Просто быть здесь (Just be here)

После демонстрации Хэнк отправился к себе домой. Домой к Сумо, к телевизору, показывающему последнюю игру а, если он почувствует такое желание, то и к пивной бутылке, чтобы погрузиться в грустные мысли о погибшем сыне. Хотя детектив и пытался обуздать свою привычку после того, как Коннор неоднократно рассказывал о химическом составе всего того, что он заливал себе в глотку. Маркус тоже направился к себе домой. Домой к своему больному отцу и брату, с которым он начал налаживать родственные отношения. Однако большую часть времени он проводил в Новом Иерихоне - заброшенном квартале на окраине города. В полуразрушенные дома приходило все больше девиантов, требующих заботы и внимания. Коннор мог бы находиться в ярко белых складских помещениях башни Киберлайф, или просто сидеть за пустым столом в участке в режиме ожидания. Но сейчас и то, и другое было невозможно. В башне, закрытой для всех, кроме рабочих, производилось техническое обслуживание и ремонт девиантов. Так компания в явно отчаянной попытке старалась восстановить свой имидж. Так куда ему теперь идти? Для него не нашлось дома. А бездомный должен отправиться жить на улицу. Это вполне уместно. Такому андроиду как он не место в человеческом доме, заполненном вещами, смысл которых он мог понять лишь только благодаря своей аналитической программе. Не место ему и в Иерихоне, полном девиантов, ценящих комфорт и удобства жизни гораздо больше чем он сам. Хотя нет, не девиантов – людей, которых он бы легко поймал и нейтрализовал совсем недавно. Улицы Детройта были темны, хотя вывески магазинов все еще светились лиловым неоновым светом, отражающимся закрученными масляными радугами на поверхности луж. Он сел на картонную коробку – не то чтобы ему нужна была подушка, но все-таки хотелось сохранить свою единственную одежду более-менее целой. Справа от него открылась скрипучая металлическая дверь, из здания вырвался свет, и в дверном проеме показался работник, вышедший на перекур. -Эй!- Было бы лучше, если это окажется андроид: в такую погоду человеку легко простудиться. -Эй, бродяга,- снова позвал голос, на этот раз настойчивее. Коннор взглянул на знакомое лицо. Человек побледнел, узнав его. Джимми Питерсон. Его личность андроид проанализировал, еще когда впервые встретил Хэнка Андерсона. Неужели он действительно оказался так близко к бару? -Тупой кусок пластика, - пробурчал Джимми, отводя свои дреды в сторону. Он высунулся из дверного проема. - Разве ты не андроид Хэнка? Тот придурочный робокоп? - Да, - ответил Коннор – Это я. -Хм. Сейчас ты выглядишь как жалкий кусок дерьма, - хмыкнул Джимми, - почему ты сидишь на грязной улочке, словно бомж? Так вот чем занимаются андроиды в свободное время? -Нет, - сказал Коннор резко, - Я просто…- Он обвел рукой окрестности. Что он, черт возьми, должен был сказать? Что ему нравится этот грязный переулок?! - … здесь. Владелец бара вздохнул и стряхнул все еще тлеющий пепел на пластикого бродягу. -Ты заходишь или как? - Джимми придерживал дверь. -З-захожу! – пробормотал Коннор, вскакивая на ноги. В подсобке Коннор смахнул со своей кожаной куртки холодные дождевые капли , упавшие на покрытый циновками пол крошечной кухни. Оранжевые квадраты выскочили сами собой. При подробном сканировании кухни, вплоть до царапинки на столовых приборах, выяснилось, что последняя санитарно- медицинская экспертиза выставила бару оценку «B». Оставался еще месяц до истечения срока лицензии, что с учетом обстоятельств было довольно неплохо. - Боже, ты зальешь мне весь пол, – проворчал Джимми. – Сними свое тряпье. - Если мне можно спросить, - начал Коннор, следуя за Джимми в главный зал. Посетители бара настороженно провожали его глазами. Большинство пьяниц кривилось при виде светодиода на виске. - Почему вы привели меня суда? Судя по надписи «Андроидам вход воспрещен», которая была здесь совсем недавно, вы не слишком положительно к нам относитесь. - Хэнк искал тебя, - сказал Джимми. – Только и всего. Он вот-вот бы начал вешать листовки «Потерянная собака» с твоим лицом. - Он действительно искал меня? – Джимми бросил на него убийственный взгляд. Нет. Это, наверное, шутка. – Ни за что не поверю... - Просто… - Джимми со вздохом указал на стоящее в углу кресло. - Сажай сюда свою задницу, - Не думая больше ни о чем, Коннор сел, оглядывая посетителей, которых он раньше не видел, попутно сканируя их просто по привычке - жаль он больше не мог узнать криминальное прошлое некоторых личностей. После демонстрации у него не осталось полноценной базы данных. Коннор уловил отзвук низкого голоса. Джимми тихо говорил по стационарному телефону, висящему на стене – древние технологии. Ни один человек не смог бы расслышать голос, идущий из приемника, но чувства Коннора были несколько острее, чем у большинства. - Он там? – требовательно спросил Хэнк. – Когда он, нахрен, там появился? Так постой, постой, не отвечай. Я еду. Хэнк едет? Он в пути? Коннор покачал головой, слегка морщась – по ощущениям его встревоженный разум совершил несколько акробатических кульбитов. Как же соблазнительно было остаться – он соскучился по Хэнку. Их совместной работе. Их дружбе. Сумо. И все же, не прощаясь, он выскочил из бара, игнорируя Джимми и звук дверного звонка над ним. Скорее, скорее под дождь. Тот лил, как из ведра. Тяжелое дыхание. Он задыхался словно его легочные мешки были не более чем украшение. Коннор не мог чувствовать этого, но холодный дождь скользил по искусственной коже, рисуя карту, где тело соединялось с туманной ночью Детройта. Хэнку не стоит так тратить свое время – не на него. Нет причины возвращаться в центральный участок с лейтенантом, и нет причины возвращаться к своим прежним целям вместе с Маркусом. Все кончено, его роль выполнена, больше он не нужен. Хорошо, что улица заброшена, так как он бежал с закрытыми глазами. Единственное чувство, которым он руководствовался, - это легкие удары, бьющие сквозь подошвы, и стук капель дождя, падающих на тротуар. И визг шин. Коннор распахнул глаза как раз вовремя, чтобы избежать столкновения с попавшей в занос машиной. На него устремились фары знакомого черного автомобиля. Хэнк. - Коннор, ты идиот, - закричал он на андроида. – Какого хрена ты делаешь? Почему не остался в баре? Он мог бы поклясться, что у него пересохло в горле. Что сказать, что сказать? Это Хэнк. Хорошо. - Где ты, черт побери, был? Я тебя обыскался! – Хэнк продолжал ругаться, держа дверь водительского места широко открытой. Дождь наверняка намочит сидение. Хэнк, Вам следует закрыть ее. - Лейтенант, - Коннор старался перекричать бушующую погоду. – Вам следует воспользоваться зонтом. Идет дождь. - Вот это да, хренов Шерлок! Так ты собираешься мне сказать, почему не возвращался или как? Где ты живешь? Уж точно не в Новом Иерихоне. - Вы проверяли? – конечно же, он проверял. Хэнк Андерсон действительно был хорошим детективом. – Я жил… тут и там. Не думаю, что полиция все нуждается во мне, и я не мог вернуться в Киберлайф, так что я решил пойти куда-то еще. - Что ты сказал? – Хэнк недоверчиво замотал головой и застонал, когда все-таки поверил в его слова. Да, время Коннора в полиции вышло, служба окончена. - Ты все это время жил на улице? Кивок. - То есть дома у тебя нет? - Насколько мне известно, многие люди без определенного места жительства считают любую доступную часть Детройта на открытом воздухе своим домом, - ответил Коннор, натягивая мокрую шапочку на уши. Хотя не то, чтобы это очень сильно помогало. - Или, по крайней мере, там, где они смогут приютиться. - О Боже! – простонал Хэнк, держась руками за голову. Седой детектив указал Коннору на дверь. - Садись в чертову машину, кусок пластика! У андроида переплетались ноги, и он зашагал правильно только тогда, когда ему приказал Хэнк. Это было странно. Он сидел в машине Хэнка в первый раз за последние несколько недель. Пожилой мужчина ругал себя за собственное решение оставить дверь машины открытой: сейчас водительское сидение оказалось мокрым, и как он точно выразился «промок до самой задницы». Музыка в машине не играла. Ни рока, ни хэви металла. Тишина оглушала и раздражала почти до зуда. Скрип пальцев Хэнка о рулевого колесо. Неровности дороги каждый раз заставляли менять его вроде бы устойчивое положение. И, может быть ему, показалось, но быстро брошенный на него взгляд, заставил его смутиться. Коннору было не свойственно сопротивляться, если в этом не было необходимости. Пусть Хэнк отвезет его в участок, пусть прочитает лекцию. Пусть Фаулер скажет что-то обеспокоенно-злое и неловкое. Гэвин, наверное, был на седьмом небе, пока Коннора не появлялся на службе. А после всех сказанных слов он уйдет. Машина остановилась на обочине – кривая парковка, как не посмотри. Хэнк отвез его домой, а не в участок, как он предполагал. - Заходи, - Хэнк пригласил его в прихожую. Коннор был тут только раз, и определенно не входил через парадную дверь. Он был рад, что Киберлайф оплатила замену окна. - Я принесу сухую одежду. Свою можешь кинуть в корзину, - сказал Хэнк. – И повесь свое шматье! Я не собираюсь, чтобы в моем доме от тебя воняло, как от мокрой псины. Сумо заскулил и посмотрел на Хэнка, словно воспринял слова как личное оскорбление. Коннор неловко стоял в прихожей, позволив двери закрыться за ним. Стаскивая шапочку с головы, он случайно сжал ее - с мокрого хлопка закапало на деревянный пол. Ой. Он снял обувь, не желая заносить грязь в дом - его социальный протокол подсказывал, что это будет грубо, хотя, кажется, Хэнк не особо этим заморачивается. - Хэнк, я не совсем понимаю смысл, предоставленных Вами услуг, - выкрикнул Коннор в глубину дома. Детектив выглянул из спальни, переодевшись в спортивные штаны и старую футболку. В руках он нес полотенце и такую же аккуратно сложенную одежду. - Небольшая передышка может решить некоторые проблемы, присущие людям, но уверяю вас, я в порядке. Андроиды не нуждаются в тепле, еде или сне. Мы... - Заткнись, - рявкнул на него Хэнк. – Ты туда не вернешься. - Но я здесь не живу, - попытался объяснить Коннор. Он знал, что люди чувствуют себя спокойнее в выбранном ими месте временного проживания. – И даже если бы я остался, я бы не смог навязываться Вам вечно. И законы об оплачиваемом труде андроидов еще не вступили в действие, так что я не смогу работать в участке. Устало вздохнув, Хэнк набросил полотенце на голову Коннора, прихлопнул сверху ладонью и сердито взъерошил его грубые синтетические волосы махровой тканью. Он сопротивлялся - было не слишком приятно сначала не заметить нападение, а потом быть атакованным полотенцем. Коннор приподнял передний конец, и встретил мягкий взгляд Хэнка. - Ты тупой идиот, - проворчал Хэнк. – Как я и сказал, на улицу ты не вернешься. - Но… - Я знаю, что ты здесь не живешь, но вот что я тебе скажу – ты приглашен, - сказал Хэнк, удерживая голову Коннора в руках, осторожно прикрывая его уши. – Никто не должен жить на улице. И меня не колышет, чувствуешь ли ты холод или насколько пакостная за окном погода. Для этого и существует Новый Иерихон – для андроидов, ушедших из тех мест, где они жили раньше. Но если ты не хочешь идти туда, тогда оставайся здесь. Со мной. Разум Коннора легко ухватился за два этих слова - возможно, именно этого хотел Хэнк. Чтобы Коннор остался жить здесь. Поспать на диване, до тех пор, пока он не встанет на ноги. До тех пор, когда он сможет уйти, и Хэнк не будет чувствовать себя виноватым или ответственным за его благополучие. Коннор поежился, стягивая полотенце себе на плечи. - И после того, как законы изменят, и я смогу встать на ноги… - Он не мог оторвать взгляд от пола, от своих ног в жалких туфлях. С него капало, будто он только вылез из канавы, весь покрытый грязью и землей, казалось, от него разило всеми запахами мокрой псины, помойки и кто знает чего еще. - Мне придется уйти? Хэнк пожал плечами. - Если захочешь, - сказал он. Детектив наклонился, чтобы почесать Сумо за ушами. - Но этот дом немного велик для старика и собаки. И какой-то мудак, которого я встретил некоторое время назад, сказал мне, что, должно быть, одиноко жить без компании... Так что, если ты не хочешь уходить, то будет неплохо. Как и в баре Джимми, Коннор чувствовал себя странно. Как будто он не мог ответить или понять, что он думает или что хотет сказать. Он настолько привык к уверенности в своих словах, в формулировках суждений или предположений... - Ты хочешь уйти, Коннор? – надавил Хэнк. - Нет, - ответил андроид, чувствуя себя так, словно находился в лифте у квартиры Руперта, полной голубей. - Я просто..., будто бы … это как ощущение дежавю. Да ... я думаю, что это было бы неплохо. - Тогда заходи. И это оказалось так просто. Хэнк посторонился, приглашая его в гостиную. Немного грязную, и частично покрытую мехом Сумо. Теплую. Пушистый пес замахал хвостом, поскуливая и, видимо, ожидая, когда андроид придет и уделит ему внимание. Может, Коннору стоит сесть на диван и включать телевизор, пока Хэнк на кухне готовит легкий ужин, чтобы съесть его прямо перед началом фильма. Может быть, ему стоит подождать, не думать о тяжелой собаке, лежащей на его коленях, и просто ... Быть здесь. <i><i><i><i><i><i></i></i></i></i></i></i>