......Fuck

Grandson — Darkside       Утро у каждого начинается по-своему. У кого-то оно начинается с громкой музыки, так, чтобы соседи молили Бога, чтобы вы съехали или сдохли в тихаря. У кого-то с упражнений, у кого-то с чая или крепкого кофе. Да, утро начинается у каждого по-разному. У Чимина оно начинается с удушающего дыма, который быстро и бесшумно заволакивает комнату и рассудок.       А когда он снова просыпается, то видит не лучики солнышка, и даже не проливной дождь за окном, а худощавую как у Кощея Бессмертного рожу кальмара. И нет, это утро не назовешь приятным, и то под каким углом не смотри. Особенно, если после этой рожи, ты видишь все новые орудия для пыток. — Доброе утро, — улыбается Кракен, а Чимину бы сейчас кустик, чтобы он знатно так вырвал. — Доброе оно будет, когда я увижу личинок, которые ползают в твоих глазницах, — мило улыбается Дьявол во плоти.       Улыбка сползает с лица морской твари, и кажется, теперь ему нужен кустик. Намджун с Джексоном не сдерживаются и начинают ржать, при этом гремя цепями. Даже Хосок с Тайлером улыбаются. — Фи, какой ты противный, — морщиться коралл. — Противный твой костюм, а я ещё милый, — сверкает зубами Чимин.       Мин медленно проезжается взглядом по костюму мужчины, цвета грязи, или рвоты, или какого-то гриба и морщиться. «Неа, тут даже Тэхён бы его захотел убить» — думает пепельноволосый. — Мне вот тоже интересно, где ты такие берешь? Скажи, пожалуйста, чтобы я случайно туда не зашёл, — ухмыляется Хосок. — Да-да, а то зайдешь и уже не выйдешь, сердце просто не выдержит от такого «искусства», — морщиться Мин. — Какие вы сегодня болтливые, может вы первыми и пойдёте? — мерзко улыбается Кракен, поправляя пиджак. — С удовольствием, — улыбается Чимин. — Только в этот раз сделаем по-другому, — глазки кальмара начинают сверкать чем-то опасным, чем-то, что не сулит ничего хорошего парням.       Мин напрягается, и не только он. Джексон и Тайлер переглядываются, хмурясь и мрачнея при этом. Запускается механизм, со скрипом, цепи начинают двигаться, и уже через несколько секунд, они опять на своем «любимом» месте, но есть одно отличие… Теперь Чимин с левой стороны, а Хосок с правой, а это значит… — Теперь выбирает Ночная мгла, — ухмыляется чертова рыбина. — Знаете, пытки — это вид искусства. Например, персы  — самый изобретательный в мире народ по части пыток — помещали жертву в круглую долбленую лодку с отверстиям для рук, ног и головы, накрывали сверху такой же, и в конце концов его живьем поедали черви. А в Корее, кстати, откуда ты родом, накачивают жертву уксусом и, когда она распухнет до надлежащих размеров, бьют по ней, как по барабану, палочками, пока она не умрет. — Ваув, я сейчас ещё больше горжусь, что я с Кореи, — улыбается Чимин, хотя вообще-то не смешно. Ситуация не смешная от слова совсем. Потому что этот трёп закончился чем-то очень печальными. — А американские индейцы вставляют в мочеиспускательный канал жертвы тонкую трость с мелкими колючками и, зажав ее в ладонях, вращают в разные стороны; пытки продолжаются достаточно долго и доставляют жертве невыносимые страдания. Как по мне, слишком жестоко, но должно быть было весело, — продолжает Кракен, не обращая внимания на слова Чимина.       Все переглядываются и действительно начинают бояться этого больного на всю башку ублюдка. Мало ли что у него там в башке, а что если он что-то из этого списка захочет сделать с ними. Тайлер смотрит на перекошенное лицо Чона, и понимает, что, чтобы сейчас не предложил кальмар, все придется переживать Чимину. Джексон также об этом думает, из-за этого у него волосы на теле стали дыбом. — Но вы не волнуйтесь, я же не варвар, — снисходительно улыбается каракатица. — Нет, ты не варвар, ты больной ублюдок. А как мне, кажется, это ещё хуже, — цедит Мин, готовясь к самому худшему.       Он тоже не дурак, и не даун, знает, что Хосок ни за что не выберет себя. И Мин его понимает, не такой он человек, чтобы жертвовать собой ради других. А все потому, что не было в его жизни человека из-за которого он был бы готов пойти на такое.       Самый родной человек предал его, он вынужден был сбегать и в одиночку скитаться по неизвестной ему стране. Он делал все, чтобы выжить, чтобы подняться и отомстить. Конечно, что добро в это время медленно увядало, а злость и ярость только разрасталась. Поэтому да, Чимин понимает. — Тащите, — говорит морская тварь своим подчинённым.       И уже через пару мгновений, происходит сразу несколько вещей: цепи опускают, их сажают на стулья, а перед ними ставят пресс. Мин сглатывает и готовится к тому, что сейчас он услышит звук, как ломается его кость. — Да, Дьявол во плоти, ты правильно понял. И вижу, ты уже готовишься. Что даже не допускаешь мысль, что он выберет себя? Хотя, я тебя понимаю. Он всё-таки хотел тебя убить, и даже превратил жизнь в ад, хотя я не понимаю, почему ты сразу его не убил, как только была возможность? — Это тебя не касается, — цедит Чимин. — Или это все из-за того, что он брат твоего мужа? Ты просто пожалел его, или Шуга об этом попросил? — кальмар ходит туда-сюда, внимательно смотря на Мина, изучая, как будто он экзотическое животное.       А все внимательно смотрят, то на Чимина, то на Кракена. Им тоже интересно. Им всегда это было интересно, но даже когда кто-то его спрашивал о мотивах такого поступка, он только повторял: держи друга близко, а врага ещё ближе.       Но была ли это правда? Возможно, Мин просто прятался за этой пословицей? Хосок тоже внимательно слушал, он также хотел узнать мотивы и мысли Чимина. Возможно, хоть сейчас он его поймет.       Но Дьявол во плоти не спешил делиться. Он яростно посмотрел на Кракена, и уже молил о том, чтобы тот начал ломать ему кости. — Или нет. Ты ждёшь подходящего момента, чтобы его убить, — восклицает тварь. — Стоп, тогда зачем брать на себя его порцию пыток? Показуха? Чтобы он расслабился и начал тебе доверять? Это и есть твой план? — широко улыбается Кракен, рад, что раскрыл его план. — Я - не ты. Я не играю в игры. Если я хочу кого-то убить, я делаю это, а не жду два года, — цедит Мин. — То есть, ты хочешь сказать, что не хочешь его смерти? Но он ведь… — Это не важно. Каждый совершает ошибки в жизни. Но не каждый заслуживает второй шанс, — холодно отвечает Чимин. — А он значит заслуживает? — удивленно спрашивает мужчина, останавливаясь аккурат напротив Чимина. — Да, — не мигая отвечает Мин, сжимая цепи в руках. — Но почему? Ты хоть знаешь, скольких людей он погубил? Он тебя хотел убить и твоего мужа!!! — Знаю. Но спасибо, что сказал. — Тогда почему?! Почему он заслуживает на этот шанс? — рычит Кракен, похоже ему действительно интересно. — Потому что человек, которого предали, который долгое время скитался в темноте, не помнит, как выглядит свет. Он не знает ничего, кроме ярости, злобы и ненависти. Не знает, потому что никто ему не показал и не сказал, что можно по-другому, — глядя в глаза Кракену сказал Мин.       Хосок побледнел, и взгляд потупил. Понял ли он Чимина? Поменял ли он свое мнение о том, что это все показуха и наигранность? Возможно, скоро все узнают ответы на эти вопросы. — Я ответил на твой вопрос, и даже не один. Твоя очередь, — спокойно говорит Мин. — И что же ты хочешь узнать? — кальмар заинтригован. — Как ты узнал в какой машине мы будем? Как ты узнал время? Это кто-то из моих? — командирским тоном спросил Мин. — Ты явно работаешь на кого-то. Ты просто мелкая сошка. И у тебя одно задание — подержать нас тут подольше. А значит где-то что-то происходит. Мне не важно что, скажи: кто тебе доложил, — продолжил Дьявол во плоти.       Кракен побледнел. О, да. Чимин попал в яблочко. Он не был уверен в своих догадках, но сейчас, смотря на реакцию мужчины, они все подтвердились. Именно поэтому они их латали, кормили и развлекали. А мужчины в масках, которые до сих пор стояли позади них, с оружием в руках… — Эти бойцы не твои. Они служат другому. Вот почему они в масках. Потому что они не хотят, чтобы я их увидел в другой раз, раз, когда они будут уже со своим хозяином. Так кто? — приказным тоном спрашивает Мин.       Ребята переглядываются. Вот почему он командир, вот почему он главный. Даже Тайлер не до всего дошел. А он уже долгое время с Чимином. У пепельноволосого действительно дар, замечать то, что другие не видят. Делать выводы и попадать в самую суть. — Я не могу сказать имя. Но могу сказать, что этот человек очень близок тебе. — И как долго ты должен развлекать нас? — спокойно спрашивает пепельноволосый. — Нам хватит. А теперь приступим. Ночная мгла, ты или он? Кого ты выберешь? — ухмыляется Кракен. Чимин, да и все, не сомневаются в его выборе. Именно поэтому все теряют челюсти, когда он громко говорит: — Я.       Чимин резко поворачивает голову и смотрит на него, не веря своим ушам. Джексон, кажется, проглотил язык и ещё пару зубов. Даже Тайлер не ожидал такого. — Воу, а с вами действительно весело, — сверкает рыба, как новогодняя ёлка.       Кракен кивает бойцам. Мужчина в чёрной маске подходит к Чону, ставит его ногу в тиски пресса, медленно закатывает брюки к колену, и начинает медленно крутить механизм.       Пресс сокращает расстояние все сильнее и сильнее сжимая ногу Чона. Ночная мгла сжал зубы и цепи в руках. Боец начинает крутить быстрее, с груди Хосока вырывается нечеловеческий крик, когда кость пробивает кожу. — Хватит, — рычит Мин, гремя цепами.       А пресс сжимает дальше, кость ещё больше вылазит. Чон бледный как полотно, и не только он. Все остальные просто оборачивается в другую сторону. Картина не для слабонервных. Намджун не выдерживает и его рвёт. И таки да, костюм Кракена похож на рвоту. «Когда узнаю, кто нас сдал, убью медленно.» — даёт себе обещание Мин.