Overdose

Люцифер целует каждую из родинок, находящихся на груди ангела, соединяя их пальцами, опуская красноватые губы ниже, к ребрам. Он обязательно пересчитает каждое сегодня ночью, но теперь уже языком, вспоминая моменты, когда делал это кулаками на очередном бою, во время крылоборства. Дино такой теплый и мягкий под его руками, под его влиянием. Его ангельская кожа бархатная, на вкус как сладковатый грейпфрут, но пахнет совершенно иначе. Люцифер до конца так и не может разобрать запах, но на подсознании улавливает что-то между сиренью и дождем. Только вот дождь этот не очищающий, как у них, ангелов, на небесах принято, а земной, без соли совершенно, и из-за того не очищает от жарких мыслей совсем. Люцифер прижимает руки Дино к его же бедрам и вдавливает в кровать, не стараясь причинить вред. «Отныне, ангел, никакой боли» – думает Люцифер, и в подтверждение беззвучно стонет и прикусывает кожу в солнечном сплетении. «Быть может только такая». Демону даже не нужно дотрагиваться до места, где за грудной клеткой бешено бьется сердце, чтобы слышать его стук. – Поцелуй меня, Люцифер. – Демон нехотя отрывается от желанного тела, и с улыбкой поднимает голову вверх, откуда на него из-под полуопущенных век смотрит блядско-ангельское создание, почти невинно, как будто это не он только что затолкал Люцифера в свою собственную комнату. Как будто, блять, не Дино изводит его во время каждой их встречи, кусая нижнюю губу и хмуря брови, делает вид, что задумался над чем-то. Люцифер честно сдерживался. Он до последнего думал, что это все лишь его демонское воображение и разыгравшаяся ревность к Непризнанной. Придумал себе не пойми что к этой девчонке, представляя ее с Дино, а на деле же в мыслях Люцифера был один только ангел. Кого он пытался в этом убедить и этим утешить, вопрос спорный, но, да, он согласен. Сын Сатаны полностью проебался и ослеп, если раньше не замечал взглядов Дино. Они даже во время последних тренировок по крылоборству агрессивно флиртовали друг с другом, и, к слову, это замечали все, кроме Люцифера. Сегодня была как раз одна из таких тренировок. И, стоит говорить, что Дино просто не выдержал? Нет, не сдался без боя, это не в правилах его собственной игры. Произошла передозировка этим адским огнем. Касания демона, которые были вовсе не нежными, хоть и сдержанными, максимально аккуратными, ведь это же тренировка, Шепфа ради, возбуждали какие-то неправильные рецепторы и нервные окончания в теле Дино. Его будто лихорадило, достаточно было Люциферу задеть его крылья своими. Раньше подобного не было. Они могли взбесить друг друга одним присутствием на расстоянии меньше десяти метров, но не настолько же, черт возьми, сильно. Да, ангел готов признать свое поражение. Но вот только совсем не в соперничестве. – Давай, Люцифер, нападай, – Дино смотрит на него так, будто ему только что, блять, отсосали, с дымкой в голубых глазах, с выбившимися волосами из идиотского пучка, который почти распался, как и самообладание демона от немыслимых фантазий, тут же пробравшихся ему в голову. Вроде бы он, Люцифер, осознает, что это порывы ветра от взмахов крыльев растрепали ангельские волосы, а вот его возбуждение, так некстати появившееся прямо сейчас, настаивает на том, что это мог бы сделать демон собственными руками, пока Дино.. – Ну, чего же ты ждешь? Я с тобой не собираюсь стоять здесь до вечера, – Люцифер может поклясться собственным отцом, он видел секундную ухмылку на лице этого ангела. – А что ты собираешься делать, ангелочек? Мне кажется, что ты можешь только трепать языком, или он способен на большее? – Дино, до этого стоявший непоколебимо с чертовой ангельской улыбкой на лице (ха), сразу же переходит в оборонительную позицию, потому что Люцифер в противовес своему вопросу, подмигивает ему и меняется в эмоциях моментально. Его скулы сводит от злости и ярости, а возможно и от возбуждения. Между ними метра четыре примерно, потому что они только начали тренировку и все еще не взлетели в небо, но Люцифер начинает надвигаться на Дино, как удав на гребанного кролика. Демон буквально успел только ладонью провести по шее соперника, собираясь рывком свалить его на землю еще в центре школьного двора и попробовать на вкус настолько быструю победу, но Дино закатил глаза, будто сумасшедший, и взлетел быстрее, чем Люцифер почувствовал его тепло и разряд тока в подушечках пальцев. «Хочешь поиграть, ангел? Хорошо, давай поиграем.» Демон встряхивает крылья от невидимой пыли, сжимает руку в кулак в воздухе, где только что была шея противника, давая ему пятисекундную фору, ухмыляется и летит за белым ангельским пятном прямо к солнцу. Он не видит Дино примерно полминуты, пока находится в облаках, поворачивая голову в разные стороны и прислушиваясь к взмахам чужих крыльев. Со стороны это выглядит как игра в догонялки, а не крылоборство, начиная злить Люцифера. «Ну где же ты, ангел?» Прежде, чем он слышит тяжёлое дыхание возле собственных крыльев, его откидывает в пушистые облака, обволакивающие пустоту над школой, так стремительно, что он почти забывает, что нужно затормозить. Он летит перед собой, но не вниз, как надеялся Дино. Ангел скрывался за его спиной все это время и напал неожиданно, но ударил безболезненно, будто потоком воздуха. Когда Люцифер оборачивается, то видит как сильно ангела потряхивает. Он подлетает обратно, не собираясь нападать, наблюдая за Дино, а тот словно пришел в сознание, почувствовав демонскую энергетику ближе к себе, отлетает на несколько метров. Их тренировка больше похожа на танец в воздухе, чем на драку, как обычно. Глаза Люцифера потемнели на несколько оттенков от злости, и от смешения с солнечным светом превратились в пламя. Этого хватило, чтобы перетянуть все внимание ангела на себя и отвлечь его вспышкой красного света от защиты, подлетая ближе и замахиваясь крыльями. Секунда, и Дино уже летит вниз, вновь поддавшись и проиграв, пусть это и была всего лишь тренировка. Только Люцифер не бил его. Так же, как и ангел перед этим не ударил сам. Они лишь коснулись друг друга крыльями, практически невесомо и так, блять, интимно. Дважды. Демон чувствует как сильно член оттягивает брюки, и это заставляет его чувствовать долбанное поражение. Он смотрит на падающего ангела, который искренне улыбается ему. А потом понимает, что они оба падают, и плевать, что Люцифер все еще находится в небе. В этот момент до него наконец доходит масштаб всей этой херни. Прошло несколько часов после тренировки, а Дино все еще не может успокоиться. Он не помнит, как направлялся в раздевалку после приземления, не помнит, как переодевался, как добрался до своей комнаты. Все его мысли были заняты Люцифером и его взглядом. Взглядом, которым он раздевал ангела, пока тот падал. Как же это неоднозначно звучит в его голове, черт возьми. Дино закрывает глаза и рвано вздыхает. Он прежде никогда не был так возбуждён, и если раньше, после тренировок, мог списать это на выброс адреналина и физическую нагрузку, а не на до боли в животе сексуального демона, то теперь тут все очевидно. Сегодня они даже не тренировались толком. Что это было? Им только цветов там, в небе, не хватало, будто, блять, две бабочки кружились. Проведя рукой по лицу, смахивая наваждение, Дино собирается встать и пройтись. Желательно куда-то подальше от собственной душной комнаты. Еще не поздно для этого, но солнце уже зашло, а это значит, что вероятность встретить кого-то сводится к минимуму. Прекрасно. Он надевает брюки и рубашку, как и всегда, застегивая все пуговицы. Выходит в коридор, осматривается и не видит никого. Наверное, ему везет. «Ну, хоть в чем-то». Первой мыслью было пойти в знакомое место в саду, но что-то внутри противится этому, и Дино направляется в одну из невысоких школьных башен, выходя на крышу. Здесь не так красиво, как на самых высоких башнях, но появляется возможность побыть в одиночестве, ведь сюда не часто приходят. Он успевает достаточно проветрить свои мысли и приглушить чувства, взыгравшие яркими красками, чтобы теперь можно было хотя бы уснуть, и уже идет обратно к себе. Дино может задержался бы на пару минут, если бы у него были сигареты, но после того, как отец узнал об этом и запретил брать что-то с человеческого мира, он не курит. По пути в комнату практически ничего не кажется ему странным, кроме какой-то тени, которую случайно заметил у входа в школу. А еще он уверен, что слышал шаги возле лестницы, когда поднимался на свой этаж. Но это все не имеет значения, он не параноик. Осталось пройти лишь несколько коридоров, и Дино сможет наконец расслабиться и провалиться в сон. Но. – И почему ты так поздно гуляешь, ангел? – Дино не успевает ничего ответить, хоть и узнает голос, энергетику и даже шелест крыльев, его одним сильным толчком в спину пригвождают к стене, сжимая руки, – да еще и один. Дино пытается выдернуть руки, или расправить крылья, но демон сильнее. Намного сильнее. Он чувствует, как невидимые цепи сдавливают грудь, и дышать становится тяжелее. От того, что Люцифер прижимает его собой к стене, или от того, что он из-за этого возбуждается – ангел понять пока не может. – Люцифер.., – хрипло, почти умоляюще произносит он, – отпусти. – А что мне за это будет? – Дино задержал дыхание, потому что дьявол сзади него придвинулся еще ближе, хотя, казалось бы, куда еще ближе, и произнес это слишком горячим шёпотом, разбивающимся о шею ангела. Он точно сошел с ума или, наверное, когда демон толкнул его там, на тренировке, Дино упал и умер, потому что другого объяснения тому, что сейчас происходит у него нет. «Блять». В следующее мгновение он чувствует пухлые губы на своей шее, касающиеся так мягко, будто боясь потерять контакт с кожей в любой момент. Дино закрывает глаза и откидывает голову назад, демону на плечо, и выдыхает весь воздух, что был в легких. – Что ты, твою мать, делаешь? – с трудом, едва открывая пересохшие губы, говорит ангел. – А на что похоже? – Люцифер издевательски тянет и толкается между ягодицами Дино, давая ему понять, что тут, как бы, все серьезно, белокрылый. Он отпускает ангельские руки и немного отстраняется, чтобы толкнуться еще раз, перемещая собственную руку на пах Дино, несильно сжимая его. – Мы посреди долбанного коридора, Люцифер, – ангел буквально, блять, простонал его имя, разворачиваясь в руках брюнета и смотря на него невыносимо возбуждающими, почти синими глазами, что на мгновение сверкнули в темноте. – И это должно остановить сына Сатаны, по-твоему? – демон вновь прижимает его к стене, наклоняясь к шее, засасывая и кусая кожу над ключицей, медленно расстегивая пуговицы на рубашке Дино и отодвигая белый воротник. – Дьявол, прекрати, во-первых, ты нарушаешь запрет, а во-вторых, не думал, что я могу врезать тебе прямо, черт возьми, сейчас? – ангел с нежеланием отодвигает Люцифера от себя и смотрит почти раздражённо, почти, если бы не заполнившее радужки голубых глаз возбуждение. Люцифер смотрит на него в ответ, и в пламенных глазах плещется дикая усмешка и, наконец, пришедшее сегодня днем осознание того, что этот белокрылый демон, скрывающий свою сущность в ангельском облике, на самом деле заставляет его изначально черную и испачканную душу чувствовать то, чего он никогда не должен был. «Пиздец, ангел, почему ты раньше не сказал?» – Я хочу тебя, и мне плевать на все, если ты вдруг захочешь узнать, ангелочек, – Люцифер говорит это настолько уверенно, что у Дино последние крупицы здравого рассудка растворяются в разогретом между ними воздухе, а от взгляда красных глаз цепи на груди будто разрастаются и опускаются вниз живота. Дышать нечем, но он находит в себе силы оттолкнуться от стены и взять демона за запястье, ведя за собой до комнаты и улыбаясь из-за ругательств за спиной. Дино толкает его в свою комнату так же, как и дьявол толкнул его пять минут назад. Он едва успевает закрыть дверь, как оказывается утянут в сторону сильными руками. Ангел чувствует, как его спиной прижимают к крепкой груди, как демон зарывается пальцами в мягкие перья возле основания крыльев. Ох, Шепфа, как же ему сейчас хорошо. Люцифер прикусывает мочку уха Дино, свободной рукой проводит от шеи до низа живота и обратно, словно в замедленной съемке. – Какой же ты невероятный, ангел, – блондин уверен, что он только что поперхнулся воздухом, потому что слышать это от того, кого еще днем считал своим заклятым врагом, как минимум, странно и неправдоподобно, но ощущается пиздец как охуенно, потому что совмещая эти слова с действиями демона.. ох, он долго не продержится. – Ты представить себе не можешь, сколько я ждал этого момента, – Дино убирает руку демона с груди, разворачивается к нему лицом, и, повторяя сцену в коридоре, снова толкает его, только теперь уже на кровать, – столько на Земле не живут. Люцифер смотрит на него с неким удивлением, но оно быстро сменяется заинтересованностью. – Иди сюда, – пламенные глаза тоже сверкают в темноте, татуированная рука поднимается в воздух, и пальцами демон подзывает Дино подойти к нему, вторя словам. Ангел не смеет ослушаться. Не теперь, когда знает, что ему не сделают больно. Не сегодня. Он надеется, никогда. Его за руку притягивают на кровать, и он падает рядом с теплым телом, а Люциферу приходится перевернуться, нависая над ним. Он садится на бедра Дино, слегка надавливая на его член своим сквозь несколько слоев одежды. Ангел стонет так чувственно и тихо, будто не хотел издавать этот звук совсем. – Не думаешь, что пришло время снять парочку лишних вещей? – хмыкает Дино и теребит в пальцах воротник своей рубашки. – Как ты мог скрывать от меня эту развратную личность все эти годы, Дино? – Люцифер отвлекается от раздевания взглядом податливого тела под собой, отвечая вопросом на вопрос, но спустя секунду принимаясь расстёгивать остальные пуговицы на рубашке ангела, почти медленно, почти, если бы не так сильно хотел почувствовать его кожу на вкус. Дино приподнимается, помогает снять с себя рубашку и, когда это происходит, начинает терять себя без остатка. Его вновь заваливают назад сильные, горячие руки, а губы дьявола касаются, кажется, всей грудной клетки одновременно. Ангельское сознание наполняется удовлетворением от близости, от того, что демон просто рядом. Почти передозировка, почти, если бы Люцифера не было так катастрофически мало постоянно. – Раздень меня, ангел, я пока тут занят немного, если вдруг что, – Люцифер усмехается, и посасывает один сосок, зажимая второй меж пальцев, и Дино был бы не против сделать то, что сказал демон, да вот только он тоже занят тем, что выгибается на встречу этим чертовым губам, – только не говори, что все придется делать одному, это ведь не интересно. Дино пытается оттянуть Люцифера за темные волосы, чтобы наконец поцеловать и насладиться им, вылизывая каждый миллиметр тела, но, вопреки своим словам, демон прижимает руки ангела к его же бедрам, и прикусывает кожу на месте солнечного сплетения. Сквозь пелену возбуждения и тот личный ад, что устроил ему красноглазый дьявол, ангел вырывается с трудом, но все же хрипло пытается, – поцелуй меня, Люцифер, – и смотрит так невинно, будто ничего не было. – Черт, ты бы себя сейчас видел, Дино. Такое блядско-ангельское создание, – и ангел мог бы возразить, но ему мешают губы, которые впиваются в его собственные, с таким напором и жаром, что на мгновение становится так хорошо, будто он за гранью реальности. На вкус Люцифер сладкий, как мед, без приторности, с карамельным послевкусием, таким приятным и тягучим. Дино отрывается всего на секунду, с бешено бьющимся сердцем смотрит в глаза, которые согревают, а не обжигают, и целует, целует, целует. Как изголодавшийся зверь. Демон сминает его губы своими, засасывая и прикусывая по очереди то верхнюю, то нижнюю. Какой же он, черт возьми.. Восхитительный до такой степени, что перья на белых крыльях дрожат. Дино всего трясет, и Люцифер замечает это, отстраняется, оттянув напоследок нижнюю губу ангела зубами, пройдясь по ней языком, – Тише, мой ангел, – он обхватывает лицо и сжимает скулы в ладонях, зарывается пальцами в длинные волосы и стягивает отвратительную резинку. Снова целует ангела, в этот раз быстрее, настойчивее, заставляя хватать ртом воздух, лаская друг друга языками. Дино отстраняется, его уже не так потряхивает, он переворачивает демона на спину, меняя их положение. Смотрит в пламенные глаза так развратно, будто только это всю жизнь и учил – как будет соблазнять сына Сатаны. К слову, выходит у него очень даже хорошо. Ангел наклоняется к его лицу и начинает медленно покрывать кожу поцелуями. Короткими, легкими, словно касания бабочек. И Люцифер не сразу замечает – Дино расстегивает его рубашку, так аккуратно, боясь увидеть что-то запретное. «Не бойся, ангел, моя душа не такая уж и черная, посмотри». И он видит, но всего лишь темные татуировки, освещаемые лунным светом из окна. Все остальное он узнает позже. Они успеют поговорить обо всем и открыться друг другу во многом. У них на это целая вечность впереди. Дино обводит пальцами все татуировки, стирая следы языком, так нежно, что Люциферу кажется все это навязанным сном, какой-то иллюзией. Не может ему быть так хорошо от ангельской нежности, бред какой-то. Но потом он смотрит вниз и видит взгляд, прикрытый разве что светлыми ресницами, направленный прямо на него, и демону не нужно щипать себя, чтобы понять, что это реальность. Ангел опускается ниже, не переставая целовать каждую клеточку дьявольского тела, добирается пальцами к промежности, слабо сжимая. Люцифер практически рычит, подбивая Дино на более грешные действия, и он расстегивает пуговицу на черных брюках, тянет молнию и, легонько постукивая демона по бедрам, заставляет приподняться и помочь ему раздеть себя.