Безмятежность для двоих и мятежность множества

— Сколько ему лет? — Мэри выплюнула воду изо рта, услышав возраст. — Я же говорю шестнадцать. Ну почти семнадцать. Но он такой зверь. Ты бы видела. — Нет, остановись. Ещё раз! Ты за спиной у своего мужа спишь со своим садовником. Это я ещё готова понять. Но он же несовершеннолетний! У меня такие мальчики приходят и стесняются брать Сэлинджера, потому что он якобы для взрослых. — Ну и что? Мэри, он может часами. Часами! Ты сама то во сколько лет лишилась девственности? Мэри было неловко подтверждать слова сестры. Ведь именно она была первой, кто узнал о том случае с соседским мальчиком. — Всё так, но тот парень был хотя бы моего возраста, а он в два раза младше тебя. И вообще, ты сама рассказывала мне о своих же фантазиях с твоей студенткой. И Мэри снова нечем было парировать. Она действительно посвятила самого близкого человека в свои мысли об Эми. — Так что, мы с тобой одинаковы, не только внешне, но и внутренне. Мэри и Лили действительно были одинаковы. Генетические клоны. Одинаковая кожа и глаза, жесты и движения, мимика и интонации, — всю жизнь Мэри старалась отличиться от сестры, а та, в свою очередь, повторяла каждую деталь образа. Но жизнь рассудила всё сама. Мэри нравилась учёба, а Лили любила отдыхать. В итоге одна стала библиотекарем, другая удачно вышла в замуж, открыла свой бизнес и живёт в своё удовольствие. Даже одежда стала отличаться. Мэри предпочитала открытые платья, Лили же носила открытые топы и легинсы или велосипедки, будто бы в любой момент её нужно ехать на йогу. Что было недалеко от правды, спорту и йоге она уделяла внимание больше, чем Мэри. На её теле отчётливо виднелся пресс, а процент жира был ниже сестринского на несколько процентов. — А знаешь, — задумчиво сказала Лили, — Я думаю, что тебе тоже нужно с ним трахнуться. — Ты с ума сошла, так я понимаю, — Мэри от неожиданности истерически засмеялась. — Да нет, я совершенно серьёзно. Он не очень внимательный к моей внешности. Только к моим ощущениям. Серьёзно. Давай прямо сегодня! — Лили, остановись. Я не буду спать с твоим малолетним любовником, даже если бы мне хотелось, я не собираюсь впутывать тебя в то, чтобы у меня был секс. — А тебе и не надо. Я просто поеду на йогу, ты переоденешься и останешься здесь, дождёшься его и славно насладишься. — Ты с ума сошла. Нет, я не буду это делать. Лили встала с дивана и села к Мэри вплотную. Их глаза, одинаковые, смотрят друг на друга. Одна сестра взяла другую за руку. — Я же знаю, что тебе хочется этого, по тебе всегда видно, когда ты буквально сгораешь от желания, у тебя даже руки вспотели. — Это звучит отвратительно, даже от тебя. — К тому же, — Лили вплотную приблизилась к уху Мэри, — Я измеряла его член, — она прошептала размер сестре на ухо. — Ты шутишь! — Не сказать, что это особо большой. В моей жизни бывало и больше, но для мальчика в шестнадцать это самое то. А когда он кладёт мне его на лицо, — Лили чуть закатила глаза. — Никогда не думала, что тебе так нравятся эти их смешные отростки. — Ну тебе и девочки нравятся, а мне члены, чтобы были большие и красивые. Он ещё обрезан. Самое то. Так ты принимаешь моё предложение? — Я не знаю, это непросто, решится вот так за несколько минут переспать с любовником сестры-близнеца. Будто бы я оказалась в посредственном порно-ролике. — Всё, я написала ему, что сегодня, не иду на йогу, и он может прийти ко мне. — Лили, вот и оставайся, я пойду, не хочу принимать в этом участие, — Мэри посмотрела на свою сестру, на своё отражение, которое горело похотью. Возможно, ей и стоило согласиться. Ей хотелось близости, а такая лёгкая добыча, как молодой и незнакомый парень, позволит удовлетворить все её либидо. — Ладно, я согласна. Что для этого нужно сделать? — Первое условие. Тебе нужно одеться так же как и я. Второе, расслабься, он знает, как и что делать, просто делай всё, что он говорит. Возможно, тебе покажется, что он слишком зациклен на себе, но после прелюдий отплатит вдвойне.   Девушки отошли в гардеробную, которой Мэри всегда завидовала. Дом её сёстры по сравнению с её квартирой был настоящим замком. Три этажа и гараж на четыре машины. Белоснежные стены снаружи и многочисленные затемнённые стёкла в пол. Только спальня была размером с квартиру Мэри, гардеробная была почти второй квартирой. И несмотря на то что Лили предпочитала спортивную одежду, её муж постоянно покупал ей платья, юбки, блузки, комплекты нижнего белья, которые та надевала только во время редких ночей с мужем или для своего любовника.   — Вот смотри какой хороший комплект у меня есть. Совсем новый! — Лили достала из комода тёмно-синие трусики и лиф. — Он выглядит очень обычным. — Так и есть, мне такое нравится. Мэри надела бельё и встала перед зеркалом в пол, какое же чудо иметь такое дома, да не одно. Прямоугольный лиф с тёмными полосами, между которыми ткань становилась почти прозрачной. Две широких линии по центру прикрывали соски, что не делало его пародией на сексуальность. Высокие трусики подчёркивали её талию и заканчивались почти у пупка, чего ноги зрительно стали длиннее. – Надо купить себе такое, — сказала она сестре. — Можешь забрать себе, и вообще смотри, что нравится, мне всё это нравится, но не носить. — Я подумаю над этим. Пока Мэри прихорашивалась у зеркала, Лили с напряжением смотрела в свой телефон, она — У меня есть для тебя хорошая и плохая новость. – Давай плохой. — Мне придётся остаться, я не успею уехать. Запрусь в комнате наверху. Даже слышать ничего буду. — Нет! Нет! Всё, меняемся, я снимаю, ты надеваешь, я остаюсь здесь. Лили рассмеялась: — Ну уж нет, пути назад нет. Спускайся, так будет вернее. Марк уже здесь, спускайся. Обещаю, тебя ждёт охренительный секс. Мэри глубоко вздохнула, набравшись воздуха и храбрости, она вспомнила слова единственного Марка, с которым до сегодняшнего дня хотела переспать. Карфаген должен быть разрушен! Марк Порций Катон Старший Также и она разрушит Карфаген этого бедного мальчика. Мэри спустилась в гостиную, где её уже ждал Марк. Она ожидала увидеть все что угодно, но не это. Блондин под два метра ростом. Только навскидку, до двух метров ему не хватало сантиметров десяти, но по сравнению с Мэри он всё равно оставался гигантом. Только одного взгляда достаточно, чтобы понять, садовник он никудышный. Руки слишком ухоженные для человека, который должен заниматься тяжёлым физическим трудом. Плечи широкие и выдающая грудная клетка, из спортзала он не вылезает. И всё же при всей его внушительности, в мимике были детские неокрепшие черты, которые исчезнут только через несколько лет. Он был рад видеть её, как младенец, который впервые видит материнскую грудь. Конечно же, он был рад видеть Лили, а не её сестру близняшку, о которой, скорее всего, никогда не слышал. Да и вряд ли бы он остался равнодушен к такой истории. Ведь каждому известно, что фетиш на близняшек — один из самых распространённых фетишей у мужчин. Как только Мэри подошла к нему на расстоянии всего лишь метра, она заметила, что его бежевые льняные штаны в районе бедра сильно натянуты. Молодая кровь, так и кипит, кого бы только поиметь. Марк сразу изменился в лицо. Мэри смотрела на его лицо, которое обрело жёсткое выражение власти. И только сейчас Мэри поняла, что имела в виду Лили, говоря: « Делай всё, что он говорит». — Сними всё и положи к моим ногам. Этот голос, разве мог он принадлежать ребёнку? Это был голос мужчины, который и убить при необходимости сможет. Мэри подчинилась, сама того не желая она сняла всё то немногочисленное, что было на ней. Она осталась совершенно голой перед шестнадцатилетним мальчишкой, который ,судя по всему, любит отнюдь не мягкий секс. — А теперь, ты знаешь, что делать. Мэри замялась, что делать она не знала, но догадывалась. Она опустилась на колени перед ним и подняла глаза на его пояс. — Неужели я всё должен делать сам? — Марк расстегнул пуговицы на штанах, и они сразу же упали на пол. Его член буквально вырвался из тесной ткани. И Мэри онемела. Такой большой пенис просто не должен существовать. Конечно, Лили ей соврала. Вряд ли она измеряла, ни один мужчина бы не дался. Только они знают, как правильно прикладывать линейку, чтобы не расстроится. Марку это было не нужно. Размер казался не огромным, только относительно его больших и сильных ног. И как он должен поместиться в любом месте. Мэри не боялась больших размеров, её это привлекало, но существовал определённый порог, когда пара лишних сантиметров начинала причинять боль, а не приносить удовольствие. Мэри умоляла любого из богов, чтобы этот мальчик оказался приятным исключением. Марк подошёл вплотную к ней. Он взял член в правую руку и положил его Мэри на лицо. Странный фетиш, но ему это однозначно нравилось. Доминирование во всей красе. Нос Мэри уткнулся в его яички, а весь ствол лёг на её голову. Головка заканчивалась у её лба. Будет удивительно, если она сможет взять в рот хотя бы её. Мэри высунула язык и коснулась его яичка, бедра Марка задрожали. Она начала лизать каждое яичко, перебирая их одно за другим. Его руки легли на её затылок и прижали голову к себе. Девушка губами попыталась взять одно из яичек в рост, но оно еле поместилось между её зубами. Когда-то она ходила на курсы орального секса, но вряд ли ей помогут эти навыки. Рукой она взяла член у основания и направила к себе в рот. Как и ожидалось, в рот поместила только головка. Она заняла всю полость рта. Языком она совершила десяток движений вокруг головки и по часовой, и против часовой стрелки. — Остановись. Я всё сделаю сам, к чёрту твою самодеятельность. Он взял член в свою руку и резко направил его ей в рот. Бёдра начали двигаться вперёд больше чем назад. Глаза Мэри заслезились, её рот стал растягиваться, а член всё глубже заходил к ней в горло. Несколькими движениями он смог запихнуть пенис почти наполовину. Дальше было никак. Предел возможностей. На её горле образовался заметный бугор. Марк решил не мелочиться и вытащил член из неё, а затем ровно с такой же непреодолимой силой всадил его назад. Мэри была готова вывернуться наизнанку. Из глаз текли слёзы, она была благодарна, что была сегодня без макияжа. Марк продолжал иметь её горло ещё несколько минут, пока член не начал пульсировать и тогда, он схватил её за волосы и буквально оторвал от пениса. Мэри была похожа на нимфоманку, она потянулась вперёд за головкой, но парень ещё сильнее отодвинул её от себя. — Сегодня ты сосёшь сносно, я чуть не кончил. На диван, живо! И хватит рыдать, ещё не вечер. Мэри не понимала одновременно трёх вещей. Первое, как её сестра, взрослая и богатая женщина, может терпеть подобное отношение от мальчика. Она уже была готова вдарить ему по яйцам, но предвкушение от секса перевешивало любые негативные эмоции. Второе, как этот мальчишка способен не кончить оттого, что головка члена не кончила в её узком горле. И, конечно, третье, почему ей это нравилось. Этого она понять не может, пока что. Мэри попыталась встать, но резкий голос приказал: — На четвереньках, встанешь, когда я тебе скажу. Мэри подползла к белому тканевому дивану. — Залезай на него и вставай задом ко мне. Мэри беспрекословно подчинилась. Она оперлась локтями и подняла свой зад, так чтобы раскрыться парню. — Охренеть, какая ты сегодня мокрая, – Марк приставил член к её вагине, — Хочешь получить, этот член, да сучка? Это прозвучало так абсурдно, что она даже уловила неуверенность в его голосе. Мэри не ответила, а Марк повторил вопрос: — Ещё раз, ты хочешь получить этот член? — Он всунул головку пениса меж половыми губами, но совсем на чуть. Этого хватило, чтобы девушка вскрикнула от ширины раскрытия вагины. Мэри была готова влезть на его член, опуститься как можно сильнее, так, чтобы он пронзил её насквозь. Она начала двигаться всего сторону, но парень остановил её. Сильный удар по ягодице, а затем ещё один, и ещё один. — Отвечай, —проговорил он по слогам.  — Я хочу его получить, хочу, — она сказала это так тихо, как смогла, чтобы не выдать подмену. Хоть они с Лили и однояйцовые близнецы, голоса у них отличаются. — Тогда ты его получишь, но не сразу. Вначале я как следует тебя отшлёпаю. И снова лёгкая неуверенность в голосе, будто бы он не понимает, что делает. Но удары по ягодицам развеяли любые сомнения. Он бил с лёгкостью, с которой бэттер отбивает мяч неумелого питчера. Он чередовал стороны и силу ударов, но ни один не был таким, чтобы назвать его слабым. От каждого шлепка оставался большой красный след, и постепенно сдвигал зону поражения, не попадая по уже горящим местам. Мэри рыдала. По щекам текли ручьи слёз, они капали на диван и оставляли тёмные солёные следы, которые быстро высыхали от жара её тела. Ей хотелось встать и уйти, только желание получить этот пенис было сильнее всего на свете. Так же как и из глаз, из её вагины сочилась влага. Марк иногда поглядывал туда, но не старался сделать, что-то. Потом, сейчас он развлекается. — Всё. Повернись. Мэри послушно перевернулась и старалась не касаться ягодицами дивана. Ведь если сесть, она скорчится от боли. — Сядь, — сказал Марк. Опустившись на диван, она закусила губу. Боль, хоть и не сильная, но пронзила всю нижнюю половину тела. Она молилась богу, чтобы вся эта боль и унижения была не зря. — Рад, что ты расплакалась. Обычно ты скупа на слёзы, не зря я тренировался, — он протянул руку к её лицу и засунул большой палец в её рот, который Мэри инстинктивно начала посасывать. — Молодец, сучка. Ты меня обрадовала. Я готов сделать тебе поблажку. Сегодня не буду иметь тебя в твою задницу. Зрачки Мэри округлялись сильнее, чем когда она читала «Аномалию» Эрве Ле Теллье. Неужели её сестра способна принять этот член в свою задницу, как это проходить без последствий. — Раздвинь ноги, пришло время заняться тобой, и откинься назад. Мэри легла спиной на диван, а Марк навис над ней. Одна из рук он положил на её грудь, а другую смочил своей слюной и направил к вагине. Вначале в неё вошёл один палец, в то время как его рука поочерёдно ласкала соски Мэри. Затем вошёл второй палец, они были достаточно длинными, чтобы достигнуть самой чувствительной точки. Марк несколько раз шлёпнул её по груди, отчего Мэри застонала, но всё было несравнимо с пальцами. Он крутил и выворачивал её изнутри. Импульсы оргазма стали накрывать её один за другим, но что самое важное. Впервые за десятилетие Мэри кончила так, что забрызгала его руку. Большой палец быстро нашёл клитор и не забывал о нём, каждое движение было жёстким и мощным, отчего нервные окончания ликовали. Звуки пальцев становились все влажнее и влажнее, через несколько минут было похоже, что она стала наполненной ванной. Она уже давно бы потеряла чувствительность, но оргазмы настигал её раз за разом. На шестом она потеряла счёт. И вряд ли их было меньше десяти. Парень продолжал шлёпать её по груди, пока та не стала красной, как флаги левых движений. Мэри откинула голову, её руки обвисли и не были способны к каким-либо действиям. Электрические импульсы через позвоночник до мозга и обратно к низу живота были так часты, что иногда встречались друг с другом и волна накрывала волну. Интерференция оргазмов. Из её рта доносились крики, она проклинала всё на свете, она кричала имя Марка, она просила его и умоляла. — Трахни меня, я прошу тебя, скорее, трахни меня своим членом, — она думала, что подыгрывала ему с его словечками: «сучка» и «мой член», но это было не так. Она понимала, что это самое искреннее, что она могла сказать за последние месяцы. Она хотела, чтобы он разорвал её. Чтобы каждая частичка её тела была подвергнута бесконечному удовольствию, которое не закончится никогда. — Ну, теперь можно и трахнуть тебя. Переворачивайся и ложись на спину.  Марк вплотную подошёл к ней, его член всё это оставался недвижим относительно плоскости пола. Казалось, что возбуждение в нём совершенно не уходит. Мэри отметила, что у мужчин постарше такое случается редко, если секрет не в нескольких таблетках, принятых заранее. Он опустился к её груди, чтобы поласкать сосок языком. Так думала она, на деле он начал покусывать каждый сантиметр её левой груди, пока обе руки сжимали талию. Член тем временем лёг на живот и от основания доставал её почти до пупка. Она видела в интернете и за свою жизнь многое, она даже могла представить, что достаточно взбив её, он даже мог поместиться внутри, но что нужно для этого пережить? Пока что она переживала не порвёт ли он ей матку, Марк увлёкся грудью. Он лизал, сосал и кусал соски. Язык совершал обороты по часовой и против, зубы кусали лишь край или всю ареолу. Та грудь, что оставалась без внимания его лица, терялась под напором ладони. Пальцы крутили, сжимали и выкручивали соски. Кожа ещё не отошла от сессии ударов, как её снова мучили. Но каждая частичка боли вызывала в Мэри радость предвкушения. — Разорви меня, прошу. — Сначала нужно добавить смазки. Его руки на талии внезапно приподняли её над диваном и резко развернули, так что её голова снова оказалось под его членом. Лежа под ним, Мэри вспомнила свои ощущения от поездки в Баальбек. Будучи двадцатилетней девушкой, она решила во что бы то ни стало увидеть легендарный Южный Камень. Двадцатиметровый обелиск, выкопанный древними строителями, по неизвестной причине остался незаконченным. Под палящим солнцем он лежал тысячелетия и камень накалялся жаром. Мэри легла головой к обелиску, так чтобы посмотреть вдаль, как он сильно распространяется вдаль. И ровно так же, как у величайшего в мире мегалита, она ощущала себя под этим членом. Она сама открыла рот и высунула язык, так чтобы ствол прошёл как можно глубже в неё. Марк не стал церемониться и засунул член наполовину без подготовки, после чего стал проталкивать его как можно глубже, чтобы каждый сантиметр его кожи покрылся её слюной. Мэри чувствовала, как к горлу подступал рвотный рефлекс. Ей было это неважно. Она хотела вобрать в себя всё. Всего несколько движений и Марк дал ей продышаться. Он несколько раз шлёпнул её по лицу, размазав её слюна по щекам и носу. А затем всё так же подхватил талию, перевернул её назад и приставил головку к вагине. Он аккуратно, слишком нежно, стал проникать внутрь. При всей жёсткости он понимал, что ей нужно дать привыкнуть. Стенки влагалища растянулись до своего предела, он упёрся ей в матку. А в неё вошла только половина члена. Мэри закусывала губы и хваталась пальцами за обивку дивана. Дыхание перехватило, а лицо, измазанное слюной, смотрела на своего сладостного мучителя. Марк проникнул в неё до конца, упёрся руками в диван и — Я могу проникнуть в твою матку, наполнить её своим семенем. Ты ощутишь мой жар, в центре себя. «Он что сейчас пытается продемонстрировать свои литературные навыки?» — пронеслось у Мэри в голове, пока он не начал двигаться. По литературе она поставила бы ему неудовлетворительно. Только ради того, чтобы он отрабатывал у неё в кабинете. Она даже не сомневается в том, что оценки в школе вряд ли соответствуют её требованиям к образованности партнёра. Нет, нужно отвлечься, подумала она, разве есть её дело до его оценок. И что это за мысли во время секса, факт возраста Марка её сильно смущал. — Какая ты узкая, — сказал он и начал двигаться. «Точно врёт» — подумала Мэри. В темпе Марк не сдерживался. Сразу задал такой, что тело Мэри сотрясалось от напора. С каждым толчком он пытался продвинуться всё дальше и дальше. Только недостаточная эластичность стенок останавливала его. Парня такой момент не интересовал, он чередовал глубину вхождения от того, чтобы дразнить своей головкой переднюю часть влагалища, или же наоборот входил и выходил на полную глубину. Мэри хотела бы закинуть ему руки на шею или спину, но он не позволил, чуть привстав, не вытаскивая член, таким образом, он даже чуть приподнял её над диваном, Марк взял обе её руки и упёрся в них, после чего продолжил свои движения. Обездвиженная Мэри не могла даже двигать бёдрами навстречу ему, велика вероятность что-то порвать. Она просто отдалась во власть его действий. Такой секс не может двигаться дольше нескольких минут, иначе каждый начинает терять чувствительность. По сокращению мышц девушки Марк понимал, что обеспечил её достаточное количество оргазмов. Теперь нужно было позаботиться и о себе. — Довольно. Он без предупреждения вытащил член из Мэри, отчего та почувствовала ноющее чувство пустоты, требующей всё назад. Несколько раз он ударил членом по клитору, Она ничего не почувствовала, всё превратилось в перманентную дрожь, но судя по его лицу, ему такое нравится. «Откуда столько гонора и откровенно порнографической эстетики?» — думала девушка, — «Как будто бы последних десять лет он только, что и делал, так анализировал каждый существующий на свете порнофильм».  Парень взял её за бёдра и потянул к краю дивана, так что её ноги оказались на полу, а вагина перед её лицом. «Не будет же он делать мне кунилингус, после того как почти избил» — Мэри ошиблась. Лицо Марка погрузилось в её влагу. И он знал, что делает. Основной жертвой стал клитор, с которым он игрался, подобно большой кошке с детёнышем антилопы. Количество оргазмов давно потеряло счёт, даже если экстраполировать частоту, с которой Мэри чувствовала содрогание своих мышц — речь о двузначном числе. Ласка со стороны малолетнего извращенца длилась недолго, пока девушка не залила ему лицо очередным сквиртом. — Сучка, теперь и твоё лицо придётся запачкать.  Он вновь приставил свой член к её лону, раздвинув губы и проникнув головкой внутрь, решил добавить к члену несколько пальцев. И хоть делал он это неуверенно, Мэри почувствовала резкое расширение и боль. — Порвёшь! Порвёшь! — Заткнись. Но пальцы он вытащил. Марк стал вдалбливаться в Мэри, и чтобы удержать темп, а также проникнуть, как можно глубже, он положил руку ей на голову, а второй намотал её волосы, чтобы тянуть вниз. Всё тело Мэри покрылось потом, который смешался с потом Марка. Грудь и ягодицы ныли от ударов. Несколько раз он пытался придушить её, отчего на шее остались красные следы, подобные ошейнику. Марк ощущал, что скоро кончит. Он долгие дни сдерживал себя в мастурбации, чтобы, когда ему пришло заветное сообщение он был готов выпустить из себя максимум. Всё же этой сучке нравилось высасывать его досуха. Очевидно, что Марк не был литературным гением. В конце концов, когда сил в его позвоночнике не осталось, когда девушка под ним уже начинала терять сознание, он принял решение, что пора заканчивать. Сегодня он не всадил свой член ей в задницу, но в следующий раз он вывернет ей наизнанку. И кончит внутрь, обязательно. — На колени, живо. Мэри подчинилась, но с трудом, каждая мышца в теле говорила ей, что такие развлечения уже не для её возраста. Хотелось, чтобы Марк наконец-то тоже кончил, потому что ей было тяжело представить его ощущения. Хотя всё это длилось немногим больше часа, но интенсивность была безумной. — Сама. Сделай так, чтобы я кончил. Девушка стала водить вдоль члена языком, задевая вены и иные слабые места, но Марку было мало. Он вдавил её себе в яички, чтобы она сосредоточилась именно там. — Возьми их в рот. Мэри максимально расширила, чтобы они поместились внутрь неё. Языком она  поочерёдно подбрасывала их и обсасывала. Марк застонал так громко, что Мэри дрогнула. Ей нужно было довести его до оргазма. Парень схватил её за затылок и оторвал от своих яичек. И потянул так, чтобы она смотрела на его член, как на реликвию. Её глаза светились в ожидании. Всего несколькими движениями он закончил всю историю, только успев, сказать ей: — Вытащи язык Но то было бесполезно, он прицельно не стал заканчивать ей в глотку. Недельный запас спермы мощными и тяжёлыми каплями падал на её глаза, щёки, лоб и язык. Изнеможение в ожидании, привело к тому, что вязкая жидкость обжигала её кожу. Достаточно большая порция попала ей в глаза, отчего она не могла их открыть. Марк взял свой член максимально за основание, и стал легонько ударять Мэри по щекам и губам. Как только жидкость стала терять свою вязкость, головкой члена Марк размазал сперму по всему её лицу. Покрытая спермой, она не могла даже приоткрыть глаза, чтобы посмотреть на своего мучителя. Так,много раз кончить ей, в то время как он кончил только один раз. Она смотрела множество фильмов с японским жанром буккаке, но даже если один Марк почти полностью покрыл её лицо, сколько мужчин нужно было, чтобы покрыть её всю. Она горела от мысли, что может быть окружена множеством членов. Рука сама по себе потянулась к клитору. Множеством быстрых движений она довела себя до ещё одно заключительного оргазма. Она была готова потерять сознание от переполняющих её эмоций. — Тебе хватит моей спермы? Выглядишь просто как ничтожество. Покрытая моей спермой, ты просто шлюха, которая жаждет моего члена. Сучка. А теперь, скажи, что ты хочешь его, а. Скажи это. Мэри не видела, что происходит вокруг, она только слизывала сперму со своих рук и губ. Тем временем Марк присел на колени и решил, что придушить девушку для ответа будет хорошей идеей. Его руки обвили её тонкую шею и сдавили как тонкую солому. Он не рассчитал силы. Глаза Мэри стали закатываться назад, и она почти отключилась, она не поняла, что с ней происходит и почему он ни с чего стал её душить. – Мне больно, — она еле выговорила это прежде, чем потерять сознание. Тело девушки обмякло, и она запрокинула голову, отчего Марк сразу же испугался. Он схватил её за плечи и стал трясти: — Лили, Лили, вы в порядке? Не боясь испачкаться, он похлопал девушку по щекам, чтобы та очнулась, но это не помогло. За мгновение от могущественной и властной двухметровой фигуры не осталось ничего. Голос, который он последний час делала как можно жёстче вернулся к своему обычному тембру, больше напоминающего подростковый, чем взрослый мужской. — Какой же ты идиот, отойди к чёрту, — раздался голос Лили из-за его спины. Двоегласие внесло ещё больше сумятицы в ощущения парня. Резким движением девушка оттолкнула его в сторону и пыталась помочь сестре. Голый Марк упал от шока и упёрся локтями и бёдрами в пол. Он пытался понять, что происходит прямо сейчас перед ним. Девушку, которую он только что трахнул, а затем чуть не убил, пытается привести в чувство она же? — Чего смотришь, придурошный, просто принеси воды и салфеток. Быстро! И надень что—нибудь. — Что происходит? — Без вопросов. Встал, принёс воды и салфеток, а затем надел штаны. Понял? — теперь власть была на женской стороне. Повинуясь словам Лили, Марк подскочил и побежал на кухню, где нашёл графин с леденящей водой в холодильнике. Многое не укладывалось в его голове, но исходя и тона Лили, сейчас не время для раздумий.   Лили смогла пробудить сестру из обморока. Обнажённый Марк прибежал с кухни с охапкой салфеток, которыми одетая сестра протёрла лицо обнажённой. Мэри пыталась прийти в себя, осматриваясь. В глазах рябило и расплывалось. – Лили, что произошло? – Этот придурок. Как тебе сказать. Он обычно душит меня, но не руками, а членом в глотке. Но для тебя, как неумелой для его размера. Марк ушёл за штанами, поэтому не слышал их диалога, но когда он вернулся, он задал им животрепещущий вопрос. — А вы типо клоны или это какой-то пранк? Сёстры переглянулись между собой и прыснули смехом. Мэри сказала: — Для идиота ты трахаешься просто потрясающе. Сперма у тебя, кстати, впечатляющая. Как ты вообще добился такого объёма? – Он просто не мастурбирует неделями. До тех пор, пока я не пришлю ему сообщение, чтобы он приходил. А ты идиот, — обратилась Лили к Марку, — совершенно не заметил подмены, отчего мне даже обидно. У неё же другая форма лица, другой голос и совсем другого оттенка глаза. Марк ничего не мог ответить, он совсем не понимал, что происходит и как так вышло, что только что он трахнул сестру близнеца своей совсем взрослой любовницы. Он смутился. Ему не хватало воздуха, чтобы оценить масштаб произошедшего. Кровеносные сосуды налились на лице, отчего он стал похож на красный овощ. — Знаете, я на такое не подписывался. Можно было бы и спросить. Заплаканная Мэри взглянула на Марка: — Ты меня только что почти изнасиловал. А теперь говоришь, что жалеешь? — Я привык к сексу по любви. Обе сестры снова громко рассмеялись. — Ты в неё влюблён? — Мэри взглядом указала на сестру. Марк понял, что его фраза оказалась преждевременной, что не так он хотел признаться в любви Лили. — Постой. О какой любви ты говоришь? Ты раз в несколько недель насилуешь и избиваешь мою сестру, а теперь говоришь, что любишь её? — Мэри путалась в словах, не понимая, как его удары и оскорбления во время секса, как эта звериная натура сочетается с его стеснительностью и поведением сейчас. Возможно, он просто зазнавшийся подросток. — Мэри, потише, не нападай на него. Всё это моя затея. Я обожаю, когда он меня душит и буквально избивает. Это добавляет страсти, чтобы скрывать засосы, кровоподтёки и гематомы от мужа. — Вы совершенно сумасшедшие. Но готова признать это мой лучший секс за последние годы. Спасибо Лили, но, пожалуйста, разберись со всем этим, это всё совершенно ненормально. А я пошла в душ.   Дом Лили был выполнен в аскетичном минималистично стиле, местами похож на психиатрическую больницу или дом семейства Кардашьян. Состояние мужа сестры позволяло содержать этот дом в отличном состоянии уже несколько лет. Мэри не знала, подозревает ли муж об изменах своей жены и верен ли ей сам, но совместный дом потрясающ. В ванной для гостей был установлен тропический душ. Видимо, что напор был отрегулирован так, чтобы выравнивать даже самый косой позвоночник. Не успела девушка оставить сёстры и её любовника наедине, как их только успевшая начаться перепалка переросла в секс. Видимо, также и Лили осталась, чтобы слушать их. На Мэри снова стало накатывать возбуждение, ей хотелось ещё. Не обязательно Марка, даже не нужен был такой гигантский орган. Она опустилась на пол, упёрлась спиной в стену, и начала мастурбировать. Струи душа дополнительно стимулировали кожу, обжигая её и стекая вниз. Из гостиной доносились крики сестры, раз в несколько секунд она слышала, как раздаётся хлопок, будто бы плёткой по мокрой коже. В ягодицах Мэри заныло, она понимала, что сейчас происходит, с какой силой он бил её и сейчас бьёт её сестру. Откуда внутри неё столько запасу. Она кончила ещё раз, струя почти перебила напор душа. Из гостиной возник крик, он затянулся на несколько секунд. — Сильнее! Сильнее! Мэри хотела бы кончить ещё не один десяток раз, но чувствительность притупилась окончательно, чтобы она не делала, оставалось, только аккуратно одеться и выйти, не мешая им. Сегодня она многое для себя открыла и ей предстоит  много обдумать, прежде чем она решить заговорить об одной вещи с Эми.