К добру или к худу

Одной из самых неприятных частей божественной рутины Суни считала контакты с теми коллегами, что ей не нравились. В довольно длинный список антипатий входил и тот, к кому Прекрасная направлялась сейчас. Пока она поднималась по длинной лестнице, ноги окутал туман, не теплый и не холодный, а из него тихонько начали выползать тени заблудших душ. Женщина облизал губы и вежливо попросила призраков удалиться, те ответили тихими стонами и шелестом. "Смерть позволяет тем, кто сумел вырваться из Стены Неверующих возвратиться для повторного суда. Но для этого им следует вновь пройти путь снизу-вверх. Минуя очередь новоприбывших, они сразу попадают к этим ступеням, дабы ещё раз задуматься о величии божественности и непреложности воли тех, кто может карать, а может миловать". Сердце богини любви сжалось. Сколькие попали на стену из за порыва к которому привели их чувства? Сотни, а может и тысячи. Но теперь они скорбят, они жалеют о былом. А на вершине этого дурного пути их встречает тот, кто скорбит вдвойне. Чёрное разбитое сердце. Когда-то Келемвор Лайонсбейн. -Лорд Мертвых, Судья Проклятых. Возвестил бесцветный голос Джергала. Готов вас выслушать. Громадный инсектоид раболепно поклонился отчего рыжеволосую затошнило. Существо над которым она не имеет власти. Как и понимания, что он вообще такое. Ей и не хочется знать! Суни заговорила лишь тогда, когда они с Келемвором остались наедине. Стараясь, чтобы ее голос как можно меньше дрожал, богиня выдвинула ряд требований в адрес своего оппонента. Тот лишь кивал и записывал. В конце концов, выведенная из себя, женщина решилась перейти на личности: -Ты я вижу удобно устроился на своем троне, раз даже не решился удостоить даму чести говорить лицом к лицу. Не то, что предложить ей присесть? -Садись-примирительно откликнулся бог и взору Суни открылись раньше обвитые густой пеленой тумана ряды каменных скамеек в зале. Щёлкнув пальцами, она соткала из воздуха отливающий золотом мягкий трон и опустилась на шелковые подушки. -Что же, осталось добавить в эту дыру пару хрустальных люстр и фонтан. Начну чувствовать себя как дома -Говорят, любовь умирает последней. Также тихо, как и обычно произнес мужчина. Богиня слегка изменилась в лице, рыжей непонятно было, шутит он, хамит или ерничает. Но на всякий случай, она решила обидеться. -Оставь болтовню дуракам и удовлетвори хотя бы просьбу о рассмотрении ряда дел смертных, кому покровительствую лично я. Реакция не заставила себя ждать. -Твое покровительство лишь отчасти может повлиять на процесс, если повлияет вообще. Не усугубляй и так тяжёлое положение этих душ. Сморщив носик, дама вытащила из под своего упругого зада больно впивающубся в плоть тканевую кисточку. Их могло бы и не быть, но красота требовала жертв и теперь Суни периодически подминала под себя элементы декора и страдала от этого. -Просто рассмотри дела. И лучше всего, чтобы большинство этих смертных в ближайшее время оказались у меня в обители. Особенно тот цирикал. Богиня победно улыбнулась, вспоминая свой разговор с несчастным. Несмотря на явную ненормальность, все о чем думал мужчина-то, в порядке ли его возлюбленная. Заполучить эту душу, даже из лап такой твари как Принц Лжи можно было с лёгкостью. Келемвор некоторое время обдумывал, стоит ли ему ответить или продолжить молчать. Иначе чем этим возникшую паузу объяснить было нельзя. -Ты можешь избавиться от этой проклятой маски? Мне неуютно смотреть. - Суни не лгала, ей как воздух нужно было знать, какие эмоции скользят по лицу собеседника. А просто взять и заглянуть было бы все таки некрасиво с ее стороны. -Нет. Сухо бросил бог Смерти. Я сменил обличие не за тем, чтобы искажать его вновь и вновь, повинуясь чужим прихотям. -Ты лжец, Келемвор!-Закипела богиня Любви. Мне кажется, тут замешана личная неприязнь! Ведь к некоторым смертным ты являешься и без этих жутких одежд.