Розовые слёзы

***

— Умная, но ленивая госпожа Колчина не изволила написать контрольную развязку, — Кирилл Воронцов преподавал урок математики у одиннадцатого класса. Он стоял у доски и обращался к Инге Колчиной. — Если ответ верен, для чего нужно решение? — с вызовом ответила шатенка, глядя на него с высоты каблуков. — В математике ход решения важнее результата, — наставительно поучал Воронцов. — Ответ можно угадать, можно его списать. А решение — это план ваших действий, ход ваших мыслей. Движение — это всё, конечная цель — ничто! — обратился он к классу, но тут же добавил: — Однако в вашем случае мне тоже важен ответ. Максим, задумчиво взъерошив волосы, сидел за партой и, не слушая учителя, писал симптомы Миши и Сони перед смертью. — Морозов, после уроков будете заниматься с Ингой, — сказал Воронцов, заметив, как тот старательно что-то пишет. — Поможете друг другу с математикой.

***

После уроков с Соней прощались в библиотеке. Её фото стояло на камине в черной рамке, все её одноклассники и учителя, пришедшие проститься с ней, были в трауре. После минуты молчания делано грустный Морозов произнес слова прощания: — Сегодня мы прощаемся с Соней Гордеевой. Соня была доброй, умной, чуткой девочкой. Такие навсегда останутся в нашей памяти. Мы помним и скучаем, — он подошел к тёте Сони, пожал ей руку со скорбным выражением лица, а другие учителя последовали за ним, чтобы выразить свои соболезнования. Ребята, наблюдавшие со стороны, тревожно переглядывались. Дождавшись ухода учителей из библиотеки, Даша первая подошла к тёте Соне, пухлой даме, изредка мочившей слёзы платком, и с горечью сказала: — Примите наши соболезнования от всего класса. Мы очень любили Соню, — Даша, тайком сунув ей в руку записку и прошептала: — Это очень важно. Пожалуйста, никому не показывайте. Когда библиотека опустела, тетя Соня развернула записку и прочитала её, тревожно поглядывая на строчки, написанные аккуратным Дашиным почерком: «Соня не совершала самоубийство. У нас есть доказательства. В полночь у часовни».

***

После уроков Инга и Макс зашли в библиотеку. Максим сел за школьный компьютер, Колчина начала быстро писать в тетради решения задач и вскоре часть протянула Морозову: — Ищи решение. — Ты как гений, да? — Максим с любопытством посмотрел на девушку. — У меня просто нестандартное мышление, — шатенка пожала плечами. — Мне проще сразу прийти к решению, чем обдумывать его алгоритм. — ОК, — нахмурился Морозов. — Я ищу само решение в интернете. Спустя час ребята решили все задания и собрав тетради, покинули библиотеку. Максим взял девушку за руку: — Покурим? Школьники зашли в туалет и шатенка сразу запрыгнула а подоконник, так как сегодня траурный день девушка переоделась полностью в чёрный, в любимом розовом цвете была только сумочка. Инга закурила и следующие десять минут чувствовала напряжение между ними, ей как-то хотелось избежать этого неудобства, но она делала это только для того, чтобы избежать его заинтересованного взгляда на её обнажённых ногах. Чёрное платье было короче пиджака, открывая вид на загорелые ноги. Колчина напоминала учительницу в самых жарких фантазиях школьников. Девушка задумчиво курила, наблюдая за пейзажем в окне, когда она закусила нижнюю губу, Максим усмехнулся. Он пригладил тёмные волосы и продолжил глазами раздевать одноклассницу. Но Колчина была уверена, что Морозов в фантазиях уже больше, чем просто её раздевает. Шатенка почувствовала руку парня на своём колене, её щёки зарумянились, когда Максим начал двигать кончиками пальцев по бёдрам вверх, поднимая юбку почти до талии, открывая черные кружевные трусики. Колчина облокотилась спиной об окно, закрыв глаза, когда его пальцы коснулись её промежности. — Продолжай, — прошептала девушка, глядя на парня из-под прикрытых ресниц. — Что? — Максим бросил взгляд на дрожащие губы девушки и снова коснулся её пальцами. — Ах, — простонала шатенка, сжав губы. Морозов приблизился к лицу девушки, взяв её за горло, чуть сжимая, выдохнул: — Хочу тебя. Прямо здесь и сейчас, — брюнет впечатывается в губы одноклассницы, проникая языком в рот. Девушка цепляется за ворот его рубашки и тянет ближе к себе. Максим снимает ремень, спускает брюки, придвигает шатенку ближе к себе, позволяя ей расстегивать пуговицы на своей рубашке, обнажая торс и рыча, проводя пальцами по плоскому животу Инги, её груди. Снимая с неё пиджак, откидывает его в сторону умывальников, на что девушка шипит его стоимость, но быстро замолкает из-за наглых касаний. Пальцы скользят по ключицам и рёбрам, дышать становится невыносимо тяжело и хочется ещё сильнее и ближе. Брюнет задирает подол платья выше пупка, облизывает внутреннюю часть бедра шатенки языком. Крепко сжимает девичий зад. — Макс, — протяжно тянет Инга, хватая парня за волосы, притягивая его к себе, целуя его так развязно и сладко. Морозов стягивает бельё с девушки, оставляя его лежать на полу, его пальцы снова касаются её, снова дразнят. Девушка изгибается и стонет, уже не сдерживаясь. Она спрыгивает с подоконника, поворачиваясь задом к однокласснику, прогибается. Он сжимает бедра шатенки, проникая в неё глубже, толкаясь сильнее, чувственнее, не скрывая своей страсти. Голова кружится, ноги свело, Инга держится за подоконник, как за спасательный круг, чтобы не упасть, ведь ноги почти не держат её вес. Макс шлёпает Колчину по попе, она закусывает губу, прогибаясь сильнее, прижимаясь ближе.

***

— Так что думаешь? — спрашивает Макс и поджигает сигарету. — О нас? — Инга вопросительно смотрит на парня, который только кивает. Она забирает у него сигарету и затягиваясь, пожимает плечами. — Я думаю, мы можем быть хорошей парой. Морозов только хмыкает, возвращая себе сигарету.

***

Даша с Андреем добрались до часовни вовремя, но тёти Сони там не было. ребята угрюмо топтались на поляне и постепенно начали замерзать. — Без четверти час, — удивленно сказала Даша и посмотрела на часы. — Почему она не идёт? Неужели ей все равно, что произошло на самом деле? Андрей грустно вздохнул, посмотрел на лес. Ночью выпало много снега, деревья гнулись под его тяжестью. Перед часовней остановилась машина. Пётр Морозов вышел с мрачным выражением лица. — Кто разрешил вам покинуть территорию школы? — резко спросил он. Его слова эхом отдавались в тёмном лесу, как выстрелы. — Вы будете наказаны. В машину! Пара медленно шла к машине, понимая, что их план тоже провалился и они в очередной раз попали в руки самого Морозова. Садясь в машину, каждый из них подозревал, какое наказание Морозов придумает для них на этот раз.

***

Возвращаясь из часовни, Морозов перебирал на столе бумаги, когда в его кабинет вошёл вызванный им Максим. — Мне интересно, Константин Викторович уже рассказывал об условном рефлексе у собаки Павлова? — бесстрастно спросил Морозов. — Её один раз током ударят, она другой не полезет. — Не понимаю, что ты имеешь в виду, — напряженно сказал Макс и всё-таки догадался, на что намекал Морозов. — Да, я говорю о твоих друзьях, — Морозов оскалился. — Где они? — спросил Макс сквозь стиснутые зубы. — Наказаны, — Морозов сделал паузу, встал, подошел к Максу и завершив фразу. — За неуместные шутки. Сказать несчастной женщине, что её любимую племянницу убили! — театрально произнес Морозов, с отвращением качая головой. — И утверждать, что доказательства этого есть! Кстати, это не тот дневник Сони Гордеевой, который у меня украли? — тихо спросил он Макса. — Ты его не получишь! — бурно произнес Макс. — Советую поскорее принести мне, — добродушно похлопал его по плечу Морозов. — Понимаешь, от того, насколько быстро вы его принесёте, зависит, доживут ли Старкова и Авдеев до следующего дня или нет. Максим сердито схватил Морозова за лацкан пиджака: — Что ты с ними сделал, сволочь? Морозов сделал паузу, дав Максу время оценить свой поступок, и хладнокровно заявил: — Мне нужен этот дневник. Отсчёт начался. Растерянный Максим вышел из кабинета. Морозов деловито поправил пиджак, вернулся к столу и продолжил перебирать бумаги, как ни в чём не бывало.

***

Очнувшись, Андрей с Дашей обнаружили, что сидят на полу в полумраке котельной, каждый пристегнут рукой наручником к трубе. В котельной было очень жарко, гораздо жарче, чем тогда, когда в похожей ситуации оказался заперт в котельной Макс. Ребята тяжело дышали, вытирая капли пота с лица. Ворот блузки Даши намок от пота, пряди волосы липли к лицу. — Эй! Помогите! Кто-нибудь! — крикнула Даша. — Бесполезно, — сказал Андрей с сомнением, покачав головой. — Нас никто не услышит. — Он посмотрел на стрелку термометра, облизнул пересохшие губы, с трудом произнес: — Шестьдесят градусов. И дальше растёт… — Я долго не выдержу, — ошеломленная услышанным запаниковала Даша. — Я даже в сауну не хожу — мне там плохо становится… Андрей в ярости дернул рукой, пытаясь освободить её, но тут же вскрикнул, сильно обжегшись о раскаленную трубу отопления. — Помогите! Пожалуйста! Откройте нас! — на грани истерики закричала Даша. — Все будет хорошо, — с трудом произнес Андрей. — Я клянусь тебе, — он отвернулся, чтобы Даша не заметила, как ему тяжело дается это обещание. — Я заберу Надю и братишку. Мы уедем из этого ада… Голова Даши опустилась на грудь, от жары и нехватки кислорода она потеряла сознание, но Андрей, не замечая этого, продолжал убежденно говорить: — Давай попробуем начать все сначала… Уедем вместе… — Он обернулся, увидел неподвижно замершую, обмякшую Дашу. — Даша! Очнись! — Андрей в ярости от собственного бессилия ударил кулаком по полу, дернул прицепленную наручником руку, судорожно вздохнул. Перед его глазами всё поплыло, воздух задрожал, предметы стали терять свои очертания…

***

В это же время, сидя одна в комнате за столом, Лиза тоже пыталась решать задачи, но только по алгебре. Перед ней лежали учебник и тетрадь. Она задумавшись, прикусила кончик ручки, как первоклассница, сама того не осознавая. В тишине позади неё раздался слабый скрип. Лиза обернулась: перед её глазами дверь комнаты медленно открылась сама собой, сердце Лизы забилось. Никто не вошел в комнату. Лиза встала, прижала руку к груди, подошла к двери, выглянула: коридор был пуст. Она закрыла дверь, обернулась и чуть не вскрикнула от неожиданности. Соня просто стояла перед ней. — Соня? — спросила Лиза срывающимся голосом. — Ты тоже стала призраком? Так что теперь я буду видеть… таких людей, как ты всё время? … — Нервы Лизы не выдержали, она посмотрела на Соню, застывшую кровь в уголках губ, в пристальных глазах и вдруг тихонько заплакала. В ответ слеза скатилась по щеке Сони, как будто она живая.

***

В школе ребята увидели плачущую Елену, она вошла в школу вместе с полицейским, который приехал на вызов об утоплении Игорька. Ребята сидя в холе, рассуждали, что делать с дневником, и не могли решить, отдать ли дневник Морозову, поскольку это единственное доказательство, или оставить его им, потому что от этого зависела жизнь Даши и Андрея. — Что это за перец? — спросил Макс и кивнул Фоменко. — Полицейский, — ответила Вика, сидевшая в этот раз с ребятами. — Он приходил, когда исчез отец Елены Сергеевны. — Мы хотели дать показания полиции, — твердо сказал Макс, и челюсти на его скулах начали играть. — Я думаю, что сейчас самое лучшее время. — Он подошел к Фоменко и, не колеблясь, не видя, как Вика и Рома растерянно переглянулись, спросил его: — Вы полицейский? — Старший следователь Фоменко, — представился он в ответ, заинтересованно глядя на Максима. — Я хочу сделать заявление, — сказал Макс. — Девушка, погибшая вчера, не покончила с собой жизнь. Её убили, — Макс пытался найти слова, решительность оставила его под пристальным вниманием полицейского. — У меня есть доказательства, — очень обеспокоенно протянул он Фоменко розовый блокнот. — Это её дневник. Прочтите и всё поймете, — Макс беспомощно посмотрел на ребят, но решил выложить все до конца: — Она не единственная жертва. Был ещё один парень, племянник нашего сторожа, Миша. Его тоже убили… — Это очень серьезные заявления, — строго сказал Фоменко. — Это ещё не все. Чтобы заставить нас замолчать, они похитили двух наших лучших друзей. Они тоже могут погибнуть, — Макс остановился и ждал реакции на милиционера, который решительно спросил: — Кто их украл, знаете? Макс повернулся к ребятам, ожидая от них поддержки, но они замерли, пораженные разворачивавшейся перед ними сценой. Максу ничего не оставалось, как принять собственное решение и сказать правду: — Морозов Пётр Алексеевич… мой отец. Рома и Макс стояли в холле за лестницей. Они сильно переживали, гадая, какие последствия будет иметь их поступок и успеет ли полицейский спасти Дашу и Андрея. По лестнице спускался Виктор, его догнала Анна. — Я вас искала, — приглушенно сказала она. — Ребенок Елены… Игорек… он погиб. Коляска съехала в озеро прямо у неё на глазах. Ребята обеспокоенно переглянулись, не представляя, как сообщить это Андрею. Он только обрёл брата и сразу потерял.

***

Беспокоясm из-за Сони, Лиза спустилась на кухню, достала из холодильника яблоко и надкусила его. Внезапно её сердце вновь сильнее забилось. Яблоко выпало из её рук. Она проследила за ним взглядом и увидела, как яблоко остановилось у ног в черных кроссовках с розовыми шнурками: Соня преградила ей выход из кухни. — Зачем ты меня преследуешь? — спросила Лиза вполголоса. Ей было очень не по себе. Рядом с Соней появился Миша — всё в той же клетчатой рубашке, в которой был в день смерти. У обоих ребят в уголке рта запеклась струйка крови. — Уходите! — истерично закричала на них Лиза. — Уходите отсюда! Вбежавшая на кухню Маша с недоумением посмотрела на Лизу, сперва решив даже, что крик относился к ней. Но заметив выражение отчаяния и ужаса, застывшие на лице Лизы, Мария остановилась и огляделась: кроме них в кухне никого не было. Всё это было более, чем странно.

***

В комнату парней в это же самое время вошли Даша и Андрей, еле держась на ногах. Вид у обоих был совершенно измученный. Они были мокрые от пота, на запястьях отпечатался след от наручников, у Андрея на руке алел ожог. — Морозов запер нас в котельной. Мы думали, конец. Но потом пришел какой-то мужик, сказал, что он полицейский, — тяжело дыша, рассказал Андрей. Узнав, что ребят освободил полицейский, их друзья обрадовались, как малые дети, уверенные, что наконец-то все закончится и полицейский, как и обещал, арестует Морозова. Андрей даже продолжил строить планы, которые он начал ещё в котельной. Но теперь голос его звучал оптимистично: — Я заберу отсюда Надю и Игорька! — в эйфории заявил он, затем отхлебнул воды из пластиковой бутылки. — Я смогу найти родителей! Морозов с Павленко переглянулись, взглядами спрашивая друг у друга, кто расскажет ему страшную новость. — Понимаешь, твой брат… — начал Рома, но не нашел мужества продолжить. Тогда Максим взял это на себя. — Он погиб, — мрачно сказал Макс. — Утонул. Елена Сергеевна не уследила, и коляска упала в озеро. — Поэтому здесь и был полицейский, — закончил Рома сочувственно. Андрей смотрел на ребят опустевшим взглядом, бутылка выпала из ослабевших рук, покатилась по полу. Андрей присел на корточки, снова взял её в руки. Вика закрыла лицо ладонями, стараясь не расплакаться. Даша обняла Андрея за плечи, прижалась к нему. Он поник, по его щекам потекли слёзы.

***

Была уже ночь, когда ребята показали милиционеру Фоменко часовню. Из неё один за другим выходили друзья, сияя от счастья. Даша даже расплакалась. — Ну вот и всё, — сказал Максим, глядя на ночное звездное небо. — Я надеюсь, что эти катакомбы взорвутся к чёртовой матери, — сказал Рома. — Теперь эти твари за всё ответят, — радостно сказал Андрей и с надеждой добавил: — И я наконец-то найду своих родителей! Фоменко покинул часовню последним. Ребята только что показали ему ритуальную комнату и подробно объяснили, где находится операционная, а также передали важнейшее доказательство — карту памяти с видеокамеры, которая снимала эту комнату, операционную и все коридоры в подземелье. Бдительный полицейский поблагодарил и пообещал немедленно начать расследование. Стоя возле его машины, ребята плакали и одновременно смеялись от счастья. Фоменко, подойдя к водительской двери, молча наблюдал за ними. В это время в сторону часовни выехала другая машина. Ослепнув от света фар, Даша споткнулась на колее из промерзшего снега. Падая, она положила руку на кусок стекла или металла — это было трудно увидеть в темноте — и задохнулась: её правая ладонь кровоточила от глубокого пореза. — Ну, ну, ну, — послышался иронический голос Морозова, — пятое явление: всё те же. — Этот человек — убийца! — обратился Андрей к Фоменко, который с подчеркнуто безразличным видом рассматривал ногти на его руке. — Арестуйте его! — Тебе мало, что ты не даешь спокойно работать коллективу школы, — возмущался Морозов, будто не услышал обвинительных слов Андрея, — теперь ты решил обмануть правоохранительные органы? Ребята переводили взгляды с Морозова на Фоменко, а те, издеваясь над ними, продолжали играть шоу. Морозов глубоко вдохнул и театрально развел руками: — Что за ночь! Воздух такой бодрящий! Но мне кажется, вы слишком тепло одеты. Боюсь, вспотеете, простудитесь… Так что вам лучше раздеться. Школьники удивлённо переглянулись, не зная, шутит он с ними или серьёзно. — Быстро снимайте куртки! — голос Морозова стал холоден, как зимний воздух. Больше не приходилось сомневаться в серьезности его намерений. Однако сыщики все же не решились раздеться в такую ​​холодную погоду и смотрели на милиционера, надеясь на чудо. Заметив их взгляды, Фоменко вытащил из-под куртки пистолет и направил его на подростков. Они поспешно стали раздеваться, Фоменко бросил их одежду в свою машину. — А теперь возьмитесь за руки и бегите в школу, — приказал Морозов. — один купленный мент вас не спасёт, — смело сказал Андрей. — У нас достаточно денег, чтобы купить всех ментов в мире, — бодро заявил Морозов, внимательно глядя на Андрея. — А теперь убирайся отсюда, и быстро. Школа в том направлении, — перебил Морозов, махнув рукой и указывая направление детям. Когда друзья добрались до школы, они совсем замёрзли. Рука Даши сильно кровоточила, у всех волосы были в инее, а зуб стучали от холода. В таком состоянии их увидела Мария, шедшая по коридору. В ответ на её тревожные вопросы Максим дрожащим от холода голосом лишь намекнул, чья это была идея пустить их побродить по морозу без верхней одежды.

***

В это время Инга одна сидела в кабинете деда, куда её привёз Уваров по личному поручению начальника, а сам ушёл. Не обращая внимание на обстановку вокруг, так как её вниманиеv завлёк телефон, а именно переписка с Максом. Шатенка вздрогнула, когда открылась дверь. В помещение вошёл Владлен Колчин, дедушка Инги, чью фамилию она и носит. По телу девушки сразу побежали мурашки от ледяного взгляда родственника, она слегка его побаивалась, нет, он не бил её, никогда даже голос не повышал, но то, как иногда смотрел несомненно пугало. — Инга, меня оповестили о произошедшем, — старик осуждающее посмотрел на внучку. — Хочешь, что-то сказать в своё оправдание? — Ну, дедушка, — Колчина и не надеялась разжалобить родственника, но попытаться можно. — Просто немного увлеклись с ребятами, меня уже отчитал папа, полиция и Вадим по пути сюда. — Надеюсь ты понимаешь, что подобное поведение не достойно девушки арийской крови, — Колчин, внимательно глянул на внучку. — Да, конечно, — девушка покорно кивнула, решая, что проще согласиться. — Но во мне не только твои гены, не забывай об этом. — Своим поведением ты позоришь отца и всю семью, — дед не унимался, поэтому Инга решила не спорить, а просто выслушать и уйти от сюда. Девушка с детства не любила больницы, но так как часто ездила к дедушке на работу, проводила почти всё время в лаборатории компании INGRID. — Я приняла во внимание, — девушка натянуто улыбнулась. — Постараюсь больше не попадать в подобные ситуации. — Уверен так и будет, — Колчин снисходительно посмотрел на шатенку поверх очков. — Как дела в школе? — Ничего интересного, — Инга спокойно пожала плечами, разглядывая шкаф с документами. — С некоторыми преподавателями я и так была знакома. Не понимаю зачем ты просил, чтобы я об этом молчала, но просьбу я исполняю. Да, никто и не спрашивает. — Ингрид, ты же не хочешь к себе предвзятое отношение со стороны одноклассников, — Так девушку называл только Колчин, она ненавидела это прозвище, поначалу доказывая, что её официальное имя Инга, но Вульф никак на эти выпады не реагировал, сейчас он не моргая смотрел на внучку. — По поводу учёбы. Рекомендую тебе возобновить занятия с Войтевичем. Последний год школы, пора тщательнее готовиться к вступительным экзаменам в медицинский вуз. Ты уже определилась с направлением? — Пока обдумываю… — Инга не собиралась в медицинский, но сообщать об этом деду в планах не было. Он попытается заставить её передумать, а этого девушка не хотела. Да, и обучаться у Войтевича желания не было, всё свое детство девушка занималась биологией b химией по наставлению деда, с его же другом. — Подумай, можешь посоветоваться с Вадимом, — Вульф отвернулся к компьютеру, показывая, что разговор окончен. Слишком радостно вскочив со стула, Инга попрощалась и убежала в лабораторию Вадима, где с ним когда-то и познакомилась. Девушке на тот момент было десять, ей так надоела биология, что она решила сбежать с урока Войтевича и спрятаться в дальней лаборатории, где как раз проходил учебную практику Вадим. Её нашли только через полтора часа, когда Вадим кормил её своим бутербродом, девчушка тогда полностью овладела его вниманием своей детской непосредственностью и непогодам взрослыми мыслями. Сейчас же Уваров сидел, изучая документы, но отвлёкся на хлопок двери. На пороге стояла улыбающаяся Инга. — Смотрю, тебе не сильно досталось, — Вадим сложил документы в папку и забрал с собой, быстро уводя девушку из кабинета. — Как всегда побухтел и успокоился, ты же знаешь, он скуп на эмоции, — Инга побежала по лестнице вприпрыжку. — Догоняй старикашка. — Ты бы так на занятиях скакала, а-то обычно я слышу только «Вадим, я устала», «Вадим, давай передышку», «А может уже закончим», — Вадим быстро нагнал девушку, кривляя её писклявым голосом. — Я так не говорю, — шутливо пихнув друга в плечо, шатенка надула губы, пытаясь обогнать собеседника и попасть на выход первой. — Кто проигрывает, покупает победителю сигареты.