Ванда, дочь Занзаса. Часть первая: Нежданный папочка.

Адриана была высокая, изящная, белокурая. Тихая, аккуратная, вежливая, скромная, терпеливая и большеглазая. Руки у нее были теплые и заботливые, а голос мягкий, успокаивающий. Маленькая Ванда хныкала, размазывая по личику слезы-сопли, громко кричала, не даваясь в руки, отпихивая от себя взрослых с их горькими лекарствами. — А чего вы ждете от ребенка в два года? — справедливо отмечала девушка. — Детям свойственны капризы, а во время болезни — особенно. — Вот-вот, Леви! Это все из-за тебя, наша Ванда болеет! — дружным хором наезжали на сослуживца остальные офицеры. — Ну что вы, — мягко улыбалась Адриана. — Маленьким детям свойственно болеть. Это даже хорошо. Организм вырабатывает иммунитет, и учится справляться с внешними отрицательными факторами. Она вся была какая-то мягкая и добрая, заботливая. Ей хотелось верить. Ее хотелось слушать. Варийцы и слушали, раскрыв рты, чуть ли не ведя записи „практических лекций“ по обращению с ребенком. — Самое главное, вы прививки делали? — вопрошала девушка. Коллективный ступор в ответ. Все как-то разом переглянулись, перешептываясь, и Лусс торжествующе воскликнул: — Конечно, делали! — и стал перечислять по пальцам. — Корь, краснуха. Паратит. Столбняк. Дифтерия… — Вы это хоть записывали? Так, все правильно. Но надо было завести медицинскую карту, куда это все следовало внести. — А что ты так на меня смотришь? — подавал голос из угла местный штабной врач Варии. — У меня вон целая организация. Представь сколько их человек! — Тем более, ты должен знать, что медицинская карта необходима! Парень вздохнул. — Я. ЗАНИМАЮСЬ. ТОЛЬКО. ВЗРОСЛЫМИ. ДЕТИ — НЕ ПО МОЕЙ СПЕЦИАЛЬНОСТИ, — четко, по слогам, произнес каждое слово. Блондинка только фыркнула: — Каждый уважающий себя врач должен это знать. Советую повысить квалификацию диплома. Медицинская карта дается с рождения. Парень засунул руки в карманы белого халата, присел на краешек кровати. — Вот ты этим и займись. Раз это твоя прямая обязанность. Но девушка позиции сдавать не собиралась. — Да если бы была дифтерия, — у тебя все бы здесь полегли. Ты должен был вести учет. Варийцы с интересом наблюдали за перепалкой двух врачей, переводя взгляд то туда, то обратно. — Я в курсе. И я веду учет. — А краснуха? — А что краснуха? — Не все успевают переболеть в детстве. А во взрослом возрасте перенести значительно сложнее. — Я знаю, как велик риск заражения. Поэтому, и существуют прививки. — А записывать их ты не подумал. Ну что за мужчины нынче пошли… — Вот ты — женщина, — буркнул, — ты и записывай. И вообще, дети это чисто женская обязанность. Девушка только прищурилась. — А ты знаешь, что в современной Италии детьми занимается папа? Да-да, — повторила, обращаясь уже ко всем варийцам сразу. — Дома с малышом сидит мама. А вот на улицу гулять — ходит папа. Сейчас на детских площадках одни сплошные папы. — ВРО-О-О-ОЙ!!! — выразил всеобщую реакцию коронным возгласом Скуало. Но сюрпризы на этом не кончились.

***

В замке Варии ведь нет женщин. Ведь правда? Только если они не приходят в гости. Невысокая женщина с короткой стрижкой каре из темных волос, в маленьком черном платье поднималась по широченной парадной лестнице. Следом за ней шли две сопровождающие. Обе в классических деловых костюмах с подобранными волосами. Такие интеллигентные серьезные леди. — Синьора, — несмело обратилась одна за них. — Может, вам не стоило сюда приходить? — Что ты, Дебора, — мягко улыбнулась девушка. — Я ведь не собралась здесь кого-то убивать (а стоило бы). Я просто посмотрю. Несмотря на миролюбивый тон, глаза девушки вспыхнули нехорошими огнями. Захотелось автоматически проверить спрятанный под платьем кинжал. Сопровождающие переглянулись. Ох, не нравилось им все это, ох не нравилось. Хотя с другой стороны, чисто по-женски, они понимали свою синьору, и на ее месте… Кто знает, как бы поступили. Ее звали Роселла. Несмотря на небольшой рост, эта дамочка с легкостью заваливала огромного медведя. Чем и впечатлила когда-то босса Варии. Как радовался Девятый, увидев, что сын ухаживает за девушкой. Честно говоря, все думали что это надолго. Луссурия все промакивал слезы платочком, а Леви понял, что ревнует. Новая пассия босса вообще ничего и никого не стеснялась. Пила прямо из бутылки, громко смеясь, а потом так же хорошо по этим самым бутылкам стреляла, разбивая вдребезги стекло. Они часто ссорились, в процессе ссор переворачивая окружающий мир с ног на голову. Ругань запросто переходила в драку. Бушующую драку завершал не менее бурный секс. Окружающее пищало, стонало, трескалось, лопалось и разбивалось... А им было просто хорошо. Ему нравилась ее лихая натура. Он все не уставал удивляться, глядя как тонкие женские руки сжимают огромный тяжелый автомат. А потом эта дикая женщина устраивала десять попаданий из десяти. От нее никогда и нигде не уходила добыча. Роселла любила риск, авантюризм и хамство. Сама за словом в карман никогда не лезла и мямлей терпеть не могла. А еще она любила Занзаса. И он ее тоже. Ну, как любил, по меньшей мере, она вызывала интерес и азарт. Им нравилось проводить время вместе. Он ржал в голос, называя ее: — Бабий мусор! После очередной ее авантюры. В ответ девушка, не особо размениваясь, потчевала босса Варии своими фирменными ударами. В конце концов тот даже извинялся. А она победно хмыкала, взирая на него сверху вниз. Она прикусывала губы в кровь, обнимала сильные мужские плечи, и думала что нашла его, своего мужчину, свою любовь. Пока он не бросил ее однажды. Кажется, у людей это называется: „Не сошлись характерами“. Слишком разные цели в жизни. Разные взгляды. Разные планы… Да и вообще, она не такая ему нужна. Он устал от ее общества. Да и девушка ему нужна была, чтобы переспать на одну ночь и забыть. Занзас не привык связываться долгими отношениями. Тем более заводить семью, детей… Был скандал. Она обиделась, ушла, хлопнув дверью так, что та слетела с петель. Потом остыла, пыталась восстановить отношения. Но уже ничего не получалось. Разбитое блюдо не склеишь. Он стал где-то пропадать. Ходили слухи о его новых увлечениях. Все это время ее сжигала злость и обида брошенной женщины, но Роселла сидела тихо. Построила себе новую жизнь, и даже снова стала счастливой. В конце концов, люди встречаются потом расстаются. Правда же? Не удалось построить отношения с Занзасом. Не получилось, не срослось. Ну да ладно. Такой одинокий, гордый, непокоримый волк, который привык жить для себя. А ее хамоватой натуре хотелось уже чего-то другого. Чего-то теплого и нежно-заботливого. Занзас не умел говорить комплименты и дарить нежности. А потом поползли слухи, что у босса Варии появился ребенок. Девочка, которую он притащил в свой штаб. Вот они, семья, любовь, забота, нежности. Вот оно все то, чего не хватало ей и досталось какой-то другой. Той самой, матери появившегося ребенка. Невероятно, Занзас не приспособлен к семейной жизни. Да у него Скуало в роли заботливой женушки, которая и пинка вовремя даст, и наорать наорет, и поможет в случае чего, с проблемами всякими разберется. А тут, Занзас завел ребенка… Своего ребенка. И явно не от Скуало. Господи, Роселла, какая же ты дура! — Я посмотрю… Просто посмотрю, — твердила она себе, пытаясь успокоить бьющееся сердце и пылающую ярость. — В конце концов, слухи могут оказаться всего лишь слухами. — Вро-о-ой! — взревел голос с высоты лестницы. - Роселла! Вроде, мы не ждали гостей. Ты чего забыла здесь? — Скуало спустился вниз. Девушка хмыкнула. — Сам боевой капитан Варии вышел меня встретить. Какая честь. Где же твой босс, Скуало? — Откуда я знаю. Я ему что, нянька? — фыркнул мечник. — Я удивлена, что он еще не женился на тебе. Так эксплуатировать несчастного чело… И тут она словно воздухом подавилась. Там, в конце коридора, стояла ОНА. Миловидная большеглазая блондинка держала на руках маленькую черноволосую девочку. Нет, слухи все-таки не врут.

***

Адриана сразу заметила эту женщину, пусть и невысокую, с недлинными ногами, но довольно внушительного вида. В коротком черном платье и высоких сапогах на мощных каблуках. Брюнетка окинула блондинку таким яростным, ненавистным взглядом, что впору испепелиться было. Но девушка храбро осталась стоять на месте, инстинктивно прижав девочку крепче к себе, словно защищая от злой фурии. Тогда брюнетка, цокнув языком, сама к ним пошла. — Россела, стой!.. - попробовал вмешаться Скуало, чуя назревающую драку. Две сопровождающие тоже кинулись было вслед за своей синьорой, но та только отмахнулась. — Нет, не надо. Я же просто познакомиться, — хищно облизнула пересохшие губы, разжижая яд в каждом слове. - Тут такое, а мне никто даже не сказал. Невежливо выходит. Успокойся, Скуало. Я никого не собираюсь убивать. Просто проявляю вежливость. Мечник только вздохнул. Ох уж эти бабские разборки! То ли женская интуиция, то ли солидарность, шепнули тогда Адриане всю правду. Да по брюнетке видно было невооруженным глазом. Красной надписью на лбу:       

      БЫВШАЯ

Жена или любовница… Не имеет значения. Бывшая, она всегда бывшая. И, похоже, она считает блондинку „той самой“ разлучницей. Да уж, весело сейчас будет. Роселла шла и прямо кипела ненавистью. Ну, правильно, она сама маленькая неказистая... В общем, до фотомоделей далеко. Зато блондинка — полная противоположность! Она и высокая, белокурая, глаза большие, носик маленький. Плечи тонкие хрупкие. Такая ему нужна, да?!! Дура тупая! — Добрый день, — хищно улыбаясь, Роселла останавливается рядом, посекундно переводя взгляд с женщины на девочку в её руках. — Добрый день, — вежливо отозвалась Адриана. — Я смотрю, у вас здесь все хорошо, — продолжает светскую беседу „бывшая“. В это время маленькая Ванда чихнула, да так, что куча соплей вылезла наружу. Адриана, ничуть не смутившись, достала бумажный платок. Девочка было закапризничала, но женщина легко ее успокоила. — Я — врач, синьора, — первая заговорила на щекотливую тему. — Врач. Не больше и не меньше. Попытка с треском провалилась. Брюнетку это только развеселило: — Врач?! Это что, новая мода нынче появилась? И сколько же он тебе заплатил, чтобы ты раздвинула перед ним ноги? — вдруг в упор, уже с нескрываемой ненавистью в голосе, спросила она. Блондинка даже не шелохнулась, совершенно четко вдруг проговорив: — Сцены ревности иди устраивай в другое место. Я твоего мужчину не трогала. У меня свой есть. — Врешь! — не поверила. — Это правда, — просто сказала блондинка, встряхивая девочку, которая снова начала хныкать. — А чей это ребенок?! — Не мой. Думаю, если бы здесь была настоящая мать, меня вряд ли бы позвали. — А! — вспыхнули огнями зеленые глаза Роселлы. — Так ты типа нянька-перебежчица! — Скорее, я врач-педиатр, лечащий простуду. — Да что ты говоришь, — издевательски проговорила Роселла, окидывая блондинку чуть ли не сканирующим взглядом. На самом деле, да. Похоже было, что та не врет. — Значит, ты не жена? — Нет. — И не любовница? — Нет. — А, — выразительно кивнула в сторону крошки, — чей тогда ребенок? Блондинка только плечами пожала. Мол, откуда я знаю. Это не моя проблема. Разбирайтесь сами. А потом совсем неожиданно завизжала в три горла девочка, и на горизонте показался Занзас. Было успокоившаяся Роселла снова вспыхнула яростью. Честно говоря, у нее чесались кулаки, и хотелось сказать боссу Варии пару нелестных слов. — Занзас. — Роселла. Они смотрели друг на друга, точно два матерых хищника, в который раз встретившихся в схватке. Занзас посмотрел сначала на бывшую. Потом на заплаканную дочку, и забрал ребенка к себе. Роселла вспыхнула. Неосознанно ей захотелось свернуть девочке шею, прибить одним ударом, прямо здесь, не сходя с места. Ванда плакала. Папка пытался ее успокоить, тихонько укачивая и шепча что-то на ухо. „Ты вырос, однако, Занзас“, — пронеслось в ее голове. Было обидно. И больно нестерпимо. Она бы вырвалась, она бы сорвалась, она бы прямо здесь… «Как ты мог, Занзас"… — У босса Варии нынче проблемы? В няньки податься решил? Никак профессию поменял? Тот только хмыкнул. — А ты, значит, как кошка, все по мужикам отираешься? Не нашла себе еще никого? „Дурак, я ведь тебя любила“. — Я тебя умоляю. Подобрал бы лучше себе женушку. А то знаешь, ребенок и без матери — как-то странно выходит. Мужчина только хищно улыбнулся: — А ты так мечтала оказаться на ее месте... Роселла смерила бывшего любовника ненавистным взглядом. — Ну и сволочь же ты, Занзас, — процедила сквозь зубы. Ей стоило больших усилий, чтобы не сорваться. Босс Варии только хмыкнул. — Все еще плаваешь в розовых мечтах? У меня своя жизнь, у тебя — своя. И маленькая девочка на его руках тому подтверждение. Роселла дернулась, в одно мгновение выхватывая из-под платья кинжал. — Поберег бы ты лучше свою новую жизнь! — Росс! — предостерегающе закричала одна из девушек. Брюнетка махом обернулась. — Не надо, — покачала головой сопровождающая. А Занзас грубо расхохотался. — Думаешь, что попрешь против меня? А кишка не тонка? — Смотри, как бы я твою рожу об этот пол не расквасила. — Босс! — вступил в разговор Скуало, прекрасно зная, что перепалка будет долгой. И эти двое точно доведут дело до драки. — Остынь. Смотри, посторонние. Да еще и Ванда здесь. — Мусор, лучше присмотри за ними, — отозвался босс, передавая ребенка назад блондинке. Это означало только одно — яростную драку. — Вро-о-ой!!! Да ты охренел, алкоголик чертов!!! После тебя опять весь штаб отстраивать!!! Ворох возмущений капитана потонул в разгорающемся сгустке Пламени Ярости. Скуало легко увернулся, но в него тут же чуть не прилетел кинжал Роселлы. Громыхнул выстрел. С обеих сторон сразу. Капитан, крякнув, перекатился в сторону, таким образом прикрывая Адриану. — Нам лучше уйти. Пока два этих полоумных, — кивнул в сторону, где Занзас уже сгреб Роселлу в охапку и швырнул девушку вниз по лестнице, — тут все не снесут — не успокоятся. Блондинка кивнула, соображая, что ей-то смыться надо было еще давно. Громыхнула еще пара выстрелов. Полэтажа снесло Пламенем, словно сухие дрова. К сожалению, иначе „сладкая парочка“ проблемы решать не умеет… Занзас хотел поставить на место не в меру наглую бывшую. Бывшая хотела поквитаться со старым любовником за поруганные чувства. Уступать было нельзя. Обоих гнала гордость и чувство собственного достоинства. А еще Занзас знал, что обозленная Роселла представляет прямую угрозу для маленькой Ванды. Роселле нужно было выплеснуть гнев на виновника происшествия, чтобы „получил по заслугам“. — Свинья! — короткий выстрел. — Позорная. Грязная. Свинья!.. — еще три четко ложатся на каждое слово. Она смотрит на него с ненавистью и думает: „Святая Мария, хоть бы сдох“. И он, и его мелочь недоношенная. А потом пистолет падает из рук, и она сгибается пополам, сползая вниз по стене. Босс Варии, своими огненными шарами разнесший добрую треть замка в камни и щебень, выходит из завесы своего пламени, слегка обожженный и помятый. Перья подпалились, пиджак слетел. — Дурак ты, Занзас, — выплевывает вместе с кровью прикушенных губ. — Всегда был дураком, им и останешься. — Ты поговори мне еще тут, — он грубо хватает ее за горло, вдавливает в стену. — Допрыгалась? Сейчас ты берешь своих шавок шлюшных и сваливаешь отсюда. Навсегда. Поняла? — крепко встряхнул, так что у нее слезы на глазах выступили. — Между нами все кончено. Ванда — моя дочь. И ты не имеешь притязаний ни на меня, ни тем более на нее. Неожиданно она разряжается грубым почти истеричным смехом: — Ванда, значит. И ты всерьез решил вырастить девчонку среди мужиков? — она хищно облизывается, а в глазах у нее черти пляшут хоровод. Черт возьми! Он никогда не понимал женскую натуру! Занзас воспитывает девчонку! Ну не бред ли! — Ладно, — неожиданно мягко продолжает она. — Ты попробуй. А я посмотрю. Проверю. Что вырастет из твоей принцессы. - Босс!!! — среди дыма и огня, развалин этого крыла замка, показались силуэты варийских офицеров, которые руководствуясь логикой "перестало стрелять — можно идти смотреть» примчались по душу начальства. — Роселла! — крики с другой стороны. Краем глаза брюнетка заметила своих девчонок-сопровождающих. Фыркнув, она встала на ноги, на ходу бросая: — Если девчонка сдохнет — я ни причем. Смотри за ней лучше. А то сейчас входит в моду похищение детей.