Убийцы

       Даст гулял по городу в поисках чего-нибудь интересного. Хоррор был на задании, а Киллер после подвала не выходил из комнаты и в их укромном домике стало неимоверно скучно. Ночью было спокойно. Естественно, в городе их банда хорошо нашумела. Никто не мешал наслаждаться тишиной. Он не боялся встретить полицию или кого-либо ещё, убьет и дело с концом. Вон Хоррор давно человечинкой не питался, а с каннибалом шутки в этом плане плохи, так и своих сожрать может.        Вдыхая прохладный летний воздух, Даст почувствовал, как неприятным ощущением отдает мочевой пузырь, говоря хозяину тела прямым текстом о своем желании и не теряя времени, Пыльный отошел за ближайшие кусты.        Сделав свои дела, он хотел было продолжить свою небольшую прогулку, как увидел возле дома, возле которого Даст находился, Найтмера… только… светлого? Человек или монстр был блондином и в светлой одежде, но с идеально скопированной внешностью босса.        Присутствие Даста совершенно не замечали, хотя он стоял примерно в 20 шагах от самой копии на пустынной улице. Проследив, как копия босса заходит в сарай, Даст в растерянности не понимал, что ему стоит сделать: игнорировать или принять какие-нибудь меры? Лучше пройти мимо, а после рассказать Найтмеру об увиденном или сразу позвонить и ждать от него каких-либо распоряжений?        Осмотрев местность, убийца узнал, что находился возле дома наркоторговца, за которым на первом своем задании следил. Босс часто устраивал слежки за кем-то, особенно новичкам. Говорит, так учит сдержанности и аккуратности для более сложных заданий. Как ни странно, но это помогает, ибо сидеть и отмораживать на морозе свою задницу несколько часов, наблюдая, как хозяин дома просто ходит из одной комнаты в другую, выполняя бытовые дела, нужно иметь целую гору терпения.        Определившись, что стоит звякнуть боссу, убийца спрятался в тех же кустах, где был ранее. У Даста было не так много номеров в телефоне, ему просто некого добавлять. На мобильном устройстве хранились номера родителей, с которых больше никто и никогда не позвонит, но которые Даст не мог удалить по неизвестной ему причине. Просто рука не поднималась это сделать. И номера его «новой семьи», с которых звонили настолько редко, что Даст иногда забывал о их существовании. Набрав нужный номер телефона, стал ждать ответа. После четырех продолжительных гудков, трубку подняли. — Чего тебе? — как всегда без приветствия сказал Кошмар. — Босс, я вашу копию нашел. — Что? — только сейчас Пыльный услышал немного сонные нотки в голосе собеседника. — Говорю, встретил вашу копию только со светлыми волосами, возле дома наркоторговца, которого вы прикончили, — Найтмер долго молчал, переваривая информацию на сонную голову и пытаясь понять, какого именно наркоторговца он уже успел убить. Молчание настолько затянулось, что Даст проверил, не отключили его случаем, приняв за сумасшедшего. — Босс? — Твою за ногу! — гневно отозвалось с той стороны и послышалось, как что-то с грохотом упало.        По небольшому описанию Найтмеру не сложно было догадаться, что подчиненный увидел его брата-близнеца Дрима. Устало потерев переносицу, в голову Найтмера стали лезть всякого рода оскорбления на близнеца.        Вот какого хуя братец гуляет в двенадцать ночи в городе, где его могли в какой-нибудь подворотне убить, например, тот же Даст? Повезло, что этот психопат догадался ему позвонить, а не самовольничать как с той женщиной из полиции. И так пришлось использовать свои связи в полиции, чтобы как можно быстрее замять случай с самоубийством женщины, которая стала жертвой тупости Даста.        Найтмер вообще вернулся в этот город со своими подчиненными, только чтоб увидеться со своим братом, но так он и не встретился, потому что ему было откровенно совестно. Он пропал на шесть лет, потому что сошел с «верного пути», связавшись с плохой компанией, которая в последствии познакомила его с мафиозной бандой.        По началу у Найтмера было все, что он мог пожелать: деньги, наркотики, секс, надежные товарищи, собственная квартира, машина и много чего другого. Рай для подростка, даже учится и подниматься по нудной карьерной лестнице за какого-нибудь офисного планктона не пришлось. А платой за прекрасное времяпровождение было всего ничего, лишь немного подебоширить кое-где, тому пригрозить, с теми подраться, там сопроводить главу мафиози и т. д.        Проблемы начались в один роковой день, когда была перестрелка между двумя бандами. Найтмер не боялся крови, боли или причинить боль другому, но он до сих пор помнит, как дрожали его руки от напряжения после удачного выстрела в свою цель, как медленно в глазах человека, истекающего кровью, угасал огонек жизни и как к умирающему человеку подбегал его, может быть, друг и пытался всеми способами вытащить из лап смерти. Не смог. И тогда, со слезами на глазах, второй человек кричал на Найтмера и проклинал за убийство его брата, наставил на Кошмара пистолет и почти нажал на спусковой крючок, как был застрелен в голову. Напарник Найтмера подбежал и долго спрашивал о его состоянии, но не получал никакого ответа на свои вопросы.        После того случая Негативный вспомнил о своем брате, о том, что оставил его одного. Такого невинного, доброго для этого мира в полном и неожиданном одиночестве.        Больше Найт не мог стрелять из оружия. Перед глазами вставал образ умирающего человека и часто этот человек превращался в Дрима с безжизненными глазами, смотрящие прямо на Найтмера. Глаза, в которых всегда читалось доверие и любовь к старшему, стали холодными и осуждающими. Его галлюцинации и проснувшаяся совесть, мешали дальнейшему выполнению заданий, чем, естественно, был недоволен глава. После небольшого разговора с боссом, Найтмер понял, что нужно ему валить из клана как можно скорее. Он больше не хотел ни денег, ни шлюх, ничего, лишь бы вернуться домой к любящему брату.        Найт был в нескольких шагах от того, чтоб стать правой рукой главы мафии, он был уважаемым человеком среди своих товарищей и даже сам босс был доволен такому подчиненному, и тут он всем заявляет, что хочет уйти. Отпускать его никто не собирался. Кошмар был хорош в драках, умным, рассудительным и сдержанным, а такие на дороге не валяются. Поэтому ему прямым текстом сказали, что если он захочет уйти, то только ценой своей жизни. А также намекнули, что знают, что у него есть брат, который живет один и которому не сможет никто помочь в случае чего.        Угрозы сработали и теперь Кошмар сидел тише мыши. Пока в одну ночь, выпивая в одном баре с товарищами, не зашел разговор о какой-то всемогущей силе и демонах, заключение сделки с которыми строго настрого была запрещена законом как для людей так и для монстров. Тема быстро начала набирать шутливую нотку и также быстро израсходовала себя. Но не для Найтмера. Он зацепился за мимолетную мысль о демоне и о силе, как об спасательный круг, который поможет выплыть из мафии, и эта маленькая мысль поглотила его целиком, став жизненно необходимой целью.        И дальше все происходило, как в каком-нибудь фильме ужасов…        Найти информацию о демонах, а тем более о его призыве, было практически невыполнимой задачей, походу все старались уничтожить любые записи о коварных существах, но Найтмер так просто сдаваться не хотел и жизнь упертого мальчишку вознаградила.        Заключение договора с демоном прошел удивительно быстро, всего лишь пообещай свою душу и раз в полгода приносить жертву демону, чтоб тот с голоду не умер. Так сказать, будь мальчиком на побегушках. Но вот охваченный мыслью о большой силе и скором возвращении домой, Найтмер даже не подумал о том, с кем именно он заключает сделку. А демон на то и демон, он никогда честно не играет. Нет, слово он свое сдержал, дав силу простолюдину, но то, что чувствовал Найтмер в этот момент было тяжко даже мимолетно вспоминать.        Магия, которая стремительно наполняла все тело монстра. Ее было настолько много, что она начала пытаться выйти из тесного сосуда.        Сначала Мар почувствовал, как у него от резкого магического пополнения закружилась голова, а после как из носа потекла кровь. Вытерев бегущую каплю и посмотрев на руку, Найтмер не понимал почему его кровь имеет болотный оттенок. Уже открыв рот, чтобы задать пару интересующих вопросов демону, который еще наблюдал за ним, пока не почувствовал приступ кашля.        Кашель не хотел прекращаться, воздуха стало критически не хватать, щеки налились кровью, а потом красными пятнами начало покрываться все лицо. Найтмеру показалось, что если так продолжится, то он просто задохнется. И все же справившись, он начал откашливать, на первый взгляд, противную мокроту, но вкусовые рецепторы на языке это решили опровергнуть. Что-то было очень горьким и терпким на вкус, но распробовать или понять ситуацию не дал резкий рвотный позыв и это что-то вылилось из тела таким же болотным цветом, что и из носа.        Как только парень смог остановить рвотный поток невесть чего, он растерянно глянул на довольный взгляд демона и комната наполнилась криком боли. Правый глаз не выдержал давления магии и лопнул, давая возможность вытечь болотно-черной, дурно пахнущей субстанции вперемешку с кровью. Кошмар схватившись за глаз, начал судорожно глотать воздух, чуть бы не давясь слюной.        Но одного глаза не хватило и Найтмер почувствовал, как под спиной ползают червяки, паразиты, которые не находя себе места, бегали из одной стороны в другую. Комната кроме крика наполнилась еще одним звуком: звуком рвущихся тканей кожи и мышц на спине монстра. Звук был не громкий, довольно тихим даже, но Найтмеру казалось, что этот звук перекрывал даже его собственный крик. Одним болезненным толчком из спины вылезли щупальца, покрытые такой же черной субстанцией, что продолжала вытекать из глазницы. Щупальца, которые представляли собой ту невмещаемую в Найта магию, довольно зашевелились, радуясь свободе.        Найтмер тряпичной куклой обмяк, упав на пол, получая эйфорическое удовольствие от облегчения. Боль резко ушла, оставив после себя, будто напоминание, разодранное от криков горло, о котором Найт вспомнит только на следующее утро. Но даже это не мешало отдаться чувству облегчения, которое заставляло отправить сознание в небытие и наконец-то отключиться. — «Надо же, ты выжил. Ты крепче, чем кажется, — даже не видя демона, можно было с уверенностью сказать, что тот злорадно усмехался, явно оставшись довольным представлением. — Я свою часть выполнил, теперь будь добр выполняй свою.»        Найтмеру понадобилось много времени, чтобы скрыться от полиции из-за запрещенного договора с демоном. И еще больше ему понадобилось, чтоб принять свою новую сущность, свою новую силу, которая не так просто хотела давать себя контролировать.        Теперь это был не тот спокойный парнишка, которым восхвалялись уже мертвые, от рук самого Найтмера в порыве гнева, товарищи. Это был пропитанный негативом монстр, который не мог сдержать все эти отрицательные эмоции и выплескивал их на окружающих, что доставляло еще больше проблем с законом.        Так бы и продолжалась эта беготня от полиции, пока Найт не нашел истекающего кровью Киллера, где-то за мусоркой. Кошмар хотел бы пройти мимо, но его взгляд вцепился за глаза, из которых небольшими струйками тек знакомый негатив. В тот момент он почему-то сжалился над монстром, зачем-то взял к себе во временный дом, привел в порядок и неведомо по какой причине выговорился обо всем на свете, как только раненый пришел в себя.        Киллер послушал о нелегкой судьбе незнакомца и с улыбкой предложил руку помощи. Помог найти связи, которые утрясли заинтересованность полиции в поимке Найтмера. Долго уговаривать или платить большую сумму денег этим связям не пришлось, они были только рады заиметь у себя в должниках самого прихвостня демона, на особый случай, поэтому с широкой улыбкой и распростертыми объятиями предлагали свою помощь. А сам Киллер так и остался с Найтмером, говоря, что ему все равно некуда идти. И, что самое интересное, ответ на вопрос Кошмара «Зачем ты мне тогда помог?» до сих пор остался не известен. Киллер только шире улыбался на заданный вопрос и ничего не говорил, продолжая заниматься своими делами.        И вот, спустя долгих шесть лет и много чего пережитого, он просто заявится на порог и будет ожидать объятий? Несомненно, они бы были, вот только с ними и большая взбучка от младшенького. Да и что он ему скажет в оправдание?  — «Дрим, я это… уходил ненадолго, потому что твой обожаемый братец ввязался в мафию, успел убить пару человек и монстров, связался с демоном, собрал свою команду из отборных психов и, помимо этого, другие преступления совершить. Но ты это… не злись, ладно?» — это нельзя было говорить ни в коем случае. Брат от такого ещё и инфаркт схватит в своем-то молодом возрасте. И молчать нельзя, и придумать что-то более правдоподобное в оправдание никак не получалось. Будто совесть специально отключала мозг, чтоб выглядеть еще более тупее перед братом.        Вот так после приезда в родной город он уже несколько месяцев не может даже просто написать Дриму СМС (который за все это время и номера телефона не сменил в надежде, что брат когда-нибудь ему позвонит), ведь не обязательно же сразу приходить и получать сковородкой по голове. Так бы узнал, что старший жив здоров, порадовался, потом бы перебесился в одиночестве или в компании друзей, что Найтмер нагло пропал и весточки даже не присылал, может быть что-то разбил бы от злости и спокойно потом встретились, все обсудили и закончилось бы все крепкими братскими объятиями.        Но каждый раз Найт откладывал этот момент на потом и каждый раз думал, что завтра он точно придумает что-то очень правдоподобное в свое оправдание. Что-то что не сможет раскрыть его темную лошадку и при этом чтоб его не убил собственный брат. — Босс, если вы не хотите со мной разговаривать, то я отключаюсь и иду домой, — прерывая мысли Найтмера, устало проговорил Даст. На улице было тепло и успокаивающе тихо, но это не значит, что он хочет сидеть под обсосанным кустом целую вечность. — Нет… Нет, я просто задумался. Что он сейчас делает? — Я не знаю, он в сарай пошел, — с другой стороны послышалось, как собеседник громко выдохнул, собираясь с мыслями. — Так, слушай меня внимательно. Этот парень довольно-таки пугливый, сделай так, чтобы он свалил с этого дома куда подальше, но не смей трогать его, — последние слова Найтмер практически прошипел, мысленно показывая, что за невыполнение такого маленького пунктика, Даст получит долгую и мучительную расправу. — Считай, это твое наказание за последнее убийство без моего ведома, — и не долго думая, с ехидством добавил, — как придешь, еще и полы мыть в доме будешь. — Что? — недовольно и громко в глуши пустынных улиц сказал пыльный, сразу замечая, как копия, непонятно когда успевшая вылезти из сарая, остановилась и начала оглядываться по сторонам. — Твою ж… Он меня, кажется, услышал… — Потому что, долбаеб, кричать нужно меньше! Подумай о чем-нибудь хорошем. — Чт… Зачем? — Думай, блять, или я тебе шею по приходу сверну!        После такого думать о «чем-нибудь хорошем» совершенно не хотелось. Даже как раз-таки наоборот. Но тяжело вздохнув, Даст попытался вспомнить то, что хоть немного доставляет ему радость в его жизни. И перед глазами появился маленький, миленький восьмилетний мальчик, чем-то похожий на Даста. Вспомнилось, как маленький мальчишка подбежал к нему и предлагал поиграть в догонялки с такой счастливой улыбкой, будто он сгреб себе счастье со всего мира. Вспомнилось, как мальчик смотрел очередной боевик по телевизору и с горящими глазами мечтал о таком же будущем. Будущем наполненным эпичными сценами, интрижками и, самое главное, где он сражается за мирные деньки обычных граждан, которые видят в нем героя.        Тоскливые воспоминания об мальчишке наводили на другую персону, так заинтересовавшую недавно Даста. Блуббери. Такой же милый и с такой же счастливой улыбкой, как у того восьмилетнего мальчика, как у его брата. Блу всегда старается помочь каждому, как и его брат, после просмотра фильма о добрых полицейских. И Дасту было приятно смотреть на довольное лицо брата от проделанной работы. И это довольное лицо он наблюдал у Блу. У Блуберри были такие же мечтательные глаза, такой же радостный визг, когда ему давали сладкого. Такое же невинное тельце, косточки которого с приятным звуком будут ломаться, такие же большие глаза, в которых будет плескается ужас, такие же пухлые губы, которые скривятся от боли.        О, как же он хочет услышать душераздирающий крик Блу от медленного ломания костей. Крик просящий его остановиться, молить его не делать ему больно. Как же он хочет увидеть эти жалкие попытки вырваться из капкана Даста. А эти глаза наполненные слезами, приоткрытый рот и сбившееся, тяжелое дыхание от боли.        По телу Пыльного прошлась стая мурашек, вызывая у него приятное возбуждение, которое с невиданной скоростью натягивало ткань шорт. Маниакальная улыбка появилась на лице, а глаза открылись, показывая миру все свое психическое здоровье. — Ты думаешь? — прервал поток нездоровых мыслей Найт. — Да…- почти со стоном ответил Даст, — ты прервал на самом интересном, — уже не заботясь о деловой форме общения, переходя на «ты», Даст обратил внимание на блондина, о котором уже благополучно забыл. — Дрим! — из дома вышел еще один парень, что никак не радовало убийцу. Один монстр еще ладно, но два уже могут создать кучу проблем. Но хотя бы имя копии узнал, может в будущем пригодится. — Найтмер, он не один. Тут еще какой-то белобрысый с пятном на щеке.        Найтмер помнил описывающего монстра. Такого сложно забыть. Особенно если твой брат неровно дышит к этой личности. И особенно если твой брат с криком доказывает, что они «просто друзья и нечего большего». И как не старайся, а доказать, что «просто друг» не залипает на фигуре своего «просто друга» по несколько минут, не замечая ничего вокруг и на сколько времени он залип, это уже не «просто друзья».        Да и по скромному мнению Найта, этот «друг» совершенно не подходил его брату. Забывчивый настолько, что даже рыбки нервно курят в стороне самые ядреные сигареты, неряшливый, не отличался особой красотой, да и вообще у него нет души! Как-то раз Найтмер случайно прошел мимо объекта воздыхания Дрима и ужаснулся от того, как тот поглощает его негатив похлеще пылесоса и при этом улыбается во все тридцать два зуба.        Проще говоря, тот еще выбор для влюбленности, который старший близнец не одобрял. Хотя интересно, Дриму все также нравится этот бездушный? — О-о-о! — восхищенно проговорили с другой стороны, — Дрим хочет его поцеловать! — Он хочет ЧТО?! — взъелся Найтмер, невольно представляя эту картину.        Для Даста было не секретом, что его босс был жутким собственником, но даже ревновать свою собственную копию? М-да, тот еще кадр, который веселил Пыльного. — Спокойно, босс, — давился от тихого смеха Даст. — Слышь, шутник, я посмотрю, как ты будешь пускать свои подколки, когда будешь выдраивать весь дом! — Но мы договорились только на пол! — А поздно! Или еще хочешь сходить на аттракцион под названием пыточная?! Выполняй гребанное задание или я тебе устрою веселые часы в твоей никчемной жизни! — неконтролируемый гнев был ощутим Дастом даже через телефон, — Жду с отчетом, — это было последнее, что услышал убийца перед тем, как телефон его оповестил характерным звуком, что разговаривать с ним больше никто не собирался.        Мердер очередной раз вздохнул. А ведь он просто хотел прогуляться в романтической атмосфере ночи. Но выбирать особо не пришлось, поэтому надевая перчатки, чтобы не оставить никаких следов пребывания в доме, Даст обдумывал план действий.

***

       Шизофреника тошнило уже не первую минуту под теме же, уже успевшими стать родными, кустами. Дасту казалось, что он никогда в жизни не сможет привыкнуть к телепортации.        На самом деле, телепортация — это единственное, что получалось хорошо у Даста. И то срабатывала не всегда, и тратила слишком много магии.        Но ощущение того, как земля резко уходит из-под ног, как дыхание перехватывало от неожиданности и как сердце издавало ощутимый удар и будто навсегда замирало после этого. Это всегда случалось слишком резко, как морально к этому не готовься. И, главное, как резко начиналось, так все резко и заканчивалось. Секунда и ты уже смотришь на другую местность, ноги становятся ватными и ты уже не можешь нормально стоять, падая на колени, в ушах противно звенело и желудок, решая не отставать от остальных и не быть белой вороной, выворачивался на изнанку.        Телепортацию Даст использовал крайне редко и никому не говорил о такой способности, не решаясь испытывать вновь всю ту гамму неприятных эмоций, но на кону стояло все и думать не приходилось. Чертов недолюбовник копии заметил его и подошел слишком близко. Пыльный мог поклясться, что чувствовал как ему дышат в затылок несмотря на то, что он плотно прижимался к стволу большого дерева. Поэтому он нервно перетаптывался с ноги на ногу, решая взглянуть страху телепорта в глаза.        Даст поднялся на ноги, пытаясь успокоить все тело, глубоко дышал. Настроению прибавляло только одна информация: Блу был где-то с ними. Несмотря на то, что убийца недавно его видел, по ощущению казалось, что прошло дня три или вообще целая вечность. Поэтому надо было бы наверстать упущенное и прогуляться с парнем пару тройку минут. Вот как только он успокоит свой организм и сразу же возьмется за за это дело.

***

       Блу, после телефонного разговора с начальником и получения «хороших» слов о его своевольности, обнимал на прощание своих друзей, параллельно заверяя о том, что он в состоянии дойти домой один и с ним будет все хорошо.        Время было уже почти час ночи, а любимый Папайрус с комплексом старшего братика еще не позвонил, чем знатно удивлял Блу. Скорее всего, опять в баре у Маффет засиделся и придя домой, дрыхнет там, куда успел в пьяном состоянии дойти. В ином случае, брат бы звонил каждые пять минут, чтоб удостовериться, что с младшим все хорошо.        Голубика, который ни разу в своей жизни не пил и не видел смысла в этом «развлечении», удивлялся, как еле стоящий на ногах монстр, который в добавок не видит ничего перед своим носом, может дойти до дома и при этом еще пару тупых шуточек выкинуть.        Парень зевнул и вяло потер глаз одной рукой, сворачивая в сторону парка с множество красивыми деревьями, через который дойти домой можно было быстрее. Он очень устал за сегодня. А завтра еще надо будет придти рано на работу, зайти к начальнику и вместо пряника получить кнут. — Эх, неужели у меня началась та самая черная полоса в жизни? — спросив в тишину парка, Блу незаинтересованно взглянул на вершинки деревьев и увидел на одном небольшое гнездышко, птицы уже спят.        Сзади раздались чьи-то шаги, которые заставили тело Блу невольно напрячься. Кому понадобилось гулять в комендантский час? Резко развернувшись, полицейский никого не увидел, что заставлял напрячься еще больше. Либо кто-то сбежал, увидев еще одного человека, либо Блу настолько устал, что ему уже начинает мерещиться.        Почесав затылок и оглянув ночную темноту еще раз, парень развернулся и встретился с чьими-то красно-фиолетовыми глазами. Страх от неожиданности сразу включил рефлексы и Голубика дернул рукой, чтобы устроить встречу его кулака с близ стоящим лицом, но вовремя остановил себя. А парень, заметив реакцию, лишь мило улыбнулся, выпрямляясь и становясь на голову выше полицейского. — Что такой красивый парень делает ночью в парке? — с той же милой улыбкой сказал незнакомец. — Это я должен спрашивать вас, сэр, — вытягивая из кармана штанов удостоверение и показывая его, проговорил серьезно Блу.- Что вы делаете в комендантский час на улице? — Ох, — рассмотрев показанное удостоверение, незнакомец неловко начал топтаться с одной ноги на другую, потеря затылок.- Понимаете, тут такое дело… Я не местный, выпил немного с друзьями, а когда пришло время идти обратно, я заблудился. А людей нигде нет, дороги спросить не у кого, да и телефон разряжен…- парень показал полицейскому свой телефон в доказательство.        Блу не веря с щурил глаза. Заблудиться в маленьком городке? Это ж как надо напиться, чтоб заблудиться в трех соснах? Тем более, что парень на вдребезги пьяного не похож, даже больше на трезвого, как стеклышко. Хотя запашок от него идет не очень хороший. — Где вы сейчас живете? — Снимаю комнату в отеле.        Голубика посмотрел в сторону, где находится отель. Это двадцать минут ходьбы от места, где они находятся и тридцать пять минут от его желанного и родного дома. Полицейский тяжело вздохнул, ему очень хотелось спать, но ночь никак не хотела с ним прощаться. — Давайте, я вас проведу, у нас сейчас в городе не лучшие времена, ходить одному опасно.        По хорошему, Блуберри должен был арестовать нарушителя, провести в участок и вытрусить пару денег, но то ли из-за сонного состояния, то ли по другой причине, парень решил помочь приезжему. — Спасибо большое! Вы не представляете, как выручили меня!        По дороге в отель парни разговорились, узнали имена друг друга, поболтали обо всем бытовом и о различным мелких проблемах в жизни и просто провели эти двадцать минут в хорошей компании друг друга. Голубика не сразу даже заметил, что они подошли к отелю и минут пять еще просто болтал, будто мозг отказывался терять такого собеседника и идти домой в одиночестве, пытаясь оттянуть время. Но идти было надо, ему еще надо удостовериться, что брат все-таки дошел до дома, а не пропал в темных улицах города. Поэтому попрощавшись, он пошел обратно.

***

       Даст, смотря в след Блу и дождавшись, когда тот пропадет с поля зрения, сам развернулся и пошел от отеля в свой дом. — Кто это был, брат? — справа от Даста показался мальчик, идущий рядом с ним. — Он тебе нравится? — Привет, Папс, — счастливо улыбнувшись Пыльный потрепал волосы мальчика. — Да, он мне нравится. Он хорош, правда? — Ты его убьешь? — Папс посмотрел в глаза парню. — Что? Нет, — в ответ недоуменно глянул на мальчика. — Почему? Разве ты не хочешь, чтоб он был твоим? — Папс, давай не сейчас…- Даст ускорил шаг, будто это поможет сбежать ему от брата. — Но меня же ты убил и теперь я рядом с тобой, как ты и хотел. — Папайрус. — Или ты хочешь найти мне замену? — Заткнись! — Даст повернулся и застыл на месте. Его младший брат заливался слезами прямо на улице.- Черт, я не хотел, прости… — парень взял его за плечи и немного сжал. — Давай вернемся домой.        Дальше Мердер шел в полном одиночестве с тяжелым сердцем.

***

       Зайдя в дом, Даст сразу направился к Найтмеру. Не успел он постучать в дверь, как она распахнулась и взору предстоял мужчина в черном деловом костюме. Даст отошел, давая проходу, чем сразу воспользовался незнакомец и направился к выходу. — Ты долго, — Найтмер, сидя за столом, читал какую-то бумажку. — Как все прошло? — Они что-то искали, босс, — Пыльный закрыл за собой дверь, но остался стоять рядом, не решаясь садится за стул, который стоял напротив босса. — Что именно? — Найтмер отложил лист и заинтересованно глянул на подчиненного. — Я не знаю, в одной из комнат сломали половицу и что-то делали в спальне наркоторговца, — брови Кошмара медленно начали двигаться к переносице, показывая, как ему не нравится услышанное. — Это все? Больше ничего не заметил? — Нет, босс, — ночную прогулку и то, что его чуть не заметили, Даст решил умолчать. Не хочется испытывать на себе настроение босса после этого. — Тогда можешь быть свободен.        И Пыльный вышел. Но в коридоре он столкнулся с вечно улыбающимся Киллером, который стоял на ногах, а вся его фигура кричала, что парень готов горы свернуть. — Найт у себя? — Да… — еще раз окинув взглядом товарища, Даст решил задать так крутящийся на языке вопрос. — Килл, тебя, по-моему, сегодня в подвале держали или у меня галлюцинации с утра были? — Нет, я и правда там был, — улыбка стала только шире. — Тогда почему ты цел? — Ох, наказания бывают разными, — Киллер подмигнул Дасту и перед тем, как зайти без стука к боссу, парень с ехидством добавил: — Я могу потом показать тебе на практике.        Даст в шоке смотрел на закрывающуюся дверь, не слыша, как на Киллера зло орет Найтмер, а потом дальше пошел в комнату. — «Неужели они трахаются? Хах, так у Килла здесь двойная работа, — на свои мысли Даст улыбнулся и зашел в комнату, — а показать на практике это… Да не, Киллер такого не сделает, — Даст расслабленно лег на кровать, но резко вскочил и посмотрел на дверь. — Или сделает? — сверля деревянную дверь, убийца не мог определиться в своих мыслях. — Сегодня надо будет закрыть дверь на замок… Или не только сегодня».