черновик

Тит постоянно мерзнет, и Эрдем, чье детство прошло в условиях крайнего севера, мягко журит его за это. - Знаешь, это действительно нелепо! Почему, вот, ты! - всегда начинал Тит, но так и не заканчивал, уходя в спальню за очередным комплектом свитера с высоким горлом (в одиннадцати из десяти случаев, подаренным Ариной), шерстяным платком на поясницу (подаренным Мишей) и джурабками, которые дарит Искандер, но вяжет их всегда Урсула. Иногда, когда у Эрдема игривое настроение, он, томно нависая над Титом, интересуется: - Я - что? Тит на это всегда реагирует зардевшимися ушами и удивительно мрачным выражением лица. Причину своего недовольства он так и не высказывает. Он и Эрдем живут в маленькой квартирке, больше напоминающей чулан. Также Эрдем твердо настаивает на том, что в квартире их живет четверо: они сами, домовой и призрак стиральной машины. Своих сожителей они ни разу не видели, но проявлять активность они начинают только наедине с Эрдемом. Он думает, что те просто побаиваются Тита, потому что без своих шерстяных доспехов тот представляет собой весьма опасное и воинственное создание. Призрак стиральной машины дает о себе знать в первую титовскую командировку. Эрдем в ту роковую ночь знакомства так и не смог заснуть, зато всего за несколько часов стал экспертом в области бытовых нечистей и проклятий. С тех пор все пропавшие вещи списываются на домового Иннокентия, исчезнувшие в процессе стирки носки и белье на Приведение. Титу кажется, что Эрдему просто не хочется признавать свое поражение на поле быта. Зато вся кухонная утварь и техника ластятся к его рукам как голодные котята к кормящей их сосисками продавщице из магазинчика на торце дома. - Слушай, Тит, может, заведем котенка? - спрашивает Эрдем с таким незаинтересованным видом, будто это ему адресован вопрос. Он сидел тогда на комоде рядом с работающим на взрослоц работе взрослым Титом. - У Миши с Улой Рыся принесла трех котят, так что они теперь, получается, дедушка с бабушкой...Давайте породнимся уже, что ли? Прошлое его породнимся закончилось дракой на помолвке Мамаевых-Тихомировых, потому что: во-первых, они тогда не были партнерами, во-вторых, Эрдем почти пригласил какую-то тетку Искандера сбежать с ним на край света(прямая цитата), в-третьих, она согласилась...Но больше всего досталось, (не)удивительно Мите и Титу, главным забиякам и миротворцам. После этого инцидента Эрдем и Тит стали всегда быть вместе. Как говорит Аяна никакой у вас романтики, все так прагматично и скучно, жуть! Титу кажется, что он излишне балует эту якутскую каланчу. Если брать в счет, что из них фиксированный доход имеется только у него, так как Эрдем не захотел получать вышку, периодически перебиваясь съемками у никому не известных агентств и брендов перед праздниками, чтобы дарить ребятам честные подарки. Повисшую тишину, наполненную ностальгией по годам совсем уж юным, поступкам неразумным, титовской рефлексией, разрушает звук входящего сообщения. Эрдем, мазнув краем глаза по экрану, говорит: - Тебе Вера с уника пишет. Спрашивает про твои статьи у иностров. Говорит ровно и без эмоций, но за годы, что они прожили бок о бок, он научился различать все оттенки эрдемоских интонаций. Тит понимает, что пространства окна диалога в вк не хватит для объяснений, и набирает ее по телефону. Эрдем молчаливой тенью ускользает на кухню. Оттуда он слышит, как Тит поздравляет ее с днем рождения, а дальше разговор идет о чем-то слишком скучном и взрослом, что узелок сомнений, скрутивший его внутренности, расслабляется. Спустя час Тит заходит к нему, еще более растрепанный и уставший. Желтый свет одиноко висящей лампочки подчеркивает сероватый оттенок его кожи, тени, залегшие под глазами и ранние морщинки меж бровей и в уголках рта. Иногда Эрдем забывает о том, что Титу приходилось намного тяжелее, чем ему. Принять свои чувства, принять то, что состояние семьи Эрдема позволит тому жить беззаботно еще лет так двести, да и много того, о чем он никому не расскажет. И Эрдем понимает, правда. Но иногда его упрямство не знает границ разумного. Но сейчас не время для споров, поэтому он просто распахивает свои руки в приглашающем жесте. И Тит падает в эти объятия, прижимается крепко-крепко, забирая-вдыхая-вбирая в себя все тепло и любовь Эрдема, что тот безвозмездно ему отдает. Всегда будет отдавать. Потому что зимой в России проблемы с отоплением, потому что у Тита над ухом кистью помазана седина, потому что кто еще, как не он, будут держать в узде домового, крадущего их ключи и пульты и приведение стиральной машины, жадно похищающего их носки.