Какое "счастье" любить тебя.

      Чуе семнадцать и он считает себя вполне счастливым, для человека с его деятельностью. У него есть уважение коллег и доверие босса, выгрызенное беспрекословной верностью и идеальной работой. Есть деньги и планы на будущее. Единственным раздражающим элементом декора и создателем шумовых помех был суицидальный напарник. Добровольно скумбрия уходить из его жизни отказывалась, а прибить по-тихому запрещалось уже Чуе.       Они работают вместе уже два года и, наверное, в наличии Осаму были определенные плюсы. Как вариант, с напарником было интересно до тех пор, пока он не решал, что повеситься посреди разговора - это весело. Год назад они фактически съехались, хотя Чуя все еще пытается выставить Дазая за пределы своей квартиры. На самом деле Осаму раздражало, что после заданий нужно было сперва отнести отключившегося Чую домой, а потом тащиться, на другой конец города, к себе. Поэтому в один из вечеров он просто не ушел. Со временем в квартиру Накахары переехали вещи внезапного сожителя. О, Чуя на всю жизнь запомнит, как открыв однажды шкаф, вместо рубашки он получил мотком веревки по голове. В тот день,Дазай прочувствовал на себе всю прелесть, будучи связанным, слушать запись о смысле и ценности жизни. Больше веревки на Чую не падали.       За год изменилось многое. Они перестали цепляться друг к другу за каждое слово. Чуя узнал, как в полусонном состоянии сварить кофе или сколько упаковок бинтов таскает Осаму из склада. Дазай почувствовал на себе прелесть человеческой еды вместо лапши быстрого приготовления, узнал, что эксперименты в готовке, могут сказываться на организме, как смеси различных лекарств, а Чуя поет во время принятия душа.

***

      Чуе восемнадцать и он искренне не понимает, как весь этот кошмар мог произойти за один несчастный год. Самое худшее, что всю эту цепочку он мог предотвратить сам, выгнав Осаму к чертовой матери из своей жилплощади. Сейчас остается надеяться, что вся ситуация не дошла до посторонних ушей. А началось все с очередного задания.       На самом деле им было не обязательно производить зачистку несчастного казино. Прийти, узнать информацию и незаметно исчезнуть. Дазай играет и постепенно выуживает сведения, Накахара держит его в поле зрения, чтобы прикрыть в случае провала. Все идет замечательно, но атмосфера азарта внезапно сменяется всеобщим напряжением. Люди тянутся за оружием и Чуя понимает, прокололись.       -И как нас раскрыли?- он отталкивает то, что несколько минут назад было игровым столом и переводит взгляд на отдыхающего напарника.- Неужели так перетрудился? Идем уже.       -Возможно твои шляпы чиби, стали слишком яркой приметой. В очередной раз предлагаю избавить нашу квартиру от этого ужаса.- Дазай еще раз проверяет установку взрывчатки и направляется к выходу.- Другой вариант я не могу даже представить, Чу.       -Не припоминаю, с каких пор ты прописался в моей квартире? Насколько я помню, гостишь ты в ней на птичьих правах.- Ухмылка расцветает у него на лице.- Так уж и быть, могу предложить потрясающее решение этой проблемы.       -Ты тоже об этом думал, Чу! Я верил, что под твоей шляпой есть голова. Думаю, ты прав, пора узаконить наш союз и наконец подтвердить мои права на место жительства.- С этими словами Осаму достает кольцо и с милейшей улыбкой протягивает его Чуе.       Стоп, что? Кольцо?Взрыв, прогремевший на фоне, остается без внимания.       -Беги, скумбрия.- Шепот Накахары перебивает громкий смех.       Чуя очень надеется, что в темноте не видно его смущения, достигшего кончиков ушей. Осаму думает, что смущенный напарник очень милое зрелище.       В ту ночь они впервые переспали. С диким смехом забежали в лифт и, оперевшись на поручень, пытались отдышаться. Попытка провалилась, стоило посмотреть на Дазая, воду с которого можно было отжимать. За издевательство в виде кольца, Чуя с чувством выполненного долга искупал его в ближайшем фонтане.       -Выглядишь как мокрая бродяжка.- Чуя делает глубокий вдох, выравнивая дыхание.       -Ах, чиби, где твоя совесть?-Осаму нагло опирается на его плечо, будто совсем не получит по лицу за мокрый плащ.       -Сдохла после знакомства с твоей наглой мордой.- Накахара наконец переводит взгляд на Дазая и внезапно замолкает. Какого черта его лицо так близко и что это вашу мать за взгляд?       Чуя и под пытками бы не ответил, кто потянулся за поцелуем первый, но вот Осаму на ощупь открывает их дверь отмычкой, вот слетает одежда и вот он нависает над выгибающимся Дазаем.       Если это воспоминание Чуя был готов воспринимать, как очередной ночной кошмар, то кольцо, копию которого Осаму носит на своей руке, иначе как зрительную галлюцинацию даже не рассматривал. И нет, Чуя конечно не влюбился, просто у Дазая появился один плюс, он знал места, которые не просматривают камеры.       

***

      Чуе девятнадцать и он ненавидит прошлый год. Чертов Осаму, гори в аду! Когда Кое сказала, что Дазай предал мафию, он посмеялся, был уверен придет домой и это любимое чудовище начнет посвящать его в очередной способ суицида. Конечно, Чуя выскажет ему, за то что свалил с работы пораньше, но Дазай поцелует его и придет успокоение, они дома.       Но в их квартире было пусто, исчезло все, что только могло напоминать о втором жильце. Чуя проходит вглубь квартиры, под ботинками хрустит стекло. Разбитая рамка с их единственной совместной фотографией. Первое свидание. Насколько оно было смешным и неловким. Никто не понимал,зачем его проводить, ведь они и так вместе, но свой законный выходной провели в парке аттракционов. Нос Дазая испачкан в мороженое, которое он пытался откусить у Накахары, от улыбки потом болели щеки, но они были счастливы.       Он снимает перчатки и смотрит на свои руки. В издевательском свете луны блестит кольцо. Нет, Дазай не просто предал мафию, он бросил Чую. На улице взрывается машина, Накахара тянется к бутылке восемьдесят девятого года.       

***

      Чуе двадцать два и кажется, он потерял остатки гордости. Накахара спускается в подвалы чтобы доказать самому себе, что стал сильнее и без него. Да стал, да добился многого, но не перегорел. Кольцо под перчаткой,словно специально становится меньше. Как ты собирался отпустить его, если не смог оборвать даже такую ниточку. Память услужливо подкидывает так и не выброшенную фотографию. Чуя опрокидывает свой стол.       Они встречаются, скрепляя альянс мафии и агентства. Бой с Лавкрафтоми издевательски протянутое: «Чуя, разве мой план хоть раз подводил нас?». Он использует порчу, сняв перчатки. В тот момент Накахара не думает о лицемерном придурке или своих чувствах, ему хочется поскорее уйти оттуда.       -Тебе лучше донести меня до точки эвакуации.- Последнее воспоминание о том дне.       Чуя не видит, как Осаму собирает его вещи, как хмуриться, глядя на его ладонь или как улыбаясь поправляет съехавшее кольцо, близнец которого спрятан под бинтами.       -Вот значит как, чиби. Мы скоро встретимся, очень скоро.- Конечно, он не отнес его к точке эвакуации. Говорят, свежий воздух полезен для здоровья.       Обычный вечер, очередное возвращение после полуночи, но сегодня хотя бы выходной. Входная дверь открыта? Какому самоубийце взбрело в голову, что влезть в квартиру мафии, хорошая идея. Оказывается буквально самоубийце. Дазай расслаблено читает на его диване свое пособие по мучительной смерти.       -Если ты хотел мучительно сдохнуть, то прием начинается утром. Какого черта ты забыл в моем доме, мудила?- Чуе приходит в голову, что стоит все же переехать.       -Неужели не рад меня видеть, Чу.- Дазай потягивает затекшие конечности. Вот же шпала, растянулся на весь диван.       -Буду рад встретиться на твоих похоронах, решил занести приглашение? Прости, на ближайшие даты у меня слишком забит график. Пришлю букетик курьером.       -Злой чиби, вдруг я решил предложить тебе двойной суицид?- Осаму встает и расслабленно подходит к напряженному рыжику.- Неужели тебе не кажется это заманчивым?       -Скумбрия, катись туда, откуда пришел.       -Тогда объясни мне Чуя, что это?- Дазай переплетает их пальцы, под натянувшейся тканью перчаток проступает все тоже дурацкое кольцо.       -Какое тебе дело, что происходит в моей личной жизни? Кажется, ты забыл, что ушел из нее. О возвращении тебя просил только Мори.       Они смотрят друг другу в глаза несколько минут, прежде чем на лице Дазая расползается его извечная ухмылка. Он расплетает их пальцы и начинает разматывать бинты на своей ладони.       -Ответь мне на пару вопросов, смотря мне в глаза, Чу. Вопрос первый, ты все еще меня любишь?- Дазай заканчивает со своей рукой и теперь снимает перчатку Чуи.- Ну же,чиби.       -Да.- Ответ срывается раньше, чем Накахара успевает его обдумать. Вместе с ним слетает груз, висящий в душе уже четыре года.       - Хорошо.- Дазай берет его ладонь в свою и подносит на уровень взгляда Чуи. В свете комнаты блестят два кольца.- Вопрос номер два, готов ли ты поцеловать меня прямо сейчас?- Последнее слово Осаму выдыхает ему в губы, оставляя право выбора.       -Да.       

***

      Чуе двадцать три и наверное он счастлив. Осаму говорит, что все пять лет они ходили окольцованные, а значит это можно приравнять к браку. Накахара отвечает, что в этом случае он требует развод, и первый тянется за поцелуем. В их жизнях изменилось многое, но в итоге судьба сыграла смешную только ей шутку. Дазай слушает пение Чуи в душе и регулярно выслушивает, что в случае увольнения по причине лень, содержанкой его не возьмут. Накахара покупает бинты после работы и проверяет, не появились ли у Осаму новые шрамы во время перевязки. Нет, их жизнь далека от сказки, но и в ней должен быть свой счастливый конец.       Сейчас они стоят все в том же парке аттракционов и счастливо улыбаются в объектив камеры.