Lost in the dream

      — Айрин, ты во сне? — Джексон нервно сглотнул, не отводя от меня взгляда.       Мои глаза испуганно забегали, пытаясь хоть как-то собрать рассыпавшиеся мысли от внезапного вопроса. Я приоткрыла рот от удивления. Неужели он тоже?              — Откуда ты… То есть, — запиналась я на каждом слове, пытаясь запихнуть все возникшие у меня в голове вопросы в один.       — Просто скажи да или нет, — строго проговорил парень, пытаясь усмирить мою панику взглядом. Я просто молча кивнула, потому что увиливать от ответа нет смысла. Тем более с Марком начало происходить не весь что. Мне страшно. — Так и знал, — громко цокнул языком Джексон, посмотрев себе под ноги, нервно кусая нижнюю губу.       — Ты тоже? — вопросительно изогнула брови.       — Да, — кивнул он.       — Давно?       — Явно побольше тебя, — усмехнулся парень.              У меня к нему столько вопросов. Мне интересны не только причины того, как я попала сюда, но и почему он здесь. Разве это не мой сон?       — Ты можешь мне…       — Все рассказать? — перебил меня одноклассник, — Не сейчас. То есть не здесь, — отмахнулся он.       — Мы можем выйти из школы, — предложила я, наклонив голову.       — Я имею в виду под «не здесь» — не в этом мире. Проснись. Лучше поговорить в жизни.       — Но я хочу знать прямо сейчас. Я же не усну от любопытства, — захныкала я, пытаясь разжалобить парня, но тот был непреклонен, словно скала.              Джексон отрицательно покачал головой, задумавшись. При этом его выражение лица оставалась все таким же холодным от чего невозможно понять, о чем этот парень размышляет.       — Расскажешь? — наконец перебила я его бесконечные раздумья, устав ждать.       — Не сейчас. Доверься мне, — Джексон не дождавшись какой-нибудь реакции от меня, достал что-то наподобие ингалятора из кармана и протянул мне, — Вдохни.       Я вопросительно взглянула на него, но вещь все-таки забрала, внимательно осматривая её.       — Что это?       — Снотворное.       — Зачем оно…       — Просто доверься мне, — снова перебил он меня. Взгляд одноклассника был очень угнетающим, словно если я его сейчас не послушаюсь, произойдет нечто ужасное. Я осторожно поднесла белую вещицу ко рту и, нажав на кнопку, вдохнула выпрыснутое вещество.              Мой разум начал мутнеть, а глаза закрываться. Прямо как в те разы, когда кто-то схватил меня из-за спины и закрыл рот. Но как я поняла, это был Джексон. Я почувствовала слабость и, не в силах удержать свое тело, начала падать. Одноклассник ловко меня подхватил после чего моё сознание, словно растворившись, начало покидать меня. Дальше я ничего не помню.                     Снова утро. Снова раздражающий будильник. Снова невыносимая головная боль. С пробуждения в мой рот сразу полетела таблетка, которую дал незнакомец, и небольшое количество воды. Немного потерпев, я почувствовала облегчение и мысленно поблагодарила того мужчину, бескорыстно давшему мне лекарство.              Я долго не могла собраться с мыслями, собирая, словно паззл, кусочки сна. Я села на край кровати, свесив ноги, и уставилась в одну точку на стену, будто гипнотизируя её. Джексон… Что же скрывает этот парень? Может мне стоит подойти к нему в школе перед занятиями. Я вышла пораньше, надеясь застать одноклассника перед первым уроком, но это было зря. Никогда раньше не замечала, но Джексон приходит почти впритык к началу, лениво зевая и расстилаясь по деревянной парте.       В кабинет вошел Марк, как всегда под радостные вопли его компании друзей, бурно приветствующих парня. Я проводила его до парты осторожным взглядом и на секунду заметила, как одноклассник поймал его и криво улыбнулся в ответ, хитро изогнув губу в левую сторону. По моему телу пробежались мурашки из-за странной устрашающей ауры исходящей от него в мою сторону. Я заметила, что Джексон тоже посмотрел на него, немного приподняв тяжелую голову с парты. Все же тот сон наблюдали мы вместе.              Прозвенел звонок, а вместе и с ним, словно по щелчку, в класс вошел учитель, раскладывая нужный ему материал по своему столу. Я отложила разговор с одноклассником на следующий перемену, но любопытство буквально убивало меня изнутри. Я постоянно бросала взгляды на него, но тот лишь глядел на доску, по которой скрипя, что-то нацарапывал преподаватель. Через пару минут на мой телефон пришло уведомление.              «Не смотри на меня»              Номер не был у меня сохранен, поэтому я даже понятия не имела кто это. К тому же у пользователя и фотографии не было, которая хоть как-нибудь могла бы помочь определить личность отправителя.       Я просто отослала в ответ вопросительный знак и отложила смартфон в сторону, пытаясь сконцентрироваться, но он снова завибрировал. Я взглянула на экран не развернув сообщение.              «Это Джексон, тупица»              Откуда мне было это знать? Я же не экстрасенс, чтобы понять по цифрам в номере кто его хозяин. Все же мне пришлось открыть сообщение чтобы ответить. Правда получилось так, словно я второклассница какая-то.              «Сам тупица», — довольно ухмыляясь, напечатала я.              Внезапно мы начали переписываться, обкидывая друг друга в шутку обзывательствами. Кто кого переплюнет, как говорится. От некоторых его сообщений мне приходилось прикрывать рот ладонью, чтобы не засмеяться вслух. Я даже не заметила, как к моей парте тихо подошел учитель, пристально смотря на меня.              — Почему вы нагло сидите в своем смартфоне во время моего урока? — строгим тоном проговорил мужчина.               Я подняла на него глаза, тем самым словив грозный преподавательский взгляд, готовый разорвать меня на кусочки.       — Ну я… — мямлила я, пытаясь придумать хорошую отговорку, — У меня зрение в последнее время испортилось, — ложь, — И я смотрю, что написано на доске через камеру телефона, — неловко посмеялась я, показывая камеру, которую открыла за секунду.       — А очки купить? — вскинул брови мужчина. Я просто молча пожала плечами, и учитель посмотрел на меня как на кусок мусора, — Чернь, — пробубнил он под большой нос.              Этот человек снова окунул меня в реальность, от которой я бегу. В этой школе даже преподаватели так относятся к беднякам. Чем толще кошелек твоего отца, тем больше извивается учитель, лишь бы обучающийся был счастлив. Толку нет жаловаться на них или разбираться. Все, что остается таким как я, это лишь глотать обидные слова в свой адрес. Взрослые понимают, что останутся безнаказанными, вот и ведут себя подобным образом. Что сделают родители бедняков? Пожалуются? И все. Заявление от них будет проигнорировано, сразу же полетев в урну, а учитель начнет тебя ненавидеть еще больше. Поэтому возмущение сделает хуже только тебе.              Думаю, преподаватель подумал, что у такой нищенки и денег на окуляры не найдется, вот и бросил обидное слово на основе своих выводов. Я усмехнулась, и он развернулся обратно к доске, продолжая на ходу объяснять тему, на которую все, кроме отличников, чихать хотели. Я не убрала телефон, а наоборот, наглее начала в нем ковыряться.              «Когда расскажешь?»  — написала я Джексону.       «Сегодня после уроков оденься получше и приходи по этому адресу. Все за мой счет» — парень к сообщению прикрепил местоположение какого-то ресторанчика, который был недалеко от моего дома. Мне выгодно в любом случае, поэтому я согласилась. Но зачем мне наряжаться? Мы же не на свидание идем в конце концов.       После моего ответа одноклассник добавил еще кое-что: «Не говори со мной в школе»       «Почему?», — спросила я чисто из любопытства. Мне все равно не хочется общаться с таким высокомерным придурком. Он просто проигнорировал сообщение, раздражая меня еще больше. Наверное, боится, что его будут обзывать другом беднячки или еще что-то в этом роде. В этой школе такое возможно. Даже в газете от журналистского клуба на первой странице в заголовке будет красоваться: «Наследник корпорации Ванг общается с беднячкой. Что у них за отношения?». После чего начнут литься тупые догадки наподобие: «Думаю, у них лишь сексуальные отношения. Платит ей, чтобы та его слушалась хехехе». От одной мысли тошнит от таких идиотов. А такие действительно есть! Я не придумываю. В нашей школе были парочка таких случаев, которые смешили меня своим абсурдом.       Я пришла к месту, но наряжаться не стала. Конечно немного оделась поприличней, но поняла, что явно прогадала. Это не просто какое-то заведение, в котором могут поговорить два одноклассника, а ресторан, где обсуждают дела бизнес-партнеры. Я скромно стояла возле фонтана перед заведением, пытаясь найти глазами Джексона, но его не было. Я только собиралась написать ему, но к ресторану подъехала красная машина из которой вышел весь при параде мой одноклассник. Черная кожаная куртка, подчеркивающая широкие плечи парня; темные очки, придающие брутальности его образу; туфли, явно от какого-нибудь итальянского бренда, судя по шикарному качеству материала. Рядом с ним не то что стоять, дышать было стыдно в таком виде. Может пойти переодеться? Как будто у меня есть во что.       Джексон заметил меня и подозвал к себе двумя пальцами, не сказав ни слова. Я послушно подошла, опустив смущенный взгляд. Честно говоря, увидев его таким мое сердце пропустило удар. Такой замкнутый высокомерный придурок выглядел невероятно круто, что хоть сейчас снимай его на обложку журнала.       Дверь ресторана нам открыл швейцар. Кто же знал, что я в таком месте смогу побывать не только во сне. Интерьер этого места можно описать лишь одним словом — роскошный. И это даже не приукрашивание. Думаю, тут мне действительно не хватит денег даже на использованную салфетку.       — Господин Джексон, — поприветствовала женщина в строгом костюме с вежливой улыбкой на губах.       — Принесите меню во вторую кабинку на втором этаже, — дал распоряжение парень, указывая пальцами на лестницу. Работница кивнула и отошла к своему месту.       Планировка ресторана была трехэтажной. На первом общий зал, на втором — VIP кабинки, на третьем — терраса, открытая только в хорошую погоду. Честно говоря, мне бы не хотелось сидеть бы с этим парнем наедине в комнате, лучше бы остались в общем зале. Но мое мнение никто не спрашивает. Нужно это мне, а не ему, так что не буду перечить.       Я поднялась следом за ним, и мы вошли в одну из кабинок. От такой красоты я даже негромко воскликнула, бегая глазами туда-сюда. — Куртку давай, — это его первые слова в мой адрес за сегодня, которые он произнес вслух. — Что? — не расслышала я. — Куртку давай, — повторил Джексон, продолжая держать протянутую ко мне руку.       «Только пришли, а уже раздевает», — пошутила я у себя в голове, но все же сняла куртку и положила на его протянутую кисть. Я смотрела, как парень вешает мою вещь, аккуратно поправляя. Что за неожиданная джентльменская сторона?              — Садись уже, — возмущенно сказал он, все также стоя ко мне спиной.       — Да, точно, — растерявшись проговорила я. Мне интересно, как будучи такой неуклюжей, я прожила 18 лет. Когда я попыталась сделать шаг, то споткнулась о свою же ногу, чуть не упав на пол. К счастью, Джексон меня подхватил, не дав поцеловать землю, — Спасибо, — прошептала я, выдохнув.       — Ты в порядке? — испуганно спросил парень, сжимая мои плечи, за которые успел схватить, чтобы не дать упасть.       — Да, — недоумевающе ответила я. Что это он так обо мне волнуется?       — Точно? — изогнул бровь, пытаясь убедиться в правдивости ответа. Я лишь кивнула головой, после чего парень поставил меня на ноги ровно, — А что тогда падаешь? Ходить разучилась? — недовольно фыркнул он, направляясь к столу. Забудьте, Джексон не джентльмен.              Я села напротив него, устремив взгляд на небо за окном. Снова серое, готовое вот-вот заплакать. Через минуту зашла официантка с меню, протянув по одному каждому из нас. Цены, конечно, тут просто невозможные. За что столько нулей?       — Мне как обычно. А ты что будешь? — обратился ко мне одноклассник.       — Сам выбери, — неловко улыбнулась я, не зная, что могу тут себе позволить. Он, конечно, сказал, что за все заплатит, но это не значит, что я должна сделать его банкротом из-за одного ужина.       — Ей тоже самое, — сказал парень и отослал девушку обратно, отдав ей меню. Проводив официантку взглядом, я посмотрела на Джексона, что-то сосредоточенно смотрящего в своем экране телефона.              — Ты тут не впервые? — предположила я, так как парень сказал, что ему как обычно. Значит, он посещал это место неоднократно.       — Это ресторан моей семьи, — усмехнулся Джексон. Тогда неудивительно, что к нему администратор сама подошла, так еще и по имени обратилась. Могла заказать, что хочу. Явно ему тут все бесплатно.              Парень все еще что-то смотрел в телефоне, а я наблюдала за ним. Сейчас выглядел он так по-простому, словно все его высокомерие вмиг улетучилось. Я даже позволила себе пялиться на него, изучая каждую черту привлекательного лица.              — Что ты так смотришь на меня? — поднял взгляд Джексон, все еще с опущенной головой.       — Просто, — запнулась я, неловко отводя взгляд в сторону двери, пытаясь сделать вид, что ничего такого не было.       — Что ты там спросить хотела? Спрашивай. Ты же вчера умирала от нетерпения, так что же молчишь теперь, — ухмыльнулся он, откладывая смартфон в сторону, — Или ты поесть за мой счет пришла? — негромко посмеялся он.              Хоть парень и довольно замкнутый и необщительный, шутит все равно хорошо, даже смешно, я бы сказала. Я немного растерялась от того, что мы переходим сразу к делу. В моей голове было действительно много вопросов. Но с какого начать?        — Ты во сне? — спросила я, хотя ответ на него уже слышала. Но думаю, что именно это начало этого огромного клубка. — Да, — быстро ответил Джексон. — Как давно? — Около двух месяцев. — Как понял, что я тоже во сне? — Айрин, которая была раньше, в один момент начала вести себя по-другому. К тому же «персонажи» начали виться вокруг тебя. Я лишь догадывался по началу, но потом убедился.       Я пыталась переварить его ответ. Джексон отвечал так четко, словно заранее подготовил все и заучил, чтобы ни разу не запнуться. — Почему ты видишь сны? — А почему видишь ты? — задал он мне ответный вопрос. — Мне кажется, все из-за мужчины в черном, который приходил в ночь прошлого понедельника ко мне на работу и начал задавать странный вопрос, — задумчиво произнесла я. — Ты счастлива? — Именно этот, — кивнула я, — Ты тоже его встретил? — Да. Я не ответил на его вопрос «Нет». Я вообще ничего не ответил, пройдя мимо, но он все равно схватил меня за руку. После того раза все и началось. — А что тебя не устраивало? Ты богат и у тебя все есть. Так почему же ты несчастлив? — Это не твое дело, — холодно ответил парень, отпивая воды из стакана. Мне стало неловко из-за того, что залезла туда, куда не следовало. Наш разговор прервала официантка, заносящая куча различных блюд. У меня аж слюнки потекли только от их вида. Представляю какие они на вкус.       Джексон коротко поблагодарил работницу, и та удалилась.  — Ешь, — буквально приказал парень, беря в руки палочки. Он положил себе в рот небольшой кусок блюда, пережевывая его без особого наслаждения. Я последовала его примеру. Как парень мог есть такую вкуснятину без эмоций? — Вкуснятина! — протянув воскликнула. Увидев это, парень тепло улыбнулся, что мне аж не по себе стало. — Это самое лучшее блюдо, — довольно сказал он, словно готовил сам, — Оно мне очень нравится. — А по твоему лицу не скажешь, — недовольно фыркнула я, отправляя еще ложку себе в рот. На мое замечание одноклассник лишь усмехнулся и продолжил есть. Мы сидели так в тишине пару минут, слыша лишь звуки столовых приборов, жевания и глотания. — Знаешь, Айрин, — внезапно прервал молчание он, прочистив горло, — Не в деньгах счастье, — негромко проговорил Джексон, после чего продолжил трапезу. Он не взглянул на меня, но я почувствовала, что парень не хотел меня обидеть теми словами. — Прости, — и за что я извиняюсь? — Это ты меня прости. Я не могу сказать причину моего несчастья. — Я залезла не в свое дело, — нервно кусала я губу, пытаясь успокоить себя. — Да, — спокойно кивнул парень. Мог ради приличия отрицать это. — А Марк? Почему он так странно себя ведет? Ты не знаешь? — Я думаю, что он тоже во сне. Но причины его агрессивного поведения не знаю. Я с ним никогда не общался. Да и он меня не замечал. — Откуда ты знаешь, что Марк во сне? — Это было очевидно. Все начинают вести себя по-другому, как только попадают в мир грез. — Получается, он там меньше тебя? — Да, — кивнул Джексон, — Но ненамного. Ты уже что-нибудь поняла касательно «механизма» сна? — Чуть-чуть. Лишь то, что можно выйти из мира грез уснув, и наоборот. — Тебе там нравится? — Да. По крайней мере нравилось, — смущенно опустила я глаза, вспоминая что произошло, — Кстати, почему все вокруг всегда улыбаются, словно куклы, даже когда их избивают? — спросила я, потому что вспомнила случай с Югемом. Парень даже не отбивался и практически не защищался, спокойно принимая удары при этом улыбаясь. — Они и есть куклы. Куклы, чтобы сделать нас… — Счастливыми? — перебила я его. — Похожими на них, — грозно взглянул Джексон, — Они просто улыбаются и делают все, лишь бы мы тоже улыбались. Это не счастье, Айрин. — Но ведь… — Они запрограммированы так, чтобы буквально заставлять нас улыбаться. Если ты этого не будешь делать, то эти роботы начнут лезть до тебя до тех пора, пока ты не улыбнешься. Даже если ты этого не хочешь. Раз за разом они будут спрашивать: «Ты счастлив? Ты счастлив? ТЫ СЧАСТЛИВ?», — и пока не ответишь «Да», не отстанут.       Я представила это в голове. Я не думаю, что смогла бы улыбаться бесконечно. Но похоже в мире грез все так и устроено. Меня пугала эта ситуация, но сама я её еще не переживала. Явно потому что вокруг меня все было отлично. Кроме последних двух дней, конечно. — Такое было? — Да. И не раз. Не думаю, что ты сможешь улыбаться безостановочно два месяца, — закатил Джексон глаза на мой вопрос.       Я постоянно чувствую такую усталость, а сейчас из-за всего этого, моя голова снова болит. Я потирала виски, пытаясь усмирить боль, но она не унималась. Я не хотела тратить таблетки лишний раз, но, кажется, сейчас без них не смогу. Я достала из кармана брюк стеклянный флакон и уже почти открыла его. — Не пей! — остановил меня Джексон, выхватив его из рук. — Почему? — возмущенно посмотрела я, пытаясь бороться с головной болью. — Только хуже сделаешь, — грозно проговорил парень, пряча их за спину. — Но мне и так сейчас хуже некуда, — скулила я, смотря жалобными глазами. — Доверься мне, — сказал снова эту фразу. Прямо как тогда, прежде чем усыпить меня. — Мне плохо, — начала капризничать я, пытаясь выхватить у него из рук флакон с таблетками. — Айрин, это наркотики, — строго взглянул одноклассник. Я сразу же замерла от шока, перестав пытаться забрать то, что у него в руке. — Но почему… Это же обезболивающее. Вроде, — недоумевающе промолвила тихим голосом. — Чем больше принимаешь, тем больше зависишь — это главное правило наркотиков. Скоро ты и часа не сможешь прожить без них. — Но голова… — Терпи, — отрезал Джексон, — Пожалуйста, потерпи, — чуть мягче произнес затем парень, сглотнув. — Это пройдет? — Нет. Будет только хуже. С каждым днем все сильнее и сильнее. — Но как ты терпишь, ведь ты же уже два месяца… — Раньше я не знал о том, что это наркотики. Пил и даже не подозревал. Становилось только хуже. Но я понял это и перестал. У них есть свои побочные эффекты, которые могут привести к чему-то ужасному. — Но от чего так голова болит? — Не знаю поймешь ты или нет, — тяжело выдохнул Джексон. — Я постараюсь, — решительно сказала я, пытаясь игнорировать головную боль. — Все из-за сновидений, которые мы видим. Насколько я понял, все дело в фазах сна. Есть две фазы: медленного и быстрого. Во время медленного отдыхает наш разум и тело, отключается сознание и так далее. Но во время быстрого сна мы видим сновидения. Это практически сопоставимо с бодрствованием. Обычно сновидения нам показывает наше подсознание, но теперь там командует наше сознание, делая наш сон, что-то наподобие «осознанного». — Получается, поэтому наш разум не отдыхает? — Да, — кивнул парень, — Обычно медленная фаза сна намного больше быстрой, но у нас наоборот. Головная боль, вечная вялость и усталость, агрессивность и раздраженность — признаки недосыпа. Мы просто-напросто не можем нормально выспаться. — Но разве мы тогда не должны были бы умереть? Насколько я знаю, обычный человек максимум неделю живет без сна, после чего умирает. — Мы спим, но при этом не спим. У нас есть медленная фаза сна, но практически минимальная. Еще что-нибудь? — Кстати, зачем ты в прошлый раз силой меня усыпил, словно маньяк? — возмутилась я, всплеснув руками. — Кое-что проверить надо было, — хитро ухмыльнулся парень. — Ты что-то сделал с моим спящим телом? — не знаю зачем, но я словно на автомате отвернулась, прикрывая грудь руками. — Нужна ты мне? — заливисто посмеялся парень, — Тем более ты сразу же исчезаешь. — В смысле? — В прямом. Те, кто во сне исчезают, когда засыпают там. — Удобно, — кивнула я, — Но тогда ты бы мог просто попросить в первый раз подышать меня этим. — Я проверял свои догадки, тупица, — громко возмутился парень, — Если бы ты была «персонажем», которые живут ради нашего «счастья», — Джексон подчеркнул последнее слово воздушными кавычками, — То бы не отстала от меня. — Ты прав, — согласно кивнула я, — Глупость сморозила. Кстати, ты говорил насчет агрессивности. Может поэтому Марк такой? — Возможно и поэтому. Но думаю, здесь что-то другое, связанное с причиной по которой он видит сны. Все же там мы делаем что хотим. Значит Марк этого и хочет.       Так тяжело все это осознавать. Все так запутанно. Неужели то, что мы видели и есть желания нашего одноклассника? Что же с ним происходит? — Я только одного понять не могу, — парень взглянул на меня с немым вопросом в глазах, — Почему мы тогда все видим один и тот же сон? Имею в виду, это больше похоже на параллельную вселенную.       Джексон громко посмеялся над моим предположением, словно я сказала невероятную чепуху. Я обиженно надула губы. — Ты фантастики насмотрелась, Айрин? — не переставая хохотать, произнес парень, — Какая еще параллельная вселенная? — А что тогда? — завопила я. — Ну уж точно не она, — помотал он головой, восстанавливая дыхание после веселья, — Смешно ты, конечно, пошутила, — выдохнул одноклассник. Чем больше он надо мной издевается, тем больше я хочу ему треснуть. Я уже совсем раскраснелась от злости, сверля шатена взглядом. Он заметил это и резко стал серьезным, — Прости, — негромко произнес парень, откашлявшись, — Это правда смешно, — Джексон снова усмехнулся. — Эй! — громко возмутилась я, пытаясь привести его в чувства. — Ладно. Тебя коснулся тот мужчина в черном? — я молча кивнула, — Ты почувствовала удар током? — Да. — В нем все и дело. Во сне бывает разная ритмичность электрических волн в голове.Пока мы видим сны, происходит быстроволновой сон. Мы, можно сказать «на одной волне», поэтому и видим одни и те же сны. Думаю, тот разряд как-то связан с нарушением электрических волн в нашей голове. — Откуда ты это все знаешь? Неужели все понял сам? — недоумевающе спросила я, подозрительно прищурив глаза. — Не совсем, — неоднозначно ответил парень. — А как? Кто-то еще есть, кто мог тебе это рассказать? Или дело в том мужчине в черном? — Сколько раз ты его видела? — Два, — сказала я сопровождая слово жестом. — И я. Никак не получается поймать его. Стоит ему появиться, как снова исчезает, давая мало ответов и оставляя после себя еще больше вопросов, — нервно кусал он нижнюю губу. — Джексон, — обратилась я к парню. Одноклассник поднял на меня глаза, пристально смотря, что я аж растерялась и забыла, что хотела сказать, — Спасибо, что рассказал, — слова благодарности всегда давались мне с трудом, но сейчас особенно тяжело. — Не за что, — расплылся он в полуулыбке. Такой искренней, без капли насмешки, — Ты наелась? — обратил Джексон внимание на пустую тарелку. Я сама не заметила, как все съела во время беседы. Кажется, не такой уж этот парень плохой. — Да, — довольно кивнула я, правда, мне хотелось еще этого блюда. Оно слишком потрясающее. — Это еще не все, — довольно сказал парень и нажал на кнопку вызова персонала. Через минуту нам занесли шоколадный десерт с кусочками фруктов. Может выйти за него замуж, чтобы питаться так каждый день? Мои глаза засияли, как у щеночка, — Надеюсь в тебя это вместится, — произнес он, когда работница поставила передо мной тарелку. — Конечно, — довольно кивнула я. — Можно я задам тебе вопрос? — Конечно, — ответила я. Спрашивай, что хочешь, Джексон, я клянусь, все тебе расскажу после такого. — Мужчина в черном… Ты не спрашивала у него, как можно перестать видеть эти сны? — Нет, — отрицательно покачала я головой. Я удивилась такому вопросу, — Ты не хочешь больше их видеть? — Я не хочу умирать, — произнес парень с грустью в голосе. — В каком смысле? — Забудь, — отмахнулся шатен, — Доедай. Тебе разве не на работу надо скоро? — Точно! — громко воскликнула я. Посмотрев на часы, я начала жевать в сто раз быстрей. Моя смена начинается через полчаса. От этого места до работы 20 минут, если бежать, и 25, если быстро идти. С этим парнем я совсем потеряла счет времени. — Да не торопись ты так, — усмехнулся Джексон, — Я тебя отвезу.       Почему он такой добрый? Накормил меня, все рассказал, так еще и до работы отвезет. Я клянусь, если этот парень у меня сейчас что-то попросит, соглашусь без раздумий. — Спасибооо, — протяжно сказала я, хлюпая носом от его доброты. — У тебя больше нет вопросов? — Нет, — помотала я головой. — Тогда мне нужна твоя помощь, Айрин, — парень придвинулся чуть вперед, облокотившись о стол. — Все что угодно, — улыбнулась я. — Не одолжишь мне своё сердце? — сказал Джексон. Его лицо выглядело серьезным, поэтому не было похоже на шутку. Парень изогнул бровь в ожидании ответа. Но я настолько удивилась, что совсем забыла все слова, а кусок десерта встал поперек горла. Что это значит? Зачем ему мое сердце? Я вся раскраснелась от смущения, вызванное этим вопросом. Так еще и смотрел он прямо в глаза, словно действительно оно ему необходимо. — Ч-что? — заикалась я, выпучив глаза. — Я просто пошутил, — посмеялся одноклассник. — Придурок, — выдохнула я. Забудьте мои слова, я не соглашусь на все. — Ты просто выглядела такой довольной, что грех было над тобой не пошутить, — ухмыльнулся он, облокачиваясь рукой о спинку соседнего стула и откидываясь назад. — Все, отвали. Зря я подумала, что ты хороший, — фыркнула я, отвернувшись от Джексона. — Да, не думай так обо мне, пожалуйста, — выражение на его лице сменилось. Что это за грустный тон, парень? — Так что ты хотел? — пыталась я перевести тему. — Помоги мне перестать видеть сны. — Как? — Убей меня.