The Life We Made

Пять Лет Спустя

— Майла Кейтлин Галлагер, у тебя есть тридцать секунд, чтобы выйти из этой чертовой ванны! — крикнул Микки, колотя в дверь, пока Марли —все еще выглядевшая как идеальное сочетание своих родителей с зелеными глазами, веснушками, крепким подбородком и слегка вздернутым носиком Йена, и черными как смоль волосами, полными губами и высокими скулами Микки — танцевала свой маленький «танец горшочка» рядом с ним. Майле недавно исполнилось тринадцать, и она умоляла родителей разрешить ей пользоваться косметикой, что создавало массу проблем, ведь помимо неё ванной комнатой пользовались еще трое детей. — Иди в комнату мамы и папы и сходи в туалет там, Ли. — Марли быстро побежала по коридору в спальню Микки и Йена, почти сбив Килана с ног.  — Мэй все еще в ванной? — спросил наполовину спящий Килан. — Я все! Прости, мам, — сказала Майла, выходя из ванной, ее длинные черные волосы были аккуратно заплетены в косу, а легкий нейтральный макияж подчеркивал яркие зеленые глаза, бледную кожу и полные губы. Микки понятия не имел, зачем девочке понадобилось краситься — она была красива от природы, — но получалось у неё это неплохо. — Кажется, я слышала Марли? — Девчонка чуть не описалась, ожидая, пока ты закончишь, так что я отправил ее в нашу комнату. — Майла смущенно посмотрела на Микки, закусив полную нижнюю губу. — Иди чисти зубы, Кай. — Микки вздохнул, прежде чем притянуть к себе старшую дочь и поцеловать ее в лоб. — Ты прекрасна без макияжа, малышка. — Просто хочу хорошо выглядеть на свадьбе тети Дебби, — защищалась она. Майла выросла, но все еще оставалась милой, нежной личностью, какой была в восемь лет. — Мне сделать прическу Ли? — Дебби попросила свою пятилетнюю племянницу стать ее цветочницей, и малышка была в восторге от того, что она будет чем-то занята на свадьбе. — Да, но не слишком долго, ладно? Как только оденется Кай, а твой отец оденет Алека в костюм, мы выходим. — Микки был благодарен Мэнди, Дебби, Фионе и своей матери за то, что они научили его дочь делать прически и макияж, потому что он довольно хреново разбирался в этом дерьме. — Спасибо, Мэй. — Девушка кивнула с ослепительной улыбкой, прежде чем скрыться в комнате, которую делила с сестрой, и взять то, что ей нужно, чтобы уложить волосы Марли. — Мне же не обязательно надевать костюм, как Алеку, верно? — спросил Килан с хмурым выражением, которое выглядело совершенно неуместным на его лице; лице Йена. — Нет, чудовище, только рубашку и галстук, которые папа приготовил для тебя, — сказал Микки с легким смешком; иногда его сын был слишком похож на него. Микки направился в спальню, замечая Майлу, которая сидела на кровати — ее красивое кораллово-розовое платье до колен было расправлено вокруг, — вместе с Марли, — в красивом кремовом платье до колен с рукавами три четверти — сидящей перед ней и ожидающей, когда сестра заплетет ей косу, которая ранее заплела себе; Йен же в это время безрезультатно пытался завязать серый галстук вокруг шеи Александра. — Тебе помочь? — спросил Микки, видя, с каким трудом его муж заставляет мальчика стоять неподвижно достаточно долго, чтобы завязать галстук. — Прошу. — Йен вздохнул. Микки ухмыльнулся, прежде чем опуститься на колени перед своим маленьким мини-собой. — Стой спокойно, — сказал Микки своим властным тоном, отчего Александр мгновенно замер. Он понимал, почему мальчик казался таким нервным; Александр был их застенчивым ребенком, — он ненавидел любую форму внимания, которая исходила от кого-либо, кроме его родителей, брата и сестер — а на свадьбе Дебби его назначили носителем колец. — Все будет хорошо, малыш, просто неси кольца, и все, — успокаивал Микки, поправляя волосы маленького брюнета. — Мам, они будут смотреть на меня, — робко пробормотал Александр, глядя на свои маленькие ножки. Микки ненавидел, что его малыш так боится того, что кто-то будет смотреть на него; он был милым, как Майла, и необычайно умным ребёнком, но показывать это никому не хотел. — Всего секунду, Алек. — Александр кивнул, все еще глядя себе под ноги. — Все будет хорошо, малыш. — Он поцеловал мальчика в щеку и растаял, когда Александр незамедлительно обнял его. — Пап, ты можешь помочь? — спросил Килан, направляясь в спальню с развязанным черным галстуком, — с тем, что принадлежал Йену ещё с детства, со времен его многочисленных поездок в суд. Йен встал и помог мальчику, который мог легко сойти за его близнеца. Микки улыбнулся, наблюдая, как его семья заканчивает готовиться; его жизнь оказалось совсем не такой, как он ожидал, но он не променял бы ее ни на что на свете.