтому я стал расспрашивать других участников похода о подробностях и… И Миркровулон сдала Йорма с потрохами. Длинное по краткому: он оборотень, притом из числа тех, кто сохраняет рассудок при превращении. Впрочем, первое я начал подозревать ещё когда узнал, что он раньше был в круге, а потом к нам за ним пришла Серебряная рука и это стало ещё более очевидным. Лично меня не волновал сей факт, а Йорм банально не знал о своей болезни. По сей причине решил не слишком вмешиваться в это дело. Ну оборотень он и оборотень, что с того? Вот только Микровулон, почему-то, это очень беспокоило и она начала донимать меня с вопросами из категории: «ты планируешь ему об этом рассказать?», на что получала от меня раздражённое: «тебе надо, ты и рассказывай.». Далее, разобравшись с Йормом, мы с драконами начали обмен информацией. Точнее, они начали делиться информацией с нами касательно дальнейших планов Партурнакс. А планировала она призвать Ярла Балгруфа с помощью седобородых (как они это делали в игре, призывая довакина) и там, на нейтральной территории заявить о рождении драконьей фракции и начале дальнейших переговоров. Планировалось выторговать древние нордские руины, которые драконы зачистят и займут а также начать налаживать торговые и не очень отношения с другими холдами. Основной прицел планировали взять, как я уже когда-то говорил, на Империю с поддержкой оной в подавлении мятежа. Если всё получится, то драконы смогут занять устойчивую позицию в мире. Впрочем, как раз таки «если», ибо мне не очень верилось в то, что отшельник, вроде Партурнакс, способен уговорить правителя, вроде Балгруфа, хоть в чём-то. Тем не менее, дальнейшие планы строились с учётом того, что у неё всё выйдет. Миркровулон должна была внедриться в Виндхельм с целью предоставления свежей информации о действиях мятежников. Для этого ей был нужен «желательно сильный и обязательно норд». Под такие критерии подходили только мы с Йормом. А учитывая что меня на отрез отказалась отпускать Алдуин, оставался только Йорм. Так что Йорм и малышка Миркровулон после Вайтрана направятся в Виндхельм. Одавинг займётся торговыми делами, а точнее доставкой моих колец на Высокий хротгар и слежкой за их сбытом. (На самом деле ей задали простенькую работёнку, чтобы не наломала дров раньше времени). Так что после Вайтрана она сожжёт трупы, которые после себя оставила здесь Алдуин и направится доставлять мои кольца Партурнакс. Нам же с Алдуин предстояло продолжать нашу Соратничью деятельность, разве что Миркровулон подкинула квест по зачистке и обустройству Обители Раннвейг. А непричастному к этой всей движухе Фаркасу предстояло напиться по возвращению в Вайтран и уйти дрыхнуть в Йоррваскр на нары. * * * По возвращении в город, когда все уже разошлись, мы с Алдуин попали в неприятную ситуацию. А именно, торгашам не хватало денег, чтобы выкупить наши кольца. Точнее, колец было слишком много, поэтому порой приходилось обменивать их на кузнечные материалы и прочие товары разной степени полезности. Таким образом пара тюков с кольцами превратилась в почти десяток тюков с рудой, слитками, кожей, инструментами, дорогой одеждой, Малокскими табуретками и прочим. С другой стороны у меня появилась гора золота суммой во все сбережения Вайтранских торгашей, что, учитывая торговую направленность всего города… Короче, у меня было действительно много денег. В принципе, под золото можно было бы выделить ещё один тюк, да вот только я обнаружил любопытное свойство местных кошельков. А именно, они не тяжелели и не заполнялись больше половины, сколько бы ты в них золота не клал! Этакое бесконечное хранилище, что радовало, ибо все мои золотые можно было спокойно носить с собой. К слову, похоже такие бездонные кошельки здесь, в Скайриме, были довольно распространены, что несколько ломало реалистичность, как по мне. Хотя грех жаловаться. Вернёмся к ситуации с «захламлением инвентаря». В данный момент я и почти все мои тюки благополучно переместились в небесную кузню, которую я арендовал у Йорлунда (кузнеца соратников). Точнее он просто разрешил мне в ней поработать, потребовав лишь чтобы я потом за собой убрал. Хороший мужик, однако, раз даёт своей легендарной кузней так просто попользоваться. Кстати о «почти всех» тюках. Сейчас при мне были только тюки с сырьём для ремесла, а всё остальное Алдуин решила отнести на Хротгар. Притом она обещала меня убить, если по её возвращению я окажусь не там, где она меня оставила. Я бы счёл это шуткой, если бы не её взгляд. От него у меня холодок по спине пробежал. Но я опять отвлёкся. Как несложно догадаться, я решил потратить честно заработанное сырьё на ковку новой амуниции для личного пользования. В планах было выковать себе латный доспех, новый щит и топор. Притом, несмотря на, по ощущениям, «сотку» в навыке кузнечного дела, из ниоткуда у меня знаний о ковке брони не появилось. Следовательно мне нужен был учебник по ковке оной, которым, впрочем, я и обзавёлся, когда затаривался. Конечно, можно было обойтись и без учебника, но тогда мне пришлось бы выковать по меньшей мере с десяток латных сетов, перед тем, как у меня вышло бы что-то дельное, а я не обладал такими запасами сырья (да и торгашей местных нервный тик хватит, если я к ним после колец ещё и с доспехами на продажу приду). И тут, изучая «шаблон», по которому надо было делать броню, понимаю, что у Скайримских кузнецов совсем нет воображения! Я имею ввиду, что если бы два разных кузнеца взялись выковать железную броню, то оба получившихся сета вышли бы полностью идентичными. И если в игре это легко списывалось на игровую условность (не делать же разрабам по +дофига разновидностей одного и того же типа брони), то здесь это выглядело странным, словно местную броню не кузнецы ковали, а на заводе клепали. И тут ответом на сию странность послужил мне этот самый учебник кузнечного дела, в котором были указаны шаблоны брони. Прикол в том, что никто из скайримских кузнецов, походу, от этих шаблонов не отклонялся ни на миллиметр. Даже даэдрические надписи на латном шлеме все делали поголовно, хотя это было лишь пустой тратой сил и времени! Некоторое время переваривая сие откровение, я решил, что буду делать свой латный сет по своему, пользуясь учебником лишь как шпаргалкой. Так и приступил к работе. Металлы сплавлялись с лёгкостью пластилина, а железо под моими ударами мялось как податливая упругая глина, без понятия, это из-за небесной кузни так, или мои навыки взыграли. Так или иначе, работа шла своим ритмичным ходом. Пластина за пластиной, стяжка за стяжкой и набор железных слитков стал постепенно превращаться в латный доспех, напоминающий чем-то внебрачное детище оригинального латного сета и стартовой брони класса «рыцарь» из третьей дарки. Когда я стал заниматься чисто косметическим орнаментом, меня окликнул смутно занкомый голос: — А ты, похоже, решил выполнить мечту любого норда-кузнеца. Вступить в Соратники и поработать в небесной кузне. — это был Фаренгар. — Привет. — махнул рукой я и нехотя оторвался от своего творчества. — Напоминает древненордские узоры. — оценил мои потуги маг. — Да, решил взять их за основу и немного добавил от себя. — кивнул я и сел рядом со своим полуготовым доспехом. Маг устало вздохнул и тут же в его руках засияли серовато-голубые заклинания, которые он тут же скастовал и шум окружающего города сменился гробовой тишиной. — Теперь мы можем говорить не опасаясь, что нас услышат. — он сел рядом. — И с каких это пор ты путешествуешь в компании дракона? Так и начался мой скупой но информативный рассказ о том, как я угодил в драконью фракцию. От Хелгена и до примерных планов Партурнакс. Последнее без подробностей, сказал лишь что она скоро попробует заключить мир с Балгруфом. Маг лишь внимательно слушал, переваривая мой рассказ и изредка задавая наводящие вопросы. Он явно хотел узнать больше, но не расчитывал вытянуть это «больше» из меня, поэтому довольствовался тем, что в скором времени ему вполне может предоставиться возможность «изучить» живого дракона. В итоге, мы условились на том, что он отправится с Ярлом, когда того призовут и попытается отвадить Айрилет от переговоров. Она, скорее всего, будет той, кто не одобрит идею с переговорами, а Ярл может к ней прислушаться. На такой случай Фаренгар выступит противовесом. Разошлись лишь когда по небу, подобно грому, разнеслось «БАЛ-ГРУФ» предзнаменуя грядущее начало переговоров. И вот я, похоже, оказал некоторую услугу Партурнакс с её переговорами и, удовлетворившись этим, продолжил работать над орнаментом брони. Потом я в спокойном темпе подогнал доспех, примерил его, удостоверился, что он достаточно удобен и принялся за ковку топора и щита. Начал с последнего, ибо с ним вышло любопытнее всего. Понимаете, вспомнив чудесные свойства скайримских вёдер, я решил разобрать парочку и использовать древесину, из которой они сделаны, в качестве основы щита, а поверх этого уже добавил стальной каркас для прочности. Оставалось лишь проверить, сохранило ли дерево свойства ведра. — И что ты делаешь? — спросила меня подошедшая Алдуин, когда я встал на свой новодельный щит и начал тянуть его рукоять на себя. — Да ничего… — со вздохом ответил я, понимая, что не взлетаю и что, скорее всего, аномальные свойства скайримских вёдер заключаются исключительно в скайримских вёдрах. — Проверял одну гипотезу… — Ясно… — наградила она меня взглядом: «бедняжка-идиот». — Расскажи, лучше, как там дела у Партурнакс. — Все готовятся к грядущим переговорам. — пожала плечами та. — Ничего особого. — Я тут недавно пообщался с придворным чародеем… — Это ты про того жуткого мага, который за мной вечно подглядывает? — перебила меня она, от чего я только сейчас вспомнил про пунктик Фаренгара насчёт драконов. Как я уже когда-то говорил, если в оригинальном скайриме он испытывал к ним научный интерес с лёгким налётом помешательства, то здесь его помешательство было более выраженным. И я не мог быть уверен, что он сможет сохранить хладнокровие или самообладание, когда сможет «пообщаться» с живым драконом. — Да, я про него… — вздохнул я, понимая что не слишком хорошо всё продумал. Скорее всего я щас отправил человека, помешанного на драконах, к, собственно, драконам. — Я заручился его поддержкой. — Ты уверен, что это стоило делать? Просто пойми, я — первенец Акатоша и то, мне от него немного некомфортно… — сейчас она очень напоминала анимешную школьницу, обсуждающую своего сталкера. Что явно входило в диссонанс с её обычным поведением. И действительно, если из всех драконов даже ей он казался жутким… — Ярл планирует взять с собой своего Хускарла, она, скорее всего, будет яро против союза с драконами, что может помешать переговорам. Фаренгар, пусть и не самый приятный человек, выступает за наш союз и обладает на Балгруфа почти тем же уровнем влияния, что и Айрилет. — и пусть я частично сказал это, чтобы успокоить самого себя, в этих словах крылась своя правда, которой Алдуин вполне хватило. — Чтож… Рада, что тебе не безразличны наши с Партурнакс планы. — вдруг выдала дракониха. — Этот союз будет выгоден для обеих сторон, вот я его и поддерживаю. К тому же… — я вспомнил про оригинальный основной квест скайрима с поиском древнего свитка, путешествием в Совнгард и финальной битвой… Я бы не хотел проходить через всю эту муть в этой реальности, банально не настолько уверен в своих силах. Да и к тому же теперь, когда я, считай, сдружился с Алдуин, как-то не было желания с ней воевать. Тем более мне импонировала её рефлексия по дням ушедшим. Стало попросту тяжело смотреть на неё как на злого дракона-разрушителя. — …вы мне просто нравитесь. В этот момент, всего на момент, лицо девушки исказилось, словно бы я сказал что-то болезненное. Потом её глаза остекленели и она стала смотреть словно бы сквозь меня. Я подождал её дальнейших изменений в мимике, но ничего не менялось и пришлось вмешаться: — С тобой всё хорошо? — спросил я, подойдя ближе. — Д-да… — «включилась» она. — Просто рада, что мы на одной стороне. — Точно? Просто твоя реакция… Может, хочешь об этом поговорить? — Всё хорошо! — резко ответила она, в глазах вновь промелькнул угрожающий холодок. — Как скажешь. — пошёл на попятную я, понимая, что что бы её ни беспокоило, со мной она об этом говорить не будет. — Давай, лучше, заканчивай со своей бронёй и пошли спать. У нас ещё поручение от Миркровулон. * * * Тем временем… Точнее не совсем тем временем, а через пару дней, которые Ярл и его сопровождающие потратили на путь к Хротгару. Началась подготовка к переговорам. Седобородые приняли ярла, Айрилет, Фаренгара и нескольких стражников в переговорном зале и, заходя издалека, сообщили, что их предводитель хочет с ними поговорить. Ярл, как и многие норды, счёл возможность поговорить с мифической фигурой предводителя и учителя седобородых за огромную честь и даже не задавался вопросом, с чего это вдруг эта мифическая фигура решила его вызвать. Айрилет, в свою очередь, сразу заподозрила подставу и пыталась «достучаться» до ярла, чем и воспользовался Фаренгар. Он ловко воспользовался тем, что Хузкарл ярла не была нордом и «не понимает насколько велика оказанная Балгруфу честь» и это сработало. Балгруф в скором времени потребовал Айрилет удалиться из помещения, чтобы она его не позорила. К этому моменту эффект успокаивающих рун достиг своего пика и Партурнакс могла спокойно выйти к Балгруфу. Она учтиво представилась, легко поклонилась, а пока Ярл пребывал в недоумении, пытаясь определить, кто перед ним стоит (в плане расовой принадлежности, ибо не каждый день доводится увидеть миловидную девушку в причудливом, для нордов, платье и у которой были рога, крылья, хвост), она в лоб объяснила, что является драконом. Благо, успокоительные руны сыграли свою роль и сей факт был для ярла не таким шокирующим. И так начались переговоры. Пусть и подзабыв некоторые свои ораторские и красноречивые навыки (за тысячелетия отшельничества-то), дракон умудрялась удерживать должную вовлечённость оппонента, порой ловко выдавая свои желания за его, например в случае с сдачей древних руин она умудрилась убедить ярла в том, что это в его интересах отдать свои «неиспользуемые» руины новой драконьей фракции. Это бы упростило мобилизацию сил (драконы сейчас, по большей мере, кучковались близ Высокого Хротгара, а так их можно было равномерно распределить по руинам, что позволяло им покрывать большую территорию) и избавило бы Ярла от необходимости каждый раз слать гонцов на Высокий Хротгар для связи с драконами. Грубо говоря если бы на ярла напали, допустим, Братья бури, он смог бы обратиться в соседние руины и тамошние драконы бы сразу пришли на помощь, без лишних задержек. В свою очередь живая сила драконьей фракции в лице, собственно, драконов, обязалась взять на себя обязанности по охране и защите земель Ярла. Так же была заложена почва для грядущих торговых отношений. Но было одно немаловажное условие, которое выдвинул ярл и которое Партурнакс была вынуждена принять ради сохранения заключённых отношений. Чтобы понять суть этого условия, вспомним Фаренгара, а точнее его драконофилию (иначе это не назвать). Оказавшись в обители драконов он, пусть и держался молодцом, держался так не долго и очень скоро начал терять самообладание, то и дело срывая переговоры просьбами потрогать/пощупать/осмотреть кого-нибудь из мимо проходящих драконих. Тем самым он очень быстро начал раздражать Балгруфа и беспокоить Партурнакс. Дело кончилось тем, что его тоже пришлось вывести из помещения. Но Ярл был уже сыт по горло поведением своего подчинённого и понимая, что тот, «обретя драконов», уже не сможет должным образом вести свою придворную деятельность, решил просто оставить его на Высоком Хротгаре в качестве «посла» (на деле ярл просто не хотел больше видеть этого сумасшедшего). И Партурнакс с трудом, но согласилась принять в своих стенах этого мага. С момента окончания переговоров, все драконы высокого хротгара стали ощущать себя не в безопасности, а Партурнакс, вспомнив о Исмире, попросила Одавинг передать ему заказ на дверные замки, ибо они теперь в Высоком Хротгаре жуть как понадобятся… Что же до остальных… Исмир и Алдуин уже подбирались к Обители Раннвейг по поручению Миркровулон. А сама Миркровулон… * * * Это была уже одинадцатая стая волков, которая нас проигнорировала! Я, конечно, читала где-то, что волки не нападают на оборотней, но это уже просто смешно. Последняя стая вообще просто перешла нам дорогу, а Йорм просто остановился и дал им пройти. Его нисколько не беспокоит, что такое поведение диких волков крайне странное? Он же, дейдра его подери, охотник! — Чего надулась? — спросил великан, пока мы шли по дороге, ведущей в Виндхельм. Это была довольно холодная часть провинции, поэтому я нисколько не удивилась тому, что мы угодили в метель под конец пути. — Тяжело сохранять спокойное выражение лица, когда тебе в глаза снег попадает, стоит их открыть! — со вздохом объяснила я. — Как ты вообще видишь в этой белой пурге, куда мы идём? — Не знаю, — пожал плечами норд. — привычка? — некоторое время мы шли молча. Точнее как шли. Я была вынуждена схватить его за руку, чтобы не потерять в этой метели, из-за которой тяжело даже глаза открыть, не говоря уже о том, чтобы увидеть хоть что-то дальше собственного носа. По большей части приходилось следить за окружением с помощью магии, но это не сильно помогало. — Так зачем я тебе понадобился? — Серьёзно? — спросила я. — Ты только сейчас, под конец, решил задаться этим вопросом? — Да. — спокойно ответил он, полностью уничтожая всё моё негодование. Норды, дейдра б их побрал… — Мне нужно внедриться в Виндхельм, чтобы передавать информацию о действиях повстанцев Партурнакс-тури. А Виндхельм весьма недружелюбен к не нордам, поэтому мне для прикрытия нужен норд. Ты, как я погляжу, можешь найти с ними общий язык, а мне останется только стать твоим придатком в их глазах, что в разы проще, чем самой втираться к ним в доверие. — Придатком? — Да. Если конкретно, выдам себя за твою жену. — Жену? — спокойно спросил он, хотя я ожидала более бурной реакции. Нет, правда, хоть возмутился бы! — Да, мне самой не очень нравится такой расклад вещей, но если я выдам себя за, например, твою сестру, то меня могут начать домогаться, а в случае с женой за моими плечами будут видеть твою фигуру, которая, давай признаемся, весьма внушает трепет. И чтобы не злить тебя, меня постараются не трогать. Нам же останется прикупить какой-нибудь магазинчик в городе и изображать семейную жизнь до поры до времени. — Как скажешь. — его безразличие достойно похвалы. И раздражения… Нет правда, я тут назвалась женой чёртовой хирсиновой шавки! Если Партурнакс-тури не наградит меня достойным образом за подобные жертвы, то я уйду к мятежницам! — Ты тогда говори мне, если что. — Что говорить? — не поняла я. — Если кто-то приставать будет или нужна будет помощь. — спокойно выдал Йорм, уже, похоже, принявший свою роль. Чтож… Как минимум с ним не должно быть проблем, как с Одавинг.