"Демон, внимания которого ты добилась"

…Я вся — одна сплошная любовь к тебе. Даже, пожалуй, слово «любовь» — это ещё слишком слабо. У меня к тебе такое чувство, какое только разве к богу можно питать: тут всё — и благоговение, и любовь, и послушание… Стендаль, «Красное и черное»

— Ты? Быть не может… — Вики потеряла дар речи. Она смотрела на демона, который впервые перед ней был абсолютно эмоционально опустошенным и беззащитным. Он положил руки на колени и начал рассказ. — К сожалению…может… Мне было примерно лет 10 по человеческим меркам. Так как я был сыном самого Сатаны, я не учился в школе, а потому у меня было много свободного времени, и мало мозгов в голове. Все детство я провел со своим, тогда ещё лучшим другом. Его имя тебе прекрасно известно. Мы постоянно безобразничали, не слушали никого — ни родителей, ни учителей, что преподавали нам лично. Его родители умерли ещё во времена первой небесной войны, и Ренделл был оставлен под присмотром моего отца. Его папа был его бывшей правой рукой, и близким другом, и их потерю наша семья переживала тяжело. И видимо чтя память друга, мой отец сильно привязался к нему, не обращая внимания на родного сына. Но моя мать, Лилит, пыталась заменить мне любовь, которую я недополучал от отца. Однажды, мы снова сбежали с урока, и прогуливались по Аду. — Хей, Люц, а давай-ка махнем на Землю? Обожаю наблюдать за смертными. — он хитро улыбнулся, как всякий раз, когда задумывал какую-то шалость. — Ты же знаешь, Рен, нам нельзя. Только вместе с родителями. — Ну почему ты такой серьезный, а? Ты же будущий король Ада, какая тебе разница? Ну давай…- Рендалл пихнул меня локтем в бок. Стыдно признаться…я снова повелся. Он постоянно подбивал меня на различные вещи, за которые я потом сильно получал. Я согласился, и мы попросили нашего учителя по истории, демона Самигина, призвать нам водоворот. Он частенько прикрывал мои пакости, хотя и не одобрял этого. Нехотя, он выполнил нашу просьбу, прочитав нам лекцию, что это неправильно, что нужно быть осторожными. Мне сейчас очень жаль, что я не послушал его тогда. Мы прилетели на Землю, оставаясь невидимыми для всех, но имея возможность взаимодействовать со всем, что там находилось. Мы долго бродили, подсматривая за людьми. Ренделл то и дело подначивал меня как-нибудь «разнообразить скучную жизнь смертных», но я строго помнил запрет — «не касаться ничего, ведь можно нарушить закон Равновесия». Достаточно повеселившись, мы уже собирались домой, как вдруг Ренделл увидел, как у маленькой девочки укатился мяч прямо на оживленную трассу. Я не помню, что конкретно произошло произошло, но получилось так, что она побежала на дорогу за ним. По моей вине. Я…не хотел…правда не хотел. Демон с яростью вцепился руками в свои волосы, будто желая выместить на себе же весь гнев и боль. Вены начали вздуваться, а недавно возникшие раны, от напряжения начали вновь кровоточить. Вики обхватила торс мужчины, и начала покрывать мелкими поцелуями шею, лицо, плечи любимого. Вскоре его ярость утихла, и он обессиленно склонился. Девушка мягким движением надавила на его голову, призывая лечь к ней на колени. Проводя по волосам лежащего демона, Вики задала следующий вопрос: — Она погибла, да? — Да…и не только она. Водитель машины, увидев выбежавшую девочку, резко затормозил, но все равно не успел. Из-за этого произошла страшная авария и…погибло 16 человек. Вики резко вдохнула, и Люцифер понял, что это сильно ошарашило ее. Он посмотрел на нее снизу вверх и опечаленно произнес: — Прости, что тебе приходится все это слышать. — Ничего, я…просто…мне надо пару секунд, осознать… Я не виню тебя, ведь я знаю, что ты не хотел этого. Мне все ещё сложно понимать, что жизнь людей им не принадлежит, и что мы можем управлять ими.- от напряжения девушка начала заламывать пальцы. Пару раз вдохнув, она попыталась успокоиться. — Что было дальше? — Мы с Рендаллом испуганно смотрели друг на друга, ужасаясь тому, что натворили…что я натворил… Но самое ужасное было впереди — прямо над нами разверзся водоворот, и я точно знал — отец уже в курсе. Мгновение — и мы стояли в холле дворца. Я навсегда запомнил этот момент — разъяренное лицо моего отца, и бледное — матери. Демон остановился, переводя дыхание. — Если тебе сложно, можешь не продолжать… — Я должен рассказать… — Может быть, я…сама посмотрю? — это был выстрел наугад. Вики сжалась, представляя, как он приходит в ярость, заканчивает рассказ и выгоняет ее из комнаты, но этого не происходит — Люцифер поджимает губы, принимая решение, потом кивает головой, и садясь, позволяет девушке проникнуть в свое сознание. От этого доверительного жеста Уокер замирает, потом нежно касается скул мужчины, и всматривается в алые рубины любимых глаз, проваливаясь в их бездонную глубину. Раздается сильный хлопок. Сильная рука заносится во второй раз, но в последний момент Люци накрывает тень: Лилит резко падает на колени, закрывая собой от злого правителя Ада. — Повелитель, прошу, не надо. — одна рука протянута вперёд, а вторая — обнимает плачущего сына. Сатана яростно сжимает скулы, но все же опускает руку. Лилит облегчённо вздыхает и крепко прижимает Люцифера к себе. — Ты хоть понимаешь, что наделал, щенок? Из-за тебя грубо нарушен закон Равновесия, и поверь, тебя не спасет даже то, что ты мой сын, к сожалению. — Отец, прошу… — МОЛЧАТЬ!!! Лилит, отведи его в темницу, пусть будет там пока. Демоница встала, и поклонившись супругу, увела сына. За ними хмуро плелся стражник, чтобы проследить, что они не сбегут. Зайдя в темницу, Лилит хотела было остаться с Люцифером, но стражник грозно сказал, что демон должен остаться один. — Пять минут, Бэзар. Я хочу с ним поговорить. — Повелитель не дозволял… — Он не узнает, Бэзар. В случае чего — вина будет на мне! — ладонь королевы Ада легла на плечо стражника. Он отошёл в сторону. — Пять минут, госпожа. Лилит опустилась на колени перед заплаканным сыном, ласково прикоснувшись к покрасневшим щекам. След от отцовской ладони отчётливо проявлялся на детской коже. — Сынок, что же ты натворил? Сбежал на Землю, подставил Самигина, но самое ужасное — нарушил закон Равновесия и Невмешательства в судьбу смертных без воли на то Шепфа. Ты же знаешь, что наказание за это будет… суровым. И отец невероятно зол. — Мама, я правда не хотел…я не знаю, как так получилось… — Я знаю, что ты не хотел, дорогой… Что же теперь будет? — Лилит крепко обняла сына, а по красивому лицу потекла слеза. Она поцеловала сына, прошептав: «Помни, что я люблю тебя, и всегда буду любить». — Я тоже люблю тебя, мамочка… Если бы мальчик знал, что это были последние слова, которые он сказал матери… — Госпожа…- с той стороны решетки послышался голос. Лилит встала, вытерла слёзы, оставила поцелуй на макушке Люцифера, и вышла. Замок за ней противно лязгнул, и холодный металл навсегда разлучил мать и сына. Пройдя чуть вперёд, женщина услышала голос своего мальчика, который звал ее, и не выдержав, рухнула на колени. Она рыдала, прикрывая рукой рот. — Это был последний раз, когда я видел ее… Вики отстраненно смотрела вперёд, моргнув, попыталась прийти в себя. По щекам девушки текли слезы боли от увиденного. Прикосновение горячих ладоней — и пальцы демона стерли влажные дорожки. Она накрыла его руки своими, опустила вниз, и звонко поцеловала. — Прости, что тебе приходится снова проживать этот кошмар. — Долгие годы я жил один на один со своими кошмарами, в непроглядной тьме, и вот наконец лучик света проник сквозь нее. Уокер обняла мужчину, и устроилась у него на груди. Сердце его гулко билось, разгоняя кровь, отчего его тело буквально горело и обжигало. — Я просидел там двое суток, пока меня не забрал оттуда Бэзар, тот самый стражник. Это было ужасное время, мне было так страшно. Он молчал всю дорогу, не проронив ни слова. Проведя меня до моей комнаты, он подал какой-то знак, и из темноты вышли ещё двое малознакомых мне демонов. Они встали около двери, не давая мне возможности выйти. Через пару часов ко мне вошла Астарта, служанка и лучшая подруга мамы. Я спросил у нее, где мама, на что ее глаза наполнились слезами, и опустив голову она ответила: — Твоей мамы больше нет, Люцифер. Я не могу передать словами, какая боль и пустота охватила меня в тот момент. Я понял, что произошло нечто ужасное. Мама знала, что за происшедшее грозит смертная казнь, даже для ребенка, ведь считается, что это уже вполне осознанный возраст. Она добровольно пошла к ним, сказав, что это ее вина. Они казнили ее, Вики! Кучка лицемерных ангелочков убили единственное существо, которое меня любило… — в его голосе звучала ярость вперемешку с болью, которую дала старая рана на сердце демона. Его кулаки сжались, а на грудь капнула соленая жидкость. — Вместе с ней казнили и Самигина, за то, что он помог нам с Рендаллом бежать на Землю. Мой…отец, узнав о казни Лилит, пришел в неописуемую ярость. Самоуправство ангелов, жертва мамы очень сильно разгневали его, и он обратил всю свою злость на меня. С того самого дня моя жизнь превратилась в Ад, как бы иронично это не звучало. Он винил меня в том, что произошло, хотя с возрастом я понял, что он не так уж сильно любил Лилит. Отец наказывал меня за малейшую провинность с изощрённой жестокостью, и чем старше я становился — тем ужаснее становилось наказание. Я ненавидел себя за смерть матери, винил во всем, но отец даже не хотел меня слушать. И в какой-то момент я понял, что как бы я не старался — он всегда найдет, за что меня наказать. Поэтому я решил, что пусть хотя бы будет за что, и наслаждался бессмертием. Я становился все более беспечнее, старался привыкнуть к боли, а отец от этого приходил в ещё большую ярость, и получался замкнутый круг. Я топил боль в алкоголе, развлечениях, сексе, пока однажды не осознал, что моя жизнь стала бессмысленной. Боль начала возвращаться, причем не только физическая. Я понял, что снова стал уязвимым, с твоим появлением в этой треклятой школе. Я впервые за много лет действительно почувствовал боль тогда, когда мой отец призвал нас к себе. И единственным моим спасением была мысль, что я в кой-то веки поступил правильно, ведь ты могла не перенести этих мучений. И потом, прогнав тебя, я ещё долго размышлял над тем, что за века моего бессмысленного существования появилось существо, которому я небезразличен. Знаешь, ты похожа на нее, Вики. У тебя такие же красивые глаза, которые излучают свет и любовь. Я думаю, она бы полюбила тебя. — Я тоже уверена, что в тебе больше от матери, чем от отца. Ты много раз доказывал мне, что несмотря на то, что ты говоришь — ты способен на любовь. Многие говорят, даже кричат о любви, а ты показываешь ее делами. Я думаю, она тобой гордится. Люцифер посмотрел на девушку с сильной теплотой, а его глаза предательски увлажнились. Когда он отвернулся и попытался отстраниться, Вики коснулась его лица ладонью и зашептала: — Не закрывайся от меня. Дай волю чувствам, ты не обязан всегда быть сильным, тем более передо мной. Я люблю тебя не за твой статус, и ты имеешь полное право открыть свое сердце. И впервые за много-много лет Люцифер заплакал. Боль от потери матери, от нелюбви отца, годами сидевшая в нем, прорвалась наружу. Он уткнулся лицом в колени девушки, обжигая ее слезами. Уокер нежно гладила мужчину по голове, тихонько всхлипывая. День выдался невероятно эмоциональным для них обоих, но это лишь поспособствовало их сближению. Вики наклонилась к демону, положив свою голову поверх его. Они были как Инь и Янь — две искалеченные души, такие непохожие судьбой, но отлично подходящие друг другу и дополняющие друг друга. — Она умерла не из-за тебя, а ради тебя. И если понадобится — я сделаю тоже самое.