Похищение белого дракона 2

— Розмари, прошу тебя, ну не плачь, ты разрываешь мне сердце! — умоляла Касси, и, пока они шли куда-то, девушка протянула ей свой платок. — Я сто раз говорила Ланни сдерживать свои дурацкие порывы. Не делать того, о чем он потом пожалеет. А он пожалеет, я в этом уверена.       Но Розмари только хлюпала носом. Напряжение последних дней и все происходящее, наконец, вылились в небольшую истерику. Слишком уж насыщенными были эти три дня. Все навалилось разом. И этот бал, Малфой, вечеринка у Поттеров, Астория, и ещё, ко всему прочему, предательство Ланиуса. Она чувствовала себя расклеенной и разбитой, словно старая хрупкая ваза.       Успокоилась Розмари резко, когда услышала тихое лошадиное ржание.       Она сразу же вскинула голову и огляделась. Касси привела её в огороженный белым забором двор, который она не заметила за густым высоким кустарником в левой части парка. Кажется, это была конюшня. Белое одноэтажное каменное строение с темно-серой крышей, из которого два довольно крупных эльфа в коричневых фартуках выводили оседланных лошадей. Одна лошадь — поджарая, почти белая, резво перебирала стройными ножками. — Ой, моя красавица! — воскликнула Кассиопея, когда увидела прекрасное животное и уверенно подошла к ней, потихоньку протянула руку к недоверчивой, точеной морде с большими сливовыми глазами и аккуратно погладила. — Девочка, моя хорошая!       Розмари оглядела второго коня. Он был рыжий, лощеный, кажется, самец. Она видела лошадей в деревне, где жила, но никогда не подходила к ним и, упаси Мерлин, никогда не каталась. — Касси, можно мне тоже погладить? — спросила она, утирая нос платком и подходя ближе. — Давай, конечно… Не бойся, — Касси взяла её за руку и потянула к своему животному. — Это Гейша. Моя новая красавица.       Розмари осторожно потерла шелковистый влажный нос. Лошадь фыркнула, а Кассиопея рассмеялась: — Ты ей нравишься! — Она мне тоже нравится! — Розмари посмотрела на блондинку, разглядывая ее идеальный профиль и бледную кожу с нежным румянцем на щеках. — Касси, а можно задать тебе личный вопрос? — Да, конечно, спрашивай! — девушка с удовольствием продолжила ласково трепать свою лошадку. — Это, наверно, слишком личное, но где твоя мама?       Касси, не медля ни секунды, бодро ответила: — Папа говорит, что она умерла… — Умерла? Мерлин! Прости… — расстроилась Стюарт.       Касси обернулась к ней: — Нет, Розмари, всё не так… Мне кажется, папа выдумал эту байку, чтобы я не искала её… Но я закончу Хогвартс и начну поиски! Я хочу попросить Гарри Поттера помочь мне… — А ты знаешь, кто она? Как её зовут? — О, это тайна за семью печатями! Я даже Ланни посылала разведать это у папы, но он слишком хорошо умеет скрывать мысли, особенно, когда общается с Ланиусом, — ответила та, а увидев, что Розмари поморщилась услышав имя её дяди, быстро продолжила. — Я помню кое-что, у неё были карие глаза… Почти такие, как у тебя… Но ты же не можешь быть моей матерью?       Она рассмеялась. Розмари покачала головой и тоже заулыбалась: — Ты самое светлое, что есть в этом доме, даже странно, что ты дочь своего отца… Я была бы рада, если бы у меня была такая дочка.       Кассиопея вдруг замерла, на её серых глазах появились слезы, она улыбнулась, закусывая нижнюю губу. — Можно я тебя обниму, Розмари, ты хорошая! Очень! Ни мой отец, ни Ланиус не смеют тебя обижать! — она трепетно-осторожно обняла Розмари. Кассиопея была немного выше неё и такая худенькая, что когда Стюарт тоже приобняла её, то почувствовала огромную нежность к этому хрупкому доброму ребёнку. — Я тебе скажу одно — не обижайся на них. Это их постоянная борьба. А Ланни… Он самый несчастный из нашей семьи.       Розмари посмотрела на девушку — солнце освещало её кудряшки и казалось, что она светится. — В Хогвартсе, кроме меня, с ним никто не дружит. Его сторонятся. — продолжала та, вновь обратив свое внимание на Гейшу и поглаживая её по гладкой шее. — Из-за его способностей. Он дружил с одной девочкой с Гриффиндора, очень доброй, но она что-то не то подумала, и он бросил её. А она… Она очень переживала… А ещё он… Не важно… Прости его. А он обязательно будет просить прощения. Он мне говорил, что ты ему нравишься. Это правда.       Розмари только покачала головой. Конечно, она простит его, но как она будет с ним общаться? Того весёлого лёгкого общения, в любом случае, уже не получится…       Касси подошла к рыжему коню: — Розмари, папа уехал, может ты покатаешься со мной?       Розмари сглотнула, вытаращив глаза, — она и на лошади?!       Но после недолгих уговоров она все-таки залезла на эту рыжую гору по кличке Беркут. И они поехали по песчаной дороге через цветущие луга к небольшому леску.       Касси на своей лёгкой сильной лошадке скакала вперёд, возвращалась, показывала ей, как управлять, как подбадривать коня ударами пяток в бока, а Беркут лениво бежал, стараясь при любом удобном случае остановиться и поесть свежей травки на обочине. — Ах ты, лентяй! — крикнула тогда Касси и щёлкнула его небольшим хлыстом по лоснящемуся рыжему заду. Тот сразу же подорвался вперёд, Розмари с визгом ухватилась за седло, пытаясь не упасть. — Давай, Розмари, управляй поводом! Догоняй! — Касси громко крикнула своей лёгкой красавице: — Н-но! — и рванув прямо с места в галоп, унеслась по дороге, оставив Розмари с неуправляемым нервничающим конём.       Тот побежал за рванувшей вперёд Гейшей и вдруг, увидев на дороге что-то похожее на змею, резко отпрыгнул в сторону. Розмари и не заметила, как тут же слетела с испуганного животного в кусты, которые смягчили её падение. — Просто невероятно! — воскликнула она недовольно, ощупывая свои руки и ноги — вроде всё было цело, и она даже почти не успела испугаться. — Мисс Стюарт, вы живы? — услышала она встревоженный мужской голос.       Розмари выпуталась из веток и вышла на дорогу, потирая поцарапанную руку. Там, подпрыгивая от возбуждения, перебирал копытами знакомый ей разгоряченный чёрный жеребец со своим элегантным седоком. Малфой сдерживал коня, притягивая поводья. Выглядел мужчина взволнованным, но увидев, что она жива и вроде вполне себе в порядке, рассерженно воскликнул: — Чёрт, как вы умудрились сесть на коня?       К ним на полной скорости подскакала Касси на своей белой лошадке. Она резко остановила Гейшу и встревоженно воскликнула: — Розмари, прости! Я бросила тебя! Ты цела, ничего не повредила? — Вроде, все цело… — неуверенно пробормотала Стюарт. — Папа, помоги Розмари, пожалуйста! — воскликнула блондинка рассерженному отцу, который не успел ей ничего ответить, как она шустро развернула лошадь. — Я сейчас догоню Беркута!       И она снова ускакала прочь, оставляя после себя песчаные клубы пыли, чёрного жеребца и двоих людей, которые старались не смотреть друг на друга. — Давайте руку! — проговорил наконец Малфой, подъехав ближе к Роз.       И снова его протянутая ладонь перед её лицом. Она проглотила комок, и закусила верхнюю губу, раздумывая. Его рука была идеальна — длинные пальцы с красивыми аккуратными ногтями, большая ладонь, запястье с браслетом часов из белого золота, вены уходящие под белую манжету рубашки. Рука, которая обнимала её… Которая крепко и грубо держала её за талию и нежно ласкала её… — Вы долго будете любоваться на мою руку? — спросил Малфой нетерпеливо, приподнимая бровь. — Возьмитесь уже, я потом вам пришлю колдографию своих рук, поставите в рамку.       Он усмехнулся, сжав губы в тонкую линию. — Мистер Малфой, ваши руки держите при себе! — вскинула она гордо голову. — Наверно, я лучше прогуляюсь. Или вызову Морсика. — Вы сейчас же сядете, и мы найдём вашу лошадь! — приказным тоном велел он.       Розмари вздохнула и все-таки уцепилась за его руку, касаясь её с осторожностью, а ногу засунула в стремя, которое он освободил для неё.       Драко легко потянул её наверх и закинул за себя, на чёрный лоснящийся лошадиный зад. — Держитесь. — проговорил Малфой, а она неловко попыталась уцепиться пальцами за его седло, чтобы не трогать седока перед собой, но когда лошадь пошевелилась, то со вскриком ухватилась за его пояс и прижалась к нему.       Она сжимала Малфоя в своих объятиях…       Драко понял, что это была плохая идея только когда Розмари обняла его. Он понял, что не может дышать, чувствуя её близость. Он посмотрел на её кулачки на своём поясе. И то, как она сжимает его рубашку, как жмется всем телом, вызвало прилив возбуждения! Малфой, прикрыв глаза, подумал — «Мерлин, дай мне сил выдержать эту пытку!»       Сглотнул, заставляя себя дышать. — Вы самая неуклюжая женщина, которую я только знаю… — бросил он, стараясь говорить раздражённо. — А вы самый… — проговорила Розмари в его спину. — Молчите, или я скину вас! — рыкнул Малфой.       Розмари возмущённо задышала. Сейчас бы спрыгнуть самой, но он, словно издеваясь, пришпорил коня, и они поехали быстрее. Она вцепилась в белую рубашку и легла щекой на его широкую теплую спину, прижимаясь сильнее. Эта близость будоражила её. Розмари слышала его тяжёлое дыхание, быстрый стук сердца и вдыхала запах его тела, смешанный с тонким ароматом одеколона. Приятный. До мурашек. — Не понимаю вас… — вдруг проговорил он, поглядывая на неё из-за плеча. — Вам что нравятся дети? Вы из тех, кто предпочитает вытирать сопли своим мужчинам…       Розмари отодвинулась от него, но он резко остановил коня, и она ударилась о спину блондина. — Мистер Малфой! Мне больно! — воскликнула, одной рукой схватившись за нос, а другой сильнее сжав его за пояс. — Мне тоже, — проговорил блондин.       И почему-то ей показалось, что говорил он не о том, что происходит здесь и сейчас. — Я не знаю… — пробормотала она, краснея. — Почему я… Почему Ланиус… Да, я виновата, я не должна была, он совсем ребёнок! — Она посмотрела на его светлый затылок, снова растрепанный, и ей захотелось коснуться его пепельно-белых волос рукой, погрузить в них пальцы и разгладить.       Драко обернулся к ней в пол оборота, окинув её насмешливым взглядом, и она закусила губу, радуясь, что он не умеет читать мысли. — Успокойтесь, я знаю своего брата. — проговорил он. — Это его проклятие… Подобное он проделал с моей женой пару лет назад.       Розмари открыла в шоке рот. Что? Так Ланиус уже не первый раз так поступает! — То есть он…? — Да, он чертов ублюдок, который постоянно вытворяет непонятно что. А ещё в прошлом году в Хогвартсе из-за него ушла преподаватель по трансфигурации… Он поспорил, что соблазнит её. Она была старше вас лет на десять. — мужчина отвернулся от неё. — Я все жду, когда же он вытворит что-то такое, за что его упекут в Азкабан.       Лошадь снова двинулась в путь — Малфой заметил издалека, что Касси вела к ним навстречу коня Розмари, взяв его под уздцы. — Мистер Малфой… — проговорила Стюарт, переваривая его последние слова. — Лучше дайте ему то, что он хочет…       Она почувствовала, как напряглись мышцы на его животе. — Дать ему что? — спросил он. — Любовь… Он ваш брат, сын вашей мамы и хочет с вами общения. Не просто же так он все это делает… — говорила Розмари, боясь, что сейчас блондин точно скинет её за непрошеный совет. — Что? — поражённо проговорил мужчина. — Вы больная или вам понравилось то, что он проделал с вами? — Мистер Малфой! — возмущённо воскликнула она. — То есть, по вашему, я виноват? И должен ему что-то? — злился он. — О, как же я забыл, он же хороший и замечательный, а я грубый и невоспитанный человек! Как ещё вы там меня называли?       Она выдохнула ему в спину и сжала руки, царапнув его по животу ноготками через тонкую ткань. — Да, это вы виноваты! И я больше не буду испытывать муки совести, если весь этот спектакль предназначался вам! Вы с ним несправедливы, а страдают все!       Он зарычал. — Не вам мне указывать, что делать с собственным братом… — проговорил Малфой и грубо стиснул её пальцы одной рукой. — Вы ничего не знаете! — Я все хорошо узнала! Вот только недавно на себе проверила! — уже кричала она, пытаясь вырвать свою руку из его хватки. — Мне хватило! И что вы так занервничали тогда? Испугались, что плохая тётя соблазнит вашего маленького братика, который и сам это мастерски делает или…       Она вдруг прикусила язык… Ей совершенно не хотелось слышать правду. Правду о том, что он ревновал её… Мысль об этом заставила её ещё сильнее чувствовать себя рядом с ним неловко. А Малфой остановил коня и холодно спросил: — Или что?       Она посмотрела на его спину, её руки сжались на его крепком торсе, она даже почувствовала его накачанный напряженный пресс. Он прерывисто выдохнул и снова схватил её за ладони, убирая их от себя. — Мисс Стюарт, оставьте ваши фантазии…       Драко спрыгнул с коня. Потом взял её за талию и легко поставил на землю рядом. Схватился за ремень седла, подтягивая его, лишь бы не смотреть в лицо кудрявой ведьме. — Фантазии? — Розмари опустила глаза в землю. — В зимнем саду вы говорили… Мне показалось… — Вам показалось! — резко бросил Малфой и отвернулся от неё к подъезжающей на лошади дочери. — Касси, этой женщине я бы не доверил и осла, а ты посадила её на жеребца! — Папа, ну пожалуйста, не будь грубым! — воскликнула девушка, сидя на своей красотке Гейше. — Беркут самый спокойный из всех наших лошадей.        Малфой перехватил поводья рыжего беглеца и наконец взглянул на Розмари: — Садитесь! — Нет, я, наверно, лучше пешком… — Стюарт сделала шаг назад. — Садитесь или вам понравилось кататься со мной? — давил на неё аристократ.       Кассиопея с любопытством посмотрела на Розмари, ожидая её реакции. Та покраснела. — Почему бы и нет, вы можете быть приятным… — проговорила она, на что Малфой недоверчиво взглянул на неё, и Розмари добавила. — Когда молчите, конечно.       Он возмущённо и одновременно удивленно раскрыл рот: — Ну знаете…       А Кассиопея звонко рассмеялась: — Правильно, Розмари! Так его!       Малфой покачал головой и закатил глаза, но не стал ничего говорить. Он просто сделал вид, что отпускает рыжего коня. — О, нет, я пошутила! — воскликнула Стюарт: ехать с Малфоем ей не очень-то и хотелось.       Он победно усмехнулся. А Касси засмеялась. — Вы что, дразните меня? — сердито воскликнула Розмари. — Садитесь! — он похлопал по седлу, самодовольно разглядывая её.       Розмари подошла ближе, ухватилась за холку, а Драко подсадил её за колено и закинул в седло. Малфой бесцеремонно провел рукой по её обнажённой голени, вызывая хоровод мурашек. Вставил её ступню в стремя и сверкнул на нее своими серыми глазами, смотря на неё снизу вверх и улыбаясь одним кончиком губ. — Ноги надо держать в этих железных штуках, а бедрами, — он надавил на её колено, прижимая его ладонью к боку лошади, а Розмари покраснела, чувствуя, что горит от прикосновения его пальцев и закусила губу, сдерживая дыхание. — Бёдрами надо держаться за бока лошади! — Я поехала, папа! Догоняйте! — крикнула Касси, наблюдавшая за этим маленьким уроком со сдержанной улыбкой, и пришпорила свою красотку.       Она сразу же умчалась галопом вперед по дороге.       Драко с гордостью посмотрел дочери вслед и, легко запрыгнув на своего жеребца, поскакал вслед за ней.       Розмари чуть не заплакала, опять она одна и свалится. Она точно свалится! Как она поддалась на уговоры Кассиопеи?! Хотя, разве откажешь этой милашке?       Лучше бы она сейчас поехала с Малфоем. Пусть он злится и говорит гадости. Не звать же Морсика на помощь, вряд ли он доставит их вместе с конем прямо к дверям конюшни.       Розмари, пытаясь управлять, подергала за поводья, но зверь упрямо натянул их и опустил голову в траву. —  Скотина ты, а не конь! Мне что, применить к тебе Империус? — заныла Розмари, чуть не плача. Она посмотрела вдаль. Кажется, Малфой возвращался за ней.       Его чёрный жеребец, разгоряченный быстрой гонкой, остановился рядом, фыркая и перебирая копытами, и резко поднялся на дыбы, Драко даже глазом не повёл, удержался, а Розмари сжалась на своём седле, испугавшись, что аристократ свалится.       Малфой какое-то время гарцевал на своём животном вокруг неё, смотря на Розмари с самодовольной усмешкой. Ведьма следила за ним — он молчал, и она молчала. Она могла бы долго разглядывать его прямую спортивную фигуру в седле, поддерживая эту странную игру в молчанку, но её живот предательски громко заурчал. Еще бы — одно мороженое, съеденное в обед, вряд ли насытило её на весь день. — Пожалуйста, сделайте что-нибудь с этим конём… — проговорила Розмари наконец. — Как заставить его идти к дому?       Аристократ словно ждал, когда она сдастся и попросит. Подъехал к ней, вытащил из её рук поводья и крикнув: — А ну пошёл, рыжий лентяй! — уверенно дёрнул их крепкой рукой.       Конь тут же воспрянул духом и затрусил мелким шагом по песчаной дороге, ведомый Малфоем.       Драко обернулся к Розмари, которая разглядывала окружающий пейзаж, играющий желто-розовыми красками под закатными лучами солнца. — Вы изучили рецепт Снейпа? — спросил он, поглядывая на её грудь, подпрыгивающую в такт шагов лошади.       Розмари покраснела под его взглядом и едко бросила: — Да, конечно. А вы изучили моё письмо? — Да, конечно… — проговорил он так, словно это ничего не значило. — Но… Но вы не смеете читать мои письма! Вы вроде кажетесь воспитанным человеком! Так нельзя! Это личное! — Серьёзно? Я имею право знать с кем и по какому поводу переписываются мои зельевары. Тем более, когда они не прошли испытательный срок. Кто знает, какие секреты скрываются в вашей кудрявой голове? — Вы могли бы просто спросить, я не какая-то шпионка! И неужели вам недостаточно того, что меня проверил Северус Снейп? — Мне недостаточно, — холодно бросил он и продолжил. — Во вторник, примерно в одиннадцать, мы выезжаем в Малфорт! Я уточню время позже. Приготовьте свои вещи. — Мы с вами? — нахмурилась она. — Да, вас что-то не устраивает?       Розмари моргнула и закусила губу. — Нет, всё в порядке. — Я рад, что у нас с вами наконец-то всё в порядке, — отвернувшись, съёрничал Малфой. — Я тоже этому рада, — буркнула Розмари. — А вы не можете просто ехать с закрытым ртом? — раздражённо бросил Драко. — А вы? — рассердилась Розмари.       Блондин резко задержал своего жеребца и развернулся к ней, подъезжая совсем близко. — Дерзите мне? — он был зол, остановился прямо рядом с ней, вжимаясь в её бедро своим.       Стюарт испуганно дернулась, но бежать было некуда, только если падать с лошади. — Да, — проговорила она наигранно-смело, при этом дрожа, как осиновый лист. — Вас что-то не устраивает? Так увольте меня…       Он схватился за её седло, прямо у неё между ног, удерживая их лошадей рядом. Розмари посмотрела на его руку и сглотнула. Ее короткие шортики и его длинные холеные пальцы… Совсем рядом. Малфой проследил за её взглядом, чуть порозовел, но ответил холодно: — Уволить? Да, я нашёл ваше заявление, но увольнять пока не хочу… Пока… Как вам, кстати, то, что вы увидели в моём кабинете? Понравилось? Вы так внимательно смотрели… Даже губу закусили… Вот эту… — Он грубо провел большим пальцем по её нижней губе, погладив при этом щеку ладонью.       Розмари оторопело открыла рот и оттолкнула его.       Да как он смеет! И трогать её и говорить все это! Мерзавец!       Он усмехнулся и тут же отъехал от неё. — Вы домогаетесь меня! — закричала она. — Я могу уволиться! Такой пункт есть в договоре! — А может, это вы домогаетесь меня? — растягивая слова, произнёс Драко и нагло усмехнулся, сверкнув белыми зубами. — Соблазняете меня на балу своими прелестями… Кстати, в «Пророке» это отлично видно… Подглядываете за мной и моей женой… Падаете на меня пьяная, будто случайно, на лестнице…       С каждым его словом Розмари краснела всё сильнее: — Это не так… Это… Это случайность… — Случайность… — хмыкнул Малфой. — Да, все это случайность! Как вы можете обвинять меня в таком! — Роз уже чуть не плакала, чувствуя себя оскорбленной. — После того как вы… Вы наглым образом трогали меня в Зимнем саду! — выпалила она, краснея. — Вы же тот самый крылан! Лисенок! Думаете, я совсем дура и не догадаюсь об этом? Вы обнюхивали меня, смотрели на меня, изучали! Это ненормально! — Знаете что, мисс Стюарт! — проговорил Драко, подъезжая к ней и окидывая её тем же презрительным взглядом, который она видела совсем недавно у крыльца мэнора. — То, что было в Зимнем саду… Такого больше не повторится! Даже не мечтайте! — он дёрнул бровями. — А про вашего крылана я ничего не знаю! Кто там вас обнюхивает… — Он усмехнулся, кривя самодовольно губы. — Вы слишком много фантазируете! Для зельевара это скорее минус, чем плюс.       Розмари покачала головой, разглядывая уверенное насмешливое выражение его лица. Она уже как-то слышала это — «Такого больше не повторится», после того, как он напал на неё при первой встрече и извинялся, и фыркнула, совершенно не веря ни одному его слову: — Мистер Малфой! Вы со своим братом очень похожи! — проговорила она смело, сверкая на него глазами.       Драко изменился в лице, самодовольство превратилось в холодную злую маску. — Вы оба отличные лжецы! — закончила ведьма и отвернулась, показывая всем своим видом, что не намерена продолжать этот разговор.       Они въехали во двор конюшни. Драко поспешно спрыгнул с коня, похлопал его по шее, что-то ласково шепча. Во двор тут же выбежали два эльфа-конюха и увели его жеребца.       Розмари попыталась слезть сама. Пусть этот аристократ со своей самодовольной миной на лице не думает, что она не справится с такой лёгкой задачей.       Когда она уже стояла одной ногой на земле, другая вдруг — О, святой Мерлин! — запуталась в стремени, и она свалилась бы на землю спиной, если бы Малфой не подхватил её. Одной рукой он удержал Розмари от позорного падения в грязь, а другой снял с её ноги треклятую железку. — Не надо, я бы справилась сама… — пробормотала Стюарт, пытаясь выбраться из неожиданных объятий.       Драко громко сглотнул прямо в её волосы над ухом и выдохнул. Его ладонь лежала на её талии… Прохладные пальцы сжали кожу на голом животе над поясом шорт. Розмари тут же дернулась и отпрыгнула от него, хлестнув блондина волосами.       Ещё скажет, что она снова домогается его! — Надеюсь, вы доживете до вторника… С вашим-то везением… — хрипло проговорил он, отряхивая свою рубашку, словно ведьма запачкала его, и удалился со двора.

***

      Розмари уже почти легла спать, когда услышала шаги за дверью.       Она замерла, ожидая стук. Но человек за дверью нерешительно замер. Кто там был? Малфой? Нет, не может этого быть. Хотя она была так дерзка с ним, может он передумал и решил её уволить… Ей этого уже не хотелось, она предвкушала поездку в Малфорт и встречу с драконами.       А может это Падма или Касси?       В щель под дверью засунули свернутый в два раза пергамент и неизвестный быстро удалился из коридора. А Розмари сразу же догадалась, кто это был.        Ланиус…       Она облизнула губы и подняла его записку с пола. После всего, что она узнала об этом мальчике, Розмари пребывала в замешательстве. Он казался прекрасным, добрым, заботливым, но использовал её, применил свою мужскую притягательность и умение читать мысли. Он поступил подло, ведь она доверяла ему. Она вспомнила слова Рона Уизли, о том, чтобы она была осторожнее с ним. Кому, как не преподавателю частной школы, где учится Ланиус, знать о нём лучше всех.       Она уселась на кровать и нехотя развернула пергамент.       «Прости меня, Розмари! — гласила записка. — Я повёл себя, как полный кретин! Не знаю, о чем я думал, но меньше всего на свете я хотел обидеть тебя. Всё, что я говорил о тебе, это правда, как и то, что ты мне нравишься… Да, я хотел задеть своего придурка-брата. И да, сделал это специально. Я знал, что они с Касси договорились в это время покататься и применил свои способности, чтобы завлечь тебя в свои сети, чтобы дотронуться до тебя на его глазах. Я знаю, что думает мой брат, и он врёт, когда говорит, что презирает тебя. Но я больше ничего не скажу… Ненавижу свою способность к чтению мыслей! Ненавижу все в себе! Ненавижу всю свою гребаную никчемную жизнь. Я умею только все портить… Я идиот, который не достоин твоего прощения. Но все же надеюсь на него. Прости… Надеюсь, все еще твой друг, Ланиус.»       Дочитав до конца, Розмари не выдержала и заплакала. Ну какой же он дурак! Они так хорошо общались, Розмари уже считала его своим другом, восхищалась им…       Она положила записку на прикроватную тумбочку, вытирая слёзы. Залезла под одеяло и задумалась. Сон не шёл. Она снова встала. Взяла новый пергамент, села за стол у окна и написала:       «Ланни. Я прощаю тебя. Только, пожалуйста, не поступай так больше никогда и ни с кем. Это называется подлость. И это очень больно. Твои способности — прекрасный дар! Ты можешь принести людям много хорошего, пользуясь ими во благо. Возможно, именно в Аврорате ты сможешь проявить себя в полной мере. Я желаю тебе счастья. А твой брат… Он ошибается. Когда-нибудь он поймёт это. Не надо ломать свою и чужие жизни из-за ваших недомолвок. Прошу тебя, не ненавидь себя! Ты мне тоже очень нравился до того, как ты… Ошибся. Дай мне время. Потом мы поговорим, и я надеюсь, останемся друзьями. Розмари.»       Она вызвала Морсика и попросила его отнести эту записку Ланни и только после этого легла спать.