Закат

На Иерусалим опустился закат, и вода в фонтане стала кроваво-красной. Пальцы касаются раны на теле и спустя мгновение становятся липкими от крови; Альтаир шатается, не в силах устоять на ногах, Дезмонд чувствует, как ему не хватает воздуха, и оба они видят, как мир вокруг стремительно сужается, оставляя чёрные полосы по краям. - Это всего лишь симуляция, - доносится спокойный голос Люси. – Всего лишь воспоминание о том, чего никогда не было. Но это больно. Закат над Иерусалимом. Кровавый багрянец окрашивает горизонт на западе, поливает своей кровью булыжники на мостовой. В ушах отдаётся гулкими ударами громыхающее сердце; Альтаир со вздохом закрывает глаза и видит перед собой белую комнату из стекла и железа, а Дезмонд вдыхает сухую пыль городских улиц под багряным сирийским небом. Всего лишь воспоминание, но и оно может причинить боль. Наверное, Люси забыла об этом, и вот уже Альтаир с удивлением разглядывает светловолосую женщину перед собой прежде, чем это видение снова исчезнет. Просто симуляция. Этого никогда не происходило. Кровь на улицах, кровь на одежде, кровь расплескалась по всему небу. Святая Земля являет собой опасное место. Тут есть десятки тысяч способов умереть, но Альтаир не испробовал ни один из них, потому что сейчас, девять веков спустя, его потомок лежит в другом мире под яркими лампами и видит о нём сны наяву. Десятки тысяч способов умереть, и Дезмонду придётся узнать их все, прежде чем пройти путь своего предка до конца. Десинхронизация. Альтаир прижимает руку к кровоточащей ране и пытается сделать вдох, невзирая на боль, пронзающую тело. Дезмонд откидывает голову назад и чувствует, как липкая кровь противной плёнкой покрывает ладони. Он умирает, и вместе с ним во мрак погружается Иерусалим. Всего лишь воспоминание. Лишь чужое воспоминание о том, чего с этим человеком никогда не происходило, и вот он уже возвращается к жизни, готовый снова умирать как ни в чём не бывало… Но, чёрт возьми, как же это всё-таки больно.