Помоги мне

Ли Феликс снова наедине со своими мыслями. Парень лежит на своей кровати, прикрыв веки. Одна рука согнута и подложена под голову, а в другой он держит телефон, на котором открыты контакты. «Кому-то из них вряд ли будут нужны мои проблемы» — думает Феликс. Внутренний голос шепчет: « Но вы же друзья». Феликс недавно переехал в Южную Корею с Австралии. Ему пришлось сменить школу и попытаться снова влиться в классный коллектив. Все сложилось наилучшим образом: в первый день учитель попросил другого ученика, Со Чанбина, провести экскурсию по школе для новенького. Чанбин с первого взгляда показался Феликсу немного пугающим, но в тоже время притягательным. Больше всего Ликса позабавила ситуация с его веснушками. — У тебя на лице веснушки? — спросил зачем-то Чанбин, хоть это и так было ясно, когда подошел ближе к Феликсу, и смог лучше рассмотреть их. –Да, — сиплым голосом ответил Ликс, смутившись того, насколько близко к нему стоял парень. Ли отвел взгляд в сторону, а также немного покраснел. –Мило, — улыбнулся Чанбин, потом развернулся на пятках в обратную сторону и добавил: — ладно, пойдем, покажу тебе еще столовку. И эта улыбка тогда так понравилась Феликсу, что весь первичный Чанбинов образ «дарк-боя» куда-то исчез. С того времени Ликс начал проводить время в школе вместе с Бином и его другом Хан Джисоном. Также к ним присоединился парень на год младше — Ян Чонин. Вместе им было не скучно. Феликс поделился с ними тем, что любит рисовать, Джисону сразу стало интересно, ведь он сам любил искусство, а в свободное время даже делал красивые фотографии. Чонину просто показался новенький очень хорошим человеком, поэтому сблизиться не составило особого труда. Больше всего Феликс все равно подружился с Чанбином. После уроков они заходили в магазин по дороге, покупали рамен, запаривали его и наслаждались вкусной едой.  — Как думаешь, я уже могу считаться вашим другом? — задал внезапно вопрос Ликс. — Конечно, чего спрашиваешь даже. Джисон сказал мне, что хотел бы тебя пофотографировать, а Чонин не хочет никуда идти, если там не будет его любимого Феликса-хена. Все нуждаются в тебе, — спокойно рассказал Со, ковыряясь палочками в своей тарелке. — И даже ты? — игриво спросил Ликс с поднятой вверх бровью. — И даже я… Чанбин все время смотрел в сторону, но в один момент перевел взгляд и столкнулся с взглядом Феликса. В это время Ли улыбнулся, обнажая зубы, его улыбка было теплой, ужасно теплой. Сердце Чанбина предательски сделало кульбит. Но, к сожалению, Феликсу так радостно было только в школьное время. По приходу домой он менялся в настроении, вновь возвращаясь к привычному для него одиночеству. Парень не любил оставаться со своими мыслями и терзаниями наедине. Отец остался в Австралии, а мама приходила поздно с работы и не сильно интересовалась душевным состоянием своего сына, лишь спрашивала об успеваемости. Ликс не обижался на нее, в какой-то степени ему было совестно, ведь он думал, что виноват в её несчастье. Если бы не он, то его мать не терпела бы отца столько времени. Это расстраивало парня. Феликс чувствовал себя ошибкой. В Австралии у него были какие-то друзья, но все они потерялись в километрах между ними, и больше не писали. И тут снова Ликс посчитал себя не правильным, ведь по натуре был интровертом и, к тому же, еще стеснительным и тихим. « С такими людьми сложно дружить», — думал он. В этом году ему сдавать экзамены, от результата которых определится его будущее. А Феликс даже не знает, кем хочет быть. Ему уже никем и не хочется. По ночам он часто плачет, ведь ему больно, вроде бы не от чего, но одновременно от всего. И в этот вечер со слезами на глазах парень рассматривает номера в контактах и думает, стоит ли кого-то тревожить. Вдруг они будут не рады или вообще проигнорируют сообщение или звонок. В какой-то момент становится слишком плохо, невыносимо просто. Ликс набирает Чанбина. Со довольно быстро поднимает трубку. — Алло? — слышится его голос. –Х-хен, — заикаясь, произносит Феликс, в конце еще и шмыгает носом. — Что-то случилось? Ты плачешь? — Чанбин становится более напряженным. — Просто… Я так больше не могу, — тихо произносит Ликс спустя небольшую паузу. — Ты можешь рассказать мне, — убеждает Бин. — Давай не сейчас, — просит, — сейчас лучше расскажи мне что-то хорошее. — Ладно. — Чанбин не настаивает. — Джисон хочет пофотографировать твое лицо вблизи, так сильно ему полюбились твои веснушки. По правде говоря, мне тоже. Думаю, если на тебя будут падать солнечные лучи, то фотографии получатся суперскими, — рассказывает Чанбин, а Феликс сидит тихо. Ему кажется, что он влюбился в Со Чанбина. — Эй, Ликс, ты там? — спрашивает неловко и обеспокоенно Бин, когда пауза уж сильно затягивается. –Да, — быстро отзывается тот, — спасибо тебе, хен. Спустя несколько минут телефонный разговор заканчивается. Феликсу впервые как-то спокойно. Чанбин любит его веснушки. Интересно, любит ли он его самого? Нельзя же просто любить что-то определенное в человеке, без самого человека? Или можно? Ли теряется в потоке подобных мыслей. На телефон ему приходит сообщение от Чанбина, в котором тот зовет Феликса завтра прогуляться и пишет о своих намерениях расспросить о причине его слез. Ликс соглашается. В душе зарождается тревога, что, даже если он поделится, то это будет напрасно. Никто не поможет. Никому не нужны жалкие проблемы Ли Феликса. На следующий день в парк, где они с Бином договорились встретиться, Ликс приходит немного опоздав. Чанбин уже его ждет, сидя на лавочке в расслабленной позе, закинув руку на спинку. — Привет, хен. Прости за опоздание, — Феликсу неудобно, он мнется на месте. Бин замечает, что Ликс и вправду выглядит болезненно. Большая худи делает парня визуально еще худее, а также, обнажает ключицы. Под глазами синяки, вид помятый. Со вздыхает. — Все в порядке, садись, — хлопает рукой возле себя Чанбин, парень старается вести разговор непринужденно. Феликс присаживается. Повисает тишина между ними. — Ликс, если у тебя какие-то проблемы, то ты можешь сказать мне о них, я постараюсь помочь, — начинает первым Чанбин. — Думаю, мне правда нужна помощь, но я не хочу обременять тебя, — наконец-то отвечает Феликс, перед этим немного обдумав, что же именно сказать. — Ты не обременяешь меня, — Чанбин глядит на парня, который рассматривает что-то вдалеке пустым взглядом, — посмотри на меня, — просит Бин, слегка задевая рукой плечо Феликса, тот поворачивает голову. — Ты не сможешь мне помочь, — говорит Ли прямо в глаза Чанбину. — А ты когда-то просил о помощи? Может, стоило бы попробовать? Откуда ты знаешь, что я не смогу? — Со начинает немного злится внутри себя, но с Феликсом разговаривает спокойно. — Никому не нужны чужие переживания, — гнет свою линию дальше Ликс, отстраняясь от Бина. Ли встает и хочет уйти, но неудобно вот так обрывать разговор, он напоследок извиняется, прощается, и только делает два шага вперед, как Чанбин сзади хватает его за запястье и за секунду заключает в объятья. — Мне нужны твои проблемы, — шепчет куда-то в шею Чанбин из-за разницы в росте. — Мне. Нужны. — Чеканит каждое слово. Ликс начинает плакать. Слишком его трогают слова Чанбина. Ли в ответ обхватывает Бина, прижимая крепче к себе. — Ты что плачешь? — Чанбин слегка отклоняет голову назад и пытается посмотреть Феликсу в глаза. — Не плачь, прошу. Ликс чувствует, как Чанбин расслабляет руки на его спине, поэтому делает так же, понимая, что момент затянулся. Ли хочет стереть мокрые дорожки слез со своих щек, но внезапно на них ложатся ладони Чанбина, которыми это делает он, большими пальцами растирая влагу. — Мне не нравится, когда на веснушках слезы, — говорит Бин с грустной полуулыбкой на губах, — мне больше нравится, когда ты смеешься, в такие моменты твои веснушки, будто, тоже смеются. Эти слова вправду заставляют Ликса улыбнуться. — А мне нравишься ты, — выдыхает Феликс ему в лицо. Чанбин не отвечает, а просто целует Ликса. Плевать на все и всех. Главное, что они рядом и вместе. Отстраняясь от Феликса, Со произносит: — Ты мне тоже нравишься, Ли Феликс, поэтому ты сейчас же рассказываешь мне о своих переживаниях и проблемах, я должен знать все отныне, как твой парень. Феликс рассказывает Чанбину обо всем, когда они, купив по мороженому, направляются домой. Бин внимательно слушает, кивает, показывая, что ему интересно и важно выслушать. — Ликси, ты нужен нам всем, не думай никогда, что бесполезен. Тебе не стоило бояться просить помощи. Кто-нибудь да помог бы. Но, отныне, помогать и любить тебя буду я.