пластиковые улыбки.

руслан торопливо пробивается сквозь толпу людей, толкаясь локтями и ища испуганным взглядом что-то или кого-то. наконец, он окончательно пробирается вперед, но его останавливает человек в форме, преграждая путь. тушенцов делает шаг назад. встаёт на носочки, смотря за плечо мужчины, на лице которого, как у всех людей, белая пластиковая маска с прорезями для глаз и нарисованной широкой улыбкой. шатен отходит в сторону, чтобы рассмотреть то, что происходит за ограждением из красной ленты., а за ней кирпичная стена длиной в десяток метров. перед ней стоят люди в форме и держат под локти парня без маски, крашенного в блонд. русланово сердце сделало несколько сильных ударов и, кажется, провалилось в пятки. он звучно сглатывает, смотря на то, как двое мужчин держат онешко, а третий, одетый в строгий костюм, берет его за челюсть, что-то говоря, от чего юлий кривится и щурится, скалясь. мужчина в костюме отпускает лицо юлия и отходит к толпе, которой не давали подойти близко военные. держащие онешко, рывком опускают на колени. его руки связаны за спиной, и он покорно не двигается, опустив голову. руслан испуганно изучает все происходящее взглядом, бегая им по площади. кусает губы, а глаза намокают. ужасное чувство беспомощности и бесполезности сжирало тушенцова изнутри. его убивало, что он не может помочь близкому и дорогому человеку. руслан подходит к красной ленте. один из служащих тут же хватает его за запястье, резко и грозно говоря «нельзя!». шатен поворачивается к военному, сжимая губы, чего тот, конечно, не видит из-за маски. под маской все эмоции скрыты. под маской ты в безопасности. в безопасности, если улыбаешься, если «счастлив»… раздается приказной голос офицера: «готовься!». руслан ежится, сжимая в свободной руке красную ленту. онешко поднимает голову, встречаясь взглядом с русланом. по щекам блондина текут слезы, сдерживать которые он не пытался, как и тушенцов.  — «но ведь все можно предотвратить. все можно исправить», — наивно думает шатен и рывком выдергивает запястье из руки мужчины, ныряя вниз, пробираясь под ограждением. бежит к юлику, попутно снимая с лица пластиковую маску и откидывая ее. падает на колени перед старшим, кладя дрожащие руки на его плечи.  — улыбнись! — руслан берет лицо онешко в свои ладони, большими пальцами поднимая уголки его губ. по щекам бегут слезы, но он продолжает ломанно улыбаться. — ю-юли-и-ик, пожалуйста, — скулит, кривясь в оскале из-за накатившей истерики. онешко еле заметно улыбается, прикрывая глаза и потираясь щекой о ладонь руслана. он знает, что ничего изменить нельзя. знает, что, теперь уже их обоих, вот-вот пронзит шквал пуль, разрывая плоть. он смирился.  — юлик, — тушенцов шепчет это на самое ухо блондину, обнимая. практически играет роль живого щита, который, конечно, не остановит публичную казнь. — я тебя… договорить не даёт приказ «пли!». в последнюю секунду с уст онешко, растянувшихся в улыбке, срывается «и я тебя»…