8. Позволишь?
8 августа 2020 г., 13:30
Лучи солнца бессовестно бродили по телу Сурковой, то и дело пытаясь забраться под прикрытые веки. Девушка пыталась хоть как то спрятаться от них. Безуспешно. Пробуждение было не из приятных, так как вчерашний алкоголь оставил от себя лишь неприятное ощущение в горле и пульсирующую боль в висках. Оксана с самого начала вчерашней вечеринки знала, что не стоило пить. Но отказывать парням она не умела.
Эти ребята стали для нее не просто друзьями. И появление еще одной девушки стало для нее чем-то необычным. Как и все, она напряглась, но, пообщавшись с Мирой, была готова принять ее. И приняла. За вчерашний вечер они неплохо поговорили. Было странно осознавать, что девчонка так умело впишется в ее разговор с Ириной. Девушки дружили уже несколько лет и считали друг друга очень близкими людьми. Но вчера вечером ни одна из них не задумывалась о том, что знают они Захарову всего лишь около недели. Все было так, как нужно.
Почти всё. Кроме Попова. Арс не давал покоя никому уже ровно год. Точнее наоборот, он пытался не навязывать никому свои проблемы. Типа справится сам. Идиот. Самоуверенный скрытный идиот. Он всегда был для нее самым близким из парней, тем, кто не давал грустить, отчаиваться, опускать руки. Ей хотелось помочь ему. Девушка пыталась развеяться с ним, вывести на разговор, но от взрывного, взбалмошного, веселого парня осталась тень. С виду такой же, внутри — пустота. Алена своим уходом просто разрушила парня. Он перестал реагировать на все. Смех чаще всего был наигранным, страха не было вовсе. Была злость. Но не к ним, к себе. Остальные мало его заботили.
До вчерашнего дня. Когда Арс стоял напротив Выграновского, Оксана увидела того, кого не было долгие месяцы. Перегоревшие глаза снова зажглись. Как раньше. Именно этот Попов и пришел когда-то в шоу. Именно он и накрывал своей энергией остальных. И вот он снова перед ними. Только вот раньше загорался парень дома, где была Аленка, или от ее сообщений, звонков во время работы, а теперь нет. Причина тех летящих от него искр была в другом. Или другой. Правда, видела Суркова эти искры всего пару минут. Брюнетка убежала, а с ней и пустота снова накрыта парня, перекрыла этот свет, исходящий от актера.
Откинув все мысли о вчерашнем вечере, Оксана схватила телефон и поразилась количеству уведомлений в аккаунте «Импровизации». Они не переставали приходить. Одно за другим. Обычно такое было, когда Шаст с Поповым начинали играть пару и решали подлить масла шипперам. Но нового выпуска еще не было, его выход был назначен через неделю.
Суркова открыла сообщения и поднесла руку к открывшемуся от шока рту.
— Твою мать. — Муж на соседней подушке что-то промямлил сквозь сон и отвернулся от скрипящей от злости зубами жены.
Светловолосая в подписках быстро отыскала аккаунт Мирославы и открыла самую первую публикацию. Девушка на фото выглядела куда младше своих лет. Улыбалась слишком искренне для интернета. На нее хотелось смотреть, забрать часть света себе. Но фотография тут была не главное. Суркова зашла на ее профиль для другого. И все ее опасения подтвердились. Комментариев под публикацией насчитывалось около тысячи. Открывать их совсем не хотелось, но в борьбе с любопытством она проиграла.
Ты правда новая участница импровизации?
Не могли они ее взять, Арс шутит.
Сто пудов через постель.
Что за стремное ебало?
Это все для хайпа.
Они наши.
Шалава.
Остальные комментарии читать не было смысла. Все одно и тоже. Сейчас в голове было всего два вопроса: «Видела ли это девчонка» и «Какого черта Арс творит». Не успела Суркова зайти в общий чат, как на экране телефона высветилось фото Шастуна. Администратор была уверена на 90%, что звонит Ирина.
— Ты видела, че этот придурок сделал? — Не ошиблась. Ира была явно зла, как и сама администраторша. На фоне слышалось непонятное бормотание Антона.
— Не успела все разузнать. Но реакцию фанатов в инсте Миры уже прочитала. — Босыми ногами Оксана проследовала на балкон, чтобы не будить супруга.
— Все плохо?
— Да.
— Пиздец. — Кузнецова откинулась на колени сидящего рядом Шастуна.
Парень с беспокойством листал сообщения в инстаграме, где процентов 90 спрашивало о девчонке. Ира забила на это дело, потому что оно вызывало неприятные чувства внутри. Девушка знала, что это такое. Не понаслышке. Кузнецова буквально каждый день получала негативные комментарии от фанаток парня. Сначала было больно, постоянные слезы, истерики, были даже походы к психологам, но сейчас она научилась справляться с этим. Антон помог. Парень всегда был рядом.
От внезапно нахлынувшей нежности она невесомо коснулась губами его виска и вернулась к разговору с Сурковой. Девушки проговорили еще буквально пару мнут, и Оксана решила, что хотя бы через телефон, но должна выбить всю дурь и информацию из Арсения Сергеевича. Трубку он не взял ни на первый звонок, ни на еще пять. Все попытки были безуспешны. Либо это придурок спал, либо просто игнорировал администратора. Второй вариант был ближе к действительности. Последнее время он часто так делал.
— Серега же у него. Тооочно. — Светловолосая быстро набрала номер, и после нескольких гудков послышался недовольный голос мужчины.
— Ммм? — Ну как голос, невнятное мычание с вопросительными нотками.
— Доброе утро. Вставай и дай мне Арса. Мне нужно срочно на него наорать.
— Угу, сейчас. — Голова раскалывалась, но мужчина все равно встал. Он знал их администратора и понимал, что если она хочет наорать — наорет. На кого — все равно. И парень не горел желанием, чтобы орали на него. Мозг не вынесет.
Парень быстро добрался до спальни хозяина квартиры. Пусто. Твою мать.
— Я, хуй знает, где он.
— В каком смысле? — Подозрительно спокойный тон девушки пугал.
— Его нет. — Уточнил Сергей.
— Ты видел, что он сделал? — Повысила тон светловолосая. Она уже понимала, какое волнение началось среди фанатов, и что придется пережить девчонке. Рано или поздно это бы случилось, но Стас и Мира хотели всеми силами оттянуть этот момент. Подготовиться.
— Да. Еще ночью.
— Он сказал зачем?
— Нет. Послал меня вместе с моими расспросами в… Ну не важно куда. И ушел спать. Все. — Матвиенко начал мысленно молить, чтобы девушка отстала от него, и он наконец-то доспал еще пару часов. Голова еще плохо соображала, и мужчина не понял объема пиздеца данной ситуации.
— Придет — позвони. И выруби его на всякий случай. Вдруг опять свалит. Я пока попробую позвонить Мире.
Девушка не стала дожидаться ответа и скинула вызов. Сейчас она очень сильно надеялась, что Мира спит. Время было всего 10, и Мирослава действительно спала. Звук телефона, который валялся где-то у входа, она так и не услышала. И ей это было на пользу. Суркова снова набрала Шастуну. Ответил актер, но Ира быстро перехватила трубку. Девушки решили, что в любом случае сегодня поедут к Захаровой. Поддержка ей была нужна, Ирина была в этом уверена. А если честно, нужны ей были те, кто привезет вина и отберет у девчонки телефон.
***
За самым дальним столикой сидел мужчина, который выглядел так, что даже официанты не хотели подходить. Если бы депрессия имела человеческий вид — то вот он. Попов так и не притронулся к заказанной еде. Мужчина не помнил, когда последний раз с аппетитом ел хоть что-то. Все его мысли были забиты полным бредом, который не понятно для чего придумала бывшая жена. Сегодня утром он свалил из дома из-за огромного нежелания говорить с Матвиенко. Думал, весь день посвятит себе, но позвонил адвокат, Виктор Евгеньевич. Это единственный звонок за сегодня, на который он ответил. Сотни звонков от Шеминова и Сурковой, пару от парней он просто проигнорировал. Арс не знал, зачем это делает. Он не отвечал, но уведомления с вопросами от фанатов и звонки ребят держали его в сознании. Словно они связывали его с реальностью. Сдерживали. Он понимал, что если ответит, то начнутся сотни вопросов. Ответов у него нет. Встреча с адвокатом прошла ужасно. Он сорвался. Наорал на мужчину лет 40. Не выдержал того, что реально может остаться без дочери. Алена нашла в интернете какой-то бред про него. Если это будут учитывать на пока еще возможном судебном заседании, то шансов у него мало. Хорошо, адвокат был опытный, и ему удалось привести парня в чувства. Странным, конечно, способом — он просто плеснул ему ледяной водой в лицо. Но ведь сработало. Арс перестал орать и обиженно уставился на адвоката. Виктор Евгеньевич заставил его договориться с бывшей женой, чтобы та приехала в Москву. И ведь действительно вышло. Алена приедет где-то через неделю, а Попов все еще нихрена не знает, что делать. Только вот ответов на стене, на которую он пялился уже минут 20, не было. Мужчину от столь серьезного занятия отвлек звонок Шастуна. Арс не собирался брать. Нет. Не хочет. Ему нужно время просто для себя. Время пострадать. Несмотря на то, что было уже 4 часа, он так и не отдохнул. И он знал, как ему расслабиться. Следующие два часа парень провел просто мотаясь на машине по городу. Он бесцельно наматывал круги, подпевая песням. Арсений всегда любил ездить на машине. В салоне мерса ему отдыхалось куда лучше, чем дома. Выехав за город, мужчина решил что хочет большего. Он все еще хотел взрыва. Нога резко ударила по педали газа, вдавливая ее в пол. Мотор загудел, и машина резко дернулась вперед, набирая обороты. Холодный ветер проникал в открытое окно и бил по лицу. Попов уже плохо соображал, с какой скоростью он едет. В крови играл адреналин. Тот, который застилает глаза пеленой. От которого звон в ушах. От которого сердце на грани разрыва. Машины сигналили, когда Арс приближался к ним почти вплотную, а затем резко обгонял. Парень даже не знал, что схватил уже около 7 камер с ограничением скорости. Плевать. Ему так хотелось. Переключив скорость мужчина снова надавил на педаль. Рядом лежащий телефон все еще разрывался сообщениями. Попов, не отрывая ноги от газа, схватил телефон и прошелся взглядом по уведомлениям. Неужели он так всем нужен? Ничего, переживут денек. Арсений кинул телефон на пассажирское сидение, но видимо случайно задел пальцем одно из последних голосовых сообщений Шастуна. — Ты, блядь, уже заебал! — Салон наполнился не очень дружелюбным голосом друга, заставляя Попова отпустить педаль. — Какого хуя, объясни мне, ты никому не отвечаешь. Творишь хуйню — так отвечай хотя бы. Мы ждем тебя у Мирославы. И тебе лучше приехать. Я серьезно. Значит все у Захаровой. Парень четко решил, что даже не сунется туда. Он слишком устал за сегодня. Именно эта усталость и заставила парня повернуть на дорогу, ведущую к дому, а не к квартире девчонки. Нечего ему там делать.***
Мирослава с наслаждением развалилась диване, нагло закинув ноги на колени Сурковой. Компания, состоящая из Оксаны, Антона с Ириной и Сергея, завалилась к ней часа четыре назад. И девушка была очень рада им. На самом деле. Настроение оставляло желать лучшего. Тысячи сообщений, комментариев, подписок свалились на нее еще утром и просто придавили ее. Нет бы выключить, удалить, заблокировать. Она сидела и все читала. Гребаная мазохистка. Ира смотрела на девчонку и не понимала в чем дело. Уж слишком она была спокойна. Она ждала чего угодно, но не такой холодной стойкости. Зеленые глаза не выражали ничего, словно напротив сидел робот, запрограммированный только улыбаться и глупо шутить. Только вот никто так и не понял, что Мира сама себя так запрограммировала. Уже давно. Она знала, что так и будет, что ее будут ненавидеть, презирать. Девчонка даже не рассматривала вариант, что ее примут, не строила иллюзий. Розовые очки давно слетели с нее. Точнее их сбили. Резким ударом. Таким, от которого отходят месяцами. И Мира уже отошла от этого всего. Кто-то может сказать: «да что ты знаешь? Тебе всего 20». А она знала. Знала, насколько все злые. Даже самые близкие. Особенно самые близкие. Ведь именно такой «близкий» человек и заставил девчонку почти парить от любви, а потом с силой дернул вниз. Так, что кроме крови, слез и соплей на месте падения ничего не осталось. Первая любовь, которая сначала заставляет бабочек парить внутри, а потом запускает туда же червей. Такая любовь, от которой у тебя сначала перехватывает дыхание, а потом ты сдыхаешь от удушья. Когда лежишь днями в кровати и все, чего тебе хочется — это исчезнуть. Но потом ты уже сам ломаешь себя и встаешь. Именно так девушка и сломала себя, встав на репетиции к студенческой весне полгода назад. Матвиенко ткнул девушку в плечо, возвращая ее на землю. Оказалось, Оксане уже пора, а вместе с ней и остальные решили расходиться. Время уже перевалило за 11. Шаст бросаясь матами в сторону актера, который так и не объявился, самым первым сдавил девчонку в руках и направился к выходу. Прощание вышло слишком долгим. Ира не могла уйти, не дорассказав историю про Антона и козу на даче. Парень смущенно просил ее замолчать, перебирая кожаные полоски на запястьях. Спустя минут 15 история закончилась, и Мира все же осталась одна в квартире. Девушка не стала придумывать занятие на вечер, а решила просто завалиться спать. Лучшее решение. Не хотелось даже заходить в интернет. Просто спокойствие и тишина. Темноты только не хотелось. Тупой детский страх. Да, в свои 20 Мира все еще боялась монстров в темноте. Пыталась бороться — не вышло. Оставив свет в коридорчике, девушка направилась в душ. Когда Мира забралась в кровать часы показывали уже первый час ночи. Холодный воздух приятно окутывал разгоряченное водой тело. Девушка прекрасно знала, что без придумывания тупых и невозможных историй перед сном не уснет. Но в этот раз в голову лезли лишь обрывки из комментариев с угрозами, оскорблениями, не самыми приятными пожеланиями. Почему то только сейчас на девушку свалилось осознание всего этого. Мира уставилась в потолок, нарочно копаясь глубже в своем сознании. Воспоминания всплывали резко, сдавливая горло и перекрывая кислород. Нет бы отпустить все это и уснуть, но ей не хотелось. Доводить себя было одним из хобби. И в этом она мастер. Глаза заслезились, и Мира позволила громкому рваному выдоху вырваться вместе со слезами. Только вот она не смогла услышать его. Тишину нарушил стук в дверь. Прекратившиеся удары казались выдумкой ее сознания. Бредом сумасшедшего. Только вот они снова повторились. Мира быстро выбралась из-под тяжелого одеяла, стирая с лица дорожки слез. Мужчина за дверью совсем не понимал, какого черта он тут делает. Он помнил, как ехал домой, но почему то припарковался в трех домах от квартиры Матвиенко. Рядом с подъездом, у которого уже забирал девчонку. Идиот. Мужчина просидел там больше двух часов, не вылез даже тогда, когда увидел выходящих из подъезда коллег. Те что-то бурно обсуждали, не замечая парня. Он не знал, что делает. Не знал, почему не поехал домой. Арс убедил себя, что просто захотел постоять именно на этой парковке, именно у этого дома. Отлично, постоял — поехали домой. Это была последняя мысль. После нее мужчина оказался на 9 этаже, и постучал в железную дверь. И как только он только запомнил квартиру и этаж, которые девчонка упомянула как-то вскользь. Он очень сильно боялся, что она откроет. Поэтому, не услышав шагов после первого стука, ударил кулаком в дверь еще раз. Идиот. За это вечер он часто называет себя идиотом. Слишком часто. Звуки за дверью заставили Попова сделать пару шагов от нее. Может не заметит. Сердце начало биться слишком громко, когда Мира через глазок увидела Арсения. Мужчина гипнотизировал дверь. Такое чувство, что парень видел ее, несмотря на дверь между ними. Попов выглядел слишком помятым, даже слегка напуганным. Щелчок — и дверь открылась. С этим щелчком внутри каждого перевернулось все. Зеленые глаза переплелись с кристально голубыми. Мужчина пытался найти в ней хоть какие-то ответы. То же самое делала и Мира. Зачем она открыла? Зачем он пришел? Ответов не было ни у кого. — Что ты тут делаешь? — Девчонка пришла в себя первой и, сложив руки на груди, облокотилась о косяк. — Шаст сказал, что мне надо приехать. Позволишь? — Арсений сделал несколько шагов вперед и до Захаровой снова дошел этот запах хвои, только в этот раз без виски. — Не думаешь, что уже поздно? — Маленькая ладонь вытянулась вперед, изображая преграду для парня. Арс усмехнулся, но усмешка пропала, когда парень заметил подрагивающие губы напротив. Шаг и ладонь Миры уперлось прямо в грудь мужчины. Холод от нее ощущался даже через толстовку. Девчонка заметила на себе пристальный взгляд и опустила голову. Пару локонов упало прямо на лицо, пряча его от лишних глаз. Арс даже подумать не успел, как прикоснулся к подбородку и поднял лицо девчонки, заставляя смотреть на себя. Не сопротивлялась. Такая же податливая, как тогда в клубе. Уж слишком часто он не успевал подумать, что творит, а она поддавалась. Опасно часто. — Я не хотел. — Мне плевать. — Не скинула его ладонь с лица, но и свою преграду не убрала. Главное, держать расстояние. Эта мысль была в голове каждого, но как-то плохо выходило придерживаться. — Так позволишь? — Арсений еще сильнее упёрся грудью в выставленную вперед ладонь. Мира ощущала бешеное сердцебиение парня. И наверное это должно было как то помочь ей прийти в себя, но нет. Не помогало. Наоборот. Когда слезы снова потекли по щекам, горячие пальцы парня все еще сдавливали подбородок, не давая отвернуться. Она не хотела, чтобы он видел. Она не хотела, чтобы он приходил. Его не должно быть тут. — Нет.
