Исступление

      Синхронно, с разных позиций из толпы, так, что предугадать это было невозможно, пронеслась череда громких выстрелов. Чуя сразу смекнул, что действовать нужно быстро, решительно и радикально, если они не хотят лежать напичканные свинцом. Потому, моментально отразив пули, с помощью гравитации, исполнитель подлетел над землей, параллельно готовя атаку.       Осаму обратил внимание, что пули, вместо того чтобы с удвоенной силой пронзить врагов, лишь жалко упали на землю, звеня. Это не могло не насторожить и натолкнуть на мысли, что помещение может быть обработанно какой-то дрянью. Такой вариант тоже имел место быть. Сам Дазай, не теряя времени, решил действовать по отработанной схеме и предугадывая атаку Накахары, быстро перегрупировался и техничным движением наставил, заранее взятый у Чуи кинжал к горлу, судя по всему, руководителя этой шайки. На них сразу же было наставленно несколько стволов. Но выстрелить им было не суждено, ибо Накахара, немного сконцентрировшись, с остервенением приземлился, посылая по поверхности ударную волну, отчего половина людей просто потеряло равновесие и упало. Дазаю, держащему клинок и прижимающему к себе китайского руководителя, удалось устоять на земле.       Накахара медленно опустился на землю. Что исполнитель сразу почувствовал, так это некий странный отходняк от произведённых атак. Голова начала медленно кружится и становится тяжелой, а звуки постепенно отходила на второй план, словно он под водой. Что за хрень? Неужели дело в каких-то химикатах? — Чуя!       Внезапный громкий крик резко пробился сквозь медленно подступающую пелену и мафиози, на автомате, активировал способность, так, что несколько пуль, которые он чуть не пропустил, отлетели в своих хозяев, застряв у них между рёбер. Атака была столь внезапной и потребовала так неожиданно много усилий, что Накахара почувствовал, как что-то тёплое течёт у него по лицу. Не трудно догадаться что это было. Исполнителю стало катастрофически мало кислорода и сил.       Вид Чуи с кровью из носа, опирающегося на свои же колени и еле отражающего, чуть ли не пропускающего атаки, немного затупил бдительность Осаму. Удар головой в нос пришёлся крайне подло. Однако, весьма дейвственно, ибо кровь теперь шла не только у Накахары. Но ещё раз терять внимание было бы крайне проблематично, потому что почти сразу же Дазая чуть не наградили ударом ногой в лицо. Шатен во время успел поставить блок рукой и произвести ответную атаку. Он уже достаточно давно не практиковался в таком обычном рукопашном, так сказать, "честном" бою. Слева, справа, в бок, уклон. По началу, держать этот "боевой диалог" не составляло особого труда, старые навыки давали о себе знать. Правда, пальто пришлось скинуть, оно сильно сковывало движения. Но спустя некоторое время, Осаму почувствовал небольшую слабость в теле и тупую заторможенность в движениях, из-за которой было пропущенно пару ударов, один из которых хоть не особо приятно пришёлся под дых. Впрочем, молодой человек тоже напропускал достаточно.       Осаму характеризовал бы его стиль боя, как дерзко-дворовой. Действовал он, в основном, без хитросплетений и ложных выпадов. По простому. Хотя удар и был тяжёлый. Но предугадать вполне можно, ибо все его связки были практически идентичны. Не похоже чтобы он проходил где-то специальную подготовку, но с ноги он давал, может хоть и не лучше, но на уровне Накахары. К слову, Дазай боковым зрением заметил как Чуе совсем поплохело. Ибо исполнитель, хоть и вёл рукопашный сразу с несколькими рабочими и даже отражал выстрелы, все равно делал это без обычного огня и азарта, со своей прекрасной, но в то же время смертоносной грацией, а скорее натянуто и с трудом. Осаму не видел пропускал он атаки или нет, ведь у Накахары во истину впечатляющие навыки ведения боя, даже без способности, но тут явно что-то не то, так что нужно было побыстрее прекращать эту потасовку.       Внезапно, так и не представившийся китайский руководитель, будто прочитав мысли детектива, резко изменил свою тактику боя, со словами: "Пора заканчивать." Пойдя на хитрый приём, который Осаму, то ли от тяжести в голове и теле, то ли от неожиданности, сразу не усек, противник провел обманную атаку по привычной траектории ногой, но вместо следующего ожидаемого удара в печень, пока Осаму ставил блок, приблизился вплотную и ударил в челюсть. Из-за успешного финта иностранца, шатен тяжело опустился на пол, потеряв равновесие, держась за поврежденую часть. После этого, китаец отдал команду рукой, по которой все бойцы отступили от выжатого Накахары на шаг, но также не убирая оружия, затем быстро обвел помещение оценивающим взглядом.       Дазай попытался сконцентрироваться и, несмотря на неприятную боль в челюсти, попробовать задать несколько вопросов. Быстро проверив часть лица на наличие перелома, и вроде бы признав её подвижной, Дазай сделал голос как можно более чётким и громким, ибо он чувствовал, что на данном этапе ничем хорошим это все не закончится. — Чем..чем вы успели потравить нас?       Китаец удивлённо и наигранно поднял брови, обращаясь к шатену блестящим, увлеченным взглядом. — О, вы заметили наш маленький сюрприз!? Наши токсикологи хорошо постарались, не правда ли?       Осаму скривил лицо. Да уж, этот парень нашёл момент поерничать. Шатен старался не спускать взгляд с еле стоящего на ногах исполнителя. — Надо быть идиотом чтобы не заметить...       Китаец хотел что-то ответить, как внезапно его вызвали по рации. После нескольких фраз, на своём языке, появившуюся панику и некую растерянность на его лице не уловить было сложно. Зрачки нервно забегали от, медленно поднимающегося с пола детектива, к переглядывающимся друг с другом подчиненным. Окончив связь и на мгновение задумавшись, иностранец резко сократил расстояние между собой и бывшим мафиози, и согнувшись в коленях, подставил дуло пистолета Осаму к его же горлу, поднимая его лицо, равняя со своим. Его зрачки лихорадочно бегали, будто силясь запомнить все черты и особенности шатена, а голос был тихий, но агрессивный. — Надо быть идиотами, чтобы, зная преимущество врага, настолько его недооценить и идти в атаку, без противоядия, — после этого он грубо отпустил его лицо, выпрямляясь. — Может напомнить свое имя, раз уж мы так знакомы, — Осаму решил выудить хоть эту информацию. - Тебе это знать ни к чему, Дазай-сан.       Резко развернувшись, парень отдал очередную команду на китайском, после которой к Чуе подошли трое, и пока один отвлек его ложным ударом, второй резко ввёл какую-то сыворотку, которая по-видимому была заготовлена заранее, в область лопатки, после которой рыжик упал навзничь, словно тряпичная кукла. — Чуя.. — взволнованно прошептал Дазай, попытавшийся подойти ближе к мафиози. Однако сзади него тут же собралось трое исполнителей. Он сейчас был явно не в том состоянии, чтобы начинать драку, потому был резко остановлен, на следующем шаге, точно такой же, внезапно введеной, через одежду, внутримышечной инъекцией.       Конечности будто онемели и шатен также распластался на полу. Далее было очень много шума. Последней адекватной мыслью пролетело то, что ему сейчас возвращают старые долги.       Обычный рабочий, по приказу поднимающий безвольное тело детектива и закидывающий его руку через плечо, присоединился к другому, что уже до этого взвалил Накахару, словно тот был каким-то мешком, на свои плечи, решил задать волнующий многих вопрос, уходящему боссу, уже давшему необходимые указания. Конечно, задавать вопросы не их дело, но тут их было слишком много. Хотя бы потому что, выпив заранее противоядие они имели практически непобедимую фору над этими двумя. — Босс, Хуан-даге, приношу свои извинения, но почему вы не приказали убить японцев, у нас были все шансы?       Тао быстрым взглядом обвел оперативно зачищающих помещение своих людей и несколько чёрных пакетов. Даже при таком раскладе без жертв не обошлось. — Потому что так надо. Не задавай лишних вопросов, — подумав несколько Хуан продолжил, — как только поможешь доставить этих двоих на точку, отдавай приказ о полном отступлении, через порт, а затем уезжай и сам, пока есть возможность.       Рабочий, явно не ожидавший столь радикально-фатального поворота о возможном отступлении на родину, быстро переглянулся с коллегой и снова догнал руководителя. — Н-но, почему босс? А как же вы?       Хуан опасно и свирепо сверкнул стальным взглядом. Впрочем, скрывать уже было особо нечего. Странное предчувствие внутри не предвещало ничего хорошего. Он слишком сильно отдался своей личной мести и изменил план до такой степени, что, фактически, завалил свое основное задание, данное ему верхушкой мафии. Так что теперь его, в любом случае, ждёт весьма печальный исход. Но так он выполнит свою цель. — Нас раскрыли. Ситуация вышла из-под контроля, подключены японские государственные органы.       Глаза рабочего моментально округлились, а внутри поселился ледяной страх. Ведь это может дойти до такого межгосударственного конфликта, что и последствия и вообразить страшно! Он ожидал какого угодно, но только не такого полного безысходности ответа. По началу, он даже не знал, что ответить на столь откровенное сообщение. — Аа-а, но а как же вы?       Хуан медленно посмотрел наверх. Хоть руководитель и был строгим, странным, порой правда непонятным человеком, но в то же время он сделал то, что не удавалось почти никому в кругах китайской мафии. Он дал надежду. — У меня тут ещё есть дело, — Тао перевёл взгляд на, взваленного на своего сотрудника, шатена, а затем и на рыжего мафиози, безжизненно повисшего головой вниз на плече крупного мужчины. Руководитель, медленно нахмурившись, подошёл и приподнял за аккуратный подбородок голову, вглядываясь в расслабленные приятные черты и налипшие на лоб и скулы, необычного цвета, рыжие кудри. На щеке мафиози была подсыхающая кровь. Иностранец медленно, но грубо провел большим пальцем по царапине, очищая лицо, затем также небрежно отпустил, так что голова снова повисла, — в машину их. И снимете с этого бинты, у него под ними наверняка отмычки. Как только доставите на точку, дай знать. Дальше я сам с ними разберусь. Вряд ли они к тому времени придут в себя.       Рабочий хотел задать ещё пару вопросов, но решил что и без того узнал достаточно и даже больше чем следовало. — Есть, — мужчина кивнул второму. — Значит ты и в смерти видишь красоту, да Дазай... — в пустоту, сквозь общую суматоху обронил руководитель.

***

— Нет, я снова не согласен! — в очередной раз непокалебимо заявил Доппо, откидываясь на кресле в дорогом кабинете. Заходя в который не так давно он забывал как дышать, а теперь почти один на один разговаривает с главой мафии. Не считая рыжеволосую, изрядно раздраженную и уставшую женщину, стоящую за креслом, которая уже вот-вот была готова открутить бошку блондину, судя по её устрашающему взгдляду, и странную маленькую блондинку, рисующую на диване.       Мори Огай, чье лицо сегодня покрывала легкая щетина и налёт усталости, что свидетельствовало как минимум о бессонной ночи, а как максимум о том, что он не отдыхал уже несколько дней, закатив глаза, измученно и негодующе вздохнув ,откинулся в огромном кожанном кресле, медленно переводя взгляд аметистовых глаз на ночной город. За огромными панорамными окнами большого офиса стояла ночь и Йокогама сверкала миллионами завораживающих огней. К тому же приглушенный свет в кабинете отлично давал возможность рассмотреть их, не отражаясь на стекле. Эта атмосфера действительно затягивала, и в какой-то мере отдаляла мысли, расслабляя, хотя учитывая все обстоятельства, резко свалившиеся на голову собравшимся в этой комнате, расслабляться это последнее, что им следовало делать.       Сейчас Доппо уже не был в таком оцепенении от главы мафии. Да, Огай все ещё не вызывал ни капли доверия, да и понять его эмоции, помимо очевидного раздражения было невозможно. Но сейчас он, видимо, от усталости или форс-мажора ситуации, скрыл гнетущую безликую пустоту и угрозу из взгляда, и перестал напирать своей мощной и в то же время пугающей энергетикой, поэтому складывалось впечатление, что Доппо разговаривал просто с умным, измотанным, опасным, но в то же время крайне рассудительным и, по возможности, здравомыслящим человеком. Он напоминал сейчас более ответственную версию Дазая. — Эх, что вас не устраивает снова, уважаемый Куникида-сан?       Яд из его тона так и сочился. А интонация уже стала намного наигранней. — Что не устраивает!? — резко округлил глаза потрепанный блондин, не по детски опешив от столь простого вопроса, — да меня все не устраивает, от начала и до самого конца!       Со стороны руководителя послышался тяжелый вздох, после чего Огай медленно поднялся с места. Доппо сразу же настороженно сжал подлокотники кресла.       Ещё как только служебный автомобиль заехал на территорию уже знакомой корпорации, его заставили сдать все оружие, включая блокнот. Куникида приехал, буквально, с корабля на бал. Или же наоборот. Раз их с Танизаки нашли сотрудники мафии, глупо было думать, что это волонтерская помощь. Да и раз Дазай пропал вместе с Накахарой, дело уже не могло не принять новые обороты и тем более не затронуть интересы огромной теневой структуры напрямую. Танизаки был доставлен в мед крыло, ну а Доппо, под конвоем и после обыска, был моментально отправлен в кабинет руководителя, где его, без особой радости, встретили госпожа Озаки и, непосредственно, Огай. На фоне которых он сейчас смотрелся грязнорабочим после смены. Но самое поганое было далеко не это. За все это время ему так и не дали связаться ни с кем из агентства, включая директора, что не могло не насторожить. — Расслабься, Доппо, — прошелестел голос змея за спиной. Блондин нахмурился, после чего увидел, как босс мафии достаёт пару бокалов для вина и винтажную бутылку явно не дешёвого алкоголя. Показательно закрытую. Доппо чуть не поперхнулся. Огай тем временем неспеша разлил алкоголь по бокалам, примерно на три пальца. И предложил Куникиде, сидящему напротив. Кажется, у детектива начал дёргаться глаз. Это что, какая то шутка? Пить с главой мафии!? Боже, как сказал бы Дазай, умереть было бы наилучшим вариантом. — Думаешь отравленно? — видя смятение на лице детектива, вопросительно поднял бровь Мори, все так же предлагая стакан. Его голос был буквально олицетворением спокойствия. Блондин нервно сглотнул. — Нет. Вам нет смысла меня отправлять, вам наоборот нужна моя помощь. — Верно подмечено, — кивнул Огай, вальяжно выпивая из своего стакана. Озаки напряженно и настороженно наблюдала за этим. У неё на лице так и было написанно, что Доппо она не доверяет, — а в чем же тогда дело? Ты наверняка все ещё хочешь пить. Вряд ли, два стакана воды полностью восполнили водный баланс после той дряни, что вы надышались. — Я не пью на работе, — уверенно отчеканил Доппо. Мори, уже второй раз подливающий себе вина удивлённо поднял брови, слегка надув губы. Отчего детектив немного смутился. Таким он Огая ещё точно не видел. — Неужели? Но я не вижу чтобы ты сейчас работал.       Доппо немного прочистил горло. — Переговоры с вражеской организацией хоть и не входят в список моих обязанностей, все равно, к сожалению, обязательны к исполнению. — Но я не вижу чтобы ты вёл переговоры, —теперь уже Доппо растерянно нахмурился, —пока что ты только треплишь мне и Озаки-сан нервы своими бестолковыми требованиями. Так что делай это хотя бы не так занудно, - твердо закончил Огай, пододвинув бокал.       Доппо на секунду даже выпал в осадок, то ли от этого тона, то ли от столь прямого и наглого замечания. — Кхм, то есть по вашем связаться с моим начальством и коллегами бестолковое требование!? Я, конечно, все понимаю, но с какой стати я вообще должен довер.. — Тшш, тшш. Меньше экспрессии, пожалуйста, не видишь, у Озаки-сан и без того болит голова? — Мори кивнул на закатывающую глаза женщину. — Я уже сказал, что без согласования плана, подчёркиваю, со своим директором, ничего предпринимать, а тем более, противозаконных действий не собираюсь. На этом точка, Мори-сан, — уже более спокойно проговорил Доппо. Но также серьёзно. — Куникида, я понимаю, что ты в высшей степени исполнительный, правильный и благочестивый работник. Но пойми, иногда даже нашим самым устойчивым жизненным принципам приходится уступить обстоятельствам чтобы выжить. Ты далеко не глупый молодой человек, почему я должен объяснять тебе это? — Я не...       Мори примирительно поднял кисть, скрытую тканью перчатки. — Не перебивай, ты уже все сказал, моя очередь, — Доппо сжал губы в узкую полоску и нетерпеливо начал постукивать пальцами, — я тебе ещё раз повторяю, что если ты свяжешься сейчас с кем-то из агентства, то в дело автоматически включатся государственные структуры, может даже главное следственное управление, ты ведь понимаешь к чему это в итоге приведёт? Например, что ответил тебе ваш детектив, после того когда ты спросил у него, где Дазай?       Доппо нахмурился, разве он говорил об этом? Или его действия настолько предсказуемы? — Что их с Чу..Накахарой схватили, а куда он не знает. — И ты ему веришь? Куникида усмехнулся. На самом деле он чувствовал, что Рампо что-то скрывает. Но признать это.. — А у меня есть причины ему не верить? — То есть ты правда думаешь, что он о чем-то действительно не знает и спокойно признает это? — Нет.       Ответ вырвался против воли. — Вот именно. Потому что он прекрасно осознает, что если выдаст возможное положение Осаму и Чуи, что как ты понимаешь совпадает с положением иностранных преступников, туда сразу же слетятся абсолютно все. Начиная назойливыми журналистами, ведь ещё бы! Не дело, а лакомый кусок! Заканчивая людьми из высшего министерства юстиций. В этом и загвоздка. Только не говори, что не понимаешь что будет если туда вмешаются подобные люди? — Но неужели мафия не скрывает личные дела своих подчинённых?       Огай плеснул себе еще вина. — По факту да. Но даже самую хорошо спрятанную вещь можно найти. Это я про Чую-куна. А касаемо Дазая там все сшито белыми нитками. Все держалось на том, что никому не было особого дела, но стоит немного капнуть..двумя смертными приговорами точно не отделаться. А стоит начать изучать дело Осаму, так там и вся поднаготная Чуи...что за взгляд? Неужели для тебя эта такая неожиданность? Или ты уже пытался вскрывать его дело? — Кхм, по правде да. И у меня это получилось..но у меня были ресурсы...и...       Взгляд Озаки после этой фразы стал куда более заинтересованным и даже менее презрительным. — Будто у них нет ресурсов. Если даже у тебя при желании получилось, то правительству не стоит ничего. По итогу, мы потеряем лучшего исполнителя, ну а вы..Осаму, — Доппо нервно забегал глазами, — ну если конечно уже не убили. Но ты наверное думаешь, что мы не ограничены во времени, раз заставляешь объяснять все это. Или может тебе просто нравится слушать как я объясняю?       Доппо раздраженно сжал зубы. — Получается месть Дазаю в какой-то степени спасла их?       Ему ещё в самом начале ответили на главный вопрос, зачем их вообще схватили. Все оказалось вполне в духе Осаму. Эффект бумеранга никто не отменял, сначала ты, потом, рано или поздно, тебя. — Скорее отсрочила неизбежное, — вставила свое слово Коё, впервые за вечер, отчего Куникида даже вздрогнул. — Озаки-сан права. Поэтому необходимо начинать действовать, если мы не хотим потом разбираться с министерством. Или ты думаешь Фукудзава не заинтересован в том, чтобы спасти своего сотрудника?       К сожалению, Доппо должен признать, что ситуация действительно безвыходная. Но действовать так, как ему предложили изначально, он все равно по-прежнему не хотел. — Я все понимаю, но вы предлагаете быть, буквально, двойным агентом, идти против государственных структур и осуществить захват у них носом. — И какой конкретно пункт тебе кажется самым незаконным?       Доппо поперхнулся воздухом. — Да вообще всё! Но самое неприятное врать коллегам. — Ну во-первых, они сейчас под строгим надзором органов, так что выяснить координаты у Рампо, или как там его, не подразумевает собой обязательно врать ему. Скорее всего, он сам все поймёт, судя по его интеллекту. Достаточно просто сделать это так, чтобы за тобой не увязался хвост, то есть незаметно. И чем быстрее ты это выяснишь, в тот же момент мы выделим тебе транспорт. — Почему бы вам не отправить кого-то из своих, зачем я там нужен? Я ведь могу и подставить. — Хах, нет, подставить ты не сможешь и даже не пытайся. А во-вторых элементарно потому что ты самый чистый из нас. Мы отправим с тобой пару доверенных лиц. Ты сможешь передать наш дуэт им, а сам остаться для дальнейшего задержания. Тогда и к тебе не будет особых вопросов со стороны министерства, мол одиночное расследование. И мы за это время что-нибудь придумаем, пока все не всплыло.       Куникида был далёко не мастером плетения таких паутин. Он был больше исполнитель. К тому же время на продумывание легенды для Рампо и полиции у него всего дорога отсюда до агентства. Ибо к рассвету операция уже должна быть закончена. И теперь, ещё раз грамотно все взвесив, пришло осознание того, что действовать действительно надо. У Фемиды не спроста завязаны глаза. Она не смотрит на смягчающие обстоятельства и внутренние моральные мучения убийцы, она просто бесстрастно судит. — Но ведь вы понимаете как все это ненадежно. И стоит мне появится в районе агенства меня тут же начнут допрашивать. Дача ложных показаний это статья. — Ничего себе! Ну раз так, можешь придумать экстренный план получше, давай же.       Куникида задумался, но быстро смекнул, что своих соображений у него особо нет. Он мог бы продумать стратегию и учесть все факторы, но для этого нужно время, которого было катастрофически мало. Врать кому-то, а тем более властям вообще не в его компетенции, тем более настолько в открытую. Это риски. Доппо не любит рисковать. Но и позволить так просто Дазаю и Чуе оказаться за решёткой он тоже не может. Возможно, скорее даже наверняка у мафии есть запасной план, обходной вариант, может быть более сложный, но наверняка есть. Куникида был больше чем уверен, что их люди уже сейчас наравне с полицией прочесывают все близлежащих территории. Да он может сейчас отказаться, остаться "чистеньким" и при допросе смолчать об этом разговоре. Но сможет ли потом молчать его совесть? У Фемиды закрыты глаза. Правосудие, закон и правила слепы к человеческим судьбам. Но зорко сердце. Спасать жизни убийц, ради спасения жизней других, разве это не парадоксально?        Доппо случайно поднял тяжелый взгляд на женщину, будто прося совета или одобрения. Её лицо было также задумчивым, но сквозь него явно проступала тревога. Наверное волнуется за Чую... Чуя...        "Он бы сам сделал все возможное.."       Разве не это недавние слова Доппо об Осаму? И что в итоге? Будь на его месте Дазай он бы наверняка не задумываясь пошёл даже на ещё более рисковую авантюру, ради спасения этой рыжей прелести. Неужели все чувства Доппо заканчиваются лишь на жалких низменных потребностях? Эта неприятная мысль стала решающим фактором. — Я согласен, — голос его был подавленным но уверенным. — Прекрасно, в таком случае, прямо сейчас поезжай в свое агентство. У тебя два часа, на то чтобы узнать где они находятся, — Огай полез рукой под стол, доставая телефон времен, когда Куникида был ещё подростком, — с помощью этого вышлешь координаты. Прослушать или считать его нереально. Контакт там один.       Куникида взял неприметный чёрный мобильный, с кучей царапин. Страшно представить в руках скольки убийц он побывал. — Понял. Как мне объяснить то, где я пропадал? — Боже, придумай что-нибудь. Полный простор твоей фантазии!       Доппо лишь медленно кивнул, вставая с насиженного места и похрустывая костями. Но что будет если и Эдогава не знает...

***

      Сознание возвращалось медленно и не охотно. Осаму потребовалось несколько секунд чтобы привыкнуть к темноте помещения и обнаружить, что его руки пристегнуты к стене подобием наручников. Голова была будто набита ватой, но вспомнить как он тут оказался труда особо не составило. Для начала шатен попробовал пошевелить кистями, но бысто понял, что они пристегнуты к стене достаточно плотно, затем он обнаружил что стоит на чем-то холодном, скорее всего бетоне, ну а потом с трудом поднял затекшую шею, попытавшись осмотреться. В темноте сразу бросился в глаза, прикованный за обе руки и еле достающий до земли Чуя, похоже все ещё не пришедший в сознание, прям напротив него. Дазай моментально попробовал приблизиться к партнёру, но звон цепей позволил отойти лишь на пол метра. — Чуя...       Впол голоса попытался позвать мафиози Осаму, однако тот молчал. Кроме того, из одежды на нем были только рубашка со штанами. Да уж, ладно портупея и жилетка, но эти свиньи отобрали даже шляпу. В Дазае медленно поднималась волна гнева и отвращения к тому, кто посмел прикоснуться ещё и снимать что-то с его..его...Чую! Осаму очень хотел подойти ближе, но понял что пока он не освободится, сделать этого увы не получится, потому Дазай по старой схеме попытался достать отмычку из-под бинтов..стоп.        У Осаму проступил холодный пот. Бинты. Где, черт побери, его бинты? Шатен громко сглотнул. Кто. Посмел. Развязать их. Кроме детектив обратил внимание, что с него также сняли все кроме брюк и рубашки, даже ботинки. Теперь холодный пол стал будто ещё более ледяным. Босые ступни Чуи едва касались пальцами бетонного пола. Осаму сначала успокоило то, что рыжик хотя бы не стоит на ледяной поверхности, но потом он представил какие синяки останутся на запястьях и снова готов был вырвать эти цепи и запихать в заднице тому кто их сюда посадил.       Внезапный скрип и полоса жёлтого света нарушили тихую темноту. — О, Дазай-сан, а вы быстро пришли в себя.       Уже знакомый голос. Так и знал. Осаму брезгливо скривился. — Ты. Не хочешь объяснить что это? Ты из Красного дракона, да? Сын, племянник, внук главы решивший отомстить, я прав?       Голос детектива был сиплым, то и дело срывающимся до хрипа. — Вы наверное были удивленны не обнаружив эти интересные штучки под вашими повязками.        Парень абсолютно проигнорировал вопрос, звеня небольшими металлическими детальками в руках. Осаму неприятно пожмурился. — Да весьма неприятный сюрприз. К тому же, я не очень люблю когда вторгаются в мое столь личное пространство.       Парень театрально поднял бровь и хрипло рассмеялся, включая свет. Как только глаза привыкли к приглушенному белому источнику Дазай наконец смог рассмотреть как помещение, так и самого молодого человека. Судя по всему, они в неком подвальном, ещё недостроенном либо уже разрушенном здании, такде об этом говорили отсутствие штукатурки, бетонный пол, да и мебели, кроме металлического небольшого шкафчика и стола со стулом, на котором висели все предметы их гардероба, здесь не было. — Зато вы очень любите вторгаться в личное пространство других, — свирепым тоном прорычал мужчина, беря в руки странную микстуру и распаковывая шприц, при виде которого Осаму странным образом начал опасаться за своего напарника. — Ты собрался отравить меня? Неплохой способ, но..       Мужчина, старательно измеряющий пропорции жидкости, перевёл внимательный взгляд на детектива. — Я отвечу на все ваши вопросы, после того как вы ответите на мой. Вы меня помните? И советую вам думать побыстрее, у нас не так много времени. Думаю, ваши министерства скоро выйдут на нас.       Глаза Дазая медленно округлились. А вот это уже было абсолютно не весело. Вот почему они столь экстренно сменили дислокации. Вот оно что. Значит полиция уже в деле. В голове тут же пестрой лентой пронеслись кадры их с Чуей возможного задержания. Осаму быстро сопоставил, что раз на них уже вышли значит, молодому человеку по сути совсем терять. Раз он все ещё здесь, значит месть для него превыше всего. Для какого человека месть может быть смыслом жизни? Верно, для того кто потерял все. Дазай медленно смотрел на парня и пытался выявить хоть какую-то подсказку из его вида. Волосы жидкие, шрам над бровью, сложен неплохо, молодой...       Молодой... Действительно, на вид ему больше восемнадцати не дашь. Не слишком ли он молод для такой должности? Догадка пронеслась быстрой и яркой вспышкой. — Ты... — Я? — В ту ночь, я убил ребёнка... — Так и есть. Вы убили ребёнка в ту ночь, Дазай-сан.