Не(приятное) соседство

(G)I-dle - Lion

      - Ну здравствуй, мразь, - Хосок облизывает обкусанную от волнения губу, - поболтаем по-дружески, м?       Архивная папка с грохотом опускается на железный стол. Чону хочется разнести это место в хлам и заставить парня пожалеть о своей изуродованной шее.       - Или ты сегодня не в настроении? - мужчина приподнимает одну бровь, складывая руки на груди, и откидывается на спинку грубо сделанного стула допросной.       Преступник надменно улыбается, словно тут весь отряд ему должен как минимум сотку.       - Интересно, что ты желаешь от меня услышать? - шипит парень напротив наклоняясь близко к столу, - я ведь всё равно сяду, - он с яростью дёргает закованными руками в разные стороны, - а тебе хоть бы хны... Кто из нас тут ещё мразь? - тянет он, улыбаясь безумно, из-под бровей мужчину буравит тяжёлый взгляд.       Последнее, что следует делать патологоанатому так это разбивать чужой нос, так что он просто тяжело вздыхает.       - Так и будешь трепаться без дела? - равнодушно спрашивает Хосок, но кадык его нервно дёргается, что скорее всего не ускользает от парня напротив.       Чон сдерживается, чтобы не коснуться пальцами уродливого шрама на шее под чужим пристальным взглядом.       - Давай без прелюдий, - Хосок опирается локтями о стол, наклоняясь ближе, - ты ведь хочешь скостить срок, не так ли?       - Скостить срок? - парень напротив лениво вскидывает бровь, а сомнение так и плещется в бесстыжих глазах, - разве я не сяду пожизненно, что мне даст твоё сотрудничество?       - Посмотрим, - задумчиво произносит Хосок, рассматривая бывшего одноклассника.       Конечно, он сядет. Хосок лично позаботится о том, что тот не вышел из тюрьмы в ближайшую вечность. Но информация ведь нужна, верно?       Язык так и жжёт невысказанный вопрос.       - Ну же, спроси меня, Хосок-ки, - патологоанатом вздрагивает от детского прозвища, произнесенного устами бывшего одноклассника.       Он практически не раздумывает. Толкается языком за щеку, поджимает губы, а затем вкрадчиво спрашивает, не сдерживая хрипа:       - Зачем тебе моя смерть? - он пристально разглядывает лицо преступника, собираясь зафиксировать малейшую панику в чужой радужке.       - М-м, смерть... - казалось, парень наслаждается всем происходящим.       Он мычит от удовольствия и потягивается как сытый кот. Разумеется настолько, насколько ему позволяют сделать это наручники.       - Мне нужен был не сам факт твоей смерти, - задумчиво тянет он, глядя прямо на прозрачное лишь с одной стороны стекло.       Там,за ним, наверняка всё досконально стенографируют.       - Тогда что, Хван? - тихо спрашивает Чон, анализируя всё: поведение, речь и внешние признаки проявления каких-либо эмоций.       На грани сознания плещется боль и горькая обида, но для неё сейчас совсем не время.       - А ты уверен в том, что только ты был конечной целью? - ухмыляется парень напротив, манерно закидывая руки за спинку стула и склоняя голову на бок.       На лице заключённого отражается мнимое участие и лживое сострадание.       - Что? - на выдохе срывается с хосоковых губ.       Парень напротив впитывает чужой шок, задумчиво улыбаясь.       - На сегодня всё, - словно бы очнувшись произносит Хван, - я, конечно, не отрицаю, что моей целью было отомстить тебе, да и... - беззаботно бросает он.       - Что? - снова повторяет Хосок.       Чон пытается сложить цепочку в одно целое, анализируя в голове все факты, которыми он располагает. Но выходит лишь одно логическое заключение.       В то же время совершенно нелогичное, потому что слишком уж странно выходит.       - Ой, я, кажется, перетрудил твою бедную головушку, верно? - преступник наклоняется критически близко и выдыхает в чужое лицо, - копай, Хосок-ки.       Он откидывается обратно, бросая язвительное:       - Ещё увидимся...       Дверь открывается и смеющегося Хвана уводят. Хосок сидит, опустив голову на руки в замке некоторое время, а в ушах лишь "копай, Хосок-ки" и "ещё увидимся".       Патологоанатом выходит из допросной, не вслушиваясь в отчёты коллег.       Хорошей ли идеей было уговорить следователя самому провести допрос?       Хосок судорожно вытаскивает телефон из заднего кармана рваных джинс, подрагивающими пальцами набирая номер брата. Семь долгих гудков и трубку снимают. Чон не выдерживает, рассказывая о недавнем допросе...       - Я уверен, что он действовал не один, ты понимаешь это?! - Чон кричит в трубку сонного Чонгука.       - Да, Хён, - покорно соглашается брат, - только... Кто он? Ты говоришь мне о том, что у кого-то есть сообщник уже двадцать минут...       - Хван, тот самый маньяк, что убивал людей похожих на меня... - бормочет Хо в трубку, - это не имеет значения, важно то, что это не конец, ты понимаешь?!       - Мы с Тэ скоро приедем, - Чонгук, хоть и говорит спокойно, кажется, готов убивать.       Конечно, они ведь думали, что это конец, не имеющий продолжения. Хосок бросает тихое "жду" и обессиленно падает на кресло. Нужно взять себя в руки и доехать до дома.

***

      - Союль? - на пороге квартиры Хосока стоит растрёпанный Юнги, похоже, что только недавно проснувшийся.       Он потратил два часа на то, чтобы встать с кровати после бессонной ночи.       В последнее время Юнги не мог не то, что есть, ему приходится заставлять себя хотя бы умываться по утрам. И что парню категорически не нравится так это то, что подобное его состояние замечает потихоньку и Чимин.       - Юнги? Ты что-то хотел? - спрашивает девушка, указывая жестом руки вглубь квартиры.       Юнги трясёт вихрастой головой, сейчас есть вещи и поважнее его состояния, верно?       - Да, спасибо, мне нужно поговорить с тобой, - кивает Мин и шаркает тапочками по коридору.       Чанг задумчиво наклоняет голову на бок, следуя за соседом своего парня на кухню. Она заваривает им чай, когда гость начинает говорить:       - Ты же вроде как встречаешься с Хосоком, да? - Юнги нервно крутит в руках телефон.       Союль замирает, в непонимании склоняя голову к плечу и немного хмурясь.       - Ну, в общем-то да, однако что ты хочешь этим... Сказать? - девушка вскидывает бровь, переставляя кружки с ароматным напитком на стол.       Архитектор некоторое время молча крутит чашку в ладонях.       - Спасибо, - он делает жадный глоток, - я хотел обратиться к нему... - Юнги морщится, подбирая правильные слова, - не за помощью, нет, скорее за консультацией. Но, поскольку его нет дома, могу я поговорить с тобой?       Чанг задумчиво оглядывает Юнги, нервно отрывающего заусенцы с пальцев. Похоже на то, что он чем-то сильно взволнован. Настолько, что рассказывает сейчас об этом ей, человеку, с которым из всей компании пересекается, наверное, реже всего.       - Конечно, - с готовностью кивает девушка, заинтересовано подаваясь вперёд.       Юнги поднимает взгляд, пробегаясь им по лицу девушки. Не похоже на то, что он рассматривает её. Скорее наоборот, взгляд его скользит, направленный куда-то в пустоту.       - Сегодня утром мне поступил звонок по поводу заказа, - Юнги сводит брови к переносице, вспоминая всё в малейших деталях, - казалось бы, ничего не обычного, я же делаю проекты и чертежи зданий, помещений на заказ, верно? - Союль нетерпеливо кивает, - вот только есть одна проблема, я уже какое-то время работаю в агенстве и не вижу надобности выполнять единичные заказы, поэтому ещё до Нового Года удалил все профили с различных сайтов, - Юнги смачивает горло ароматным ягодным чаем, - опять-таки ничего сверхъестественного, да? Ну, мало ли, человек давно сохранил мои данные, а позвонить решился только сейчас.       - Мгм, - согласно мычит девушка, предполагая в чём может быть дело.       - Я хотел вежливо отказать, объяснил, что больше не занимаюсь сейчас чем-то подобным, на что мне сказали, что лучше бы заняться и сбросили звонок. Ну, я подумал, мало ли, перебесится и успокоится человек, - Юнги наклоняет уже пустую чашку, задумчиво глядя на дно, - но, буквально через пять минут, мне на личную почту, подчёркиваю, не рабочую, которая у меня и была везде указана, а на личную, приходит электронное письмо с профессиональными данными. Понимаешь, обычно клиенты лишь обрисовывают в общем, что им хотелось бы видеть, а тут буквально каждый размер указан, схематическое разположение мебели, место, где будет стройка, цена, которую мне заплатят за работу и... Завуалированная угроза.       - Угроза? - удивлённо переспрашивает Союль.       - Написано что-то вроде: "надеюсь, мы сработаемся, и вы не повторите судьбу своего отца", - выдыхает Юнги.       - Что? - девушка замирает в неприятном шоке.       С прихожей слышится хлопок входной двери.       - Солнце, я дома, - кричит с порога Хосок, быстро избавляясь от уличной одежды.       Союль знаком просит Юнги подождать и спешит навстречу парню. Она ласково чмокает чужие губы, и ведёт парня на кухню.       - О, Юнги, - Чон хмурится, - что-то случилось?       - Именно, - цокает Чанг, - мне кажется, это как-то связано с тем, что ты расследуешь... - загадочно тянет девушка, постукивая пальчикам по лбу.       Она просит Юнги пересказать всё то, что она уже услышала от него до этого. Архитектор, вспоминая всё больше деталей терпеливо рассказывает Хосоку всё то, что успел поведать до этого. По ходу своего повествования он отвечает на вопросы, задумчиво глядя в окно. А где-то в центре рассказа к ним присоединяются и подоспевшие Тэхён с Чонгуком.       - Всё выглядит гораздо сложнее, чем я мог предположить на первый взгляд, - вздыхает Хосок, устало потирая виски.       - Я правильно понимаю, ты сегодня был на допросе у того... Парня? - цедит Чонгук, чуть успокаиваясь, когда ладонь Тэхёна предупреждающе сжимает его плечо.       - Возможно? - полувопросительно отвечает Чон.       - Какого чёрта тебя пустили туда, разве они не знают, что с тобой случилось?! - Чонгук яростно выдыхает сквозь сжатые зубы.       В загривок мягко вплетаются длинные пальцы Тэхёна, молчаливо стоящего за спиной. Он перебирает волосы, ласково массируя кожу головы.       - Возможно, потому что я попросил дать мне разрешение на проведение допроса? - неуверенно утверждает Хосок.       - О, ну да, гениально, - бурчит Чонгук.       - Ты напоминаешь большого обиженного ребёнка, - хрипло смеётся Ким в чужое ухо.       - Если честно, я вдруг понял, что не уверен, что хочу знать, чем вы двое занимались вчера, когда поехали к Тэхёну, - внезапно подаёт голос Юнги.       Все поворачиваются в сторону Мина, глядя с немым вопросом, но он лишь пожимает плечами.       - Да, я тоже думаю, что ты не хочешь знать, - мурчит Тэхён.       - Т-так что ты там хотел нам рассказать? - закашлявшись давит из себя Союль, обращаясь к патологоанатому.       Хосок медленно переводит взгляд с младшего брата на его парня и обратно.       - Ты так смотришь, как будто мы тебя к себе развлечься позвали? - невозмутимо произносит Ким, продолжая перебирать волосы Чона.       Брови Хосока медленно, но верно стремятся затеряться где-то в линии его волос.       - Айщ, Тэхён, - недовольно цыкает Чонгук, закатывая глаза.       Он легонько щипает развеселившегося парня за мягкую щёчку.       - Мне нужен Чимин, - бурчит Юнги, - с его вечными шуточками и этим дурацким умилением их ещё возможно переносить...       - Так ладно, - Хосок точно не будет больше и на порог пускать эту весёлую братию (вряд ли, но попытаться стоит), - в общем, вы сейчас, возможно, чутка удивитесь, но я расследую смерть отца Юнги и сегодня мне удалось выяснить, что она неотрывно связана с нападением на меня...       - Чутка?! - единодушно восклицают ребята.

***

      - Нет, Чимин-а, ты продолжаешь ошибаться, - качает головой девушка и в который раз останавливает музыку.       - На этом всё, я сейчас помру, - стонет Пак, опираясь на колени, - я по профилю скрипач, а не танцор, Лиса.       Пак глубоко подавляет в себе желание безвольным мешком повалиться на пол. Тогда он рискует быть побитым своим хореографом, поскольку лежать на полу - последнее, что следует делать во время репетиции.       - Не будь ты танцором, ты бы не выступал со мной, - парирует девушка, - смотри, волна идёт на и раз, и два, - она хватается за объёмную футболку, плавно выгибаясь в спине, - а ты делаешь мне её на раз и два и, ритм другой, ты чувствуешь?       Чимин хмурит брови, сосредоточенно вслушиваясь в каждое замечание. Впринципе, это всё он может исправить. Главное сделать это раньше, чем Лиса прикопает его где-нибудь или что ещё хуже для более продуктивного занятия припрячет его скрипку.       - И последнее, когда ты делаешь этот плавный выход с пола, ты не должен напрягать тело до последнего, понимаешь? - она ложится, для наглядности проделывая нужную фигуру танца, плавно придвигаясь к пяткам, приподнимая таз, а затем прописывая грудью дугу, словно при выходе из мостика, - вот так...       Лиса тяжело дышит, обмахиваясь руками.       - Да, хорошо, - вздыхает Чимин, сдувая со лба надоедливую огненно-рыжую чёлку.       Девушка собирается вновь поставить музыку, когда слышится настойчивая трель телефонного звонка.       Чимин виновато улыбается и извиняется, бросаясь к телефону. Хореограф раздражённо вздыхает, но разрешающе машет рукой и отходит сделать глоток воды.       - Да? - Чимин хмурится, снимая вызов.       - Чимин-а, тут такое дело, - взволнованный голос Тэхёна не выглядит поводом для радости, так что Пак ожидает чего-то вроде плохих новостей.       - Что такое КимТэ? - мягко спрашивает он.       - У того парня, ну, который нападал на Хосока есть сообщники, - Тэхён молчит какое-то время, - и, возможно, теперь они охотятся на Юнги, - выдыхает Ким.       Чимин замирает с телефоном в руках, ловя в зеркале взволнованный взгляд Лисы, с немым вопросом в глазах.       - На самом деле, пока всё в порядке, мы подключили к этому делу Хосока и не только его, - Ким продолжает уже гораздо спокойнее, - я звоню тебе только потому, на самом деле, чтобы ты не сильно удивился, когда Юнги придёт и расскажет тебе об этом. Пока всё в порядке и тебе не стоит ни о чём волноваться.       - Да, спасибо, я прямо сразу и перестал, - язвительно хмыкает Чимин, но всё же на душе стало немного легче, - погоди, а почему Юнги придёт и...? - но в трубке уже слышны лишь монотонные гудки.       Чимин зачесывает назад волосы и, тяжело вздохнув, бормочет себе под нос:       - Чтоб тебя КимТэ...