Умеет ли любить ошибка...

      Эррор открыл красные уставшие глаза. Уже которую ночь он не спал и молча лежал в постели, глядя либо на потолок, либо на стены, но порой глаза всё же закрывались, и он старался открывать их как можно быстрее. Причиной этой бессонницы были его жуткие сны, самые ужасные кошмары, что когда-либо могли приводиться. Он целовал там Инка. Обнимал. Прижимал к себе. И чувствовал от этого такое тепло и нежность, что хотел этого ещё больше и, самое страшное, хотел этого в реальности. О чём бы он ни думал перед сном, что бы ни делал, сны не прекращались. А после того сна, где они уже не просто обнимались да целовались, Эррор и вовсе подскочил с яростными воплями, случайно облепив всю комнату нитями, и больше не заснул.       Главный потянул руки вверх и распрямился, сев на постели. Кости рук еле слышно потрескивали от этого. — ЧёРт… КоГдА я УжЕ сМоГу НоРмАлЬнО пОсПаТь… — процедил он сквозь зубы и, откинув одеяло, встал. Его позвоночник уже искривился от недосыпа и сгорбился. Эти жуткие сны не давали ему покоя, даже мысли о них. Эррор остановился около стола и стал наливать себе кофе. Уставший взгляд застыл на медленно наполняющейся чашке. Перед глазами мелькала та самая мордашка. Нет… Та уродливая рожа, разноцветная харя, запачканная чернилами. И улыбка. Добрая и дружелюбная. Каждый раз, видя глючного, у Инка появлялась эта улыбка. Она была не такой, как со всеми. Более… нежная? По крайней мере так казалось Эррору, и это его пугало.       Скелет вдруг с криками отдёрнул руку от чашки, отбросив фантазии в сторону. Горячий напиток стал выливаться через края. — Ах Ты Ж!!! ЧеРнИлЬнЫй ИдИоТ!!! ЭтО иЗ-зА тЕбЯ!!! — заорал Эррор и смахнул кружку со стола. Напиток вмиг расплескался вокруг, несколько капель попало на чёрные рёбра. Ошибка стиснул зубы, широко раскрыв глаза, и весь сжался. Из его глотки вдруг вырвался жуткий глючный крик. Эррор отскочил от стола и стал торопливо смахивать горячие капли с себя, перескакивая с ноги на ногу. — ТоЛьКо ПоСмЕй ЕщЁ рАз ПоЯвИтЬсЯ в МоЕй БаШкЕ! — вскрикнул Эррор, как только кофе на его теле остыл. Эти фантазии и картинки с изображениями художника преследовали его буквально повсюду, и нередко случалось, что он смотрел на них без всяких отвращений, порой даже забывал обо всём другом. Даже дурацкие зрачки Инка тогда начинали казаться ему забавными и даже нравились, но потом он приходил в себя и не понимал, что произошло.       Но в доме вечно не просидеть, тем более с такими проблемами. Эррор уже знал, что будет делать сегодня: конечно же разрушать АВ! Последнее время он только этим и занимался, такое дело очень легко отвлекало его от всего. Правда, почти всегда Инк приходил чуть ли не сразу, поэтому глючный сразу телепортировался с мест преступлений. А сейчас Эррор нашел идеальную АВ. Инк создал её совсем недавно и ушёл проверять старые. Значит быстро не появится. На лице Эррора расплылась широкая улыбка предвкушения. Он накинул на себя чёрное подобие пальто с пришитыми на рукавах синими лоскутами, обвил вокруг шеи шарф и двинулся на нужное место. Всё было как он и предполагал. Инка здесь не было, только лужа чернил, ещё свежая. Ошибка засмеялся, главный голос разнёсся по пустой округе. Он потянулся руками к небольшому листочку, всё шире открывая глаза. Его нити ловко захватили объект и стянули. Эррор наклонил голову набок и с улыбкой потянул нити на себя. Листок начал сминаться, одна из нитей прорезала его край и стала разрывать его. — О, дА! КаК пРиЯтНо! — всё улыбался Эррор. — Эррор… Что ты делаешь… — перед глазами мелькнул облик Инка. Чёрный замер. — Ч-чТо?.. И-иНк?.. — Я ведь… Я так старался, создавая эту АВ… Там… Понимаешь ли… Я создавал её для нас, только для нас двоих… Зачем ты всё рушишь, Эрри?.. — Я… я… — Эррор не мог вымолвить ни слова. Он слабел. Голос Инка был таким успокаивающим для него. Эррор забыл, зачем пришёл. Его тянуло к нему, он хотел взять его руку. Плевать на гаптофобию. На него он больше не закричит из-за касаний. Стоп, что?       Эррор помотал головой. — ЧтО?!       Он резко сжал пальцы. Всего одно движение. Нити натянулись, раздался еле слышный шорох. Разрушитель ухмыльнулся, перед ним медленно падали вниз обрывки АВ. Вот что является действительно приятным. — Эррор?! Да ты подлец! — позади раздался дрожащий голос Инка — Ты разрушаешь за моей спиной! Это… Это низко!..       Эррор выдохнул и медленно обернулся. Инк стоял с влажными глазами. — СаМ вИнОвАт, МуДаК цВеТнОй. — Что?.. В чём я провинился?! — Ты ЖиЗнЬ мНе ПоРтИшЬ! — разрушитель прошёл мимо него и толкнул. Художник оступился и едва удержался на ногах. — Эй! Ты не заплатил за свои разрушения! Я больше не могу терпеть это! Раньше я считал, что ты не настолько плох и делаешь это либо по привычке, либо тебя заставляют. Я верил, что ты изменишься и может даже станешь моим другом! Но теперь я так больше не считаю… Ты по-настоящему бездушный, Эррор, а не я!       Эррор залился хохотом: — Я?! СпАсИбО зА кОмПлИмЕнТ! — Эррор!.. Перестань разрушать! Я… я не хочу драться с тобой!       Разрушитель остановился. Он повернул голову в сторону Инка и поднял бровь. — ЧтО? Ты Не ХоЧеШь? ДаВаЙ пОмОгУ.       На лице чёрного скелета расползалась широкая улыбка, глаза прищурились. Он резко развернулся к нему всем телом и выставил руку вперёд. Десятки нитей рванулись в сторону художника, он едва отскочил, но нити обхватили его и сжали. — Хм… Ты ДаЖе Не СоПрОтИвЛяЛсЯ. — Эррор хмыкнул и стянул нити сильнее — Ну? Я жДу.       Мне зажмурился от боли, и из его горла донёсся слабый стон. — Не надо так сильно… Мне больно… — А чЕгО я ДоБиВаЮсЬ?       Инк весь дрожал, пальцы сжимались, а нити врезались в его тело всё сильнее. Эррор в недоумении смотрел на него. — ИнК, иДиОт, ЧтО тЫ дЕлАеШь? — Эррор… Пожалуйста… Я больше не могу сражаться с тобой… Я просто не могу… И дело не в том, что я например ослабел, или ты стал сильнее… — О чЁм Ты? БлИжЕ к ДеЛу. МнЕ еЩё ПаРу АВ нАдО уНиЧтОжИтЬ.       Инк опустил голову и зажмурился. Он затаил дыхание, стараясь сдержать слёзы. После нескольких секунд он заговорил: — Я… Пойми, пожалуйста… Я люблю тебя… Я не могу причинить тебе боль, иначе я будто причиняю её себе же…       Эррор удивлённо приподнял бровь. Он был будто в недоумении. Что он только что услышал? Бред, полный. Глючный захохотал и натянул нити: — ЧтО За БрЕд, ЧеРнИлЬнЫй?! Ты ДуМаЕшЬ, я ТеБе ПоВерЮ? НеПлОхАя ШуТкА, пРаВдА, тОлЬкО нЕ сЛиШкОм РеАлИсТиЧнАя. Ты БеЗдУшНыЙ, ИнК, иЛи ДуМаЕшЬ, чТо Я зАбЫл? ЧёРт, ПеРеСтАнЬ тАк ШуТиТь, ПрИдУрОк НеНоРмАлЬнЫй, ВсЁ рАвНо Я нЕ пОвЕрЮ. — Ох… Хотел бы я, чтобы это была шутка… Думаешь, мне легко осознавать это? Мы же с тобой враги и должны быть ими. Я осознавал, каков будет твой ответ, от этого мне и трудно… — ЧтО? ТаК эТо… ПрАвДа? ИлИ РоЗоВоЙ кРаСкИ нАжРаЛсЯ? — Нет… Я по-настоящему полюбил тебя, привязался… Я не знаю, как так вышло. — Ты ДиБиЛ. ТоЛьКо Не СмЕй ВиНиТь МеНя В сВоИх ПрОбЛеМаХ. ДуМаЕшЬ, тЫ мНе ХоТь СкОлЬкО-нИбУдЬ нУжЕн? Ха! Да Ты НиКтО, я Бы С уДоВоЛьСтВиЕм УбИл Бы ТеБя! Ты СлИшКоМ жАлОк! «Я ИнК, я ЛюБлЮ ЭрРоРа, ПоТоМу ЧтО я ТуПоЙ и Не ПоНиМаЮ, чТо Мы ДаЖе ДрУзЬяМи БыТь Не МоЖеМ»! — Эррор начал смеяться и смахивать с лица слёзы от смеха — БлИн, ИнК, сДоХнИ уЖе СкОрЕй И пЕрЕсТаНь ДоВоДиТь МеНя. — Перестань… — Ты ПрОсТо НиКоМу Не НуЖнЫй МуДаК, пОсМоТрИ нА сВоЮ уБоГуЮ рОжУ! — Хватит, прошу… — Я сДеЛаЛ бЫ вСё, ЧтОбЫ нЕ вИдЕтЬ еЁ! ДаЖе ЛаСт ОтКаЗаЛ бЫ тЕбЕ! — П-перестань… Пожалуйста… — всхлипывал Инк. Его голос дрожал и терялся, захлёбываясь в слезах. Эррор, не слыша его, засмеялся громче. — А я ДуМаЛ, чТо БоЛьШе Не УзНаЮ, кАк ЕщЁ пРиЧиНиТь ТеБе БоЛь. Ты СаМ сКаЗаЛ мНе! ОтВрАтИтЕлЬнО, нО кАк МнЕ нРаВиТсЯ! — Хватит!.. — вскрикнул Инк, рванувшись из нитей. Его тело, всё изрезанное, упало вниз. Эррор обернулся. Инк с опущенной головой стоял на четвереньках и словно сжимался, обрывки нитей лежали на его одежде. Он весь дрожал, слёзы обильно стекали с его лица. Жалкое зрелище, но и такое грустное. Инк едва дышал из-за слёз, его пальцы сжимались и напрягались, словно он держал что-то ценное и боялся отпустить. По ним из порезов от нитей текла его кровь, а художник и не чувствовал. Под одной из ладоней лежал обрывок нити, который его пальцы невольно сжали. Эррор затих. Он смотрел на Инка и не двигался. Улыбка на его лице дрогнула и стала уменьшаться, после чего пропала. — И-иНк?.. — глючный осторожно протянул руку к дрожащему врагу. Он не мог не сделать этого. — Я… Я… Не трогай!.. — Инк отполз назад и, шатаясь, поднялся на ноги. Он всхлипнул и вытер рукавом слёзы. Вторая рука потянулась за кистью. Эррор стиснул зубы и сделал шаг назад. — ТаК тЫ еЩё БоЛеЕ жАлКиЙ. — процедил он, но Инк, сжав кисть дрожащими руками, телепортировался вместо атаки. Эррор резко обернулся и насторожился, но вокруг него была пустота. Ничего. Инка здесь не было, он телепортировался не ради нападения на него. — ЧтО эТо БыЛо? — Эррор почесал затылок. Художник даже не ударил его за уничтожение одной из АВ, хотя обычно старается чуть ли не до смерти избить за простую попытку. Глючный помотал головой и сжал пальцы. Странный сегодня день.       Прошла неделя. Эррор за всё это время ни разу не видел ни Инка, ни новых АВ. Обычно художник создавал одну хотя бы в несколько дней, но теперь от него не было никаких признаков жизни. Даже Дрим несколько раз подбегал к Эррору и начинал чуть ли не кидаться на него, крича, что он где-нибудь спрятал или убил Инка, и заставлял показать ему, где этот бедняга. Сколько раз глючный ни пытался объяснить ему, что он даже пальцем не тронул этого радужного мудака, но всё было тщетно, и Дрим грозился позвать брата, на что Эррор лишь усмехался и молча уходил. Но с каждым днём он чувствовал, как внутри него растёт некая тревога. Он волновался за мелкого. Теперь уснуть он не мог из-за дурацкого чувства вины и тревоги.       Эррор поднялся с кровати. Его рвала боль. Самая настоящая боль, откуда-то изнутри, в самой душе, сердце. Как он мог скатиться до такого… — ИнК, я Не ЗнАю, ГдЕ тЫ, нО вЕрНиСь СкОрЕе… — прошептал разрушитель, закрывая лицо руками. Он вспоминал все свои слова, сказанные Инку в последний раз. Он сделал глубокий вдох. Трудно было осознавать это. Он и вправду бездушный, не Инк. Он сожалел обо всём. Даже о том, что они не друзья. Если бы только он прекратил свои насмешки раньше и извинился, то всё было бы иначе. От осознания этого боль только росла.       Настал новый день. Эррор не спал всю ночь и размышлял. Он за это время был не в состоянии разрушать АВ, но в этот раз у него созрел план. Может, это поможет ему. Сколько АВ он осмотрел за эту неделю в поисках Инка, но ни в одной из них не было и следа от него. А эта идея должна быть более действенной, чем бессмысленное хождение по огромным мирам, которых десятки тысяч, а Инк может быть лишь в одной.       Эррор огляделся вокруг. Хотя зачем? Всё равно кто здесь может появиться, это же пустота. Даже Фреш не путался под ногами, не то что кто-то другой. Глючный окинул взглядом десятки АВ, висящих в пространстве. Он сделал глубокий вдох. На этот раз на его лице не было и тени улыбки. — ЧтО ж, Не ПоДвЕдИтЕ мЕнЯ… — прошептал ошибка и выставил руки вперёд. Его нити вмиг опутали все эти АВ и сплелись между собой. Эррор сжал концы нитей в ладонях и, прикрыв глаза, сел в этой вечной тишине, где его никто не потревожит. Хотя он надеялся, что всё же эта тишина сегодня прервётся, вместе с одиночеством.       Он ждал. Терпеливо сидел с полузакрытыми глазами и наблюдал. Инк должен почувствовать опасность для этих АВ и прийти на их спасение, но он не приходил. Эррор опускал голову всё ниже. Его начинало наполнять отчаяние. — ИнК!!! ВыХоДи!!! — заорал он вдруг во всё горло, вскочив на ноги. Эхо несколько раз повторило его крик, стихая с каждым разом. Вновь тишина. Никто не пришёл. Эррор закрыл глаза, а нити плавно выскользнули из его рук. Всё тщетно.       Прошло много часов, когда глючный всё же сдался. Он не стал уничтожать АВ, просто убрал нити и развернулся. Почему-то ему было всё равно. Он даже не задумывался, куда открывать портал, и просто шагнул вперёд, не поднимая головы. — Отпусти… — вдруг услышал он приглушённый голос где-то позади. Это был Инк. — Молчи! — раздался голос Найтмера и затем звук удара. Эррор остановился и резко обернулся. Голоса доносились за порталом, там, откуда он только что ушёл. Разрушитель едва успел проскочить в закрывающийся портал, разве что один тапок слетел и остался там.       Между обрывками нитей стоял Найтмер. Единственный глаз пронзал взглядом Инка, висящего на одном из щупалец, обхватившем его горло. — Ты понял, что надо сделать? — прошипел Найтмер и кинул художника на пол. Тот с грохотом упал и весь невольно скрючился, закрывшись руками. Было видно, что многие его кости потрескались или были разломаны, торча сквозь одежду, некоторые и вовсе отсутствовали, что было видно сквозь дыры на ткани. — Ты понял?! Сколько раз мне объяснять?! Ты создаёшь множество АВ, где все будут испытывать негативные эмоции, а те, в которых они позитивные, ты стираешь или исправляешь! Чего здесь непонятного?! — Я… Я не умею… — прошептал Инк — Верни мне кисть, и я попробую…       Раздался хохот Найтмера. Одно из его щупалец рассекло воздух и кинуло в художника несколько обломок и облезлый пучок волос. — Вот твоя кисть. Наслаждайся. — Я не могу… Лучше сразу убей… — Инк. Я никогда не шучу и не говорю слова просто так. Твои плохие эмоции не способны влиять на меня, поэтому у меня нет причин оставлять тебя в живых. Если я сказал, что убью, значит я убью. — с раздражением произнёс Найтмер. Он склонился над лежащим художником. — Начинай, смертник. — Я не могу. Прости. Всё это время я твердил тебе это. Эмоции и состояние жителей АВ не зависят от меня. Стирать их я тоже не умею. Создаю рандомные. — Значит ты мне больше не нужен.       Щупальца Найтмера нацелились на Инка. — ИнК!!! БеРеГиСь!!! — в ужасе воскликнул Эррор и резко обхватил того нитями. Художник даже понять что-либо не успел. Нити приподняли его выше, он оказался рядом с Эррором. Встревоженный взгляд того скользнул на спасённого. Инк замер. — Что ты… — прошептал он, как вдруг сквозь нити прошло скользкое и мокрое щупальце. Грудную клетку художника пронзило насквозь. Глаза Эррора медленно округлились. Второе щупальце ударило в затылок. Третий удар пришёлся в низ грудной клетки. Несколько рёбер отлетело в сторону. — НаЙтМеР!!! — глаза Эррора зажглись красным пламенем, он резко кинулся на брата Дрима и вцепился в него, как сумасшедший. Кости пронзали тело, истекающее слизью, несколько лучей чёрных Гастер Бластеров поглотили его. Нити быстро в несколько слоёв обхватили Найтмера, а Эррор, сделавший всё это меньше, чем за секунду, стал разрывать его прямо голыми руками. — ТвАрЬ кОнЧеНаЯ!!! — орал он прямо в мокрое лицо. Его рука со всего размаху вошла в затёкший глаз. Найтмер весь вдрогнул. Он оглушительно закричал, несколько его щупалец, прорвавшись сквозь нити, оттолкнули Эррора. — Страх что ли потерял?! — Найтмер рванул рукой в сторону.       Эррор уже с жутким глючащим криком кинулся на него вновь, но в ту же секунду от противника не осталось и следа. Он телепортировался. — Пх. СлАбАк. — ухмыльнулся Эррор, как вдруг вспомнил про Инка. Он тут же развернулся и подбежал к лежащему в его некой паутине художнику. Инк едва дышал. Было видно, как ему больно. Из закрытых глаз медленно вытекали слёзы, не было сил даже чтобы смахнуть их. — ИнК?.. Ты Жив?! — склонился над ним Эррор. Инк чуть подвинул голову и приоткрыл глаза. — Я… Тяжело… говорить… — ТиШе, ПрИяТеЛь, ТиШе… — разрушитель осторожно приподнял Инка и сел на пол, положив его себе на колени. — Зачем ты пришёл… Мне и так очень больно… — художник отвернулся головой от него и закрыл глаза, всхлипывая от обиды и боли. — ИнК… МнЕ жАлЬ… Я хОтЕл ИзВиНиТьСя… — Я понимаю… Если честно, я уже давно хотел, чтобы мы стали друзьями… А потом… Я испортил всё этой своей влюблённостью… Ты даже не представляешь, как мне было больно… Я даже Найтмеру не сопротивлялся от этого… — ЗнАчИт ЭтО я ВиНоВаТ… — Эррор опустил голову и стиснул зубы. Его руки невольно сжимали Инка. — Эррор… Мне больно, отпусти… Я не могу видеть тебя… — ИнК!.. — глючный ослабил свои руки, но не убрал. От гаптофобии будто и следа не осталось. Но… Тепло, что он чувствовал от художника, словно испарялось, он холодел. — Я… МнЕ пРоСтО бЫлО тРуДнО пРиЗнАтЬ эТо… — Ч-что?.. — ИнК… ПрОсТо Я дУмАл, ЧтО мЫ сЛиШкОм РаЗнЫе…       Художник закрыл лицо ладонью. Он молчал. Вторая его рука стала пытаться столкнуть с плеча руку Эррора, но была уже без сил. Глючный сделал глубокий вдох. Он осторожно коснулся рукой щеки лежащего на его коленях Инка и медленно скользнул ею до его подбородка, после чего повернул голову того к себе. — Я лЮбЛю ТеБя… — Эррор приблизился к нему, его губы коснулись губ Инка. Разрушитель нежно придерживал рукой щёку возлюбленного, поглаживая большим пальцем. Он чувствовал, как Инк сначала вздрогнул и напрягся, но потом расслабился и поддался ему. Горячее тепло прошлось по их телам, никакого отвращения они не почувствовали. Эррор всё целовал его, медленно двигая губами. Руки Инка вдруг слабо приподнялись, они обняли глючного и из последних сил держались за его крепкую спину.       Наконец Эррор медленно отстранился от него и застыл в нескольких сантиметрах от лица Инка. Он ещё раз, только быстро поцеловал его в губы, не желая расторгать поцелуй. Щёки Инка покрылись разноцветным румянцем. Эррор слабо улыбнулся и приподнял голову выше. — ВиДиШь… Я лЮбЛю ТеБя… — Я никогда бы не подумал… что мои последние минуты будут… таким приятными. — ИнКи… ПрОшу… Не ГоВоРи ТаК… У нАс ВпЕрЕдИ еЩё МнОгО лЕт… Мы БуДеМ жИтЬ вДвОёМ, я БоЛьШе Не ДоПуЩу, ЧтОбЫ тЕбЕ бЫлО тАк ПлОхО, и НиКтО нЕ пОсМеЕт ТрОнУтЬ тЕбЯ, иНаЧе Я пОрВу ЛюБоГо… — Ох, Оши… — Инк слабо улыбнулся сквозь слёзы боли и прижался головой к животу Эррора. — Да, ПрАвДа! ОнИ нЕ пОсМеЮт СдЕлаТь ТеБе БоЛьНо… СеГоДнЯ жЕ нАйДу НаЙтМеРа. УбЬю ЕгО… А Ты… ИнКи, Я вСеГдА бУдУ рЯдОм И бОлЬшЕ нЕ оСтАвЛю ТеБя, ТеМ бОлЕе Не СоВеРшУ бОлЬшЕ тАкИх ГлУпОсТеЙ… Ты НиКоГдА нЕ рАзОчАрУеШьСя Во МнЕ. Я лЮбЛю ТеБя И вСеГдА пОмОгУ, лЮбИмЫй… Ты ВеРиШь МнЕ, ИнКи?.. — …ИнКи?.. — ИнК!.. — Я бУдУ жДаТь… — …