Хочешь, я упаду тоже?

      — Просто немыслимо, как безответственно вы относитесь к местонахождению своего сына, Фенцио, — Кроули ходил туда-сюда по его кабинету, нервируя ангела еще сильнее. Фенцио сидел на столе, устало прикрыв глаза и потирая переносицу.       — Он уже не маленький мальчик, я воспитал его достаточно хорошо, чтобы он мог сам о себе позаботиться, — говорит Фенцио, а Кроули тут же замирает, устремив на него грозный взгляд. — Я уверен, что он скоро вернется, сэр.       — Знаете, я не собираюсь… — Кроули не успевает закончить, кто-то тихо стучит в дверь, и уже через несколько секунд на пороге появляется Мисселина с озадаченным Сэми под ручкой. — О, как прекрасно, что вы тут! — восклицает Кроули.       — Что происходит? — решает поинтересоваться Сэми, присаживаясь туда, куда указал Фенцио. — Если вы опять собирается читать мне нотации про нас с Ади, то…       — Это по поводу Дино, — перебивает его Мисселина. Сэми непонимающе осматривает всех присутствующих. — Но пока тебе не давали слова, — говорит она немного грубее, чем обычно.       — Итак, коллеги, один из учеников неопределенное количество времени находится в поздний час где-то за пределами школы, — начинает Кроули строго. — Что вы можете мне сказать по этому поводу? — он неприятно щурится, поправляя мантию. Мисселина вздыхает, а потом говорит.       — Сегодня я говорила с ним днем, — Фенцио, до этого смотрящий в пол, поднимает на нее глаза. Она будто этого не замечает. — Он сидел в саду, вместе с Люцифером.       — Что они там делали?! — вдруг повышает голос Фенцио, Кроули в успокаивающем жесте поднимает руку.       — Ничего, просто сидели и общались на кое-какие запретные темы, — она отводит взгляд в сторону. Сэми понимает, что она врет и пытается это скрыть. Она обещала Дино, что не скажет Фенцио о том, что было между его сыном и Люцифером, а теперь пытается не нарушить это обещание. — Я сделала замечание. Люциферу, конечно же, это не понравилось, он взбесился и тут же удрал домой. Я доложила его отцу о том, что он нарушает школьные правила, в очередной раз.       — Но зачем? — встревает Сэми больше неосознанно, чем от желания поспорить. — Вы же знали, что его отец…       — Сейчас говорят старшие, Сэми, — обрывает его Фенцио, смотря прямо в глаза. От этого взгляда ангелу становится не по себе.       — Спасибо, ангел Фенцио, — благодарит Мисселина и продолжает. — Дино я забрала в свой кабинет, провела с ним беседу и отпустила, после этого я его больше не видела.       — Но почему вы не сказали мне про то, что мой сын провинился?       — Потому что его вина была незначительна, я подумала, что нет смысла тревожить вас и раздувать из мухи слона, — отмахнулась она, а Фенцио замолчал, раздув ноздри со злости. Все взгляды присутствующих, вдруг, опустились на Сэми.       — Вы живете вместе с ним, — говорит Кроули, делая шаг в сторону Сэми. — Хотелось бы узнать, что было потом.       — Ничего не было, — неуверенно отвечает Сэм. — Мы столкнулись в коридоре, он попросил отнести книгу в комнату, а сам пошел на улицу, он… — Сэми запнулся на секунду, думая стоит ли рассказывать все. С одной стороны, он мог нехило подставить Дино, если тот сейчас был где-то с Люцифером, а с другой, если с ним что-то случилось, то ему не помешала бы помощь. — Он собирался идти к водовороту на Землю, — Сэми знал, что он будет ненавидеть себя за то, что сказал правду, но мысли о том, что с его другом могло случиться что-то плохое, победили. Ему не хотелось, чтобы Дино, да и Люцифер, пострадали.       — К водовороту? — переспрашивает Кроули, окинув всех тревожным взглядом. — Ты уверен? Чем он там собирался заниматься, позвольте узнать?       — Я… Я не знаю, он просто…       — Это все ложь! — Фенцио вскакивает со своего места, заставив Сэми вздрогнуть. — Мой сын никогда бы не стал нарушать правила!       — Довольно, — серафим строго посмотрел на учителя, а потом жестом приказал Сэми уйти. Тот послушно вылетел за дверь, осторожно прикрывая ее за собой. — Нам нужно пройтись до воронки.       — Вы думаете, что мой сын на Земле? — со злостью спрашивает Фенцио.       Кроули устало смотрит на него, а потом направляется к двери.       — Я думаю, что вполне возможно, — говорит он. — А еще я думаю, что ваш сын не очень-то вам и доверяет, если он скрылся где-то на Земле, а вы даже не смогли понять, где именно.       С этими словами он выходит за дверь. Мисселина спешит за ним.

***

      Все то время, пока Люцифер был в сознании, он постоянно пытался заснуть снова. Ему постоянно было больно, а у Дино болело сердце от осознания того, что он никак не мог ему помочь. Маргарет осмотрела Люция около двадцати минут назад, сказала, что все хорошо, но что ему не мешало бы поменьше двигаться и больше отдыхать. Дино искренне поблагодарил ее, она ушла, оставляя их одних. В палате стояла тишина. Люцифер лежал, прикрыв глаза, а Дино сидел рядом, смотря на него. Он понимал, что им еще много о чем придется поговорить, но пока он был рад, что с ним все, более-менее, нормально.       — Долго ты будешь прожигать во мне дырку взглядом? — тихо спросил Люцифер, раскрыв глаза. Карие. Они теперь карие. Дино вздохнул, проведя руками по лицу. Он больше не демон, он человек. Как их отношения и жизнь изменится от этого? Ему было страшно даже думать о том, что они теперь, возможно, проводят последние моменты своей жизни так, вдвоем. — Святоша? Ты слышишь меня? — Люци мягко касается руки Дино. Тот, наконец, отвисает.       — Да, прости, просто я посмотрел на твои глаза и подумал…       — Они отвратительные, да? — горько усмехается Люцифер. — Черные, как кусок грязи. Не могу поверить, что он сделал это со мной, — он прикрывает глаза, судорожно выдыхая. Дино, будто на автомате, проводит рукой по его волосам. Люцифер открывает глаза, смотрит на него. Раньше он никогда бы не позволил ему прикасаться к себе, а теперь, когда они оба тут, одни, без постороннего присмотра, когда боль пронзает все тело насквозь, Люциферу хотелось, чтобы кто-то пытался быть рядом.       — Они не отвратительные, — говорит Дино, сползая на пол, чтобы лучше видеть лицо Люцифера. — Мне нравятся карие глаза, они обычно похожи…       — Как ты тут оказался? — перебивает его Люцифер. Этот вопрос мучает его с того момента, как он пришел в себя в первый раз после того, как отец схватил его за шею и швырнул в воронку, не особо заботясь о том, что будет с его сыном потом. — Тебя не было там, возле водоворота, когда отец… — он замолкает, пытаясь подобрать слова. Не выходит. — Когда отец вырвал мне крылья.       Дино вздыхает, прикусывая губу. Образы того момента, казалось, навсегда остались у него в голове. Крик боли Люцифера, брызги крови, крепкая хватка Сатаны на его руке. Ветер, бьющий в лицо. И отвратительный, тошнотворный запах крови. Он все еще был в ней. Полностью.       — Хватит зависать, святоша, — теряет терпение Люцифер.       — Прости. Просто думаю не о том, — он мягко проводит пальцами по щеке Люция. Тот едва заметно улыбается.       — А мой вопрос все еще существует. Как ты оказался тут?       — Я… Был возле воронки тогда, я видел, как он сделал это.       Взгляд Люцифера меняется. Он выглядит и злым, и расстроенным одновременно, но пока молчит.       — Я хотел броситься на него, когда он вырвал их, но меня парализовало от страха, я не мог поверить в то, что он сделал это с тобой, пришел в себя только тогда, когда он схватил тебя за шею и что-то сказал. Он заметил меня, когда я выскочил из-за угла, и швырнул тебя в водоворот. Я прыгнул за тобой, поймал почти у самой земли. И вот я тут, рядом с тобой.       В палате наступает тишина. Люцифер, кажется, переваривает информацию, а Дино снова думает о том моменте. Казалось бы, это случилось буквально пару часов назад, а у него было чувство, что прошла уже целая вечность.       — Ты всегда был моей главной ошибкой, — вдруг говорит Люций.       — Что? — в недоумении переспрашивает Дино.       — «Ты всегда был моей главной ошибкой». Так он сказал, пока я задыхался у него в руках, — Люцифер говорил это тихо, с такой болью в голосе, что Дино стало не по себе. — Знаешь, в тот момент я понял, что он никогда не любил меня. Я всегда был для него куском мяса, через который он пытался реализовать свои амбиции. А то, что он бил меня, якобы, воспитывая, это доказывает, в очередной раз. Я завидовал тебе, — это признание ударяет Дино по голове, будто тяжелый булыжник. Он не мог поверить в то, что слышал.       — Завидовал мне?       — Да, твоим отношениям с отцом. Я помню, что в детстве вы постоянно проводили с ним время, он учил тебя драться, летать, объяснял что-то. Я всегда смотрел за тем, как вы с ним вместе гуляете. Мне казалось, что так должен вести себя настоящий отец. Когда ты вчера сказал, что он тебя никогда не бил, я взбесился, потому что знал, что это правда, — Дино был поражен тому, что Люцифер мог говорить с ним на такие темы. Раньше он никогда бы не подумал о том, что он сможет доверить ему то, что происходит внутри.       — Я бы не стал мне завидовать, будь я тобой, — Дино подумал, что сейчас его очередь признаваться в чем-то сокровенном. Этого не знал никто, но он чувствовал, что Люциферу можно довериться. Чувства, возникшие между ними, только начинали разогреваться. Дино хотелось бы, чтобы они были самыми чистыми и искренними. — У него никогда не было на меня времени, он хотел, чтобы я был лучшим во всем, но мне не хотелось этого. Мне хотелось родительской любви.       Они оба замолчали на какое-то время. Люцифер лежал, молча смотря куда-то в стену, а Дино смотрел за окно, наблюдая за тем, как ветер колышет ветки деревьев. В коридоре слышались какие-то голоса, но никто не заходил к ним, будто все вокруг знали, что они сейчас не хотят никого видеть. Целый мир замер вокруг, это было так странно и так приятно, что Дино хотелось, что это длилось всегда.       — А ты помнишь тот дурацкий цветок, который ты мне когда-то подарил? — этот внезапный вопрос заставил Дино копаться в своих воспоминаниях. Он помнил день, когда Геральд объяснил ему что такое смерть, помнил ту безысходность, которую он почувствовал, когда птица умерла у него на руках, но Люцифер… Он словно пропал из того дня. — Он был фиолетовый и очень сильно пах чем-то сладким.       Вспышка. Дино вспомнил. Вспомнил лицо Люцифера, его взгляд, его слова, то, что происходило вокруг них. Они были совсем детьми тогда.       — Знаешь, я его оставил себе тогда, — кожа Дино покрывается мурашками. — Я спрятал его в книге, он пролежал там несколько месяцев, пока отец не нашел, — Люцифер вздыхает. — Он тогда сильно ругался и кричал, зарядил мне пощечину, — Люци усмехается. — Он сжег ту книгу вместе с цветком. Я тогда почувствовал, что потерял что-то важное. Временами я раскрывал ту книгу и просто смотрел на этот тупой цветок, злился на себя, что я это делаю. Меня пугали теплые чувства по отношению к тебе.       — Пугали? Но почему?       — Потому что я был ребенком, Дино. Сыном Сатаны. Отец говорил, что я не должен любить, а я стал чувствовать что-то к тебе. Будучи маленьким мальчиком, меня это пугало, я злился, хотел выбросить этот бесполезный кусок мусора, но не смог, — Люцифер устремляет взгляд на Дино. — Мне хотелось общаться с тобой, но я не мог себя заставить.       Дино улыбается, берет его руку в свою. Люцифер слабо сжимает ее в ответ. У него холодные руки, несмотря на то, что в палате тепло. Дино рассматривает его лицо. Порезы и раны, которые были нанесены вчера, теперь будут заживать долго, повезет, если не останется шрамов. То, что родной отец мог делать что-то такое со своим ребенком, никак не укладывалось в голове ангела. Люцифер никогда и ничего не боялся, кроме отца. Раньше он даже не мог дать ему отпор, а потом, видимо, понял, что он сильнее, чем кажется, стал давать сдачи и не бояться дерзить отцу в лицо. Конечно, он получал за это, но в глазах других Люцифер не выглядел больше несчастным ребенком, который страдает от отцовских «методов воспитания». Дино, порой, было интересно, как далеко мог зайти Сатана. Мысли о том, что он мог свернуть сыну шею, сломать что-нибудь или просто избить по полусмерти никак не хотели укладываться в его голове. А еще по школе ходили слухи, что все не так просто, как всем казалось.       — Люцифер? — Дино не уверен нужно ли было ему знать ответ на вопрос, который он собирался задать. Ему не хотелось портить атмосферу, но, почему-то, хотелось знать. — Я могу задать очень личный и тяжелый вопрос, на который я хочу получить честный и серьезный ответ?       — Раз уж мы тут душу друг другу изливаем, то да, можешь, — просто отвечает Люцифер, но Дино уверен, что если бы он знал, о чем он собирается у него спросить, то он бы не разрешил.       — Твой отец когда-нибудь заходил дальше простых избиений?       Этот вопрос звучал отвратительно. Одна мысль о том, что Сатана мог сделать э т о с Люцифером, вызывала внутри волну негодования и отрицания. Все не могло быть так плохо, но слухи в школе разлетались со скоростью ветра. Многие говорили, что Люциферу приходится быть не только грушей для битья, но и тем, кто мог помочь отцу сбросить все скопившееся напряжение.       — В каком это смысле? — Дино почувствовал, что Люцифер напрягся. Конечно, он знал, что об этом говорят в школе, но, почему-то, всегда оставлял именно эти слухи без внимания.       — Ты знаешь в каком, об этом многие говорили.       Осознание приходит к Люциферу не сразу, он несколько секунд молча лежит, пытаясь понять, где подвох. А как только он, наконец, понимает, он вырывает руку из руки Дино, злобно смотря на него. Его глаза будто наливаются кровью, Дино хотелось провалиться сквозь землю.       — Какого черта, Дино? — он разозлился, Дино видел это по его лицу. — Я не собираюсь отвечать на этот идиотский вопрос.       — Я понимаю, что это звучит ужасно, но я просто подумал, что тебе хотелось бы выговориться, а мне хотелось бы узнать, насколько ужасен твой отец.       Люцифер прикрывает глаза, кусая губы. Дино знает, что он колеблется, это только пугает ангела. Ведь если он это делает, значит, что ему есть что скрывать?       — Нет, он никогда этого не делал, — отвечает Люци после минутной тишины. Дино выдыхает, но ему кажется, что Люцифер врет. — Но он иногда злился так сильно, что зажимал меня у какой-нибудь стенки, хватал за подбородок и говорил, что из меня вышла бы неплохая «вещица для утех». Он мог схватить меня за задницу или забраться пальцами под ремень брюк. Когда он целовал меня в лоб, якобы, демонстрируя свою отцовскую любовь, я чувствовал, как у меня все внутри холодеет. Меня это вводило в ужас. Даже в таком возрасте. Мысль о том, что мой отец может меня трахнуть, — Люцифер скривился от этого слова. — Она пугала меня.       И Дино не знает, что ему сказать на это признание. Конечно, он догадывался. Все догадывались, но некоторые строили теории о том, что Люцифер правда спит со своим отцом. По своей воле или нет. Дино было стыдно признать, что он тоже в определенный момент стал думать об этом. Их отношения с отцом всегда были на грани, поэтому неудивительно, что все вокруг надумали себе этого.       Они молчат несколько секунд, минут. Каждый думает о чем-то своем, Дино уже подумывал о том, что Люцифер, наверное, хочет есть, поэтому он засобирался было в магазин, но вдруг раздался его немного уставший голос.       — Как долго ты на Земле? — спросил Люций, поднимая уставшие глаза на Дино. Тот немного напрягся, думая, стоит ли отвечать честно.       — Это не важно, — он поднимается со своего места, направляется к двери. — Я дойду до магазина, куплю тебе…       — Заткнись и вернись на место, — грубо обрывает его Люцифер. Дино чувствует, как волна раздражения поднимается откуда-то снизу, ему хочется демонстративно развернуться и выйти, но он вовремя себя останавливает. — Ты не ответил на мой вопрос.       — Все нормально, я знаю, что делаю. Почему тебя вдруг стало волновать это все?       Люцифер тяжело вздыхает, прикрыв глаза. Он нервно хрустит пальцами, а потом говорит.       — Потому что я знаю школьные правила, святоша. Если у тебя в планах с треском вылететь из школы из-за того, что я нагрубил папаше, а он отправил меня в незабываемый полет с билетом в один конец, то ты на верном пути.       Осознание озаряет его. Люцифер волнуется. Волнуется за него. Он только что потерял крылья, едва не умер у него на руках, а теперь застрял на Земле с непонятными планами на будущее, но он все равно думает в первую очередь о Дино. Это все так странно, так непривычно и необычно, что Дино почувствовал, как что-то теплое наполнило его тело. Неловкая улыбка озарила его лицо, а Люцифер, кажется, только сильнее рассердился из-за этого.       — Я сказал что-то смешное?       Улыбка сходит с лица Дино так же быстро, как она на нем появилась. Он виновато опускает глаза в пол, а потом, наконец, произносит.       — Я тут около шести часов.       — Ты в своем уме?! — впервые с того момента, как Люцифер пришел в себя, он повысил голос. И моментально закашлялся, потому что его горло все еще болело, хотя слова ему давались ему проще, чем раньше. — Тебе надо вернуться в школу! Тебя наверняка уже ищут!       — Послушай, я знаю, что делаю, — Люцифер открывает рот, чтобы сказать что-то еще. — Нет, хватит. Мне плевать, что будет потом. Пока я хочу быть тут, рядом с тобой, я чувствую, что я должен быть тут. Я сейчас пойду в магазин, а когда вернусь мы с тобой поговорим, — не желая больше ничего слушать, Дино выскакивает за дверь, аккуратно прикрыв ее за собой. Ему совсем не хотелось уходить даже на минуту, но он не мог позволить Люциферу голодать.       Дино быстро прошел по коридорам больницы, стараясь не натыкаться ни на кого. Ему не хотелось больше ни с кем говорить, не хотелось никого видеть, ему просто хотелось, что все уже закончилось и вернулось на круги своя. В планах у него была абсолютная, непроглядная пустота. Он не знал, что делать. Единственной мыслью, которая пришла ему за то время, пока Люцифер был без сознания — вернуться в школу вместе с ним. Он понимал, что тот будет против, понимал, что наверху этого не одобрят, но с другой стороны, то, что сделал Сатана было чистой воды самодеятельностью. Он не имел права лишать его крыльев, просто потому что сыночек взбесил его. Обычно такие вопросы решались через совет, а сама процедура проходила более безболезненно. Некоторым стирали память, некоторых отправляли на Землю со всеми воспоминаниями. Пока Дино рос, он несколько раз видел процесс лишения крыльев, и нужно было очень сильно постараться и нарушить сотни школьных правил, чтобы потерять свои крылья.       Дино злился на себя за то, что случилось. Он мог вмешаться во все это до того, как все произошло. Он видел его там, когда еще была возможность помочь. Но он стал ждать непонятно чего и Люцифер поплатился за это. Это он виноват в том, что случилось. Любовь вскружила ему голову, затуманила рассудок. Он мог остановить Люция тогда, в саду, все было, как и всегда. Но ему так сильно хотелось почувствовать губы Люцифера, распробовать его, как запретный плод, что он забыл о том, кто он и что будет с ним, если он будет поддаваться соблазнам. Идиот. Стоил ли этот мимолетный почти поцелуй того, что теперь случилось? Определенно нет.       Когда Дино нашел круглосуточный магазин, он почувствовал какую-то тревогу. Он и забыл, что у него нет денег. И никогда не было. Ему снова придется воспользоваться своими способностями, чего он ужасно не любил делать. А еще, проходя мимо полок с разной едой, он понимал, что понятия не имеет о том, что предпочитает Люцифер. Различные снэки, выпечка, сладости. У Дино разбегались глаза, но он подумал, что это явно не то, что ему нужно. После нескольких минут блужданий, он остановил свой взгляд на фруктах. Его внимание привлекла клубника. Все любят клубнику, так?       Взяв с прилавка небольшую пластиковую упаковку, он двинулся на кассу, готовый применять свои силы, но тут он почувствовал странную, но знакомую энергию. Дино насторожился, принялся осматриваться по сторонам, но никак не мог понять, что происходит. Кто-то пришел за ним? Возможно, но он никак не мог разобрать эту энергию, будто кто-то прятал ее. Он стал ощущать энергию все больше, и больше, поэтому решил, что нужно действовать. Воспользовавшись тем, что кассир занят своими делами, Дино быстро покинул магазин, направившись в больницу. Чем дальше он уходил от магазина, тем слабее он чувствовал чье-то присутствие. До больницы он решил добраться обходными путями, потому что ему не хотелось привести за собой кого-то.

***

      Когда Дино вернулся в палату, Люцифер дремал. На столике возле кровати появились какие-то лекарства, бинты и стеклянные баночки. Видимо, кто-то приходил, пока его не было. Ангел аккуратно прикрыл за собой дверь, стараясь не шуметь, но Люций все равно раскрыл сонные глаза, когда Дино присел на стул рядом с ним.       — Выглядишь не очень, — заявил Люцифер, трясущейся рукой убирая прядь его растрепанных от ветра волос за ухо. Дино улыбнулся от этого жеста. — Все нормально? — было удивительно то, что несколько десятков минут назад Люций злился, готовый метать, а теперь он выглядел более чем спокойным.       — Да, просто я немного устал, — вранье. Он все еще думал про ту странную энергию, которая настигла его в магазине. Он никак не мог выбросить ее из головы, но решил, что говорить Люциферу об этом не лучшая идея. — Я принес тебе это, надеюсь, что ты любишь клубнику, — он протянул ему упаковку ягод. Люцифер ухмыльнулся.       — Надо же, угадал, — Люций сразу же открыл упаковку, поместив в рот одну ягоду. — Ты знал, что я обожаю клубнику? — Люцифер смотрел на него с легкой улыбкой, а Дино, затаив дыхание, смотрел за тем, как сок стекает по его руке. По его пальцам, по запястью, медленно переползая на татуировку. — Вот черт! — восклицает Люций, заметив это. Он несколько секунд просто смотрит, а потом ему в голову приходит гениальная, по его задумке, идея.       Он кладет клубнику обратно в упаковку и медленно, будто специально, облизывает свои пальцы. У Дино перехватывает дыхание. Он делает это так, словно целью всей его жизни было соблазнить одного ангела, сидящего у него под боком. Он медленно проводит языком по запястью, слизывая сок, поднимается выше, а потом легко и непринужденно, но ужасно сексуально и грациозно, обхватывает свои пальцы губами, легонько посасывая. Дино видит, что тот косится на него, в глазах у него играют непонятные огоньки, а Дино чувствует, как он краснеет, а внизу все болезненно ноет. Люцифер решил поиграть в свои игры и он, кажется, выигрывает.       — Хочешь попробовать? — спрашивает Люций так, будто ничего не было. Он берет из упаковки еще одну ягоду, помотав ей перед лицом Дино. Ангел кивает, будто в тумане, а Люцифер ухмыляется снова. — Тогда возьми, — он зажимает клубнику между своими зубами, с вызовом смотря на Дино. В этот момент неловкость пропала. Дино улыбнулся ему в ответ. Хочет играть? Хорошо, он подыграет. — Не стесняйся, — невнятно произносит Люций, а Дино уже приближается к его губам.       Расстояние между ними исчезло практически сразу, уже через несколько несчастных секунд Дино почувствовал сладость и на своих губах.       Какие губы у Люцифера? Дино уверен, что этим вопросом задавались чуть ли не все те ангелы и демоны, с восхищением смотрящие на него. Но никто никогда не узнает на него ответа. Кроме Дино. Губы Люцифера мягкие, теплые и сладкие. И дело даже не в пресловутой клубнике, которую так сильно любит сын Сатаны. Дино чувствовал, как его уносит куда-то в другую галактику, что вокруг все перестало иметь смысл. Ему было так хорошо, что он на секунду забыл в какой ситуации они с Люцифером оказались. Они наслаждались друг другом, каждой секундой, каждым мгновением. Люцифер крепко прижимался к его губам, запустив руки в волосы. Пусть он не видел перед собой Дино, но он знал, что это он. И он чертовски хотел этого бог знает сколько времени.       — Садись на меня, — прошептал Люцифер в перерывах между поцелуями.       — Твоя спина, тебе будет больно, — заметил Дино. Ему больно, но он все равно продолжает быть тем самым Люцифером, что и раньше. На это Люций что-то пробурчал, ухватив его за плечи и затаскивая на свои бедра. Они смотрели друг на друга, а потом Люцифер попросил.       — Покажись мне, — он произнес это немного тише, чем все остальное, но Дино расслышал все так четко, что это ударило ему в голову. — Пожалуйста, Дино, покажи свой истинный облик, — он прижал ладонь Дино к своим губам. — Я хочу увидеть твои крылья, хочу увидеть тебя, прошу.       Дино понимал, что это может закончиться очень плохо. Понимал, что, формально, они находятся посреди минного поля, когда кто угодно может зайти сюда и увидеть, но черт. Как он мог сказать нет? Дино прикрыл глаза, выпрямив спину. Он никогда этого не делал раньше, поэтому максимально сосредоточился, стараясь думать только о Люцифере. Через несколько десятков секунд он почувствовал, как волосы упали ему на лицо, за спиной постепенно появилась привычная тяжесть, а Люцифер тихо посмеивался, поглаживая его по бедрам.       — Какой ты красивый, — Дино раскрыл глаза. Он снова был собой. В своей белой рубашке, заляпанной кровью, со своими крыльями, длинными волосами. Он будто чувствовал каждое прикосновение Люцифера в сто раз острее, чем до этого. — Красивый, — как в тумане произносит Люцифер, медленно проводя руками по белым перьям.       — Они в крови, — почему-то говорит Дино.       — В моей?       Кивок. Больше он не в состоянии что-то сказать.       — Я отдал бы все в этой жизни, чтобы еще хоть раз увидеть свои крылья, — говорит Люцифер, поглаживая крылья ангела. Они мягкие и от них будто веет теплом. — Дотронуться до них. Один раз.       В этот момент Дино осенило. Он быстро похлопал себя по карманам, в надежде на то, что оно еще там. Конечно. Он бы не простил себе, если бы потерял то перо. Свой личный трофей, который он хотел бы всегда держать рядом с собой.       Он вынимает перо из кармана. Оно пропиталось кровью, став еще темнее, чем раньше. Люцифер смотрит на него, осознание пришло к нему достаточно быстро, когда Дино протянул красное перо, аккуратно вложив его в руку Люция.       — Откуда ты?.. — Люцифер мягко проводит пальцами по опахалу.       — Нашел на полу в тот день.       Люций улыбается. Так искренне, что сердце Дино трепещет. Он проводит по перу пальцами, сжимает в руке и щекочет себя по носу. Он выглядел таким по-детски наивным, что Дино не мог поверить в то, что сейчас смотрит на сына Сатаны.       — Поцелуешь меня, святоша? — спрашивает Люцифер, а Дино не понимает, почему он вообще решает спросить про это. — В этот раз по-настоящему.       Дино резко, но как можно аккуратнее, наваливается на грудь Люцифера. Тот тихо стонет от боли в спине, пытаясь немного уменьшить контакт между ними. Грудь Дино прижимается к груди Люцифера, а на губах он опять чувствует тот сладкий вкус. Люцифер отвечает ему, от этого его сердце готово взорваться на несколько миллионов кусочков. Черт, он так сильно влюблен. Он накрывает их обоих своими крыльями, пряча от всего мира. Они лежат, уткнувшись лбами, в палате пахнет клубникой, любовью и вселенским счастьем.       Может, все не так уж и плохо? Может, Дино зря начал ставить кресты на всем, что его окружало. Наверное, ему не стоило бояться. Еще не все потеряно, возможно, что он придумает какой-то выход из этой ситуации, тот, который устроит их обоих.       Дино отключил свой мозг, просто наслаждался моментом. Но тут в голове возникла вспышка энергии, он резко отстранился от Люцифера, словив его непонимающий взгляд. Он чувствовал эту энергию раньше. Он не успел даже подумать об этом, как дверь со скрипом распахнулась. Энергия чьего-то присутствия наполнила комнату, Дино обернулся на дверь, и его сердце на секунду перестало биться.       Фенцио стоял прямо там, он смотрел на своего сына с такой ненавистью и обидой, что Дино даже не мог ничего сказать. Люцифер, непонимающий что тут вообще творится, мягко трепал ангела за плечо.       — Дино, что происходит?       — Отец?..