Он вернется

Как можно догадаться, что будет впереди? Как можно потерять все надежды, подожди.

Никто не мог предугадать, что однажды все повернется таким образом, что все изменится. Это был самый обычный день. Оливия сидела в Интернете, Брайн занялся монтажом видео, которое, по его словам, было смешным и интересным. Раздался звук щелчка замка на входной двери. В квартиру вошёл, если не влетел, счастливый Ботан. Он был окрылён чем-то. Возможно, причина крылась в этом красивом конверте, который он держал в руках? — Ура! Ура! - кричал он, танцуя и кружась по гостиной. Оливию очень взбесили его крики, ведь из-за них она не могла сосредоточиться на видео и пропускала важные моменты. Она вышла из комнаты, скрестила руки и произнесла хамовито: — Если ты получил зачёт, это не повод орать на всю квартиру и мешать мне смотреть видосик на Ютубе. Она даже сама не поняла, как эта грубая фраза слетела у нее с языка. Ботан не обиделся: за столько лет можно уже и привыкнуть к такому поведению девушки. Он лишь сильнее улыбнулся и заявил: — Можешь не волноваться: я скоро уеду. Так, стоп. Уеду? Улыбка сползла с лица Оливии. Она нахмурилась. Было очень дурное предчувствие. Но Лив старалась скрывать свое волнение за "счастливой" улыбкой. — Куда уедешь? В Москву на свою очередную олимпиаду? Ботан наконец не выдержал и дал ей в руки тот самый конверт. — Читай. Оливия распечатала конвертик, достала оттуда какой-то красиво оформленный лист бумаги. Там все было на английском языке. — Ты дебил? Тут не на рашн. Ботан закатил глаза, мол, тупица, прочитал сам. Если кратко, то там говорилось, что Ботаника приглашали в Канаду, в один из лучших университетов мира. Но суть в том, что обучение было с проживанием: приезжать на родину Ботан сможет только на каникулах... — Я поеду туда, получу все необходимые мне знания и внесу огромный вклад в жизнь человечества. — Это навсегда? - выдавила Оливия, чувствуя, как земля уходит из-под ног, а слезы подступают к глазам. — Конечно! Смысл мне оставаться в России? Я знаю английский, у меня не будет языкового барьера. Ты не понимаешь! Всю жизнь я бегал за всеми, как собачонка! А сейчас у меня появился реальный шанс перевернуть свою жизнь к лучшему. Передо мной открываются такие перспективы! Это очень важно для меня. Смысл мне оставаться с тобой, с Брайном? Я тут одинок, я никому не нужен! Мои знания, мои труды не оценивались по достоинству. А там меня заметят! Оливия слушала все это, слушала обвинения в свой адрес, и злилась с каждой минутой все сильнее. Ненависть наполнила её сердце, её разум. Хотелось дать ему сильную пощечину. Но лучше уйти красиво, верно?.. Оливия улыбнулась, превозмогая душевную боль и скрывая нервозность, произнесла: — Вали куда хочешь, предатель. Ботан был в шоке от такого ответа и испуганно захлопал глазами. — Кого я предал? Я всего лишь пользуюсь шан... Все. Оливию понесло. Эта фраза Ботана сняла с предохранителя всю обиду Лив, и та начала: — После того, что мы делали для тебя, ты говоришь, что ты тут не нужен? Ноешься, какой ты тут бедненький, тебя обижали, бросили! Что мы тебе не помогали! Одинокий ты? Ну уж извини, что мы тут не бегали за тобой, как клоуны, не развлекали тебя, что мы не стали твоими аниматорами! Брайн тебя содержал, если бы не он, ты бы давно уже бомжевал возле трасс! Закончив, Оли схватила чашку, стоявшую на столе (по-моему, она принадлежала Ботанику) и со злостью швырнула её в стену. Посуда разбилась, разлетевшись на тысячу мелких осколков, прямо как мечты и надежды Лив. На шум прибежал Брайн. Увидев разбитую посуду, Ботана, который был в полном замешательстве и Оливию, которая сидела на диване, закрыв лицо руками, блоггер не смог сдержать удивленного: — Охренеть. Ребят, что происходит? — Ты пригрел змею на груди, поздравляю! — воскликнула Оливия, заливаясь смехом. — Какую змею? Оливия, у тебя совсем крыша поехала? — Оказывается, мы ничего для Ботана не делали все эти годы. — Я не так сказал! Не надо коверкать мои слова, заменяя и теряя смысл! — возмутился Ботан. Ему это порядком надоело, поэтому умник ушел к себе, хлопнув дверью. — Оливия, объясни нормально. Кто кого предал? Лив собралась с силами, и объяснила все произошедшее без слез, лишних эмоций. — Лив, может, он ещё одумается? Не надо терять все надежды раньше времени. — Он не одумается. Он говорил очень уверенно. Он свалит в свою Канаду, и поминай как звали. Может, так и лучше будет. Может, мои чувства к Ботану пройдут. Не успел Брайн отойти от известия об отъезде Ботаника, как тут пришел шок от любви Лив к Ботану. Они же ненавидели друг друга столько лет, откуда любовь? — Что ты сказала?.. - растерянно спросил Брайн. Оливия осознала смысл своих слов и дернулась от страха. Она молча посмотрела на Брайна и пошла к себе в комнату.

***

Он ведь смог узнать, Он ведь смог понять...

— И почему Оливию так взбесило известие о моем переезде? Ботан лежал на своей кровати поздно вечером. Ни о каком сне речи не могло идти: в голове никак не мог успокоиться вихрь эмоций и разных мыслей, в которые входила черноволосая девчонка в рубашке. — Нет, она же меня ненавидит, это аксиома. Следствием этого должна была быть счастливая реакция. По моей гипотезе, она должна была закатить вечеринку в честь моего отъезда. Так, стоп, - Ботан замотал головой, - Почему я вообще строил догадки насчёт её реакции? Меня это не волнует. Лучше подумаю, какой будет моя жизнь в Канаде. Но об этом думать не удавалось. Мысли все равно возвращались к Оливии. И тут до него дошло: «Она меня любит?» — Нет, ну не любит, это я загнул, конечно, может испытывает симпатию или влюбленность... Хотя бы лёгкую...

***

      А Оливия лежала, обнимала подушку, слушала грустные песни, а по ее щекам текли слезы. Вот и все. Если бы она смогла признаться ему в любви раньше, он бы никуда не уехал. А сейчас уже бесполезно. Поезд ушел, самолёт улетел. Лив пыталась поверить в то, что больше никогда не увидит Ботана, ставшего таким... Дорогим, что ли. Да, он бесил её порой своей наивностью, доверчивостью, непрактичностью. Список недостатков Ботаника по версии Оливии был огромен. Но как-то так получилось, что она в него влюбилась... Оливия слышала, как Ботан весело рассказывал родителям о поступлении, но судя по его фразам, они плохо отнеслись к отъезду сына. — Мам, ну ничего не случится. Я уже взрослый человек, я... Да никто меня не украдет. Никто меня не убьет. «Зато ты убьешь меня навсегда». Как ванильно. Такие фразы Лив не свойственны. Она не сможет его уже остановить, нет. Признаться прямо сейчас? Тогда она потеряет свой образ грубой девчонки, все узнают про ее чувства к какому-то заучке, будут смеяться. Лучше держать все в себе. Вдруг до Оливии дошла страшная и горькая правда. Если любишь, то желаешь всего лучшего своему возлюбленному и будешь делать все, чтобы то, что он задумал, сбылось. Раз она так любит Ботаника, то как больно ни было, она должна его отпустить. Он мечтал о том, чтобы раскрыться, как учёный, а для этого нужны определенные знания, которые в России не получишь. Это его мечта, она не может так просто забрать ее ради своих чувств: это донельзя эгоистично и неправильно. Так будет лучше для всех. Да и раз он уезжает, значит, так должно быть. Значит, Ботан - не её человек. Лив не могла успокоиться, поэтому она била подушку, потом била стены кулаками, пока не выступала алая, как таёжная клюква кровь на костяшках пальцев. Не помогало.

***

      В это время Ботан уже тихонько собирал чемоданы. Он любил делать все заранее, чтобы потом не бегать по квартире, как ошпаренный, в последний день. Документы, книги... Он кидал все это, весело напевая что-то себе под нос. Неожиданно ему попался в руки альбом с фотографиями. Это был подарок Брайна на, кажется, восемнадцатилетие Ботана. Ботан понял, что сейчас нахлынет ностальгия, которая может притупить его уверенность в своих действиях. И все же Ботаник открыл книгу дрожащими руками. Здесь были собраны их общие дружеские моменты. Вот тут они скетч снимали, тут Новый Год встречали... Мда, было весело смотреть на подвыпившую Оливию, которая пела шансон во всю глотку... И почему-то парень не мог отвести взгляд с Оливии. Он добрался до страницы, где они втроём ехали куда-то на машине. Оливия спала на заднем сиденье, Ботан уставился в окно, Брайн сидел на переднем сиденье и разговаривал с водителем. Какая же она милая, когда спит... Слезы начали наворачиваться на глаза. Да, сейчас их дружба не так крепка, как раньше, но все равно было грустно терять таких друзей. Возможно, Брайн не общается с ним так часто, но он блоггер с огромной аудиторией, для которой надо что-то делать постоянно. Он не мог же бросать все ради Ботаника. Решение Ботана об отъезде было уже не на таком твердом фундаменте. И все же, ничего назад уже не повернешь. Из-за какой-то дурацкой минутной слабости его будущее будет под угрозой. Все же останется, как прежде. Глупо жить в иллюзиях. Оливия будет дальше его унижать, а Брайн — игнорировать. И никакой любви нет, ни со стороны Стар, ни со стороны Ботаника. На часах пять утра. Ботан посмотрел на чемоданы, удовлетворенно кивнул и лег спать.

***

      Брайну тоже было паршиво, но не так, как Оливии. Ему было обидно, что он не проводил с Ботаном достаточно времени. Как там говорят? «Что имеем - не храним, потерявши - плачем». Именно сейчас Брайн понял, что ему будет не хватать Ботана в дружеском плане. Брайн будет скучать по его смеху, милому голосочку, глупым, наивным шуточкам.

***

А может у разлуки есть плюс, Когда услышишь "я вернусь".

Лив редко видела сны, но сейчас... Возможно, из-за постоянных мыслей вокруг одной темы, она увидела отчетливую картинку, когда сомкнула глаза на пару часов. Она видела Ботана в его обычной, повседневной одежде. Он как-то по-особенному сиял. — Я вернусь, слышишь? Я не уеду, — повторил он несколько раз. Сон закончился, и Оливия проснулась, не заметив, как слезы брызнули из ее глаз...

***

Застыло время, всё оставляя позади. Забилось сердце, крикну в след - "не уходи".

Прошла неделя. Первая стадия - отрицание у Оливии прошла. Медленно, но верно она начала осознавать произошедшее. Ботан улетает навсегда из России. Все. Конец всему. Наступил тот самый день икс. Ботан плохо спал этой ночью. Мозг рисовал всякие картинки жизни в Канаде, а потом Ботану позвонила мама. Парень был уверен, что она приняла решение сына, но оказалось не так. Если бы Ботан не вышел в коридор, то друзья проснулись бы от громких воплей, которые были слышны из трубки. Родительница ругала Ботана за его безрассудство, что он обрекает мать на такие страдания, что на сердце будет неспокойно... Бот почувствовал себя виноватым, но все же нашел слова, чтобы успокоить маму. Они разговаривали ровно три часа. Итог разговора был позитивным: мама все же успокоилась и пожелала Ботану счастливого полёта, удачи, мягкой посадки. Ботан кивнул и сбросил вызов. В 7:00 прозвенел будильник. Ботан выключил его, потянулся, улыбнулся, надел заранее приготовленную одежду и пошел умываться. Затем умник пошел на кухню, чтобы быстро перекусить заранее приготовленные бутерброды... Брайн проснулся через десять минут после Ботана и тоже пришел на кухню, чтобы покушать. — Привет, Брайн! — Ботан старался скрывать волнение и следил за голосом. — Привет. Ты всё-таки уезжаешь?.. — разочарованно спросил Брайн. — А как же? — усмехнулся Ботаник, сделав глоток кофе, — Я не могу по-другому. «Или могу, но боялся, что вы меня уже ненавидите...» Следом за Брайном на кухню зашла Оливия. Ее лицо не выражало абсолютно никаких эмоций, а взгляд был пустым. От ее веселья и жизнерадостности не осталось ни следа. Лив взяла из холодильника йогурт Брайна, плюнув на все. Сейчас ей плохо, она разбита и убита морально. — Привет, Оливия! - Ботан радостно помахал ей рукой, а сердце на секунду замерло. Больно кольнуло в груди. Но Бот смог взять себя в руки, — Как дела? Я вот улетаю. Не бойся, я тебе куплю всяких вкусняшек в Канаде. Оливия посмотрела на него, как на идиота. В глазах начало щипать. Только бы не расклеиться при Ботанике, только бы не расклеиться при Ботанике... — Ладно, спасибо, — выдавила она из себя, кинув наугад коробку от йогурта. Она промазала и не попала в урну. — За что... — прошептала Лив, беря снова коробку и кидая ещё раз, уже нормально. — Вы не представляете, как я счастлив, — наглая и возмутительная ложь, но Ботан отчаянно в нее пытался поверить, — Вы видели, какая там красивая форма? Перемены длиннее, система оценивания справедливее. А главное - знания! — повторял он мечтательно. — Ботан, ты ещё в Питере, напомню, — пошутил Брайн. Ботан улыбнулся в ответ. Глубокий вдох... Ботан пытался успокоиться, но ничего не помогало. Появилось предчувствие, что он совершает фатальную ошибку, оставляет что-то родное и очень важное. Он привык к жизни здесь, к этому ритму жизни, к белым ночам в середине июня, погоде, атмосфере. Да и в конце концов, Россия - его родина. Он же патриот своей страны... В Петербурге же тоже много институтов, которые входят в топы лучших всего мира. Ботан сможет поступить, куда угодно с его умом и интеллектом. А кто знает, что будет с ним в Канаде? Там другой мир, другие люди, другой язык. Вдруг он не сможет привыкнуть ко всему этому? Вдруг он станет изгоем? Сколько людей переезжали в другую страну, а потом жалели об этом. Да и организм может не привыкнуть к местному, например, климату. Ботан посмотрел на Брайна, который отвернулся от всех. — Брайн, я.. тебя достал?.. — робко спросил Ботаник у друга. Брайн повернулся к нему и ответил серьезно: — Как ты можешь меня достать? Ты мой лучший друг. Да, я могу этого не показывать, но это так. Я буду скучать по тебе. Ботан шмыгнул носом, растрогавшись от его слов. — Который час?.. - спросил Ботаник. — Восемь утра. — Вызывай такси! — Ботан побежал за сумками и чемоданами. Брайн помог ему это все отнести. Оли смотрела на это все равнодушно. — Ботан, тебя тут не будет уже? — как-то странно спросила Оливия. Ботан кивнул. — Я буду в аэропорт ехать, — кинул он вслед Лив, подходя к выходу. Сердце девушки металось в груди, как птица в клетке. Оливия себя чувствовала так, будто ей наносят тысячу ножевых ранений. Хотелось кричать, обнять этого придурка, но нельзя, она же приняла решение отпустить... Внезапно из-за какого-то порыва Лив взяла Ботана за руку, не в силах что-то сказать. По идее, она должна была как во всяких сопливых мелодрамах закатить пламенную речь, Ботан бы понял, какую ошибку совершает, обнимания, целования, счастье. Но Лив молчала. Ботан не понял этого жеста и выдернул свою руку из ее ладони. — Удачи тебе, надеюсь, справишься, — только и смогла сказать Оливия. В глубине души она винила себя за такое сухое прощание, зная, что будет жалеть. Наконец она решилась и крикнула: — Не уходи! Пожалуйста, не бросай меня! Я не хочу, чтобы ты уезжал! Ты мне, нам, дорог! Останься! Ботан остановился на секунду, обдумывая услышанное, но потом вновь направился к выходу. Олив стояла, вытирала слезы рукавом рубашки и смотрела им вслед.

***

      Через пять минут Ботан был уже в такси. Без него сразу как-то стало пусто в квартире. Лив ушла к себе, упала на кровать и начала рыдать.

***

      Ботан смотрел в окно такси. Позади оставались улицы, по которым он любил гулять, места, с которыми было связано много воспоминаний. Например, его школа, которую он окончил с медалью. А тут, в этом парке они с Брайном и Лив ели сладкую вату и веселились. — Куда летишь? — спросил таксист, мужчина лет сорока. Видно было, что он старой, советской закалки. — В Канаду, на учебу, — ответил Ботан. Нервозность накрыла с новой силой. — В России что ли учиться нельзя.. — буркнул водитель, — Молодежь все стремится свалить куда-то. А потом страдаете, не можете домой вернуться. Ботан почувствовал, как стало сложно дышать. Воспоминания промелькнули в его голове. Он поймал сильный импульс, который предупреждал, что он делает что-то неправильное. «Останься!» — шептало шестое чувство. Да и последние слова Оливии оставили след в нем. Ещё и за руку взяла. Ему не хотелось ехать. Хотелось остаться дома, обнять друзей и любимую. Пока не поздно, нужно вернуться. — Разворачивайте, я еду обратно. , — нервно произнес Ботаник. Водитель кивнул, еле сдерживаясь, чтобы не похвалить Ботана.

***

Он вернётся... Он вернётся... Он вернётся, чтоб остаться навсегда. Отзовётся... В сердце отзовётся, В мечтах да-да.

Ботан быстро побежал домой, открыл дверь с трясущимися руками и влетел в квартиру. Оливия сидела за столом, смотря в окно, Брайна не было рядом. Ботан подбежал к Оливии, подумал «будь, что будет», и поцеловал ее. Оливия пыталась сказать, что у него самолёт, пусть улетает, но не успела. Она обняла парня, отвечая на нежный поцелуй. Когда воздуха стало не хватать, они отстранились друг от друга. Лив посмотрела ему в глаза и спросила: — Ты точно вернулся? Ты останешься здесь? Не уедешь? — Я вернулся, чтоб остаться навсегда, — пообещал Ботан. Лив вновь прыгнула в его объятия, сжимая его рубашку в ладонях, будто сейчас он ускользнет. Но он никуда не уйдет, это точно. Он останется здесь навсегда.