Учиха Ицуне

Кабинет Хокаге. Когда Шимура Данзо убедился что Ицуне, завершивший доклад об успешно выполненной миссии, вышел из здания, он сказал: — Ты уверен, что приказывать Итачи оставить в живых Учиху Ицуне было верным решением? Нам итак пришлось пойти ему на встречу и позволить ему… — Да. — сказал, как отрезал Сарутоби Хирузен — Конохе нужен сильный Учиха. Кто знает, как долго мирное время будет продолжаться? — Хирузен смерил своего первого советника суровым взглядом. — Данзо, ты не хуже меня знаешь, что младший брат Итачи — посредственность, и рядом не стоящая с ним. Однако, Учиха Ицуне — идеальная замена для Итачи, которого мы отправили на бессрочную миссию. И я никогда не позволю тебе забрать его в Корень, мне не нужна простая машина для убийств: я поставлю его подле себя, избавлю от ненависти и… ‐ Я понял. — поморщился Шимура — я отлично понимаю, что Конохе нужен «свет». И хватит заливать меня этими речами, практикуйся в ораторских навыках перед своими подчиненными. Вполне возможно, что тебе потребуется все твое красноречие, что бы заставить маленького Учиху почувствовать твою… «Волю Огня». А сейчас мне нужно откланяться. Хирузен лишь ухмыльнулся, закурив новую трубку. ~~~ Человеческая фигура, сидящая на высоком столбе, сосредоточенно водила глазами в поисках кого то. Найдя свою цель, Учиха лишь выдохнул. Сегодня прольются реки крови… и немалую часть прольет именно он. Крупная капля скатилась с глаза Итачи, и, полетев на землю, ознаменовала начало конца. — Аматерасу! — красивая девушка в фиолетовой одежде, только что вышедшая из здания полиции Учиха, была мгновенно объята черным пламенем. Душераздирающий крик пронесся, казалось бы, по всей Конохе. От него стыла кровь в жилах, было очевидно, что несчастная жертва испытывает невероятные муки. Виновник произошедшего закрыл глаз, в этот раз по его лицу скатилась настоящая слеза. Отчаянные крики о помощи его возлюбленной стерли в порошок то, что было разбито вдребезги смертью Шисуи. Какая ирония: первой жертвой его пламени стала девушка, к которой он испытывал настоящую любовь. Он ненавидел себя за это, однако, это так же было частью его «вступительного экзамена» в Акацуки, в которую он должен был попасть, так или иначе. Ради блага Конохи, ради блага Саске. Фигура шиноби исчезла в шуншине. ~~~ Казалось бы, обычная вечерняя Коноха, ничего необычного, но... что то подгоняло меня , заставляло бежать домой, как никогда. Перед глазами стояли картинки залитой кровью улицы, кучи трупов, липкий страх окутал мое сознание. В волнении, я добежал до главной улицы. Казалось бы все было нормально... за исключением одного: улица была неестественно пустой. Отдышавшись, я решил сбавить скорость и медленно пойти в сторону своего дома... Дома?! Мои глаза расширились в осознании: Дома! Я пробежал не менее километра, однако, дома вдоль улицы абсолютно не поменялись, кроме того, по пути сюда я не встретил ни одного человека! Это означало только одно: я под гендзюцу. Немедленно активировав шаринган, я сложил ладони в печать и крикнул: - Кай! (Высвобождение!) – сразу после этого, мир вокруг меня завертелся, и я чуть не потерял сознание: вся улица была увалена телами, стены буквально окрашены кровью. Я хотел было подбежать к одному из трупов, но оглянувшись, я заметил в недалеке 2 силуэта: впрочем, вскоре один из них упал. Оставшийся стоять человек посмотрел на меня, и я сразу узнал его: Учиха Итачи, шиноби, которого мне всегда ставили в пример. Я посмотрел ему в глаза, и в этот момент мне стало понятно, что шансов на выживание нет: сильнейшее доудзюцу нашего клана, Мангекё Шаринган. Его глаза были пугающими, а абсолютно холодное лицо, не выражавшее каких либо эмоций, не оставляло сомнений, кто повинен в смерти всех этих людей. Однако, одна вещь заставила меня мигом забыть об осторожности... - Ублюдок! – с яростью, я схватил кунай и бросил его в Итачи. Он спокойно уклонился, однако моей целью было не это. Сложив на максимально доступной мне скорости печати, я произнес, - Стихия огня: Цветы феникса! Уворачиватся от этой техники он не стал, потушив пламя водной техникой. Образовалось огромное количество пара, не веря в собственное счастье я достал кунай и начал бежать к нему, как вдруг все изменилось. Мир потерял все краски, а я обнаружил себя в своей комнате. Все вдруг стало черно белым, и лишь небо было нестественно-красным. Я решил спуститься по лестнице в главную комнату и, клянусь, в своей жизни я так никогда не ошибался... ~~ Тело Учихи Ицуне медленно опало на пол; неверяще смотря в никуда, он держался за грудь в области сердца, пока окончательно не потерял сознание. Человек в маске, что как раз пришел к началу "боя" между двух Учих, усмехнулся: - Я вижу, ты закончил. Но я думал, что тебе опасно использовать Цукуёми так часто. – с участием сказал, как он сам просил себя называть, Тоби. - Легко понять, что из него вырастит невероятный мастер в гендзюцу, возможно даже уровня Шисуи. Я своими глазами увидел как он пробудил 3-тье томое шарингана, даже я не смог бы мягко обезвредить его другим способом. – признал Итачи. - Хорошо. Тогда выдвигаемся? - Иди первый, я догоню. У меня есть незаконченное дело... Примечание: Итачи, разумеется, мог вкатать в землю Ицуне одним ударом, однако, он должен был вырубить его именно с помощью гендзюцу. Почему? Узнаете дальше.