Позади

Итан прибыл к месту через два часа. На душе было тяжело и как-то неприятно. Город этот был большой, видимо, Барс решил, что так будет лучше. Большие города Псу не нравились: здесь было шумно, воздух грязный, постоянно что-то случается. Однако, в этом случае пока выбирать не приходиться. Нужная улица и дом были недалеко от автовокзала, так что Итан добрался туда пешком, разглядывая улицы и витрины. Дом был частный, не новый и не старый, в месте в частном секторе и рядом с несколькими девятиэтажками. В целом — тихая заводь. Здесь был даже небольшой двор с садом за домом. Открыв ключом дверь и зайдя внутрь, Пёс оглядел помещение и улыбнулся. Намного лучше его старой квартиры. Свежий ремонт, довольно новая мебель. Всё было в каком-то чёрно-белом стиле, не считая зелёных и порой очень высоких растений. Вздохнув, Итан присел на диван и перевернул лист с адресом. "Я оплатил на полгода. Номер владельца ниже" Опустив уши, Пёс даже и не представлял, что делать дальше. Перебирая вещи, аккуратно уложенные Барсом, он нашёл и деньги. — Просил же, чтобы не давал. Улыбнувшись, Итана снова одолела тоска, но вместе с тем — облегчение. Теперь новая жизнь, новый дом и новые открытые пути. Пёс нашёл работу через неделю. Она была нужна не только для заработка, но и для отвлечения, для равновесия, для цели, которой он хотел достичь. Для начала, Итан-Саймон стал работать барменом в ресторане. Не самая прибыльная работа, но для старта — самое то. Работа ему нравилась. Она была не сложной и достаточно интересной, благодаря ей он познакомился с несколькими личностями, с которыми можно общаться. Всё постепенно начинало налаживаться. Жизнь стала протекать спокойно. Хотя таблетки и приходилось покупать, но он теперь всегда делал это вовремя и не срывался. Спустя ещё неделю, Итан завёл рыбок в аквариуме. С этим он начал приучать себя к ответственности. В аквариуме мало что помещалось, но Пёс аккуратно выложил там украшения и дорожку из маленьких камушков. Конечно, к новому имени пришлось привыкать. Сложно называть себя не тем, кто ты есть, но это было нужно. Раны на руках и ногах совсем зажили. Итан-Саймон познакомился ещё с одним псом, и не упомянуть об их знакомстве было бы преступлением, потому что этот пёс играет здесь далеко не последнюю роль. Итак, тем, с кем познакомился Итан, был доберман тридцати лет по имени Вольфганг. Имея немецкое происхождение, он хорошо говорил по-английски и имел высокий рост, прямую осанку и короткую шерсть. Вольфганг почти всегда приходил в бар в официальном стиле: рубашка, брюки, пиджак и чёрные туфли. Заказывал он всегда одно и тоже. Мартини со льдом, мартини со льдом.. Итан слышал это каждую пятницу. Лишь в первые две доберман сказал, какой мартини конкретно. После же "как обычно" Они познакомились в такую же пятницу, когда Вольфганг пришёл хмурый и поникший. — Мартини со льдом. — Без настроения мартини не пьют. Итан налил алкоголь в бокал и закинул несколько кубиков льда. — Всё равно. Доберман отвернулся, отхлебнув чуть из бокала и устремив взгляд на дверь. — Вы чем-то расстроены? Тот вздохнул. — Слушай. С чего ты вообще это взял? Мы даже не говорили. — Иногда говорить и не нужно, чтобы что-то заметить. Ваше состояние говорит само за себя, сэр. Добер развернулся, хмуро глянув на бейджик бармена. — Саймон, тебе заняться нечем? Попротирай бокалы там, что ли, не знаю. — Я уже все протёр, кроме вашего. — А стойку протёр? — Конечно. — А поговорить с кем-то ещё? — Мы тут одни, сэр. Доберман вдруг ухмыльнулся и покачал головой. — Издеваешься? — Нет, сэр. — Да хватит меня сэром уже называть. Моё имя — Вольфганг. — Хорошо, сэр Вольфганг. Вольф посмотрел на него, а потом улыбнулся, отпив с бокала ещё. Итан дружелюбно улыбнулся ему в ответ. — Так что Вас беспокоит? — Тебя так это волнует? — Ну, не должно.. Но очень уж интересно. — Ладно. Может, даже легче станет. Бармен приготовился слушать. — Сегодня утром меня тёща послала. Говорит, дочь у неё мягкотелая, сама меня выгнать не может, она с ебе уже другого нашла, не звони ты ей зятёк, мол, больше, приходи через месяц на развод. Четыре года вместе прожили. — Оу.. Сочувствую. — Да ладно. Прожили вместе, а всё лаялись. Претензий стало много. Говорят, любовь живёт три года. Вольфганг пил не торопясь, смакуя. — Она ведь и ребёнка от меня хотела. Даже не одного. Говорила всё: "Давай, у нас будут такие красивые дети. Ты хорошо зарабатываешь, все условия есть", а я как-то всё "давай потом", "давай потом". Она начала говорить, что я её не люблю, раз не хочу детей. А я ей как-то раз сознался. Сознался, что бесплоден. Сначала мы поругались, потом договорились на ЭКО. А потом случилось то, что поставило точку. У неё случился выкидыш. Я ей говорил, что можно ещё попробовать, а она сказала: "Не с тобой". Такие у неё глаза были..Я только тогда заметил, как она сухо на меня смотрела. В первый год нашей жизни вместе она сияла. Даже тогда, после ссор, всё равно сияла. А после случившегося я осознал, что вот так вот сухо она на меня смотрела уже не первый месяц. А теперь её мать меня выгнала и послала подальше. А я не хочу и пытаться вернуться. Вольфганг сделал нервный глоток больше предыдущих. Итан и сам поник. — Может быть, Вы позже найдёте свою настоящую любовь навсегда? — Да ну. Я в эти сказки не верю. Всё брехня. Ты-то сам в это веришь? Бармен отвёл взгляд. Он не знал ответа на этот вопрос. Добер грустно улыбнулся. — Вот и я о том же. Они несколько минут помолчали, пока Вольф не нарушил тишину. — Имя Саймон тебе не подходит. — Я не выбирал. — Можно изменить. — Долго, муторно. Доберман, наконец, допил, после чего отодвинул бокал и встал из-за стойки. Итан поднял глаза. — До свидания. — Надолго не прощаемся. Уже завтра приду. — Буду Вас ждать. Не забудьте про то, что я говорил. Настоящая любовь на всю жизнь, второй шанс, всё такое. Вольфганг усмехнулся и пошёл в сторону выхода, поправив пиджак. — Да-да, всё такое, я понял. Он оглянулся почти у двери. — Спасибо, что выслушал меня. — Я всегда рад, обращайтесь. Итан махнул ему рукой и улыбнулся. Доберман неуверенно поднял руку и улыбнулся в ответ, после чего вышел из бара.