Вечное противостояние или как потерять подругу из-за мужика

Полина.       Утро настало так же быстро, как вечер превратился в ночь. Свет ночных фонарей во дворе дома сменился солнечными лучами в окнах. Я плотнее задвинула тёмные шторы, не давая настырному солнцу потревожить сон мужчины. Накинув  халат поверх шорт и майки вышла из комнаты, ещё раз глянув на спящего Лазарева. С каждой нашей новой встречей, с каждым подобным вечером, с каждой последующей душевной близостью я буду всё так же твердить себе, что люблю этого человека. Сначала это были отношения двух знакомых людей, потом друзей, хороших, лучших...а сейчас это невозможно назвать дружбой. Не знаю как это всё оценивает он, но с моей стороны всё можно описать одним словом, ну ладно, двумя - полный писец. Никогда я не чувствовала такой необходимости в человеке, он нужен мне, как никто другой.       После моего пробуждения прошло минут сорок, когда из детской послышался звонкий смех девочек. Я не спешила идти к ним, потому что знала, что там Андрей и он вполне себе с ними справится. Убедилась в этом, когда услышала голос сына, уговаривающий малышню вести себя потише, ведь родители и Никита спят. Со спокойной душой я вернулась к нарезке фруктов, полностью уходя в свои мысли.       Я сотню раз представляла себе, как скажу ему эти слова, признаюсь наконец. Он посмотрит на меня своими невероятными глазами, без удивления улыбнётся, обнимет и поцелует. Но каждый раз, когда наступал подходящий момент, я противоречила сама себе, что скажу потом, сейчас не то время. Что-то внутри всячески подавало сигналы о том, что он не ответит взаимностью. Это и вызывало страх. Страх, что вот так, сказав три слова, я потеряю друга и не получу взамен любимого человека. — За километр чую, как вкусно пахнет твоими кулинарными шедеврами, — позади меня послышался мужской голос, не сказать, что я испугалась, но было неожиданно, — Напугал? Прости, — он улыбнулся так, как умеет только он и подошёл ближе. — Чуть-чуть, — я усмехнулась, воздерживаясь от ответа на комплимент в адрес моих кулинарных способностей. — Какие сегодня планы? — Вы-ход-ной, Серёжа, — из коридора послышался детский топот и смех, — У меня сегодня выходной и я планирую провести его в шикарной компании, — ещё через мгновение на кухне появились девчонки. — Анют, кашу будешь?       Мою малышку спрашивать было необязательно, если мама осталась с утра дома, то Ми первая, кто доедает всё до конца и тащит любимую маму играть. Пока Лазарев контролировал детскую чистку зубов, а мальчишки ожидая своей очереди принялись за вчерашнее Legо, я закончила сервировку стола. — Так, кто всё съест получит сладость, — обращаясь к девчонкам поставил условие Серёжа. Обе тут же принялись за кашу, переглядываясь, чтобы оценить свои шансы получить что-то вкусное первой.       Хочется остановить время, поставить этот момент на паузу, чтобы долго-долго сидеть вот так вместе с детьми и наслаждаться жизнью. — Серёж, у тебя телефон, — не слышал ли он на самом деле или делал вид - не знаю, но кто знает, может что-то срочное, мама, например.       Мужчина встал со своего места, отыскав полотенце вытер руки и взял телефон. Но полноценно начать диалог ему не дала его же дочь, которая в ту же секунду, что папа встал с места, совершенно случайно опрокинула тарелку. — Аня! — повысив немного голос, выдохнул Лазарев, неприлично высказаться ему не позволил мой взгляд и обещание самому себе не ругаться при дочери, — Лазарев на проводе... — пробубнил в трубку, — Повесился, — он ещё раз оценил масштаб трагедии и тяжко вздохнув принялся всё это убирать, отказавшись от моей помощи — Утро, я так понимаю, у тебя не доброе? — на том конце послышался добрый голос Филиппа, только Серёжа что-то хотел съязвить в ответ, но Киркоров не дал ему и слова сказать, — Так ладно, потом расскажешь, что у тебя случилось и почему ты такой злой с утра пораньше, а сейчас...Каролина в больнице, она тебя очень ждёт.       Я видела как мгновенно он изменился в лице, не успев спросить даже что случилось. Вызов был сброшен, а Серёжа сразу же засуетился, смотря то на меня, то на своих детей. Неужели он сейчас вот так возьмёт и уедет? К ней? Как же так? — Поль, — в его глазах читался испуг и волнение...за неё...глаза предательски защипали, но я натянула улыбку, — Мне уехать надо, — ну да, конечно. — Хорошо, — равнодушно ответила я и уставилась на малышку, которая почти всё доела. — Обижаешься? — я отрицательно покачала головой, — Я провёл с тобой целую ночь, Поля. Я нужен ей. — Езжай, Серёжа, езжай, я тебя не держу, — нет, ну в самом деле, что я его на цепь посадила и не даю прохода?       Он молча вышел из кухни, за стенкой слышался небольшой шорох и бряканье ключей. Он собирал вещи, которые были вчера захвачены с собой. — Детей оставлю у тебя? — я кивнула — Слушаемся тётю Полю.       Вот тебе и шикарная компания, Полина Сергеевна. Он поцеловал детей, помахал мне и покинул мой дом. Я даже не сразу заметила как дети убежали в детскую. Остался только Андрей, который прекрасно видя моё состояние в данный момент, взял на себя мытьё посуды. Поблагодарив сына, я проверила детей и устроилась под пледом на диване в гостиной.       В моих глазах Лазарев сейчас был вторым Исхаковым, который ушёл. Собрал вещи и ушёл. Хотелось остаться одной и выпустить эмоции. Надоели мне его маски. Показывает себя таким хорошим, милым, нежности шепчет, а потом оказывается, что нахрен ты ему не сдалась. Весь его спектакль псу под хвост. К своей ненаглядной он поехал видите ли. А я кто тогда? Пустое место? Воздух что ли? Или как? — Мам, спишь? — в дверном проёме появился Андрей, — Я хотел поговорить. — Не сплю, — я села поудобнее и глянув на сына, снова устремила взгляд в никуда. Вернее в пол, где такими темпами скоро будет дырка. — Ты его любишь? — Что? — никак не ожидая такого вопроса от ребенка, я откинулась на спинку, и запрокинула слегка голову, пытаясь отогнать наступающие слёзы и приступ смеха. Не знаю чего хотелось больше. — Лазарева любишь? — с ещё большим напором произнёс Кислов-младший, вот весь в отца, никогда не умел обходить стороной, как-то издалека заходить. — Андрей... — я судорожно пыталась придумать какое-нибудь оправдание, но зная этого пацана, у меня не выйдет его обмануть. — Мама. — Да...

***

      За окном темнело. Дети сидели тихо, изначально меня это напрягало,а потом я вынесла из этого плюсы для себя в данной ситуации. Те, что поменьше играли в кукольный домик в детской, а те, что постарше собирали пазл. Я в гордом одиночестве сидела в ноутбуке и смотрела что-то очень "интересное". На почту за весь день пришло порядка сотни сообщений с просьбой на интервью. Ни на одно из них я не ответила. Знал бы кто-нибудь, что день, когда выйдет наш дуэт будет таким. Таким безжизненным, грустным и дождливым. Всё-таки открыв одно из входящих сообщений, прочитав содержимое, я ответила, что согласна дать пару комментариев на этот счёт, но гарантировать присутствие второго участника дуэта не могу.       Через два часа детское время стремительно подходило к концу, нужно было укладываться спать. Именно с этим посылом я и зашла к детям в комнату. — Ребятки, — облокотившись о дверной косяк, я мило улыбнулась, наблюдая за ними, — Пора спать, — переключила внимание на детей Лазарева, — Папа приедет поздно, — я вздохнула, прошла в глубь комнаты и принялась помогать им с уборкой игрушек, — Если вообще приедет, — добавила полушепотом.       Когда все игрушки были убраны по местам, зубы почищены, книжка прочитана, убедившись ещё раз в том, что все спят, я со старшим сыном отправилась на кухню. Разговаривая на различные темы, попивая чай, мы и не заметили как стрелка на настенных часах перешла за цифру 12. — Андрюш, ты если хочешь ещё посиди, — давая возможность сыну посидеть наедине с самим собой, пообщаться с друзьями по телефону, если те ещё не спят, — Я пойду, устала очень, — и не спрашивайте меня, чего я такого глобального сделала, чтобы устать. Просто хочется, чтобы этот день наконец закончился. Сразу уснуть не получилось, проворочившись в поисках удобной позы ещё минут двадцать, я услышала, что кто-то пришёл. Вернее пришел Серёжа. Который видимо даже без звонка решил, что ему кто-нибудь, да откроет дверь. Слышала отрывки его диалога с моим сыном, узнала, что Лазарев предупредил о приезде его, спросив спит ли он и как у нас дела. Приехал. Самое страшное я услышала, когда всё-таки заставила себя закрыть глаза и уснуть. Андрей в открытую начал говорить с Серёжей обо мне. Чёрт, чёрт, чёрт. Услышала, что сын пересказал наш утренний разговор. Поняла, что свет выключили. Значит разошлись. Услышав приближающиеся шаги, я закрыла глаза, надеясь, что прокатит. — Полин, спишь? Хотя это неважно, — Лазарев аккуратно зашёл в спальню, но присаживаться на кровать явно не торопился, — Я знаю... — сердце замирает, а он будто задерживает дыхание, — Андрей мне всё рассказал. — я затаив своё дыхание вслушиваясь в каждое слово, — Извини, но я не могу тебе ответить тем же, — слёзы бегут по щекам, но я продолжаю молчать. Больно. Очень. — Ты для меня дорогой человек, но... — он обрывает на полу слове, — Подумай, нужны ли тебе теперь наши встречи. Я лягу в гостиной, не переживай, утром с детьми нас не будет.       Он вышел из комнаты, а для меня остановился мир. Потух огонёк, который светил пока я была с ним. И будет не хватать егo pук, тaких тeплых. Κaк paз для мeня, вeдь мoя циpкуляция кpoви aбcoлютнo инaя, и кaждoму чeлoвeку c хoлoдными pукaми нужeн cвoй тeплмый чeлoвeк. И у меня его больше нет.