Все кринжуют кроме Бокуто

      Танец Куроо начался с лёгкого поглаживания плеч Кенмы и покачивания бёдрами. Зрители стали свистеть и хлопать в ладоши. Кенма начал краснеть и глубже запихивать руки в карманы объемный толстовки.       Тетсуро медленно расстегивал пуговицы рубашки, закусывая нижнюю губу и оглядывая исподлобья публику. — Раздевайся! — крикнул Бокуто, который не первый раз видел это зрелище. На что Куроо приложил указательный палец к губам и медленно облизал его снизу вверх.       Когда все пуговицы были расстёгнуты, Тетсуро двинулся вокруг своего «шеста», нежно лаская шею, плечи и ключицы Кенмы. Рубашка осталась на коленях связующего. Кенма пытался тише дышать, сжимая кулаки в кармане.       Куроо приподнимал футболку, оголяя низ живота и чуть приспуская штаны вместе с трусами, дразня голодные взгляды окружающих, которым не терпелось увидеть картину целиком. Тело Тетсуро правда можно было считать частью искусства.       Брюнет начал играться с волосами своего партнёра, лаская мочки ушей и шею. В то время, как Куроо поднес лицо к уху и нежно облизнул его скулу. Кенма не мог дышать тише. — Тише, котёнок, расслабься, я только начал…       Хорошо, что Кенма носит мешковатую одежду и его позорный стояк от какого-то стриптиза никто не увидит. И именно в этот момент Куроо перегнулся через плечи Кенмы, упираясь руками в то самое место. Видимо кое-кто уже увидел, даже почувствовал. — Надеюсь почувствовать это у себя во рту сегодня ночью в спальне… — прошептал тот.       Наконец с Куроо слетела белая футболка, показывая все прелести его тела. — Может кто-нибудь поможет мне снять штаны? — язвительно сказал Куроо — Может ты, очкарик, у тебя очень хорошо получается, особенно ртом… — Ещё чего… — не успел возразить Цукишима, как Куроо встал вплотную к нему с разведёнными руками — Нет, я не собираюсь… — Снимай! Снимай! Снимай! — орали все вокруг, из-за чего Кею все-таки пришлось расстегнуть кожаный ремень брюк. Бедра Куроо качались из стороны в сторону из-за чего пуговицу было расстегнуть в разы сложнее. — Ну же быстрее, мне не терпится… — Я смотрю ты скорострел. — попытался подколоть Яку. — Когда у меня такой сексуальный шест, я не против и одной минуты. — Куроо, улыбаясь, обернулся на Кенму и послал воздушный поцелуй.       Наконец Цукишима справился со своей задачей и Куроо вернулся на танцпол, вставая задом к зрителям.       Штаны медленно поползли вниз, показывая надпись на трусах «The big boss». Брюки полетели куда-то в воображаемый зал.       Завершающими движением в танце стали полые шлёпки по ягодицам и наклоны вперёд.       Вопли в комнате угомонились только тогда, когда Куроо полностью оделся. — Это был лучший стриптиз, который я видел! — воодушевленно сказал Бокуто — Хотел бы я оказаться твоим шестом! — Извини, но это место занято. Предлагаю тебе посидеть так перед Акааши. — видимо Бокуто уже не расслышал фразу Тетсуро среди криков. — Вам не кажется, что я стало слишком жарко, друзья! — сказал Куроо — Я считаю, настало время перекура и туалета, но только на 5 минут.       Куроо отошел в дальний уголок, где Кенма заряжал свой телефон. — Слушай, Кен, прости меня за Цуки, я просто… — сказал Куроо наклоняясь к Козуме. — Не бери в голову. — Кенма опустил голову ещё ниже, пытаясь спрятаться в телефоне но, Тетсуро взял его лицо за подбородок и нежно поцеловал в губы.

***

— Хеей! Хьякудзава! Ушивака! Чего сидите грустите? — Хината в полупьяным бреду доставал всех подряд. — Хината, тебе не кажется, что бутылка пива в твоих руках лишняя? — обеспокоенно спросил Хьякудзава. — Д-да (икает) все под контролем, сейчас начинается самый разгар вечеринки! — Тебя шатает во все стороны. — констатировал Ушиджима. — А я думал вы сидя танцуете! Ха-ха-ха! — Хината, тебе надо… тебе надо прилечь. — Мне? Мне надо… –Шое не успел сказать что-то вроде оправдания, ведь ему уже никто не поверит.       По брюкам Хьякудзавы стекала благодать из рта Хинаты. — Ой… (икает) прости, пожалуйста, я сейчас все уберу… — он начал стаскивать с себя толстовку, так как под рукой не нашлось салфеток. — Эй, Хината! — за спиной послышался злобный голос Кагеямы — Я же тебе сказал не отходить от меня далеко… О боже… — Кагеяма, не переживай! — Хьякудзава начал активно махать руками — Всё в порядке! — Было бы в порядке, если бы твои штаны не были в рвоте этого идиота! — Тобио злился всё сильнее. — К-Кагеяма, это ты? (икает) Я так по тебе соскучился… — Шое полез обниматься к черноволосому парню, но того остановили рукой в лицо. — Иди умойся, идиот, а потом лезть обниматься… — Кагеяма потащил рыжее недоразумение в ванную. — Кажется Хинате нужен аспирин, а Хьякудзаве новые штаны. — с легкой насмешкой сказал Акааши Бокуто, которые стояли недалеко от места извержения. — Да уж, неловко вышло… — Бокуто тоже было смешно с этой ситуации. — Акаши, ещё раз извини за эту шумную тусовку, я сам на неё не рассчитывал… — виноватое лицо Бокуто выглядело очень мило. — По-моему тут весело. — Акааши улыбнулся — Я всегда хотел побывать на подобном мероприятии. Я удивлён, что вы меня вообще позвали… — Почему это?! Ты же потрясающий собеседник! Как такого, как ты не позвать!       Акаши взял Бокуто за руку от чего тот замер. — Бокуто-сан, похоже вы единственный, кто так считает. — Акааши кротко улыбнулся и, ослабив хватку, пошёл к «бару», который соорудили Лев с Яку.       Бокуто так и не пошевелился: — Что это было? — на выдохе истерично прошептал он.       Акааши, подойдя к высокому столу, взял стакан и начал делать коктейль. Внутри он понимал, что ему давно стоило прекратить пить, но он боялся, что этот весёлый вечер вдруг закончится. — Сделай мне тоже. — Акааши будто знал, что Кенма прямо сейчас присоединиться. — Не знал, что ты пьешь. — Акааши поставил трубочку в коктейль и принялся делать следующий. — Не знал, что ты гей. — Кенма равнодушно потянул коктейль. — Ты крайне наблюдательный. — Акааши мог так говорить только с Кодзуме. Ему нравились их взаимоотношения, несмотря на то, что Кенма порой был колким, как сейчас — Как тебе? — Кисленко. — Рад, что тебе нравится. — Нарооод! Перерыв закончен, погнали играть! — Куроо снова наполнил стакан виски с колой, который чуть не вылился на ковёр.       Компания вновь расселась вокруг стола. — Что ж… — Куроо поставил стакан на стол и потёр руки, выискивая жертву — Ушиджима, правда или действие?       Все удивились. Никто не осмелился бы заговорить в такой ситуации с Ушивакой. — Действие. — Тогда… А изобрази-ка нам, одну из самых древних профессий! — Куроо шельмовато ухмыльнулся, наслаждаясь триумфом.       Ушиджима выпил, встал с дивана и, отойдя от всех, присел на воображаемый стул, а руками стал изображать круговые движения. — Ушижима-сан, а не подскажешь, какая это профессия?.. — Хината заинтересованно наблюдал за позой Ушиваки. — Гончар. — серьёзно ответил тот, а Куроо позорно закрыл лицо рукой.       Ушивака сел на место, под жидкие аплодисменты и обратился к Хинате: — Правда или действие? — Действие!       Ушиджма поверг всех в шок: — Возьми йогурт, что я оставил холодильнике и съешь его с тела Кагеямы. — Ха-ха-ха! В тихом омуте! — Яку прыснул смехом, и все остальные его подхватили.       Йогурт был банановый — Хината его любил. Йогурт был тёплым — Хината такой не любил. Торс Кагеямы был мускулистым — его Хината тоже любил. А ещё Хината был безумно пьяным, поэтому не сразу заметил, что йогург уже закончился. — Отцепись уже, каннибал рыжий… — когда злость Кагеямы смешалась со смущением, Хинате это безумно понравилось.       Сев обратно на диван, Шое понял, что единственное чего он сейчас хочет — это чтобы Кагеяма увёл его в спальню. — Кенма… — глаза Хинаты закрывались от алкоголя, казалось он сейчас уснёт — Правда или действие? — Правда. — Кенма допил коктейль от Кейджи. — Скажи… Кенма… кто тебя больше всего бесит в этой комнате?.. — все уже еле разбирали, что говорил Шое. — Бокуто. — ответил Кодзуме не раздумывая. — Эй! — Бокуто обижено возмутился. — Понятно… — Хината покачался на месте и резко, упав на плечо Тобио (который все еще сидел без футболки), уснул.       Все в доме Бокуто уже достаточно выпили, и чувство неловкости сходило на нет. Кенма переместился на соседние кресло и уютно устроился на коленях Тетсуро. — Вот идиот… — Кагеяма подхватил рыжего и повёл в спальню на второй этаж. — Кенма! Не знал, что ты можешь быть таким злюкой!.. — Бокуто надулся. — Извини, просто в данном помещении ты самый гиперактивный.       Куроо что-то шепнул связующиму на ухо. Отпрянув от него, Кенма возмутился громким шепетом что-то вроде: «Ты совсем придурок?» На что Куроо лишь пожал плечами, пряча улыбку в стакане с виски.       Закатив глаза, Кодзуме обратился: — Акааши, правда или действие? — Действие. — Кейджи знал, что Кенма тот ещё хитрый кот и может задать вопрос похлеще Цукки. Учитывая количество алкоголя в организме быстро придумать нормальный ответ он не смог бы.       Кенма смотрел прямо в глаза Кейджи: — Проведи 10 минут в замкнутом помещении с… — внутри Акааши все сжалось — С Бокуто. — Уоооу! — в комнате стало шумно. — Не ожидал от тебя такого, Кенма-сан… — удивлённо сказал Лев.       Куроо приобнял Козуме за плечи и уставил свой супер довольный взгляд на ошеломленного Бокуто, подкрепляя шельмоватой ухмылкой.       У них не было выбора, поэтому парни направились в что-то типа чердака, но не на чердак — мини комната с хламом площадью 1 м².       В воздухе, после задания Кенмы повисло напряжение, витавшее между Козуме и Акааши, между Акааши и Бокуто. Но почему, что может случиться? Тем более Кейджи был парнем… (парнем?) Бокуто.       С приближением к назначенному месту стресс Котаро увеличивался в геометрической прогрессии. Когда дверь каморки закрыли снаружи и Акааши оказался настолько близко, как это было совсем недавно: дома у Акааши, когда он положил руку на колено Бокуто или, когда они прощались, и Бокуто поцеловал Кейджи на прощание… Правда поцеловал?       Бокуто прикрыл глаза и невольно ощутил тепло губ Кейджи на своих.       Или… Он вправду ощутил?.. — «Акааши целует меня?!» — мысли Бокуто сбились в кучу — «Что происходит? Мне так хорошо, его губы такие мягкие и влажные, жар растекается по всему телу, концентрируясь внизу живота, я так хочу…» — голова перестала соображать.       Язык Акааши мягко прошел по верхней губе Бокуто, пока не столкнулся с его языком.       Бокуто отхватил затылок Акааши, запуская пальцы сквозь волнистые волосы и прижимая Кейджи, как можно ближе.       Они прижимались друг другу настолько близко, что Акааши не мог не почувствовать что-то твердое в районе паха. А кто был против? Кейджи двинул нижнюю часть тела и сдавил промежность Боктуо с такой силой, что из рта того вырвался глухой стон. — Акааши, что ты делаешь?.. — в губы сказал Котаро. — Я выполняю действие и не сдерживаю себя. — констатировал тот. — Может нам не стоит делать с необдуманных поступков?..- Бокуто казался гораздо серьезнее обычного — Мы очень много выпили… — Я думаю, все в рамках дозволенного и алкоголь тут не причём. Я не могу просто поцеловать вас? Не могу поцеловать собственного парня?       Вместо ответа Бокуто накрыл Кейджи новым глубоким поцелуем.       Руки Акааши бегали по спине Котаро, поглаживая и немного сжимая, будто исследовали каждую мышцу. Насытившись спиной, он отпрянул, точнее переместился на уровень ниже. Его лицо оказалось как раз напротив достоинства (или разочарования).       Недолго думая, Кейджи принялся растягивать брюки Катаро. Это произошло так быстро, что Бокуто не заметил, как ткнул членом в лицо Акааши.       Бокуто Не чувствовал чего-то подобного никогда в жизни. Ворту Акааши так горячо, так важно, и так… Хотелось ощутить это всей длиной.       Акааши медленно взял головку в рот и аккуратно начал посасывать её, облизывая языком, постепенно ускряя темп.       В каморке стало очень жарко, одежда потихоньку прилипала к телу. Со лба Бокуто потекла капельки пота. Котаро старался дышать тише, вдруг кто-то подслушивает прямо за дверью. Хорошо, что музыка играла не переставая.       Рот Акааши тоже не останавливался, охватывая с каждым разом все больше плоти. Его язык так приятно давил на головку, а губы плотно охватывали по всей площади. — Акааши, перестань, я скоро кончу… — Бокуто пытался связать слова вместе.       Акаша ускорил темп. — Кейджи, пожалуйста…       Акааши послушался и отпрянул от члена, чуть при поднимая его вверх. Язык скользнул по яичкам Бокуто, засасывая одно из них целиком. Котаро издал что-то типа стона или вздоха, заставляя Кейджи сделать тоже самое со вторым. — Я хочу, чтобы вы кончили. — звучало, как цель. В свой первый минет заставить оппонента кончить было достижением.       Язык Акааши от самого основания поднялся к головке, заставляя Бокуто напрячься всем телом. И заглотил целиком. Акааши немного подавился, рассчитывая на размер поменьше. Из-за чего капли слюне потекли по члену и по пальцам связующего. — Акааши, я сейчас… — Бокуто не смог договорить.       Акааши встал и взгляну на запыхавшегося Бокуто. Его взгляд можно было приравнять к довольной усталости или изумлением. — Я думаю 10 минут уже прошло, на там ждут — немного осипшим голосом сказал Кейджи. — Да, наверное. — Бокуто продолжил ошалело смотреть на Кейджи. Затем, смущенно, отведя взгляд и закусив губу, начнул штаны.       Акааши не знал, что сказать, поэтому постучался в запертую дверь.       Послышался скрежет у замка и двери открыл «в хламину», если можно так выразиться, Кенма. — Ооо… Вам повезло, что я тут. — Кенма икнул — Там все немного заняты. — Кенма, с тобой всё хорошо? — осмелился уточнить Бокуто. — Да, вообще заебись! — Козуме снова икнул — Я просто блевал и… — лицо Кенмы было, как у человека, которому делали массаж ног после покорения Эвереста — В общем вас бы никто не услышал… все заняты другим…       Трое вернулись в гостиную, где их встретила ликующая компания. — Бокуто! Акааши! Как время провели?! — Куроо был ничуть не трезвее своего парня. Оба парня лишь отвели взгляд и, к счастью, Куроо быстро отвлёкся на Кенму. — Кенма, а ты проиграл! — Куроо хлопнул того плечу, от чего тот еле устоял на ногах. На столе стояло много выпитых рюмок, кажется Козуме не повезло с действиям. — Ребята, вы присаживайтесь, сейчас мы продолжим игру! — Куроо приглашающе захлопал руками.       Парни сели, а Кенма плюхнулся на Тетсуро.       Вечер продолжался.

***

      Спустя пару часов танцев, выпивки и стыдных вещей, которые ребята не захотели бы вспоминать протрезвев, все разошлись по домам. Кто-то, кто был ещё в адеквате прихватили с собой мусор, кто-то вызывал такси для тех, кто вообще не вспомнит потом этот вечер.       Куроо прощался с Яку, с которым они не могли прекратить пьяный караоке, Бокуто развалившись на диване опрокидывал последнюю бутылку пива. Кенма и Акааши расположились возле стены едва засыпая.       Прикрыв дверь за Яку Тетсуро, шатаясь и пританцовывая, присел рядом с Бокуто. Говорить и, вообще что-либо делать, сил не было. Парни посмотрели друг на друга и довольно улыбнулись. Куроо посмотрел на парней, заснувших у стены и поднялся.       Подойдя к Кенме, Куроо легко подхватил его и понёс в спальню, ему не хотелось будить Козуме, однако в спальне, похоже уже кто-то был. Присмотревшись в темноту, он понял, что эту кровать занял дует Карасуно. Кагеяма развалился на пол кровати и сопел, рядом, обнимая связующего, спал Хината.       Многозначительно помолчав Куроо взглянул на Кенму. Парень сладко спал приоткрыв рот, что удивительно, обычно Кодзуме мог проснуться даже от прикосновения. Тетсуро вышел из спальни родителей Бокуто и направился в комнату лучшего друга. Положив Кенму, он стал аккуратно его раздевать. Сначала штаны вытащил из носков, потом футболку повесил на спинку кресла. Накрыв парня одеялом, как тот любил, Куроо собрался уходить, однако почувствовал прикосновение. — Не уходи… — прошептал Кенма, на что Куроо не мог отказаться, поэтому снял одежду и улёгся рядом, обнимая связующего, засыпая.       Чувствуя, что плеча Кенмы рядом нет Акааши проснулся. Он огляделся — в гостиной уже никого не было, но встав он увидел на одном из диванов спящего Бокуто. Увидев плед, накрыл им семпая. Акааши немного времени уделил тому, чтобы поразглядывать Бокуто, а затем собрал грязную посуду из-под алкоголя и снеков. Помыл её, расставляя на сушку, собрал оставшийся мусор и, выключив свет, отключился на соседнем от Бокуто, диване.