be mine

      Сегодняшним субботним утром было довольно тепло. Солнце светило как никогда, облаков было мало, небо было идеально голубым, а в разливающейся прохладной кристальной речке всё отражалось так, будто всё то, что находится над ней, было наоборот под ней, на дне. Не упуская такой хорошей погоды друзья решили поехать купаться под недовольные крики Джисона оставить его в покое, потому что он хочет спать, так как всю ночь читал какой-то роман, где главные герои были в разных точках мира, анонимно переписывались по телефону, скрывая свои настоящие имена, но в итоге нашли друг друга и стали жить долго и счастливо. Типично? Может быть. Но Сону всё равно нравилось это. Ему казалось это невообразимо странным, однако всё равно продолжал читать это, наблюдая, как развивается сюжет длиною в двести страниц. Хан предпочитал электронному тексту настоящую книгу, которую можно подержать в руках и вдохнуть запах старой библиотечной рукописи.       Чонин, Сынмин и Джисон поехали на почти полностью забитом людьми автобусе за город, как это делали всегда. Феликс очень хотел поехать, даже просил перенести встречу, но те отказались и сказали, мол, когда ещё будет такая хорошая погода? Ликс лишь на это обиженно что-то буркнул и пролепетал что-то с стиле «я даже лучше время проведу, чем вы», на что друзья просто усмехнулись.       Причиной того, почему Ёнбок не поехал с ними, стал Хван Хёнджин, который назначил свидание на сегодня, и чтобы выглядеть сексуально-сногсшибательно, он начал подготавливаться за несколько часов, слишком рано до того, как тот заедет за ним на своей, наверное, супер крутой и классной тачке. Ли не забыл выспаться, поэтому до двенадцати провалялся на кровати, залипая на фотки, выставленные Ином в Instagram, где они весело проводили время. На одной из фотографий Чонин делал селку, но задний план был куда интереснее: Джисон стоял, пытаясь стырить еду, а Сынмин пытался напрыгнуть на бедного парня. Ян запечатлел тот момент, когда Мин подлетел, а на фотке он остался висеть в воздухе рядом с испуганным повернувшимся Соном, у которого были набиты щёки. Сам черноволосый заметил, что у него очень прекрасный задний фон лишь тогда, когда получил комментарий от какого-то @yourdaddyprikaldess: «ты, конечно, милашка, нини, но сзади всё более интереснее. надеюсь, сонни не так сильно испугался, а минни в полном порядке и не упал:*», у которого был закрытый профиль с чёрной аватаркой, но это был явно не фейк, потому что у него было около шестисот публикаций и двух тысяч подписок. На этот комментарий сразу же стали отвечать: @binniebinneichangbinnie : ты чё здесь забыл? @yourdaddyprikaldess: я пришёл посмотреть на нинечку, а ты? @binniebinneichangbinnie : насколько я знаю, тебя не интересует этот мелкий. у тебя минхо есть @yourdaddyprikaldess: минхо не мой! @iknowyouknowleeknow: не приписывайте меня сюда, придурки @yourdaddyprikaldess: не злись, минхоша:* @iknowyouknowleeknow: фу блять @jeonginisnotmilashka: можете, пожалуйста, пойти попереписываться в своей беседе? не устраивайте срач в комментариях под моей публикацией, пожалуйста @yourdaddyprikaldess: о, как время проводите, нинечка? что за пляж?       После этого вся эта тройка полетела в чёрный список, а Чанбин, сидящий с этим парнем, стукнул его и сказал, что тот как обычно всё испортил, мол, как теперь за этой мелкотнёй следить? А Минхо просто написал ему в личку, чтобы тот больше никогда не оставлял комментарии, иначе они так никогда не добьются своего.       Впрочем, сейчас самого Ина мало волновали эти незнакомцы, хоть и было любопытно, кто это загадочный парень с таким прекрасным ником? Сейчас, конечно, его больше волновала речка, свежий воздух и палящее солнце, лучи которого, как казалось ему, скоро пройдут сквозь его головной убор и сожгут мягкие волосы. Он как человек, который ненавидит жару, подыхал от духоты, почти в прямом смысле. Мину как обычно было всё равно, а Сон помирал вместе с Яном. — Где ты был вчера вечером? — Сынмин ещё раз спросил волнующий его вопрос, так как ему было дико любопытно, где пропадал его друг. — Явно же был не дома. — Ладно, угадали, — Хан смущённо улыбнулся и почесал затылок. — Я был у Минхо.       Друзья удивились. С каких пор Джисон ходит в гости к своему врагу? С каких пор они нормально общаются? Для каких целей друг вообще посещает его дом? Просто так? Или для чего-то более особенного? — Он же животное! Не лезь, оно тебя сожрёт, — Ким начал подкрадываться к брюнету. — М-м-м, нямка. — Ты даун? — Сона позабавила эта смена настроения у Сынмина. Мин всегда умел как разрядить, так и накалить обстановку, но последнее, скорее, относилось больше к Феликсу, нежели к этому дуэту. — Но у вас реально плохие отношения. Ты не боишься, что что-то может случиться? — если честно, в тот момент Хана немного передёрнуло, но он продолжал держаться молодцом и лишь заботливо погладил задавшего этот вопрос Ина. — Всё правда в порядке. Он меня не трогает. — Если сейчас всё нормально, то потом может быть не так. Не будь таким же глупым и наивным, как Феликс. Мне его хватает. Не хочу ещё и твою задницу из ямы выкапывать, — Сынмина с каждой секундой всё больше и больше стала раздражать та стая шакалов, которые докапывались до них по любому поводу и без, а теперь они ещё решили и утащить Ликса с Соном. — Да, Мин, не переживай. Я ручаюсь за это, — Хан положил голову на рядом подсевшего друга, а второй аккуратно погладил того по мокрым волосам, тяжело выдыхая: — Я поверю тебе на слово, но если этот чмырь что-нибудь сделает с тобой, то я своими собственными руками его урою. — А-ха-ха-ха-х, ладно, — брюнет знал, что на друзей точно можно положиться, особенно на Кима, ведь если он действительно увидит, что кого-то из его близких или родных обидели, то пойдёт набивать морды. Но, если быть честным, то Хану не хотелось больше разговаривать о Минхо и о той встрече, от которой его до сих пор передёргивает, поэтому попытался перевести тему: — А у тебя как дела, Чонин? — Да нормально, у тебя как? — Ин не понял, к чему был задан этот вопрос, поэтому ответил так, как посчитал нужным, параллельно поедая ежевику и запивая холодным освежающим напитком. — Он про этого, ну, ты понял. Не хочу его имя говорить, противно настолько, что если скажу, то меня блеванёт, — Мин скривился и положил руку себе на губы, всем видом показывая, что ему плохо. Якобы плохо, конечно же. — Вы все решили спросить об этом? — и правда. Недавно к нему с таким же разговором пришёл Сынмин, а сейчас ещё и Джисон. — Мне просто стало интересно. Прости, если задел, но мне правда любопытно, что у тебя там. Ты мне всё таки очень хороший друг, поэтому естественно мне важно, что происходит у тебя в жизни. Ты рассказал ему? — Сон попытался дотянуться до Яна, чтобы утешающе погладить того по спине, но у него не вышло. — А я какой друг тебе? Наверное, самый-самый лучший, — Ким гордо поднял голову, дожидаясь положительного ответа от Хана. — Ты самый ужасный друг, которого я встречал в своей жизни, до жути противный и мерзкий, но я всё равно тебя люблю, — брюнет обвил руками руку Мина, ёрзая щекой по его плечу и прижимаясь к нему особенно сильнее, когда услышал от второго недовольный цык. — Так что там, Чонин? Рассказал? — Феликсу? — Да. — Нет. — Почему, Нини? — А смысл? Я не хочу портить нашу дружбу. — Признанием дружбу не испортишь, — встрял Сынмин, который больше всех видел, как его лучшему другу плохо от этой тайны. — Ну конечно. Это не так просто, как казалось. Я не могу. — Давай, смелей, не бойся, я и Сынмин поддержим тебя. — Нет, хватит, — грубо поставив на покрывало контейнер с ягодами, Ин встал и начал отряхиваться от песка. — Я пришёл сюда отдыхать, а не грузиться мыслями ещё больше. — Хорошо, я потом спрошу, — Хан ярко улыбнулся. — Тц, — Ян недовольно цыкнул, но перечить не стал, ибо не видел смысла. Речь об этом заходила столько раз, что Чонин сбился со счёту. Всем постоянно хочется знать, что у него на душе, но зачем спрашивать то, о чём Ин точно говорить не хочет? Зачем донимать его с каждым разом всё больше и больше, если он чётко дал понять, что никогда не расскажет об этом Феликсу. Он слишком дорожит их дружбой, чтобы вот так взять и испортить то, что имеется. Поэтому не желая больше находиться со своими друзьями, Ян пошёл в воду, надеясь, что хотя бы она поможет ему расслабиться и смыть с себя всё, о чём он думал всё это время.

***

      Как уже говорилось, Ликс пролежал до двенадцати часов в кровати, и только после этого он встал и подошёл к зеркалу. Да уж, видок не из лучших. Пусть он и проспал достаточно для него, но ему казалось, будто выспаться до конца всё таки не удалось. Ночная встреча с друзьями сыграла с ним плохую шутку, поэтому Ли решил исправить эту ситуацию холодными масками, которые лежали в холодильнике уже месяц, дожидаясь, пока их используют, и патчами, такими же ледяными, которые охлаждали кожу, заставляя неприятно покалывать и ёжиться.       У Ёнбока было просто прекрасное настроение, поэтому в душ он сегодня взял телефон, чтобы послушать музыку и попеть, что он обычно не делает, так как не хочет доставлять неудобства семье, в которой было достаточно много людей. Мать работала на дому в своей мини-мастерской и шила одежду на заказ, а отец работал в какой-то крупной компании и часто задерживался допоздна, потому что просто напросто не успевал делать за весь рабочий день все данные ему задания.       Первым стал Джексон, которого мать родила в шестнадцать лет, сначала жалея, но всё равно оставив этого ребёнка. Уважение отцу, который не бросил её беременную, а остался с ней, и они до сих пор живут вместе, заставляя Феликса верить в долгую крепкую любовь. Джексон был полицейским, генеральным комиссаром, что-то типа босса. Он всегда помогал Ёнбоку, когда тот попадал в передряги, постоянно отчитывал за проступки, но не переставал лелеять, отдавая почти всю братскую любовь на него одного.       Вторым стала Рэйчел. Сейчас она уже учится на первом курсе университета, считается лучшей во всём. В семье ей всегда доставалось больше внимания, говорили, что именно она должна быть примером для подражания. По характеру Рэйчел казалась с первого впечатления милой и спокойной, но являлась полной противоположностью: много дерзила и ссорилась со многими, если что-то не понравится, могла ударить и не пожалеть об этом. На семью это не распространялось, конечно, кроме как детство, когда она и Феликс постоянно дрались. Ну они же были детьми всё таки, что с них взять.       Третьим был сам Ёнбок, второй по шумности ребёнок, который был непоседливым с самого детства и остаётся таким до сих пор. Разбойник, ей богу, постоянно хочется попробовать что-то новое и запретное. С ним никогда не соскучишься, потому что он шутит даже там, где это совсем не требуется; много веселиться, поэтому дома никогда не бывает тихо, потому что, например, носится по всей квартире со своей младшей сестрой или запирается в своей комнате, включает аудиозаписи в колонку на всю и орёт во всю голосину песни.       Четвёртым стал Алан, тот, кого забрали из детского дома, так как в тот момент родители хотели нянчиться с кем-то, но забеременеть у матери никак не получалось, из-за чего та очень долго и много страдала, поэтому отец предложил взять ребёнка оттуда. Они много думали для принятия верного решения и пришли к выводу, что сделают добро и возьмут дитё под свою опеку.       Алан очень скромный мальчик семи лет, учащийся сейчас во втором классе младшей школы. Он очень отличается поведением от своих сверстников, которые были очень шумными, когда Алан был чересчур спокойным, со многим соглашался. Для своих лет очень умён, поэтому одноклассникам слишком сложно найти с ним общий язык, поэтому некоторые утратили надежду подружиться с ним.       Пятой была та, которой мать забеременела чисто случайно, которая опередила Ликса по шумности. Ей была Оливия, маленькая шкодница с очень завышенной самооценкой для своих пяти лет, глуповата и легкомысленна, постоянно таскает за собой бедного Алана, мол, мир повидать. Родители часто теряли её на улице, в магазине, иногда даже дома. Она могла спокойно наперечить кому-то и после этого ей нисколечки не было стыдно. Мать с отцом, Джексон, Рэйчел и даже Ликс пытались её воспитать (хотя последний, скорее, больше портил, чем помогал), но она отказывалась их слушать, поэтому все бросили эту затею, пустив всё на самотёк.       Просидев в ванной комнате около двух, наверное (он сбился со счёту времени), часов, Феликс вышел и прошёл на кухню. Сегодня он решил, что должен кушать в меру, чтобы живот не дай бог не раздулся, а то мало ли его новенькие штаны не натянуться на талию. Быстренько сварганив себе мини-завтрак и плотно поев, Ли прошёл в комнату и взял телефон в руки, зайдя на страничку Хёнджина. Он не мог поверить, что скоро с этим человеком они будут сидеть в каком-то кафе, не просто как друзья, а как передрузья, со слов Хвана. Да что уж там, он просто не верил в то, что вообще просто спокойно в абсолютно любой момент Бок может написать ему, чтобы просто поговорить о чём-нибудь не особо важном.       Улыбка была до ушей, а сердце бешено колотилось, щёки предательски горели от мыслей, что они могут начать встречаться, поэтому убрав телефон, он подбежал к шкафу, чтобы выбрать, что ему надеть, чтобы впечатлить парня. Ликс остановился на белой рубашке, которую он жутко боялся надевать, потому что мог с лёгкостью заляпать вещь, и чёрные, как говорилось, новые штаны, которые когда-то Ёнбок купил со словами «надену их на свидание с Хёнджином», на что друзья лишь недовольно хмыкнули, а Сынмин ответил, что тому тогда можно их вообще не покупать и не тратить лишние деньги, потому что этого никогда не случится. Обидно было, конечно, но Ли сделал вид, что всё нормально и просто что-то буркнул в стиле «ты просто завидуешь, вот и бесишься. С таким ужасным характером, у тебя так никогда ни девушки, ни парня не будет».       Будто всё время просидев в прострации и считая минуты до встречи с предметом воздыхания, которые длились для него будто вечность, он, наконец, услышал спасительный звонок телефона и, вскочив с места, немного даже расстроился, когда на дисплее увидел «Лисёносек Йени». — Привет, — диалог начал Ин, который был как обычно спокойным. — Привет, Нини. Чего звонишь? Вы же на природе, вроде. — Да. Я просто время увидел и решил, что тебя нужно поддержать. — То есть ты звонишь для того, чтобы пожелать мне удачи? — Да, потому что я знаю, что ты будешь дико переживать и волноваться по этому поводу, хотя, если честно, я сам нервничаю из-за этого. — Господи, Нини, как я люблю тебя. Ты же знаешь, что ты самый лучший друг, который просто необходим каждому человеку? — А-ха-ха-х, может быть, может быть. — Как речка? Холодная? — Жутко, она ледяная, но мне нравится. — Ты самоубийца. Ты и Джисон. Как можно любить холод? Вот заболеете и... — Да-а-а-да-а-а, успокойся. Такое было пару раз, не более. — Но такое было. — Так, Феликс, я звоню для того, чтобы успокоить тебя, а не ворошить прошлое. — Если честно, один лишь твой голос готов успокоить меня и привести мысли в порядок. Не понимаю, как ты так влияешь, но мне это определённо нравится. — Стоит мне воспринимать это за комплимент? — Если хочешь сказать мне «спасибо», то не надо, потому что за правду «спасибо» не говорят. — Тогда я буду разговаривать с тобой как можно чаще и больше, чтобы ты всегда чувствовал себя умиротворённо. — Вот за какие заслуги ты мне достался? — За такие же, как и вы мне. — Я же не...       Феликс было хотел договорить, но услышал звук подъезжающей машины, а затем громко раздирающего уши гудка, который распространился по всему тихому району, в котором живёт Ёнбок, испугав бедных собак, которые начали гавкать, привыкшие жить в полной тишине. А после Ли почувствовал вибрацию у себя на ухе и, посмотрев в экран телефона, он увидел сообщения от Хёнджина: Hwang Hyunjin если ты слышал, то я подъехал а если нет, то я перепутал адрес скажи мне, чтобы я успокоился. ты же слышал, что я посигналил тебе? — Чонин, Хёнджин подъехал, не хочу его задерживать, я пойду. — Пока, Ликси. И удачи. — Пока, Нини. Хорошо проведите там время, хотя без меня будет скучно. — Да-а-а-да-а-а, конечно. Всё, я кладу трубку, самовлюблённый.       На это Ликс лишь хихикнул и сбросил вызов, набирая сообщение и попутно собирая все нужные ему вещи, которые он не успел собрать до этого, так как только и делал, что следил за временем:

Lee Felix Я слышал, всё в порядке, ты в правильном месте

Hwang Hyunjin слава богу. я уже подумал, что перепутал и пришлось бы тратить бензин. отрабатывал бы;) выходи скорее, хочу увидеть тебя

Lee Felix Ладно

      Если бы Хван знал, насколько сильно сейчас от таких сообщений бьётся сердце Феликса, то точно бы удивился. Ёнбок точно от такого теряет здравый рассудок, полностью уходя в эйфорию, представляя, что сегодня будет на свидании. Да, Ликс должен запомнить эту встречу надолго. Она должна стать для него особенной. Потому что это встреча с Хван Хёнджином. Это свидание.

***

— Ого.       Чанбин точно не ожидал что на пороге своей квартиры сейчас увидит его. Не сказать, что они были в плохих отношениях, просто не общались также хорошо, как он с Хёнджином или тот с Минхо. Да, это был Чан, который зачем-то пришёл к нему в гости. — Вот это реакция. — Просто не ожидал увидеть тебя. — Я пройду?       Бин покорно распахнул дверь до конца, впуская внутрь друга, и пока тот снимал свою обувь, Со пошёл ставить чайник, дабы заварить кофе (хотя никогда не любил его), который так любил пить Бан, особенно, когда ему грустно. А ему определённо грустно, по лицу видно, пусть, возможно, он и старался скрыть это.       Чан не стал задерживать Чанбина, поэтому сразу же прошёл на кухню, сел за стол и сложил руки вместе, утыкаясь в них лбом. Ему так сейчас хотелось бы поговорить о насущном с лучшим другом, но нельзя, нет, невозможно говорить с Минхо о Минхо. Пусть вчера и было то, чего он хотел всё это время, но их ссора с Хо до сих пор не давала ему покоя, поэтому по поводу совета Бан пришёл именно к Со, а не к Хёнджину, например. И это совсем не потому, что тот на свидании, а потому что Крис считал, что Джин просто отшутиться и скажет не обращать внимания. Он просто не понимает, что значит терять тех, кто важен, кого ценил и любил. Хван привык играть и бросать людей, выкидывать как ненужный мусор из жизни, которые ему были попросту не нужны или мешались, поэтому для него было в порядке вещей говорить о том, что всё пройдёт и ты просто найдёшь нужного тебе человека. Единственный, кто остался с ним до конца – это Чанбин, с которым у него были очень крепкие дружеские отношения, строившиеся на протяжении двенадцати лет. И Крис до сих пор не понимает, как такой адекватный Бин терпит такого шумного Хёнджина? — Зачем пришёл? — Чанбин поставил кружку с горячим напитком, из которого выходил белый дым, отдавая приятным запахом свежего кофе. — Просто пришёл к своему другу, нельзя? — Ты просто так ко мне никогда не приходил, а тут явился. Тебе определённо что-то нужно. — Ладно, ты меня раскусил, — Кристофер улыбнулся и отпил немного кофе. — Я пришёл за советом. — Ко мне то? — Со был и правда удивлён. — А почему не к Минхо? — Речь как раз таки и пойдёт о нём. — Вы поругались? — Да и, похоже, очень серьёзно. Я правда не знаю, что мне делать с ним. Я ведь не хочу терять его. — Объясни, что случилось. — Честно говоря, я и сам не до конца понимаю, могу лишь догадываться. Не осуждай нас только. — Да что вы делали? — Бин уже странно покосился на рядом сидящего парня, который за весь их пока что мини диалог ни разу не посмотрел на него. Его взгляд был направлен точно в кружку. — Мы переспали, и не один раз. Мы делали это на протяжении трёх лет.       Как и Чан, Чанбин тоже замолчал. Он догадывался, что у тех что-то есть, что между ними что-то есть, что-то, что скрыто от глаз остальных и видано только им. Только вот Бин не думал, что они, лучшие друзья, трахаются друг с другом уже три мать его года. Но также Со видел, как именно смотрит Крис на Хо, а как Минхо на Криса: это были два абсолютно разных взгляда. Пусть Чанбин и не разбирается в этом, но тут и дураку понятно, что Минхо влюблён в Бана, а Чан расценивает его только как друга. Черноволосому, конечно, жалко Ли, но он ведь должен был понимать, что это ни во что другое, кроме дружбы, перерасти не может. Тогда почему понадеялся? — И что дальше? — Бин попытался вести себя более-менее спокойно, не показывать, насколько удивлён, чтобы не спугнуть друга. — Вчера я был у него, мы снова чуть не сделали это, но я остановился и сказал, что так больше продолжаться не может. Нет, мне не то, чтобы не нравился Минхо в постели, просто я нашёл человека, который нравится мне и которому нравлюсь я. Я просто не мог упустить его, а точнее её, поэтому решил разорвать все половые связи между мной и Хо, и предложить встречаться той девушке. Только вот Минхо обозлился и выгнал меня из дома, сказал, что хочет побыть один. Я тогда ничего не понял, а сейчас стал догадываться, — Чан зарылся руками в кудрявые волосы, — а не нравился ли я ему всё это время?       Чанбин не знал, что ответить на это. С одной стороны, незачем было врать другу, пусть лучше знает правду, а с другой – вдруг Крис сейчас начнёт загонять себя? Метаясь из стороны в сторону, пытаясь принять верное решение, Со совсем сбился с толку, тяжело выдохнул и сказал: — Нравился.       Чан горько улыбнулся и покачал головой в знак согласия. То, чего он боялся, то, что он боялся услышать, наконец, сказали ему в лицо. Пусть это всего лишь одно мнение, пусть об этом сказал ему лишь один Чанбин, ему всё равно было паршиво от того, что кто-то вообще может об этом думать. Но Бан ведь тоже догадывался, но услышав это от других, расстроился только сильнее. Услышав то же самое от Минхо, как бы он отреагировал? Как бы поступил в такой ситуации? Что бы сказал ему? — Ты ему нравишься, и вам надо поговорить. Он твой лучший друг, думаю, он поймёт, — Со подсел рядом, начиная гладить утешающе того по спине. — Только не говори о том, что догадался, что ты ему нравишься. — И как мне начать разговор? — Приди к нему тогда, когда он сам будет настроен на разговор, а если будет тянуть, то приди домой без предупреждения, задержи его, если захочет уйти, и начни разговор, главное спокойно, но настойчиво, чтобы он понял серьёзность твоих намерений. — Спасибо, Чанбин. Всегда знал, что на тебя можно положиться, — Чан обнял друга, а тот ответил взаимностью. — Всегда пожалуйста. Обращайся, если нужно, мне не сложно помочь другим. — Почему ты никогда не делишься с нами о себе? — Бина выбил этот вопрос. — Я предпочитаю слушать, а не говорить. — Я сейчас настолько загружен плохими мыслями, что хочу поговорить на другие темы, поэтому предлагаю, чтобы ты со мной поделился чем-нибудь интересным. — И что именно ты хочешь узнать? — Почему ты себя так ведёшь? — Ох-х-х, всегда боялся этого вопроса. — Не хочешь отвечать? — Да нет, всё в порядке, я отвечу, — Со отстранился от Криса, давая себе свободу. — Если честно, я никогда не был особо дружелюбным, так как боялся показаться слабым; боялся, что моей добротой начнут пользоваться, поэтому предпочитал всем грубить и унижать, чтобы не унижали меня. Не хотел быть униженным, не понимаю, какого это, и не хочу понимать. Я прежде всего думаю о себе, а потом о других, потому что понимаю, что я у себя один, нужно любить сначала себя, потом других. Поэтому меня не особо волнует состояние тех, кто попал под мою горячую руку, хотя мне их жалко, но они сами виноваты, что ничего не могут ответить. Это первая причина. — А есть ещё? — Да, вторая – это Хёнджин. — А что не так с Хёнджином? В чём виноват он? — Он, по сути, не виноват, просто у Хёнджина немного... ранимая душа? Даже не знаю, как это назвать, но он всегда считал, что несмотря ни на что нужно ответить обидчику, если что полезть в драку, главное – защитить себя. Но в итоге приходилось постоянно защищать мне. Его всегда унижали за своеобразное поведение. Например, он всех, абсолютно всех называет ласково, всегда очень тактилен, постоянно лезет обниматься, целоваться, очень нежен как к девушкам, так и к парням. Поэтому его всегда называли «смазливый голубой» и тыкали лицом в грязь. А я так привык быть жестоким к его обидчикам, что сам не понял, как стал таким на постоянной основе. — А Хёнджин? Почему он такой? — Я могу только предполагать, но, наверное, это как раз из-за этих самых унижений, ну а ещё он просто зазнался, потому что его всегда восхваляли, восхваляли его лицо, тело, характер, всего его, поэтому он, видимо, решил, что раз он такой красивый, то может пользоваться в свою выгоду своей красотой. Умно, ничего сказать нельзя, но иногда он перегибает палку, правда до его здравого смысла нам точно не достучаться. — Вот оно что, — Чан задумался. — И как бы то ни было, я никогда вас не пойму, потому что у меня никогда не было порыва сделать что-то подобное. Я лишь лучший друг Минхо, просто общаюсь с вами, поэтому состою в нашей компании, но получаю не меньше, чем вы. — Аха-ха-х, прости, Чан, но ты сам выбрал такую дорогу. — Я знаю, не жалуюсь. — А Минхо? Почему он такой ожесточённый и обозлённый на весь мир и на таких, как Джисон? — Если честно, то я даже не знаю, стоит ли об этом рассказывать, потому что там всё слишком лично. Я думаю, если он захочет, то сам расскажет об этом. — Окей, без вопросов.

***

      Придя домой, Ин устало выдохнул. Сегодня был поистине тяжёлый день, так как сначала друзья ехали в полностью забитом автобусе, потом еле нашли место на пляже, много резвились и купались, бесились, что аж сил ни на что другое больше не оставалось, как завалиться сейчас спать, однако ощущение лишнего на своём теле никак не давали парню покоя, поэтому Ян лишь тихо проныл и прошёл в ванную, попутно здороваясь со своими родителями, которые что-то готовили на кухне. Мать с отцом часто любили устраивать вот такие семейные вечера, когда они всей семьёй проводят время на кухне, готовя что-нибудь вкусное и необычное, а позже за разговором поедают то, что наготовили. Не всегда получалось вкусно, но они просто смеялись и не давились.       Струи воды стекали по обнажённому телу парня, давая очертания подкаченному телу. Чонин хоть и не славился супер классной фигурой, однако плохой её тоже назвать нельзя. Феликс постоянно твердит, что очень завидует ему, а Ян лишь приглашает его ходить в качалку вместе с ним, и вдруг после этого предложения у Ёнбока появляются какие-то вообще неотложные дела, на что черноволосый лишь смеётся, понимая, что тому просто лень заниматься тем, чем он даже в школе не занимается. Казалось, на урок физкультуры Бок ходил только тогда, когда у них совпадает с третьим годом, а именно с классом Хёнджина. Тогда куда-то всегда запропастившейся Ликс магическим образом появляется, отдавая себя полностью спорту. Однажды Джин похвалил его за навыки атлетики, а тот даже записался на такой кружок, чтобы ещё больше удивить парня, однако тот не обратил внимания, ну а самому Феликсу это быстро надоело.       Выйдя из ванной и пройдя на кухню, он увидел родителей, уже сидящих за столом, и, пожелав приятного аппетита, тоже начал есть. Мать с отцом постоянно расспрашивали его об одном и том же – школа, оценки, друзья – поэтому весь этот сценарий Ин знал наперёд, отвечая однообразными фразачками каждый раз. Нет, Ян любил своих родителей и спокойно мог общаться с ними, просто постоянно отвечать на вопросы об одном и том же слишком наскучило. Да и сегодня он сильно вымотался, поэтому быстро доев то, что приготовили в этот раз родители лишь вдвоём, без него, прошёл в комнату и завалился на такую мягкую и упругую кровать, в которой черноволосый хотел оказаться с того момента, как только сел в такой же забитый, как и утром, автобус на обратном пути, ехав с ужасной давкой и в ужасной духоте.       И Чонин и дальше бы продолжил пытаться заснуть, но только что затрезвонивший телефон не дал ему это сделать. Он бы точно пропустил это мимо ушей и ответил бы человеку, который ему написал, завтра, однако его жуткое любопытство не давало ему покоя, поэтому Ин раздражённо цыкнул и также раздражённо взял телефон. Unknown number привет) — Это что ещё за хуйня?