Любовь может всё!

Через 2 дня. Собрание Столпов. Были все, кроме Шинобу и Химеджимы.  — Как себя чувствуют Доума и Аказа? — взволнованно спросил Тенген.  — Так как они демоны, восстановление идёт быстрее. Но Шинобу сказала, что им понадобится ещё дня четыре для полного восстановления. По словам Доумы и Аказы, те четыре демона стали сильнее, чем они, то есть с другими справится будет сложнее, и поэтому мы решили, что будем проводить тренировки с ними. Но как я понял, у Аказы и Танджиро будут ещё свои тренировки, — рассказал Ренгоку.  — Я тоже хочу индивидуально тренироваться с кем-нибудь из них, — сказал Тенген.  — С ними об этом говори, — недовольно буркнул Санеми, он тоже хотел индивидуально тренироваться с кем-нибудь из демонов. (Мидо: «Да вы нарасхват, Доума, Аказа)» Аказа, Доума: «Мы это поняли!»)  — Но мы же все понимаем, почему Аказа предложил индивидуально тренироваться именно Танджиро. И мы не должны им мешать, — улыбаясь, сказала Канроджи.  — И то верно. Аказа явно идёт по правильному пути, чтобы понять свои чувства. А что с Доумой? — поинтересовался Тенген.  — Нуу, наша Шинобу стала очень сильно проявлять эмоции перед ним, да и Доума лично с ней очень мягок. Так что, думаю, у них всё будет в порядке, — сказал Ренгоку. В это время в палате  — И теперь они оба спят. Они то же, как Незуко-чан, будут набираться энергии во сне? — смотря на Аказу и Доуму, спрашивал Зеницу.  — Нет, они отдыхают. Они всё-таки потратили много сил, тем более это как и для нас было бы сложно использовать сразу все стили одновременно, это сложно, здесь нужна идеальная концентрация, ведь ихи техники затрачивают куда как больше энергии, а Аказа так ещё и свою кровь отдал, когда Доуму ранили, — объяснила Шинобу. Она переживала. Очень переживала, ведь кое-кто дал ей обещание.  — Манджиро, ты что-то слишком отстранённый, — подметил Иноске заметив то, что Танджиро не сводит глаз с Аказы и смотрит таким отрешёнными глазами.  — Нет, всё в порядке, — сказал Танджиро, но смотреть не перестал.  — Танджиро? Точно всё в порядке? Что-то не так? — поинтересовался Зеницу.  — Нет, правда всё в порядке, — всё ещё в состоянии транса сказал Танджиро.  — Оставьте его. Я думаю, он просто очень сильно переживает за них. Да и он ведь чувствителен к запахам, думаю сейчас от них исходит запах боли, и поэтому Танджиро в таком состоянии, — предположила Шинобу, но и сама не понимала, что с Танджиро, но чувствовала, что это связано с Аказой.  — Ладно. Точно, Танджиро ведь очень чувствителен к запахам, как я к звукам, — согласился Зеницу.  — Именно. Ладно, отдыхайте, я позже зайду и проверю их, — сказала Шинобу и, напоследок взглянув на Доуму, вышла из палаты.  — Конпачиро?! Эй, Танджиро?! Может, хватит глазами есть Аказу-сана? — спрашивал Иноске, и Зеницу выпал в осадок: Иноске Хашибира только что правильно назвал имя Танджиро?  — Всё в порядке, Иноске. Просто я волнуюсь. Он два раза использовал двенадцать техник одновременно, так ещё и дал своей крови… Всё ли с ним будет хорошо?.. — грустно смотря на Аказу, говорил Танджиро.  — Не переживай, мальчик мой, всё будет хорошо, — сказал Ренгоку, зашедший в палату вместе с Тенгеном, Томиокой и Канроджи. Тенген приобнял Танджиро за плечи, Ренгоку сел перед ним и обнял его. Канроджи лишь ждала, пока эти двое отойдут, чтобы обнять Танджиро. А наш холодный Гию впервые смотрел с такой заботой и переживанием. Танджиро почувствовав запах, исходящий от них четверых. Он не мог не улыбнуться своей настоящей и искренней улыбкой.  — Вооот видишь, можешь ведь, — улыбнулся Тенген.  — Отойдите, я тоже хочу его обнять, — сказала Канроджи и, отодвинув Ренгоку, обняла Танджиро.  — Спасибо, Тенген-сан, Ренгоку-сан, Канроджи-сан и Томиока-сан, — улыбаясь, сказал Танджиро, и на его щеках появился румянец, что значило, что он уже в норме.  — Не переживай за них. Они сильные. Восстановятся. Тем более Шинобу-чан дала им сильные лекарства, так что они должны поправиться через четыре дня, — ласково улыбаясь, сказала Канроджи.  — Даа, мы лишь благодаря им сейчас без каких-либо царапин и ранений, — с благодарностью смотря на них, сказал Тенген.  — Да. Они сильны. Но по их словам, следующие соперники будут ещё сильнее и справиться с ними будет куда сложнее. Но будут тренировки. Так что эти четыре дня все отдыхаем, потом начнём, — сказал Ренгоку, и они вчетвером, попращавшись с мальчиками, пошли разошлись по комнатам.  — Кха! Кха! Доума?! — прокашлял Аказа.  — Аказа-доно? Кхкх, — прокряхтел Доума.  — Вы очнулись!!! — прокричали наши мальчики, и Танджиро с Зеницу налетели на них с объятьями.  — Конпачиро очень переживал за вас, Аказа-сан. Прям так отрешённо сидел, — рассказал Иноске.  — Правда? — обнимая в ответ Танджиро и смотря на него, спросил Аказа.  — Да. Я очень переживал. Ваш запах, он был другой. Полный боли, что мне самому стало больно, — уткнувшись в плечо Аказы, сказал Танджиро. Демон погладил его по голове и прижал к себе сильнее, в этот момент он так не хотел отпускать Танджиро, а сам он, почувствовав, что его сильнее прижали, радостно улыбнулся, вдыхая приятный запах Аказы.  — А я? За меня кто-нибудь переживал? — проныл Доума.  — Да, переживала. Ты дурень. Но раз обещание сдержал, обижаться не буду. Сможешь встать? — подошла Шинобу.  — Да, смогу, я не так ранен, как Аказа, так что смогу, — сказал Доума и спокойно встал с кровати.  — Пошли заберёшь лекарства для себя и Аказы, — сказала Шинобу, и они с Доумой пошли к ней в лабораторию.  — Я тоже могу встать вообще-то, — фыркнул Аказа.  — Вам нельзя! Не вставайте! — резко вскочив с Аказы, воскликнул Танджиро.  — Ахаха, я же уже говорил, что ты милый малый? Так вот, повторюсь, ты милый малый. Да и вообще, дети, вы все милые и светлые. Так что вы под нашей защитой, — сказал Аказа через силу, пытаясь ласково улыбнуться. Чем смутил не только Танджиро, но и Зеницу с Иноске. (Мидо: «Хмммм, Аказа! Хочешь стать любимчиком детей?» Тенген: «Да они уже их боготворят»)) Аказа: «Спасибо»).)  — Ну, сколько мы в отключке валялись? — спросил Аказа, не отрывая взгляда от Танджиро.  — Два дня. Вы не просыпались. Шинобу-сан вкалывала вам лекарства через каждые четыре часа. Но вы не просыпались. Мы боялись, что вы заснёте, как Незуко: она ведь, когда засыпает, то надолго, — рассказал Танджиро.  — Хмм, вот как. Ну, думаю, если бы не Шинобу, мы бы спали сейчас, как Незуко-чан. А как восстановимся, начнём то, что я обещал, — сказал Аказа и потрепал волосы Танджиро. Юноша смутился и очень радостно улыбнулся. Доума и Шинобу  — Я переживала, — начала Шинобу.  — А? — не понял Доума.  — Вы спали два дня, и мы думали, что вы будете спать как Незуко-чан, то есть очень долго. Но я рада, что вы оба проснулись, — смущаясь, проговорила девушка.  — Шинобу-чан, спасибо большое, что переживала за нас, — сказал Доума и обнял её.  — Это вам спасибо, что не дали им нас ранить. Да и у Аказы были сильные ожоги, мы так и не поняли откуда, — обнимая крепче, сказала Шинобу.  — От стрел, которые выпустил Захакутен. Они были пропитаны ядом. Когда он их сломал, яд разбрызгался и мог попасть на тебя и Танджиро. Аказа-доно закрыл вас собой, и таким образом яд попал на него, оставив ожоги. И я же обещал, что мы вас защитим, — спокойно сказал Доума, его спокойный голос успокаивал Кочо.  — Доума, больше так не делай. Ты ведь и мог уклониться, но почему-то этого не сделал, ведь этот удар сильно ранил тебя, — начала ругать Шинобу.  — Не переживай, видишь, всё хорошо. Если бы Аказа-доно не дал мне свою кровь, я бы не смог использовать сразу девять техник. Но всё получилось. Теперь мы станем сильнее и точно сможем вас защитить и от других Лун, и от Кибуцуджи, — дал обещание Доума.  — В следующий раз мы будем биться все вместе, а не вы одни, — слегка ударив его по спине, сказала Шинобу.  — Хорошо, я понял, — посмеялся Доума.  — Ладно, пошли за лекарствами, — сказала Шинобу, отпуская Доуму, и они продолжили путь к лаборатории.

***

 — Танджиро, пошли посидим на крыльце? — предложил Аказа, чем удивил не только Танджиро, но и Зеницу с Иноске.  — А, хорошо, — согласился Танджиро и помог встать Аказе. На крыльце  — Аказа-сан? Почему вы не позволили нам участвовать в битве? — спросил Танджиро, сминая рукава своего хаори.  — Не хотели, чтобы вас ранили. Они могли это сделать. Нашей задачей было сделать так, чтобы вы все были целы и не важно, какой ценой, — серьёзно смотря на Танджиро, сказал Аказа.  — Я сильно переживал за вас. Я очень боялся, что вы не проснётесь, — заплакав, прошептал Танджиро. Аказа, увидев слезы своего мальчика, обнял его и поцеловал в макушку.  — Танджиро, я же обещал, что не умру, значит не умру. Сейчас я даю обещание ещё раз. Я не умру. Я стану человеком. И я буду защищать вас, тебя до самого конца. Обещаю, — гладя Танджиро по спине, говорил Аказа.  — Аказа-сан, больше вы не будете сражаться одни. Мы будем вместе с вами. Я не хочу, чтобы вы погибли, не хочу (Танджиро: «Не хочу потерять вас, Аказа-сан!!!» Иноске: «Конпатро, ты что, влюбился?» Зеницу: «Иноске, не неси чушь, он просто переживает за Аказу-сана, как и мы все!!!» Иноске: «Да нет, Конпачитро какой-то не такой стал!» Танджиро: «Да Танджиро я!!! И всё со мной в порядке!!!» Иноске: «Не в порядке!»). Не хочу снова чувствовать от вас этот запах боли, — прижимаясь сильнее, шептал Танджиро.  — Танджиро, не надо так волноваться. Я обещаю, что буду использовать сразу двенадцать техник только тогда, когда будет критическая ситуация, — улыбаясь, очень ласково сказал Аказа. И они ещё долгое время сидели и разговаривали на крыльце.

***

 — Хеххе, видели? То есть у них всё налаживается, — радостно сказала Канроджи.  — Ага, а что будешь делать с Игуро? — спросил Токито.  — Игуро-саном?! — удивилась Канроджи.  — Ну да, ты разве не любишь его? — уточнил Тенген и, увидев смущение на лице Канроджи, понял ответ и без его озвучивания. Через 4 дня. В течении четырёх дней они получали лекарства и почти полностью восстановились.  — Ну что, можем начать тренироваться? Вот только в чём суть? — спросил Доума.  — Хмм, мы хотели научить вас использовать дыхания. А вы бы взамен приучили к скорости демонов и к Искусству демонической крови, — объяснил Химеджима.  — Так, значит? — задумчиво произнёс Аказа.  — Да. Как мы поняли, атаки Доумы изо льда, замораживающий ветер. Мы научим тебя дыханиям воды и ветра. А Аказа специализируется на разрушающих мощных ударах и ударных волнах, поэтому мы научим тебя дыханиям камня и пламени, — улыбаясь, сказал Ренгоку.  — Доуму будут учить Томиока и Санеми. А Аказу будут учить Химеджима и Ренгоку. Ну, а вы будете приучать нас всех. Да и мы помним, что перед тем как отключиться, Аказа проговорился о индивидуальных тренировках с Танджиро, для этого мы тоже выделим время. И да, чтобы вы и днём могли тренироваться, мы создали барьер, не пропускающий свет солнца, — объяснил Тенген.  — Кстати, кто из вас разбирается в ядах? — спросила Канроджи.  — Ну это не ко мне. Я больше в рукопашных боях мастак. Это уже к Доуме. Он у нас тут всякими ядовитыми воздухами интересуется, — ухмыльнулся Аказа. Он ведь знал, что Доума будет очень рад проводить время с Шинобу. (Доума: «Аказа-доно!!! Спасибо большое!!! Я правда рад!» Аказа: «Всё нормально». Мидо: «Вы стали лучше ладить»)) Тенген: «Думаю, командная работа их сплотила, и теперь они друзья»)) Аказа: «Думаю, что так») Доума: «Яхуу!»)  — Что ж, тогда Доума и Шинобу будут производить разные яды специально против демонов, — улыбнулась Канроджи.  — Тогда давайте приступим к началу тренировок. Сначала начнём с основ, которые нужны для использования дыхания? — предложил Токито.  — Давайте, — согласились Доума и Аказа.

***

 — Значит, сначала будут тренировать их, потом будут нас, а потом у вас индивидуальная тренировка? — спросил Зеницу у Танджиро.  — Выходит, что так, — улыбнулся Танджиро. За эти четыре дня они с Аказой выходили каждую ночь и сидели на крыльце, говорили о многом, и Аказа даже сказал ему своё настоящее имя, которое Танджиро пообещал держать в секрете и лишь только когда они наедине называть его так. А что насчёт Шинобу и Доумы, у них тоже было всё довольно-таки мило, Доума каждую ночь приходил к ней в лабораторию, и они, сидя около стены, разговаривали обо всём, и о жизни Доумы до становления демоном, и о жизни Шинобу, да вообще обо всём.  — Тандчимиро, Манисицу, давайте сразимся!!! — прокричал Иноске и начал гоняться за ними по палате.  — Да Танджиро я!!! Да Зеницу я!!! — прокричали Танджиро и Зеницу, убегая от Иноске.

***

 — Ахаха, у детей такие игры, да, — улыбнулся Тенген и пошёл помочь с тренировкой для Аказы.  — Да, всё обещает быть весёлым, — сказал Игуро и направился на тренировку Доумы.