alii lunoni

В четвёртом часу утра, когда единственное, что освещало улицы, по прежнему были фонари, вторая и третья группы уже находились в десятом номере и складывали полученную информацию. Куроо и Акааши, собственно, упомянули неприятную стычку с Некоматой Ясуфуми. И хоть тот их, по всей видимости, не узнал, само ощущение мурашек по коже, что пронеслись по спинах парней только от того, что он прошел на расстоянии чуть меньше полуметра, уж точно не подразумевало ничего хорошего. Цукишима как раз начал рассказ о том, какую информацию ему удалось добыть из сенсора охранника Некоматы, как за дверью послышался гул и несколько глухих ударов, что заставило всех в комнате напрячься. Кейджи и Тецуро встали в боевые позиции у ближайших поверхностей, которые представляли собой хоть какой-то щит. Бокуто вышел прямо в проход к входной двери, готовясь поджарить гостей, а Цукишима просто стал за ним и целился береттой в дверь с, наверное, самым пофигистичным видом, который можно представить. Но стоило им услышать знакомое «Яку-сан», как всё тут же стало на свои места. Послышался противный писк ключ-карты и в номер зашла первая группа. Точнее, зашли слегка потрёпанные Яку и Коноха, а Лев чуть ли не прискакал, прихрамывая.  — Но Яку-сан, — Хайба потирал ушибленное бедро, — вы же сами разрешили.  — Да, но не подрывать же их вместе с нами придурок! — Мориске снова замахнулся на младшего, но тот резво оттолкнулся здоровой ногой, отскочив на относительно безопасное расстояние. Хотя в случае Яку, для Льва, это самое безопасное место — база Хангуяку-Ша, расположенная на данный момент в двух тысячах километров от старшего. Только сейчас остальные обратили внимание на кровь, которой пропиталась одежда членов первой группы в некоторых местах, но принадлежащей, судя по всему, не им самим. Что же, судя по относительно бойкому виду, они в порядке. Яку тем временем, покорив Хайбу ещё какое-то время, за нерациональное использование ресурсов, успокоился и приступил к изложению сути добытой информации.  — Эти ублюдки были у него вчера, — Яку недовольно скрестил руки, облокачиваясь о спинку стула. Небольшое помещение кухни освещалось лампой под потолком, окидывая всех присутствующих слабым светом. Кто-то сидел за столом, кто-то на столешнице, а кто-то стоял у подоконника изредка поглядывая в окно. По словам Яку, Аонэ и остальные прибывшие члены Организации нанесли визит Некомате буквально через несколько часов после их маленькой стычки в аэропорту, из которой они тактически отступили, а не сбежали. Всё не могло быть настолько просто, Некомата же не мог отдать этим далеко не лестным личностям гадкой наружности (цензурная версия пересказа Мориске от Акааши) флеш-карту и те смылись в закат. Или мог?  — Вот как, понятно, — протянул Цукишима из дальнего наименее освещаемого угла кухни.  — И что же понятно, не посвятишь нас, — ухмылка как всегда не сползала с лица Куроо, показывая напускную незаинтересованность в словах блондина, оба знали, что это не так, но игра продолжалась, — Цукки?  — В анализе данных, что я скачал с сенсора охранника, — блондин пропустил мимо ушей очередную провокацию от Тецуро, или по крайней мере так казалось на первый взгляд, — отметая всё лишнее я заметил несколько до сего непонятных мне команд о перемещениях и несколько временных указаний.  — Давай понятнее, — пытался подгонять его Бокуто.  — Флеш-карта всё ещё у Некоматы, но скорее всего он планирует передать её людям Организации в ближайшее время в старом районе Хайдянь, — он поправил очки на переносице и упёрся взглядом в Куроо.  — Просто замечательно, — зашипел Яку сквозь зубы, откидывая голову назад.  — Погодите, — вступил в дискуссию Акааши, — Цукишима, это всё?  — Ну, на самом деле есть кое-что, что меня немного озадачило, — он сделал незамысловатый жест рукой, — не знаю, какие цели преследует Некомата, но координаты, что я счёл, совпадают только с торговым центром «Мао». В тускло освещённой кухне повисло молчание, прерываемое следом лишь коротким истеричным смешком Куроо.

***

 — Вы издеваетесь? В общем, всё, что они смогли выяснить — люди Некоматы передадут флеш-карту Организации в торговом центре, да, именно в самом здании, а не где-нибудь, скажем, на подземной парковке, уже завтра. Маршрут, по которому её будут вести так и не удалось вычислить, хотя её изначальное местоположение уже было известно. Это был бизнес центр, пожалуй, самое невыгодное для них здание из возможных. Были бы они всё ещё в Токио — другое дело, подрывай, сжигай, властвуй над хаосом и тому подобное. Но устраивать рейд в чужой стране, ещё и на здание главы Триады… Пожалуй, на это отчаялся бы лишь камикадзе, или Бокуто. Торговый центр представлял собою хотя бы больше возможностей для манёвров, если не устраивать перестрелки и представления в виде бушующих природных стихий, можно вполне выйти сухим из воды. «Небольшой конфликт» между владельцами картриджей не должен вызвать такой ажиотаж, как подрыв частной собственности Некоматы. Даже если они и могли сделать всё аккуратно, оставалось слишком мало времени на подготовку, которого у них не было и вовсе. Так что, наверное, стоит отбросить этот вариант и всецело переключить внимание на торговый центр в Хайдянь. Время приближалось к шести часам утра и небо постепенно стало озаряться, рассеивая мглу. Но парни не могли этого увидеть через плотный фильтр окна кухни, который сами же и включили, как минимум, им было не до того. Конкретно сейчас он вели обсуждения плана дальнейших действий, исключая все абсурдные и невозможные идеи. После предложения Льва закосплеить террористов и попросту захватить «Мао», выдвинув требования, Яку, уже из-за отсутствия сил пинать этого придурка, и за неимением ничего напоминающего камень, которым того можно было бы придавить, обречённо стонет, стукаясь головой о стол.  — Я согласен с Яку, — говорит Коноха. — Давайте просто наберём его и вежливо попросим отдать флеш-карту? — скептически предлагает он.  — Ага, и как ты себе это представляешь? — Куроо поправляет чёлку, лезущую в глаз, но та всё равно оказывается в исходной позиции и он бросает это дело. — «Здравствуйте, Некомата-сан, а вы не будете ли так любезны, отдать нам флеш-карту? Кто это? Ох, это Куроо Тецуро из Хангуяку-Ша, да, тот самый, что однажды случайно подпалил вам кимоно, когда вы приходили на встречу к Укаю, ну так что, вы согласны?»  — Можешь написать, — Акинори жмет плечами, — у него есть аккаунт в Nekafu?  — Очень смешно, — фыркает Бокуто, который сидит на полу, опираясь спиной на шкафчики.  — Ну, это хотя бы звучит лучше идеи переодеться в Аонэ, Футакучи, Атсуму и Осаму, чтобы встретиться с людьми Некоматы, — хмыкает Акааши. Где-то в углу кухни слышится обиженное бормотание Льва. И то верно, фишка с платиновыми браслетами, что они использовали в аэропорту, были, по сути, двухразовой акцией, а им ещё как-то нужно назад в Токио вернуться. А даже если и так, куда в это время деть настоящих членов Организации? Куроо позвонит Некомате и очень фальшиво-искаженным голосом, имитируя Аонэ, скажет, чтобы встречу перенесли на пару часов раньше? Хотя, судя по уже озвученным вариантам, рано или поздно они всё же придут к этому.  — Ладно-ладно, я вас услышал, — Куроо свистяще выдохнул и медленно обвёл взглядом окружающих, чуть задержавшись на Цукишиме, — тогда…как на счёт просто перехватить её? Да, это именно то, к чему они пришли спустя более двух часов обсуждений. Просто перехватить флеш-карту из рук Аонэ прямо во время передачи? Пфф, да что может быть легче. Отличная шутка, Куроо-сан, Цукишима может даже и посмеялся бы. Истерически.  — Вы издеваетесь? — неодобрительно протянул Цукишима. Капитан в ответ лишь вызывающе ухмыльнулся, облокачиваясь щекой об кулак, показывая всем своим видом — да, издевается. Но не шутит. Блондин цыкнул, а остальные закатили глаза. Только Бокуто выглядел оживлённее, чем две минуты назад.  — Ох, вот только не надо этих ваших скептических лиц, — Куроо небрежно махнул рукой, — хотя твоё, блондиночка, мне очень даже нравиться, — он подмигнул, а «блондиночка» присоединился к остальным, так же закатывая глаза. Он определённо не хотел признавать, что почти привык к пустому флирту Куроо. И не станет. Тецуро тем временем продолжал:  — Всё схвачено, вот увидите. Тем более, ничего лучше у нас всё-равно нет, а время поджимает. Ну так что? Оглядевшись друг на друга, все участники отряда кивнули и стихли, сосредотачиваясь, показывая, что готовы слушать капитана.  — Отлично, и так, всё очень просто… План был, действительно, простой донельзя: приходим за несколько часов до назначенного времени и рассредотачиваемся по территории; Акааши и Бокуто проберутся в пункт управлениями камер, как раз во время смены охранников и будут мониторить людей Некоматы и Организации оттуда, тем самым давая наводку остальным, как только те соизволят явится, а после и сами направятся туда для подстраховки; Яку, и Лев будут на подхвате у разных выходов, чтобы в случае неудачного перехвата задержать преследователей, если те будут совсем уж близко; Коноха организует небольшую диверсию, пробравшись в комнату тех-обслуживания, где находятся все нужные для этого рычаги, кнопки и датчики; ну и, конечно же, саму процедуру «перехвата» осуществят Куроо и Цукишима (— я уж за тобой присмотрю, Цукки. — Вау, прям не дождусь) выскочив из засады во время устроенной Акинори диверсией, и воспользовавшись дизориентацией противника, захватить флеш-карту, как можно быстрее после этого смывшись. «Да я их всех прям там могу раскатать, незачем сбегать!» — заявил тогда Бокуто, размахивая руками, чуть на давая ими Мориске по лицу, на что Акааши спокойно ему пояснил, что когда (если — думает Цукишима, но не говорит вслух) флеш-карта окажется у них, то лишний риск не к чему. А после побега («Тактического отступления», — поправляет Тецуро) они сделают несколько петель, путая следы на всякий случай, и в тот же день вылетят обратно в Токио. Звучит действительно не так уж замысловато, как могло бы быть. Тецуро выразился «Как два пальца об асфальт» и на немой вопрос остальных ответил, что так когда-то говорил его пра-прадед, обозначая этим выражением простоту поставленной задачи. «Тогда скорее уж головой о химический нитрид бора*» — тихо проговорил Цукишима, чем вызвал смешок у Куроо и парочку непонимающих взглядов. В общем, пусть это и звучало из уст Тецуро легко и непринужденно, будто они обговаривали план похода в супермаркет, а не захват стратегически важного объекта прямо из-под носа Триады и Организации… нет, именно поэтому Цукишима и считал, что всё обязательно пойдет через задницу. Разумеется, в стопроцентном результате нельзя быть уверенным никогда, но он бы не размышлял об этом на протяжении всего дня, если бы процент озвученного плана Куроо доходил хотя бы до половины этого числа. Всё слишком расплывчато, двояко и имеет много переменных. А если они в последний момент поменяют точку? Если там будет слишком много людей? У кого-то из членов отряда что-то пойдет не так? В конце-концов, если он сам облажается? Ставить его на такое ответственное задание, пункт, вокруг которого, буквально, всё и строилось, откровенно говоря — идея не лучшая. По мнению Цукишимы, тот же Бокуто справиться куда лучше него, чем этот Куроо-сан думает. Но дать заднюю ему не позволила собственная, как выразился однажды один человек, «непомерная гордость». И этот же человек теперь смотрел на него с вызовом, будто говоря «Ничего страшного, если спасуешь, это ведь тааак сложно» и как всегда гадко ухмыляясь. Захотелось проехаться по этой ухмылке рукояткой беретты, а может и вовсе вставить её ствол прямо в рот… О боже, общение с извращенцами на него плохо влияет, он имел ввиду эти действия без сексуального подтекста, но в голове всё-равно прозвучало немного двояко. Хорошо, что внутреннее раздражение быстро разогнало все красочные образы, оставляя там лишь место для прогона плана снова и снова, находя новые изъяны и лазейки. В итоге, именно в таких рассуждениях Цукишима провёл весь день. После разъяснения плана и уточнения деталей, Тецуро отправил всех наконец нормально поспать, прежде чем отправиться в договорённый торговый центр, изучив территорию заранее, чтобы не возникло проблем во время исполнения (— Их и в самом плане хватает. — Заткнись, Яку, что ты вообще в планах понимаешь). Хоть голова и гудела от мыслей, Цукишима всё-равно вырубился, стоило его голове коснуться подушки. Всё же, он слишком устал.

***

Они встали в двенадцать часов утра и, подобрав как можно более неприметную одежду, собрались и вышли из гостиницы, отправившись на Суду* до Хайдянь. Здорово передвигаться среди людей, не вынуждая при этом скрывать своего лица. Хотя дурацкие муляжи контроллеров пришлось всё же напялить, чтобы не вызывать подозрений. Доехав до улицы Гангоу, парни вышли на остановке и отправились прямиком к «Мао». По плану Куроо они просто должны были осмотреть торговый центр на наличие всех лазеек или чего угодно, что могло бы как-то помочь им в нападении, а если всё пройдет удачно и в отступлении тоже. «Мао» — средних размеров четырёхэтажный торгово-развлекательный центр. В общем-то, ничего такого, подобных зданий было довольно много, особенно в наиболее продвинутых городах. Там можно было приобрести всё, от обычной одежды, до нового сенсора последней модели и разных подобных примочек, не считая редких приборов, что продавались лишь на запрещённых сайтах. Куроо сказал разделиться на три группы, что они и сделали. Классический расклад: Коноха, Яку и Лев осматривают второй этаж (там же находиться нужная Акинори комната тех-обслуживания), как только закончат — могут ехать обратно в гостиницу; Бокуто и Акааши пойдут на первый к местонахождению помещения управления камерами, ну и весь этаж осмотрят заодно; Куроо и Цукишима обойдут все, кроме первого, для поиска мест, где Организация и Триада вероятнее всего произведёт обмен, как минимум, нужно предусмотреть все варианты событий, вплоть до туалета (— Я с вами в туалет один не пойду, Куроо-сан). Под конец обхода они встретятся с Котаро и Кейджи на первом этаже и поедут обратно вместе. Цукишима и так был несказанно счастлив, что компанию он составляет никому другому, как капитану-предводителю детсадовской группы. Нет, не то, чтобы Тецуро был прямо-таки противен ему, просто он привык быть один, делать всё в одиночку и при чём молча, сидя в своём отдельном мирке, не предназначенным ни для кого другого. А тут появляется какой-то хрен-с-горы и начинает к нему приставать, пытаясь расшевелить. И не хочется признавать — у него получается. Как минимум потому, что сейчас он ходит с этим хреном-с-горы, при чём почти по своей воле, а не сидит смирно в номере. От осознания этого хочется заскрипеть зубами, но он лишь продолжает держать непринуждённое лицо, ненавязчиво заглядывая за очередную нишу, отмечая её удобное расположение, в плане вида на лавочки неподалёку, где чисто теоретически могли бы передавать флеш-карту. Пройдя уже три этажа, Цукишима с удивлением отмечает, что сегодня Куроо серьёзнее, чем обычно. Хотя для обычных людей он, наверное, выглядит довольно расслабленно. Но блондин улавливает сосредоточенный взгляд, что перебегает от одной локации к другой, цепляясь за различные объекты. Взгляд Тецуро слегка скользит по камерам и в итоге останавливается на Цукишиме. Они продолжают идти, но брюнет не отводит глаза, продолжая в наглую разглядывать его. Поначалу блондин игнорирует его, делая вид, что не замечает, как в нём буквально сверлят дырку и сосредоточенно рассматривает очередное мусорное ведро или голограмму у витрин — взгляд никак не хочет цепляться за что-то определённое. Спустя какое-то время он всё же не выдерживает.  — Куроо-сан, со стороны вы выглядите как маньяк-преследователь, — язвит он.  — Я знаю, что немного не вовремя, но всё же спрошу, — Куроо в очередной раз поправил чёлку, на несколько секунд открывая вид на свой правый глаз, — как тебя зовут?  — Я уже столько времени провёл с вами и вы только сейчас решили спросить? — Цукишима скептически хмыкает, он слегка не ожидал такого вопроса, хотя Тецуро спросил всё же первым. Остальные также не интересовались, наверное, Цукишима или дурацкое «Цукки» приелось.  — Ну, да, — он немного прокашлялся, — неловко всё же, я столько раз спасал твою шикарную задницу и всё ещё не знаю твоего имени. Так как? Блондин на это цыкнул, закатив глаза. Ничего ведь не случиться, если он скажет, так ведь?  — Кей, — тихо отвечает Цукишима.  — Цукишима Кей, — Куроо будто прокатывает его имя на языке, вызывая странные ощущения. — Я запомнил. После этого он вернулся в своё прежнее деланно-расслабленное состояние и даже потащил Цукишиму к какой-то кафешке, угостив там кофе, под предлогом, что «Да-да, видишь отсюда хороший вид на Маиданлао*, уверен, они вполне могут передать флеш-карту именно за тем подозрительным вторым столиком»  — Окей, мы закончили, так что можем спускаться на первый этаж к Бокуто и Акааши. Яку отписал, что они уже уже уехали, — сказал брюнет и взяв Кея за руку настойчиво потащил к лифту, что тот даже ничего не сообразил, как оказался с ним в тесном помещении один на один.  — Спасибо, я мог бы дойти и сам, — сказал блондин, невозмутимо поправляя слегка съехавшие очки на переносице.  — В случае чего, моя рука всегда к твоим услугам, — Тецуро стоял непозволительно близко и строил лицо, которое, наверное, должно было как-то повлиять на Цукишиму, блондин сам не понимает каким образом, — и не только рука, — он поставил ладонь около лица Кея. Возможно, он об этом пожалеет, но лицо Куроо выглядит донельзя самодовольно, что он во чтобы то ни стало хочет стереть эту ухмылку. Цукишима, не говоря ни слова, приблизился к нему, заставляя отступить к противоположной стене, так же расставляя руки по обе стороны лица Куроо и ставя своё колено между его. Он приблизился к уху Тецуро.  — Если мне всего восемнадцать, это не означает, что я стану краснеть как школьница от столь дешевых приёмов, — ухмыльнулся Кей, опаляя дыханием ухо Тецуро, — придумайте что-то получше, Куроо-сан. Лифт издаёт писк, обозначающий, что они достигли первого этажа и открывается. Когда створка исчезла блондин уже стоял на расстоянии от Куроо и как ни бывало вышел плавным шагом, направляясь к договорённому месту встречи. А у Тецуро тем временем было ощущение, будто его собственный картридж прожигает в нём дыру, низ живота немного свело, а к лицу хлынула краска. «И кто тут ещё краснеющая школьница», — прошипел про себя брюнет. Блять, этот мальчишка может не сомневаться, он вернёт ему его же выходку в трёхкратном размере. Он быстро взял себя в руки, выходя следом. Акааши и Бокуто ждали их возле витрин с сенсорами рядом с дурацкой голограммой какого-то маскота, как и договаривались. Завидев парней, Котаро сразу оживился и начал махать своему Бро рукой. Кейджи как всегда выглядел невозмутимо. Поэтому, когда они оказались совсем рядом, Тецуро конечно же не упустил возможности постебать его.  — Акааши, комар укусил? — кивает он на небольшое бледно-розовое пятнышко.  — Да, — Кейджи прикрывает укус рукой, слегка потирая, — комар.  — Настойчивый, небось, попался, — продолжает Куроо, — и когда только успел. Акааши лишь кидает на него слегка раздраженный взгляд и продолжает идти, когда при очередном шаге, под ногой Тецуро появляется крошечная о-боже-откуда-же-она-могла-взяться кромка льда и тот поскальзывается, падая. Бокуто и Цукишима переглядываются между собой, наблюдая за развернувшейся миниатюрой. Котаро, как истинный Бро, начинает ржать с падения друга, а Кей обходится прыскающим звуком в кулак. Куроо поднимается на ноги, отряхивая брюки, пересекаясь взглядами с по прежнему невозмутимым Кейджи. Ответка засчитана. По дороге к выходу из торгового центра Бокуто срочно приспичило и он завернул к туалету. Остальные решили подождать его снаружи. Акааши уже готовился игнорировать очередные недо-шутки от Куроо, а Цукишима сливаться с местным довольно ярким интерьером (нужно взять пару уроков от Конохи), но вопреки ожиданиям, Тецуро как-то странно напрягся, смотря куда-то через плечо Кея и переменившись в лице, взял их двоих чуть-ли не в охапку и завёл в туалет.  — Какого, блять, чёрта? — шипел Кейджи, освободившись от хватки.  — Мия, оба, идут в нашу сторону, — кратко и информативно ввёл в курс дела Куроо, мотая головой, — блять, зачем здесь четыре кабинки, если три из них закрыты по техническим причинам?! — гневно осматривал табло брюнет.  — Ты предлагаешь лезть всем в одну? Ты ебанулся? — Акааши не прельщала мысль провести хрен пойми сколько времени с Куроо в одной кабинке туалета. Цукишима, в общем-то, тоже желанием не горел.  — Вам тоже приспичило? — выглянул из-за угла Бокуто, закончив мыть руки.  — Бро, нет времени объяснять, — начал брюнет, крепко сжимая плечо Кея, — помоги затолкать этих двоих в кабинку. Бокуто лишь издал какой-то странный хмык, но вопросов до поры до времени решил не задавать, так что совместными усилиями, в четыре руки они затолкали протестующих и, собственно, зашли следом, закрываясь. Вообще, размеры кабинки (метр на полтора) позволяли вместить туда 4-5 человек свободно, но учитывая габариты каждого, хотя Акааши и Цукишима были довольно худыми, не стоило забывать о Котаро, которого можно было посчитать за двоих, и Тецуро, который тоже как-бы далёк от размеров дюймовочки — было немного тесновато. Кейджи и Кей уже были готовы перекинуть двоих придурков прямиком через стенку в соседние кабинки или выбить чёртовы двери вместе с ними, как послышались шаги, а следом голос, который Цукишиме был хорошо знаком.  — Чего-о? — протянул Атсуму негодующе. — Четыре кабинки, три из которых закрыты на тех-обслуживание. Как так?  — Просто ты — клоун невезучий, — второй голос принадлежал Осаму Мие.  — Заткнись, Саму. Голос прозвучал совсем рядом с кабинкой и парни чуть ли не вжались в стенку, затаив дыхание.  — Какого чёрта именно нас сюда послали проверить обстановку? — послышался звук воды, видимо, один из них решил воспользоваться раковиной. — И вообще, откуда нам знать, что этот старик не кинет нас завтра в последний момент?  — С чего ты взял?  — Кто, блять, назначает встречу в Маинданлао?! — вода прекратила течь. Цукишима и Куроо переглянулись друг с другом на этих словах.  — Как-будто у нас есть выбор, скажи спасибо, что вообще назначили, — послышалось у выхода и после наступила тишина, парни спокойно выдохнули.  — Куроо-сан, вам не кажется, что нам можно уже выходить? — спешил поинтересоваться Цукишима.  — Ну чего ты, Цукки, когда мне ещё предоставиться возможность зажать тебя в тесном пространстве? — он поиграл бровями, прижимаясь теснее.  — Тогда в лифте была, — на лице Кея пробежала тень язвительной ухмылки, — но вы её с треском провалили, — сказал он, пытаясь отступить назад, но только сильнее вжимаясь в стоящего там Котаро.  — Я могу это сейчас исправить.  — То-есть наше с Бокуто-саном присутствие тебя вообще не смущает? — Акааши стоял плотно спиной к двери и в каком-то смысле, ему сейчас было жалко Цукишиму.  — А я уже зажимал Цук- ай! Блондин наступил Бокуто на ногу, надеясь, что Куроо не разобрал смысл сказанной фразы.  — Что ты делал, а ну-ка повтори, — Тецуро уже чуть ли не вжимал Цукишиму в Бокуто.  — Не зажимал, — прошипел Кей, безуспешно пытаясь отодвинуть от себя этого придурка, — а сидел в засаде, в комнату, тогда в баре Некоматы, резко зашли люди, пришлось прятаться в тесной кладовой и о-боже-блять-отодвиньтесь-от-меня.  — Сути не меняет, — протестовал Котаро, явно забавляясь ситуацией.  — Тогда предлагаю сравнять счёт, — злобно оскалился брюнет, смотря в наглые совиные глаза.  — Нас это.  — Уже достало. Беретта красовалась у Куроо под подбородком (Лев бы расстроился, если бы узнал, ему то Яку хеклер брать запретил), заставляя слегка задрать голову, а в бедро Бокуто упирался ледяной клинок. Акааши и Цукишима таким образом пытались мягко намекнуть, что пора сворачивать этот цирк и выходить, иначе они проделают в них несколько лишних отверстий. Парни тяжело вздохнули и проговорив неслышное «в следующий раз», отодвинулись, давая больше свободного пространства, чтобы Кейджи смог наконец открыть грёбаную дверь.  — Цукки, ты взял с собой чёртов пистолет? В торговый центр?  — Меньше вопросов, Куроо-сан.

***

Во втором часу ночи, переворачиваясь на другой бок уже сотый раз, Цукишима понял, что если так продолжиться и дальше, то он не выспится и не то, что флеш-карту украсть не сможет, а, вероятно, врежется в стену ещё на подходе и отрубиться. Мысли вертелись в его голове, не давая уснуть и мешая даже банально думать. Самое раздражающее в этой ситуации было то, что в основном его мысли занимал заноза-в-заднице капитан-предводитель-детсада Куроо Тецуро, хотя он до последнего отрицал причастность того к его бессоннице. Блондин прокручивал все случившиеся события: от неудачной попытки захвата его самого Куроо и просто неописуемого лица того, когда Кей спрыгнул с окна — до вчерашней сцены в лифте торгово центра. Он всё ещё не понимает, почему просто не проигнорировал очередные пустые подколки Тецуро, но его лицо тогда, когда его самого прижали к стене лифта… Цукишиме понравилось, до дурацкого непонимающее и растерянное выражение. Он бы, может, и повторил… Цукишима прокашлялся, стараясь прогнать очередную идиотскую раздражающую мысль. Удивительно, как брюнет продолжает мешать ему мирно существовать даже не находясь рядом. Цукишима цыкнул, поднимаясь с кровати, — нужно выйти в коридор проветриться и заодно очистить разум от всяких надоедливых кошаков, которым там не место. Он ненадолго, так что пистолет брать смысла не имеет. Кей тихо встал, поскольку он уже был в чёрной майке и штанах, надел только очки и ботинки, бросил взгляд на пару беретт на тумбочке и, пройдя мимо спящих Яку и Бокуто как можно тише, вышел из номера. Коридор встретил его прохладой, от перемены температур блондин слегка поёжился, но доходя до лестницы быстро взял себя в руки. В пролётах между этажами было открытое окно, ведущее на улицу. Над ним был небольшой бетонный навес. Недолго думая, Цукишима оглянулся, нет ли никого поблизости и убедившись в пустынности коридоров — спустился к пролёту. Даже учитывая его рост, окно всё-равно находилось высоковато. Не то, чтобы он прямо акробат, но двигается довольно неплохо. Блондин подпрыгнул, хватаясь за раму окна, и подтянулся, помогая себе ногами. Стоя на крошечном подоконнике, он протянул руку, цепляясь за край навеса, и оттолкнулся от стены очертив ногами и телом дугу, оказываясь таким образом на бетонном выступе. Дул слабый ветер, заставляя волосы Кея слегка развиваться. Он сел, выдыхая. В свете фонаря было видно, как идёт пар изо рта. Поскольку гостиница находилась в сплетении улочек с жилыми и не очень домами — внизу смотреть было особо не на что, так что Цукишима поднял взгляд вверх, смотря на луну, не скрытую в этот раз облаками. И когда он последний раз вот так просто смотрел в небо?  — Не спиться? — раздался голос за спиной, заставляя дёрнуться. Видимо, он слишком погряз в размышлениях, раз не услышал приближения ещё одного человека. Куроо стоял позади, вальяжно опираясь о стену спиной. На нём были чёрные берцы, свободные штаны и футболка. Оказывается, не один Кей любит одеваться не по погоде.  — Не нужно так дёргаться, — насмешливо говорит он, подходя к Цукишиме и опускаясь рядом с ним.  — Не нужно подкрадываться к людям, — бурчит в ответ блондин. Тецуро на это лишь весело хмыкает. Они сидят молча уже какое-то время, что немного удивляет Кея. Он думал, что брюнет по первой же возможности начнёт болтать без умолку, прерываясь лишь на очередной идиотский подкат. Но ничего подобного не происходит, они сидят в полной тишине, прерываемой лишь звуками транспорта неподалёку и бранью местных жителей во время очередных разборок. Цукишима старался не смотреть в сторону Куроо, поэтому не замечал, как тот изредка поглядывал на него, не спуская полу-ухмылки с губ. «Вот и развеялся», — мысленно вздохнул блондин. Раздражающая причина его бессонницы сейчас сидит на расстоянии полуметра от него и загадочно молчит. Спустя ещё пару мучительно-медленных минут, Цукишима понял, что капитан уходить пока, видимо, не спешит и просидят они тут долго, ведь сон ему всё ещё так же не шёл. Он мог бы вылезть куда-нибудь подальше, но это бегство налицо, а бегать от своих проблем он не собирается, хоть и таких…проблемных. По крайней мере сейчас. В конце концов, раз им тут сидеть какое-то время, то почему бы ему не потратить это самое время с пользой.  — Куроо-сан.  — М? — теперь Цукишима чувствовал, что на него определённо смотрят, но в ответ поворачиваться не спешил.  — Как вы здесь оказались? — первое, что приходит на ум и Кей надеется, что не переступил какую-то личную черту Тецуро. Тот в ответ лишь издаёт короткий смешок и судя по тени, поправляет причёску.  — Раз уж ты заговорил об этом… Куроо рассказал ему обо всём: дружбе с Бокуто, случае на арене, как Укай спас их. Цукишима слушал внимательно, не перебивая, и лишь время от времени вскидывая брови. Закончив рассказ он смолк и Кей чувствует, как в нём вновь прожигают дыру.  — А ты? — брюнет задаёт вполне ожидаемый вопрос. По сути, его история отличается от случая Куроо. Он вполне мог бы увернуться от вопроса, избегая темы. Но с его стороны было бы как-то невежливо, ведь сам Тецуро расписал ему всё в мельчайших подробностях. Кей тяжело вздыхает. Двадцать седьмое сентября — утро его шестнадцатого Дня Рождения. Он счастлив, празднует дома со своими родителями, старшим братом и лучшим другом. В этот день он должен был получить свой контроллер, не то чтобы он этого особо ждал, просто раз нужно носить значит будет, незачем выделяться. Во время завтрака он то и дело ловил подозрительные взволнованные взгляды между Акитеру и родителями. Ямагучи, казалось, выглядел как обычно. После еды родители позвали их в гостиную. Там с торжественным видом они вручили Кею сенсор, на вид отличающийся от тех, что он видел у окружающих. По словах родителей — Акитеру собрал его самостоятельно и он не подключен к общей системе. Его брат любил мастерить разные приспособления и получалось у него довольно неплохо, а сам Кей ему частенько помогал. В ответ он перевёл сначала на них потом на брата удивлённый взгляд, поблагодарив. После этого в комнате воцарилось молчание, даже вечно лепечущий что-то Тадаши не проронил ни звука, а лишь смотрел в пол.  — Кей, — начал его отец, — нам нужно с тобой серьёзно поговорить. И поговорили. Они рассказали ему всё о настоящей системе, всех происках Организации, так называемых «возможных аномалиях», что из себя представляет контроллер — всё. Это в корне отличалось от того, что рассказывали ему в школе. Осознания всей этой лжи, что скрывали от него годами, скрывало правительство, скрывала его семья, скрывал Ямагучи. Вдруг Цукишиму осенило. Его тихая скромная одноклассница Хитока Ячи, так внезапно переехавшая с родителями в другой город, не предупредив никого. Приветливый парень Коганегава, живший в квартире по соседству, который «нашёл себе другое жилье». Все они явно не там, где ему говорили. Ноги перестали держать, но Цукишима стоически терпел, лишь сильнее сжимая кулаки за спиной.  — Кей, — его мать подошла к нему, приобняв, — я понимаю, ты злишься на нас, из-за того, что мы не рассказали тебе ничего. Прости нас, пожалуйста, — он почувствовал, как она всхлипывает, — это для твоего же блага.  — Цукки, — Тадаши неловко похлопал его по плечу, пытаясь высказать молчаливую поддержку.  — У нас мало времени, но запомни, — брат взял его за плечи, смотря прямиком в глаза, — вы с Ямагучи не должны надевать контроллеры, ни за что. У нас в стране есть несколько подпольных организаций, одна из них — Хангуяку-Ша. Вы можете вступить туда, там вас примут.  — Но, Акитеру, зачем нам уходить? Или…почему вы просто не пойдёте с нами? — по его щеке скатилась слеза. Послышался сильный гул из прихожей, звук, будто дверь вырвали из петель. Все засуетились, было видно — его брат и родители не ожидали, что за ними придут так скоро. Отец и мать Кея ринулись из гостиной, делая поочерёдно залпы огня и воды в нападающих. Их никогда нельзя было назвать слабыми пользователями картриджей. Квартиру постепенно стал заполнять запах гари, заставляя глаза слезиться.  — Тадаши, выведи Кея к порталу, — Акитеру давал какие-то наставления Ямагучи, но Кей их почти не слышал, он всё ещё перебывал в шоке от того, насколько быстро его спокойная жизнь начала рушиться. Его брат подошел к нему, обнимая за плечи.  — Ты невероятно умный, выберись живым, я люблю тебя, Кей, — он поцеловал его в лоб, напоследок взъерошив волосы на макушке, он часто так делал, и следом выбежал из гостиной на помощь родителям, на ходу используя один из металлических браслетов, превращая его в лезвие.  — Цукки, нам нужно уходить, — Ямагучи вручил Кею рюкзак и взяв его за руку, повёл за собой в кладовую — место, куда ему никогда не разрешали заходить. Будучи немного любопытным, Цукишима однажды заглянул в небольшую комнатку, но не обнаружил там ничего интересного и вышел, потеряв всякий интерес. Ямагучи снял тёмно-серого цвета простыню и перед парнями явилось странное сооружение, немного асимметричной формы, размером чуть меньше двух метров в высоту и метра в ширину. Скорее всего — одно из изобретений Акитеру. Ямагучи нажал несколько кнопок, что-то поклацал на сенсоре сооружения и оно засветилось бледно-голубым.  — Ну же, Цукки, нам нужно идти, — пытался привести его в чувство Тадаши.  — Но как же…мама, отец. Как же Акитеру? Мы оставим их там? — он схватился руками за голову, ноги окончательно перестали держать и он упал на пол.  — Они здесь! — раздался голос за дверью и следом на эту самую дверь обрушился сильный удар. Ещё пару таких и она вылетит из петель. Ямагучи, выглядевший до этого невероятно напуганным, вмиг посерьёзнел, ставя Цукишиму силой на ноги, спиной к сооружению.  — Я задержу их, всё будет хорошо, беги, — он обнял Кея так крепко, как смог.  — А ты? — он с ужасом посмотрел на своего вечно напуганного, такого робкого друга, в глазах которого сейчас читалась полная уверенность в своём решении. Это точно тот самый Ямагучи Тадаши?  — Меня так просто не убить, — он отступил от него, улыбаясь невероятно тёплой, как всегда, улыбкой и показывая палец вверх. В этот самый момент дверь окончательно вылетела, пропуская внутрь силуэт человека.  — Прости, Цукки, — Ямагучи толкает его и Кея начинает окутывать бледно-голубая пелена, сквозь которую он видит, будто в замедленной съёмке, как на пути молнии, летящей в него, встаёт его друг.  — Тадаши! — следом он не видит ничего.  — Потом я очнулся в пустой квартире Северного района, наверное, это была их точка на случай побега. При мне было пару вещей, включая тот самый сенсор — подарок брата. Оказалось, там на счету было довольно много денег, мне не составило проблем время от времени снимать их. Ну, а дальше ты знаешь, устроил массовый сбой системы, скрывался от Организации два года и дальше по списку. Что с моей семьёй и Ямагучи? Полагаю, мертвы, — он пожал плечами, стараясь звучать как можно равнодушнее, хотя Тецуро услышал, как еле слышно надломился его голос на этих словах. А ещё он по прежнему избегал его взгляда. Цукишима замолчал. Куроо всё это время внимательно слушал блондина и с каждым словом он всё сильнее сжимал кулаки. Они с Бокуто, конечно, тоже в свои шестнадцать многое пережили, но рассказ Кея просто пробивал до мурашек. У него всё ещё остались вопросы, но стоит ли их сейчас задавать?  — Почему я не пошел в Хангуяку-Ша сразу после перемещения? — блондин будто услышал мысли Тецуро. — Просто посчитал, что не должен доверять кому-либо, одному мне было вполне комфортно.  — Что же…это, — пытался найти хоть какие-то слова брюнет, но в голове было пусто, — это похоже на тебя, — выдавил он в итоге.  — Думаете? — Цукишима грустно улыбнулся, глядя вверх. — Только не надо жалости, это ведь было два года назад, я в порядке, честно, — он попытался звучать непринуждённо, будто всё сказанное ранее его вообще не касается. Куроо не знал, что сказать, поэтому предпочёл не говорить ничего. Он протянул руку, опуская её Кею на голову, легонько взъерошивая волосы. Тот лишь замер, устремляя взгляд куда-то вниз, но отмахнуться от Тецуро не спешил. Таким образом брюнет решил, что делает всё верно.  — Зачем-, — голос Кея немного охрип и он откашлялся, — зачем вы это делаете? Возитесь со мной, таскаете с вами всеми на миссии, я был просто очередным заданием. Вы доставили меня на базу, больше не было нужды со мной контактировать. Так зачем? Куроо задумался. Зачем…зачем-зачем-зачем… «Так зачем?». Так сложилось, он и сам не знает почему. Просто этот язвительный парнишка, такой холодный, не подпускает к себе никого близко, старается держаться подальше, имеет хорошие задатки, но редко пользуется. Он…чем-то зацепил Тецуро. Сначала только как объект подколок и, как бы это назвал Яку — домоганий, потом что-то большее, вроде как. Трудно описать, он хочет держать его ближе к себе. Просто такое ощущение, будто если он оставит его где-то одного, отвернется на пару секунд — и Кей исчезнет, будто никогда и не было. Потеряется и останется совсем один, как последние два года. Если подумать, Куроо никогда не был одинок, у него была семья, потом родными ему людьми стали члены Хангуяку-Ша. А этот мальчишка…был совсем один, от осознания этого и так паршиво на душе становиться, а если учитывать с каким деланным безразличием к этому относиться сам блондин — становится ещё хуже.  — Просто ты мне нравишься, — пожимает плечами Куроо и даже не врёт, наверное, это можно описать именно так. — Отгородился от нас всех, живешь в своём маленьком мирке, где никому кроме тебя нет места. Довольно точное описание, хотя Кей не собирался признавать этого так просто.  — Но знаешь что? — Тецуро встал на ноги, возвышаясь над блондином. — Если в твоём мире нет места для нас, то я просто заберу тебя в свой, там места уж точно для всех хватит. Куроо вроде скалился своей привычной ухмылкой, но в этот раз она отдавала таким теплом, что Кей на секунду забыл о пронизывающем ночном ветре.  — Глупости какие, — говорит Цукишима, прижимая колени к груди и наконец смотрит Тецуро в глаза. Куроо на это лишь весело хмыкает и ещё раз взъерошивает волосы Кея.  — Иди спать уже, Цукки, — сказал Куроо, приближаясь к краю навеса, кивая, мол, тебе тоже пора, — если не сможешь уснуть — моя кровать всегда в твоём распоряжении, — он по дурацки задвигал бровями.  — Это я такой особенный, или вы так проявляете заботу о членах команды? — невозмутимо говорит Цукишима и проходит мимо брюнета свешивая тело с навеса, держась за него локтями, готовясь залезть обратно в гостиницу через окно, нужно лишь сделать замах.  — Я всегда был добрым человеком, — он расставил руки на дурацкий манер, а после присел на корточки, оказываясь лицом к лицу с Кеем, его ухмылка становиться шире. Блондин приподнимается на локтях, приближая своё лицо к ухмыляющемуся лицу Тецуро на несколько сантиметров и буквально выдыхая ему в губы говорит:  — Я передам ваши слова Яку-сану, когда у него будет бессонница, — после делая замах ногами и отпуская руки с локтями, скрывается под навесом и запрыгивает в окно.  — Вот паршивец, — чуть ли не рычит Куроо, — но такой охуенный. Он выдыхает пар изо рта и проделывает тот же трюк, что и Цукишима, оказываясь в пролёте между этажами и направляясь следом в свой номер.