Мы слишком тесно изучали химию.

Что для вас является аморальным? Вот я, например, уже второй год встречаюсь с собственным учителем в стенах родной школы. Да простят нас школьные парты, которые ежедневно выносят эти дополнительные занятия. Даже спустя столько времени нас ни разу не заподозрили в чём-то противозаконном, ведь я отличница, а он лучший учитель. Учитель, благодаря которому ты сможешь запомнить каждую формулу назубок, ведь невозможно не запомнить тот момент, как он рассказывает про амфорные вещества, проходясь белоснежным листочком по бархатной коже.

***

Она в очередной раз пришла на школьный урок, но он был персональным только для неё , ведь это дополнительные занятия. Занятия, на которых они проверяли прочность школьных парт и химических склянок, которые с каждым толчком разлетаются россыпью по полу. — Добрый день, мистер Хилл, какая у нас сегодня тема? —  белокурая уклончиво проскользнула мимо учительского стола, и сразу же присела за парту. Слышится скрип пола, когда его ноги встают на старый древесный пол, который скрипит от каждого движения. Он приспускает свои очки на переносицу, пока глаза блеснули недобрым огоньком. — Молекулярная орбиталь, — он подходит ещё ближе, словно охотник к своей жертве и резко поднимает школьницу со стула, располагая на древесной парте, — Почему отсутствовала на прошлых занятиях? Его это сильно злит, ведь одно из условий этих отношений было именно в том, чтобы она не пропускала занятия. Именно из-за неё, грозный дракон стал школьным учителем на время ее учебы, чтобы постоянно наблюдать за О’Нил, ведь все знают, как она умеет искать проблемы. Его грубая ладонь ложится на хрупкую коленку, сжимая ее полностью, доставляя дискомфорт. Рука поднимается выше, прямо до застежки юбки, в тот же момент срывая ее с юного тела. Он двигается дальше, но останавливается на ягодицах, сжимая их в руках. Аарон перекладывает ее на свои колени, а сам садится в мягкое кресло учителя. Нежно проводит по бёдрам, вызывая тихий стон из груди и приятные мурашки, смешанные с чувством эйфории. Его массивная ладонь рассекает воздух, останавливаясь на правой ягодице. Она вскрикивает от неожиданности, а ягодица начинает саднить, пока на ней уже можно отчетливо разглядеть след от мужской ладони. — За что? — она болезненно закусывает губу, а в уголках глаз скапливаются слезинки, которые девушка умело держит в себе. — Ты думала, что я не узнаю, как ты курила вчера в казино? Я ведь по-хорошему попросил тебя больше не прикасаться к этой дряни! — шипит сквозь зубы Хилл и тут же сжимает мягкую кожу своей ладонью. — Да почему? Ты ведь сам куришь, а я что? Я ничего! — Сара обиженно дует губки, пока вторую ягодицу тут же опаляет жар от второго звонкого шлепка. Тишину пустого кабинета химии тут же разрезает женский крик, а трусики моментально намокают. Она даже не успела заметить, как от таких странных и изощрённых действий смогла намокнуть. Он ухмыляется и проводит пальцем по влажному лону, размазывая соки по складочкам, и дразня тем самым школьницу. Она покрутила перед ним ягодицами, чтобы приблизить наслаждение, но тот лишь усмехнулся, облизывая палец. — Буду знать, что ты мазохистка, хотя я в этом уже давно убедился, — он смеётся и подхватывает ее на руки, усаживая на собственный стол. Блондинка сидит на дубовом столе, неуверенно ерзая ягодицами, которые сейчас горят, отдавая неприятной истомой. Мужчина стоит перед ней в своей неизменной рубашке и деловых штанах. Руки непроизвольно тянутся к рубашке, рывком расстегивая, пока по паркету рассыпается целый ряд пуговиц, отдавая приятным звоном. На его плече можно разглядеть огромного дракона в половину груди, к которому сразу же прикасается Сара. Оплётка срывается с концами, когда она слегка надавливает коготками, оставляя за собой небольшие углубления в форме полумесяца. Хилл превращается в оголенный провод, и сразу же хватает блондинку за шею, сдавливая тонкую кожу пальцами. Он знает, что это запрещённый приём, ведь её это чертовски заводит. Ей нравится видеть его власть и величие над собой. Нравится подчиняться его умелым рукам и следовать за ним. Нравится, когда он доминирует над ней, не оставляя шанса на самодеятельность.

Ты мой учитель, а я твоя школьница Разными слухами школа заполнится После уроков мы сможем увидеться Так непослушная стала отличница

Школьница откидывает голову назад в наслаждении, ведь благодаря огромному возбуждению она совсем не чувствует боли, а лишь наслаждение и жажду, которую срочно нужно выплеснуть прямо сейчас. — Что такое молекулярная орбиталь? — его большой палец ложится на тонкую кожу, сильнее сдавливая ее до побеления, но сразу же отпускает, чтобы дать ей возможность ответить. — Это электронное облако, образующееся при слиянии внешних электронных оболочек атомных орбиталей при образовании между ними химической связи, — она шумно выдыхает, когда мужской палец погружается в неё на три четверти. — Умничка, а помнишь тему прошлого занятия? — дракон лукаво улыбается, заставляя ее погрузиться в воспоминая вчерашнего занятия. — Сара, что является амфорным веществом? — учитель кладёт одну руку на ее талию, а второй касается влажной промежности, погружая сразу два пальца. Она громко стонет, но находит затуманенным взглядом листочек на рабочем столе, и отдаёт бумажку в руки мужчины. — Хорошая девочка, — он касается острым краешком кожи, оставляя небольшие порезы, которые сразу же слизывает, а второй рукой надавливает на клитор, вызывая у неё вскрик. — Амфорные вещества, — он восхищено улыбается и погружает палец ещё глубже, когда она уже начинает закидывать голову назад.

Ты мой учитель, а я твоя школьница Разными слухами школа заполнится Голосом строгим о чём-то спроси меня Всем замолчать, начинается химия

Она снова поднимает голову, встречаясь с затуманенным взглядом учителя, который полон желания и решительности. Женские ручки тянутся к грубому ремню, пытаясь расстегнуть его трясущимися от желания руками. Она извивается под его ласками, а коленки немного сотрясаются с каждым движением. Мужчина не выдерживает и поднимает ее руки вверх, придерживая за головой. Он сам расстегивает ремень, приспуская штаны вместе с боксерами почти до колен, а руки тянутся к женской блузке, разрывая ее на части. Перед его глазами колышется упругая грудь, соски которой просвечивают сквозь кружевной бюстгальтер. Аарон не выдерживает, приближаясь к ореолам соска, и начинает лизать их, немного прикусывая. Сара извивается и хнычет, прося о большем, в чем он неспособен отказать. Возбужденный член упирается прямо в ее промежность, заставляя инстинктивно поерзать. Он ухмыляется и проводит пальчиками по складочкам, и подносит руку к ее губам. Она послушно прикрывает глаза и слизывает собственные соки с его грубых пальцев. — Молодец, — она начинает посасывать его палец, чтобы не закричать от удовольствия, когда его член полностью погружается в девушку. Одни резкий и грубый толчок заставляет ее сильнее вжаться в мужское тело, а коготками впиться в крупную спину, оставляя за собой продолговатые полосы. Дракон рычит ей в шею, сильнее вдалбливаясь в хрупкое тело, а зубами прикусывает саднящую шею. На ней целая россыпь засосов и следов от крепких ладоней, в то время, как на нем, можно разглядеть глубокие полосы на груди и спине. Тонкие пальчики исследуют каждый кубик на торсе, когда очередной толчок расшатывает стол. Отчётливый грохот заставляет закатить глаза, ведь на полу уже валяются осколки от новых пробирок. Портрет Менделеева, будто прожигает в ней дыру своим взглядом, когда из ее уст вырывается непристойный крик, а руки сильнее сжимаются на столе. Она царапает коготками древесное покрытие, оставляя поверхностные царапины, а он лишь набирает обороты. Мужчина набирает темп и сильнее вдалбливается в школьницу, когда она уже словила не первый оргазм за время этого занятия. О’Нил в очередной раз вскрикивает, когда голова с расслаблением утыкается в крепкое плечо, а ноги дрожат от недавней разрядки. Аарон делает финальное движение тазом, изливаясь на ее бедро, а сам убирает влажную прядь с ее лба, переводя дыхание и оглядывая помещение. Сегодня ему снова придётся отчитываться перед директором, что неуклюжие ученики побили все новые колбы за один день, а Сара будет рассказывать маме небылицы про Адель, которая разорвала ее любимую блузку.

***

И ведь даже после выпускного, когда Аарон уволился с концами из школы, а я стала совершеннолетней, наша тайна так и осталась между нами. Спустя все это время я все ещё не могу рассказать матери, почему же у меня на заднице красные следы от ладоней. Почему в гардеробе большинство блузок с закрытой шеей, а грудь болит от каждого резкого движения. Не могу ведь я рассказать, что мы слишком плотно изучали химию, заигравшись собственными телами, превращая высокую науку в порнографический фильм.