Меняем Эфлару на Осталу.

Нервные переливы дурных мыслей елозили в голове подобно стайке рифовых рыб, ловко петляющих через множество препятствий, стоящих на пути. Фэш, не скрывая тревоги, косился на широкое окно арендуемого автобуса. День, которого с таким нетерпением ждали многие настал. Олимпиада, соревнования, поездка в Москву. В душном автобусе, насквозь пропитанном девичьими духами, мальчишеским нетерпением и недовольством водителя, находиться было просто невозможно. Время уже поджимало и наружу не выпускали, единственное на что оставалось рассчитывать, так это на то, что опаздывающие не заставят долго ждать. Быстрее тронуться — скорее выйдут. Фэш заметил как Павел Андреевич всплеснул руками что-то говоря, но понять в чём дело смог только, когда дверь автобуса открылась. Яркое пламя волос приковало внимание каждого. Стройная девичья фигурка рыбкой запрыгнула в салон, жадно глотая воздух. Видно, что торопилась. — Наконец-то Белова! — учитель покачал головой и указал на свободное место в конце автобуса. Там же в углу примостился Богатырёв. — Извините, — Василиса ещё раз обернулась к выходу, после чего, стала протискиваться меж мягких сероватых сидений. Она мимолетно оглядела салон, усталое лицо выдавало ничем не скрытую тревогу.  Стоило Василисе дойти до Фэша, как оба не выдержали: — Мне надо тебе кое-что рассказать! — с жаром произнесли подростки, напрочь забыв о множестве ушей вокруг. Их взгляды соприкоснулись, и Фэш только сейчас заметил насколько встревожена была Василиса. Глаза широко распахнуты, с явно бьющейся в них тайной. Страшной, пылающей, снедающей изнутри. Видно не один он с новостями. — О, мне тоже расскажите, — развернулся Слава, чем привёл Фэша в чувства. Его озорной взгляд с примесью лукавого любопытства отрезвил бы любого человека, скрывающего секрет. Секрет, который не желательно было знать всяким проходимцам. — Присаживайся, — вышел Богатырёв в проход, предлагая Василисе присесть у окна. — Спасибо, — с такими же горящими глазами ответила она, ощущая щемящее чувство в  груди.  — Эй, больше двух говорят вслух!  — Слава, отстань, — махнув на одноклассника рукой, Фэш присел. — Можно я первая? — прижимая рюкзак к груди в нетерпении, спросила Василиса. — У меня новость по-любому необычней. Помнишь флер? Оказывается это не единственная моя странность... — шепотом протараторила она, склоняясь ближе к Фэшу. — То есть? — То есть. Несколько дней назад произошло кое-что ещё более странное, — Василиса зашептала с удвоенной силой, рассказывая о необычном событии. О том как разбилась кружка, а затем каким-то образом склеилась, повинуясь неведомой силе. Монотонный шум колёс , переливы человеческих голосов, атмосфера поездки предавала рассказу свой шарм. В дороге любые новости приобретают мистический оттенок, а такие и подавно. — Я не знаю как это произошло, но больше такого не повторялось. Я пробовала, — разочарованно заключила Василиса, и взглянула сквозь стянутое грязью окно, на высокие берёзки. — То есть флер вернул всё как было, взял и отмотал время? Ты и такое можешь?! — шокировано произнес Фэш в немом уважение. Он бы хотел иметь такую способность. Круто. Натворишь делов, не беда, можно быстро исправить. — Нет, — быстро ответила Василиса и тут же засомневалась. — Может… Я не знаю.  Она обессиленно уронила голову на ладони. Произнеся всё вслух даже ей самой, свидетелю и виновнику, это показалось безумным. — Звучит, как бред, правда? Фэш медленно кивнул, всё ещё пытаясь разложить новую информацию по полочкам. Василиса определенно одержала победу в важности новостей. — Только вот, с учётом всего того, что уже произошло, — Фэш неопределенно махну рукой, очевидно имея ввиду их амнезию и флер как таковой. — Подобное вполне органично вписывается в наши будни. Василиса фыркнула, впервые осознавая, во что превратилась её жизнь. Было бы ещё с чем сравнить, а то мало ли, что ещё для них норма.  — Раньше точно не было такого? Флёр никогда не появлялся не в полнолуние? Фэш не мог успокоить собственные мысли. Неужели их жизни раньше были связаны какой-то мистикой? Его и раньше посещали эти мысли, потому что, ну, не могут быть беспочвенны все сны! Если на чистоту он и флёр с трудом переварил, а тут ещё чашка, которая сама собой починилась... Слишком всё это странно, особенно то, что на подкорке он понимал, что такие способности его ничуть не пугают. Это было страшнее всего. — Никогда. Я бы заметила, случись нечто подобное, — подняла Василиса голову, утыкаясь в серую обивку. — У меня у самой в голове не укладывается.  Всё это сводит с ума. Я чувствую, что знала всё раньше, а сейчас, будто вырвали огромный пазл, без которого ничего не складывается. — Почему же будто? Вполне себе вырвали… — тихо пробубнил Фэш. Он не замечал ничего вокруг себя, но ловил каждые движения и слова Василисы, которая то и дело бросала взгляды на окружающих. — Может дело в медальоне, ты пробовала с чем-нибудь другим? Например, с янтарём. Он с тобой? — Да. Но я не рискнула бы... — Василиса оглядела пространство вокруг. Слишком много народу. В тесном автобусе лучше не проявлять свои странности. — Много свидетелей. — Потом что-нибудь придумаем. Василисина новость точно выходила вперёд, но она не могла навредить, в отличие от известий Фэша. — Не хотите с нами поиграть? — крикнул Слава. На что Василиса с Фэшем ответили синхронным нет. — А что ты хотел сказать? — передёрнула плечами Василиса, ещё чувствуя на себе цепкий взгляд Славы. Её флер занял достаточно времени и внимания, чтобы забыть о других новостях.  Фэш помедлил, слова давались трудно, но всё-таки выскочили наружу: — Максим виноват в аварии. Мой «брат». Не таксист. Фэш пустился в пересказ подслушанного разговора. Говорил чётко по делу, потому что до сих пор не знал, как на такое реагировать. Ясно было одно: верить больше никому нельзя. — Я беспокоюсь, чтобы они ничего тебе не сделали. — Подожди, — зашептала Василиса в шоке, после того как Фэш вывалил всё, что хотел сказать. — Повтори, пожалуйста. Фэш видел как в голове Василисы взрывалась бомба. С таким раскладом вся ситуация принимала совершенно другой вид. В аварии виноват Макс. Один свидетель погиб, двое других ничего не помнят. Его пристроили к себе в семью, чтобы держать под контролем. А что до Василисы, он более чем уверен, что её из виду тоже не упускали. Она как-то обмолвилась насколько легко и быстро её взяли в школу, и это без большей части документов.  — Значит нами пользовались как пешками? Амнезия сыграла на руку, но... Как нам разобраться кто мы есть на самом деле, если вокруг нас настолько всё не понятно... — Главное, чтобы память вернулась, а так... Мы разберёмся.  ***  Василиса проспала остальную часть дороги. Сон нежно обнял за плечи, когда оба поняли, что их мозговой штурм зашёл в тупик. Что Флер Василисы, что неожиданная причастность Богатырёвых к аварии, обе темы ревностно требовали к себе внимание, не давая полноценно сосредоточиться на чем-то одном. Это утомляло. К тому же бессонница, уже давно мучившая Василису, дала о себе знать, поэтому, несмотря на повергшую в шок информацию она сумела расслабиться. Рядом с Фэшем вообще было очень спокойно, особенно, когда он не воображал из себя невесть кого. Но теперь он никого не изображал, он был обыкновенным парнем, который по нелепому стечению обстоятельств оказался жить в одном доме с тем, кто погубил его жизнь в буквальном смысле слова. О, Фэш не скрывал своего презрения, и Василиса это видела, чувствовала каждым миллиметром кожи. То как он вмиг посерьёзнел, то как пальцы напряглись, складываясь в кулак, а глаза заволоклись тучами. Проснулась Василиса от громкого голоса учителя, будящего всех, уснувших засонь. Только выпрыгнув из автобуса, Василиса ощутила словно начался новый этап жизни. Всё было так ново и необычно. Столько новых лиц, воодушевляющая суматоха. Их собрали в большом фойе, предлагая отдохнуть и перекусить, попутно рассказывая программу на предстоящие пару дней. Василиса слушала в пол уха, расписание скинули заранее, а если и появились какие-то изменения, так про них ещё не раз напомнит Павел Андреевич. Гораздо интересней было рассматривать ребят вокруг. Они по-сути были соперниками друг другу, но повсюду слышались лишь переливы смеха, да брошенные приветствия. Официальный этап олимпиады начинался завтра, сегодня же их ждала культурная экскурсия по городу. Пошли почти все, за исключением некоторых местных команд. В их распоряжении было два огромных автобуса, никто не собирался рассаживать их строго по школам так, что в итоге, ребята слились между собой и уже точно нельзя было сказать, кто за кого играет. Неужели Слава был с ними? Он так радостно и оживлённо разговаривает с каким-то темноволосым пареньком, что на первый взгляд и не подумаешь, что знакомы они от силы несколько минут. — Давайте сделаем фото на память! — предложил кто-то, а остальные подхватили раскатистым весельем. Вся огромная компания добралась до Красной площади. — Привет, меня зовут Миша. Василиса, верно? — подошёл к Василисе не высоковатый парень с горящими глазами. Фэш стоящий рядом инстинктивно напрягся. От вида плитки, высоких зданий вскружило голову. Вот виднеется знаменитый собор Василия Блаженного, его разноцветные купола словно красочные новогодние шарики. Вот красное здание исторического музея, Спасская башня. — Давайте только не на Спасскую, там нечего смотреть, — уверил Мишка, который за это время уже заболтал парочку. — Тут полно куда более достойных мест.  Василиса улыбалась добродушному пареньку, а Фэш хоть и поумерил пыл, но смотрел на него как-то подозрительно. Как бы Миша не старался отвести ребят подальше от Спасской башни, в итоге, они снова оказались около неё. Полыхающая ярко алым пламенем, высокая башня возвышалась над людьми. — Мы же, вроде, сюда не хотели идти? — спросила Василиса, а Миша мрачным «да» подтвердил её слова. — Да бросьте, тут классно! Интересно, а наверх можно? Круто будет с высоты поглядеть! — прицепившейся к ним ещё в начале Слава, лютовал от веселья.  Ноги у Василисы уже гудели, серая плитка под ногами казалась бескрайней, но она не обращала на это внимания, Слава неплохо умел заражать остальных энтузиазмом. Вон, даже Фэш хоть и закатывал глаза на подобное поведение, всё равно казался довольным.   Внезапно Василиса остановилась. Она ощутила то самое странное чувство неуютного напряжения, появляющееся всякий раз, когда на тебя пристально кто-то смотрит. На площади было достаточно многолюдно, чтобы проигнорировать подобное, но это ощущение было столь тяжёлым, что буквально пригвоздило Василису. Оглядевшись, она не увидела ничего примечательного, лишь толпа фотографирующихся туристов, просто спокойно гуляющих и явно куда-то спешащих людей, например, как та троица.  — Василиса, ты идёшь? — показавшись в поле зрения, с ноткой беспокойства спросил Фэш. Прогулка определенно пошла ему на пользу. Он выглядел свободным человеком, волосы растрепались в беспорядке, где-то такое она уже видела. Ему бы выскочить на возвышение и закричать:«Йоху-у», чтобы огласить всем о своей свободе. — Да…— медленно ответила Василиса и мысленно списала всё на очередной приступ, подумывая как бы найти менее людное место, чтобы переждать. — Просто подустала, может отдохнём немного? — О, конечно, — Фэш тут же подобрался и заозирался по сторонам. — Я точно видел, где можно присесть. Василиса благодарно улыбнулась. Лучше не становилось, даже наоборот. Нужно было поскорее куда-то уйти. Она сама не понимала манию преследования, прицепившуюся к ней. — Думаю, можно просто вернуться в начало, около торгового были скамейки, — вопросительно посмотрев на Фэша, Василиса наткнулась на его напряженное лицо. Она только сейчас заметила, что он сделал шаг в сторону и слегка вытянул руку, будто бы стараясь закрыть её собой. Только вот от кого? Проследив за глазами Фэша, она впервые пожалела, что все её ощущения оказались не очередным приступом: на другой стороне площади стояла статная седая женщина, а подле неё группа подозрительных типов с явным пунктиком на чёрный цвет. Но именно женщина давила своим присутствием. Её седые волосы были собраны сзади, в зрачках чернела темень, даже отсюда Василиса не то что это видела, чувствовала. Остаться наедине с такой дамой не хотелось не на секунду, особенно когда та, как сейчас переводила взгляд то с Фэша на Василису, то обратно. После леденящего внимания, последовал удовлетворенный оскал. — Вы чего застряли? — послышался возмущенный голос Славы. — Миша, наконец-то! — воскликнул не терпящим голосом незнакомый кучерявый парнишка.  — Слава Эфларусу, — выдохнула подскочившая брюнетка и схватила Василису за руку. — Заставили же вы нас поволноваться!  — Давайте быстрее, Непростые здесь! Они повсюду! — закричал второй блондин с остристыми кончиками волос. Незнакомцы появились так быстро, словно из воздуха, и с таким напором стали пятиться в толпу гуляющих туристов, что Василиса сразу и не заметила, как Миша и остальные неизвестные подхватили её и Фэша под руку и потянули в противоположную сторону от Спасской башни, странной женщины и типов в чёрном. — Эй вы куда! — донесся недоумённый голос Славы. Видимо, он реагировал так же медленно, как и Василиса. — Они здесь, здесь! — в тот же миг сквозь шум толпы раздался басовитый голос. — Держи их. Василиса автоматически прибавила шаг. Под ухо Миша что-то объяснял, но она его совершенно не слушала, зато Фэш... Он так посуровел...   Василиса видела этих троих, они в такой спешке пересекали площадь, не видя никого на своём пути. Она запомнила, потому что подметила для себя каре девчонки. Стоп. Почему она вообще обратила внимание на нечто столь незначительное? *** Несколько часами ранее — Это Фэш и Василиса! — как сумасшедший заголосил Лёшка, безумно глядя в экран телефона. Это были точно они — повелители Времени. Вот они улыбаются знакомыми улыбками. Мишка послал фото с олимпиады, в которой сегодня участвовал, а после написал о том, что совершенно случайно, краем уха услышал, что в одной из команды есть рыжеволосая девчонка по имени Василиса и мрачный тип по имени Фэш. Даже фото выслал, чтобы Лёшка смог опознать пропавших. И опознал. Как Рознев мог не узнать подругу детства?  Колёсики в голове Лёшки забегали с неистово силой. Всё совпадает, король и королева Времени сейчас в Москве, а значит развязка предсказания совсем близка. Всё стало так очевидно, что хотелось смеяться. Правильно говорят, что всё наступает тогда, когда нужно. — Ну же, возьми трубку! — трясёт несчастный телефон Лёшка, но гудки не прекращаются. Нет. Телефон выключен. Бесполезно. Наспех накинув куртку и набрав короткое сообщение, Лешка выскочил из квартиры. Орден Дружбы только недавно ушёл на очередной патруль, он успеет их перехватить. *** В траве стрекотали кузнечики, цикады, дом забытого часодея прошлого с красной кровлей был окутан таинственным туманом, совсем прозрачным, но ощутимым. Стоял он на прежнем месте, целёхонький. Миракл между тем осмотрелся, будто боясь слежки или чего похлеще: что из-за угла выпрыгнут приспешники Астрагора. Нортону же медлить не хотелось, поэтому он целенаправленно зашагал к дому. Рвение его попасть в дом было понятно, а вот рвение Миракла... Он хотел порыться в старых вещах, неистлевших временем. Его очень увлекла астролябия, найденная им. — Я знаю, что эта астролябия не простая вещь. У Эстермикуса не может быть чего-то обыкновенного, а ты видел камни на корпусе? Я думаю, что она как-то связана с…  — Шш-ш, — шикнул Нортон, прерывая монолог Миракла. — Здесь кто-то есть.  Внутри всё было как и прежде. На первый взгляд. Перевёрнутых в бардаке стульев, разбросанных записей они не оставляли. Воздух вокруг мелькал предупреждениями. Продвинувшись вперёд со стрелами наготове, часодеи поднялись наверх по винтовой резной дубовой лестнице. В первой же комнате дверь была настежь распахнута, а в коридоре доносился шуршащий звук. Обходя разбросанные на полу предметы и стараясь не шуметь, Миракл двинулся вперёд первым. Человек в коричневом костюме, выражая своей спиной крайнюю степень подозрительности по мнению Миракля, рылся в настежь открытых тумбочках. — Замри! Медленно подними руки и повернись, — стрела направилась на незнакомца. Тот вздрогнул и медленно развернулся, окидывая взглядом гостей. — Кто вы? Прилизанные волосы мышиного цвета, строгий коричневый костюм, угрюмый взгляд туманных глаз — всё в нём вызывало недоверие часодеев.  — А вы кто? — голос был настолько удивленным словно незнакомец совершенно искренне не понимал, кто они и почему отвлекают его от дел. — Можешь считать охранники этого места, — холодный голос Нортона ярко контрастировал. — И что же такого ценного вы так упорно стремитесь тут найти? — сощурившись, заговорил Миракл, быстро осматривая помещение. Видимо, эту комнату время не пощадило, везде, куда бы ни упал взгляд был многовековой слой пыли. Сам же незнакомец был весьма чистым, значит здесь ещё похозяйничать не успел. Не нравилось ему такое стечение обстоятельств. В доме, до них шастал незнакомец и невесть что мог переложить, а того хуже и забрать с собой, так ещё он мог слышать о чём они разговаривали.  — Разве вы не знаете сколько легенд окутывает этот дом. Это не дом — это находка для ценителей прошлого! Чем дольше говорил незнакомец, тем больше Миракл бы утверждался в том, что он просто чудик, и весьма безобидный. Он так старательно вдыхал в ноздри воздух, когда ему не хватало слов, а уж как он говорил, чуть ли не метая слюни... Но этот человек маленького роста был лишь на вид безобиден и именно его образ не сочетался с его словами. Ему бы преглупый костюмчик заядлого путешественника, а не строгий брючный костюм. Зодчий был уверен, что именно его описывал Михаил, друг Алексея Рознева. Отглаженный пиджак, ровный пробор тёмных волос. Хочешь, но не поверишь, что он мог просто так искать этот дом, а точнее находиться тут лишь из чистого научного интереса. Но он не сдавался, до последнего разыгрывал из себя чудика. Особо не сговариваясь члены Зодчего круга обезоружили незнакомца. Расхаживать по дому смысла не было, подозрительный тип был намного привлекательнее.   *** Миракл не верил в ту чепуху, что ему наболтал приспешник Астрогора, а то, что он был приспешником сомнений у него не возникало. Рожа уж больно сомнительная, неприятная. Рассказал, что ему нужно было только добраться до изобретений Эстермикуса, чтобы спасти свою семью. Об освобождении Астрогора он не имел ни малейшего понятия! Даже так искренне невинно испугался, когда озвучили его обвинение. — Я не знал , что он заточен и находится в Расколотом замке! — Прямо сейчас хочешь окаменеть? Или чего похуже?! — приблизил острие стрелы Миракл к пленному. — Когда я был в Расколотом замке Дух поймал меня, но пообещал, что если я присоединюсь к нему, то он поможет мне попасть в дом. — Быстро же ты сознался, — усмехнулся Астариус, который до этого сдержанно стоял, облокотившись спиной о стену. — Но давай по порядку: как и зачем ты пробрался в Расколотой Замок?